Кто же я?

Глава 16

Хотелось ли поговорить по душам? Выплакаться у Ворона на плече? Нет. Я собиралась обдумать все, но не быть одинокой в своем молчании. Алекс не пытался влезть в душу, выразить соболезнования. Как будто понимал, что я чувствую. Молча взял мои вещи и погрузил в машину. Так же молча закрыл квартиру и усадил меня в машину.

Я физически ощущала его поддержку. В моей жизни наступила черная полоса. Переосмысление. Ворон, кажется, теперь был не рад, что рассказал мне все.

Я сильная. Справлюсь. Но это все навалилось, как снежный ком, подрывая психическое состояние. В памяти всплывали фрагменты моей жизни.

Сейчас вспоминала наши встречи с Костей. Врал ли он мне? Любил ли по-настоящему или использовал? Не узнать уже.

Отец… Он умер от рук молодого отморозка, который захотел сделать свою карьеру в криминальном мире. Ах, зачем судьба свела меня с Костей?

Виктор умер, боясь признаться, что он отомстил за лучшего друга, за моего папу, но убил при этом человека, которого я любила. Но на него я не злилась ни капли почему-то. Он сделал все правильно. Трудный выбор, но верный. Выбор, принесший мне печаль и слезы.

Стало понятным неоднозначное поведение Виктора: он переживал за меня, не мог поверить в такое совпадение. Годами искал убийцу, а нашел, когда проверял жениха приемной дочери.

Иногда мелькала спасительная мысль: а вдруг это ошибка, и Фролов вовсе не виновен? Но нет, факты — вещь упрямая.

Дни пролетали одинаково. В доме у Ворона я устроила спортзал и в нем проводила почти все время. Там, боксируя грушу, я могла подумать. Посещала и тир, где разряжала обойму за обоймой, снимая напряжение. Апатия сменялась злостью, а злость — опустошенностью.

Только темные ночи приносили покой. Ведь я проводила их в постели с Вороном в его объятиях. Настойчивые поцелуи, жаркие объятия и умопомрачительный секс. С Алексом я забывала о бедах. Он был лучиком света, позволяющим выживать в мире хаоса. Благодаря ему я смогла все пережить, переосмыслить, выстоять. И незаметно для самой себя вышла из потерянного мирка.

За этот отрезок времени произошло одно очень важное событие, о котором мне сообщил Ворон. Новость не стала для меня приятной или наоборот. Вроде почувствовала облегчение, но мимолетное. Болтянова ранили. Во время перевозки машину, в которой везли Болта, расстреляла группа неизвестных. И тот с тяжелыми огнестрельными ранениями был доставлен в больницу. Велось расследование. Подозрения пали на Макара, но веских улик против него не имелось. Если виновность Кручинина-младшего будет доказана, то это станет отличным поводом упрятать его за решетку.

Конечно, существует вероятность, что это дело рук друзей Виктора, но мне почему-то эта версия казалась бесперспективной. Если Болтянов выживет, ему светит большой срок. Организатором и исполнителем убийства моего отца признали его сына, а Болт проходил по этому делу как соучастник. Ведь именно по его приказу убили друзей Кости. Болтянов-старший тщательно покрывал грешки своего сына, подкупая и убивая для этой цели людей. До того как попасть в больницу, он признался «Кобре» во всех своих грешках, облегчая меру наказания.

— Привет, детка. — Ворон поцеловал меня, вручив пакет с продуктами.

— И тебе привет.

Я только вышла из душа, приняв его после изнурительной тренировки.

— Ты помнишь, какой сегодня день? — спросил он загадочно.

Чуть больше месяца прошло с тех пор, как умер отец — все, что могла вспомнить.

— Эм-м-м, — лихорадочно стала перебирать в памяти даты. — Я не помню, какой сейчас месяц, а ты про день говоришь.

— Ну и прекрасно. Значит, у меня для тебя двойной сюрприз. Пойдем во двор.

Мы вышли за порог, и Воронцов вручил мне маленькую коробочку.

Кольцо? Зачем тогда мы стоим на улице? Хотя коробочка показалась великоватой для кольца. Открыла, там лежал ключ.

— С днем рождения, детка.

— Спасибо, — растерялась от неожиданности. Столько всего навалилось, что я забыла о своем дне рождения!

А он не забыл. Ворон нажал на кнопку брелка, и пикнула сигнализация.

— Машина?

Побрела к воротам. Увидела эту красавицу и обомлела. Завизжала от восторга и бросилась Воронцову на шею, целуя его.

— Поздравляю, — улыбаясь, сказал он.

— Ты невероятный! — Я целовала его, подпрыгивая от радости.

— Беги. Испробуй свою ласточку, — отпустив меня, шепнул муж. — Вижу, что тебе не терпится.

Это был спортивный автомобиль. Все, как я люблю. Прыгнула за руль и дала газу. Как давно не ощущала это чувство! Скорость, драйв и свобода. Непередаваемо. Необыкновенно. Когда первые волны восторга прошли, сбавила скорость и направила автомобиль домой. Из машины вышла счастливая, а вот Алекс выглядел немного встревоженным. Забыл, что я люблю скорость?

— Как ты узнал, что я хочу машину? И именно такую, спортивную, — спросила, довольно улыбаясь.

— Ты с таким сожалением смотрела на спортивные автомобили, что догадаться нетрудно.

— Я в шоке.

Да, именно так. У меня снова появилась машина мечты. Внимательный Ворон сделал обалденный подарок. Пожалуй, за последнее время это единственное событие, которое принесло мне радость. И почему-то легкую обеспокоенность. Алекс вел себя, как настоящий муж. Со мной случилось много всего плохого, и я совсем забыла, что это роль. Всего лишь брачный контракт, а сейчас вспомнила об этом совсем некстати.

— Где ты хочешь отметить день рождения? В ресторане или дома? Так как у нас траур, мы не можем собрать твоих друзей. Придется отмечать только со мной. Ты не против?

Против ли я? Конечно, нет. Друзей у меня толком нет. Так, знакомые.

— Давай отметим дома.

— Вот и прекрасно. На заднем дворе есть мангал. Овощи я уже купил. За шашлыками сейчас кого-то командируем.

Кивнула в знак согласия и побрела вслед за Вороном.

Ну не прелесть ли? Набрала в легкие побольше воздуха, чтобы успокоиться и не всплакнуть от счастья. Какая я стала сентиментальная. Не скажу, что мне это нравилось. Раньше я считала это признаком слабости.

Мой день рождения обещал пройти приятно в тесном семейном кругу. Жаль, что Виктор не с нами.

Вспомнила о Кручинине. Не так давно звонил адвокат и просил собраться для оглашения завещания. Нужно решиться наконец-то на этот шаг. Ничего нового я там не услышала бы, но тянула с этим делом, потому что не хотела появляться в доме Кручи. Слишком все свежо в памяти, не готова к такому шагу.

Уже прошел месяц, а я никак не могу смириться и перестать об этом думать. Теперь в свете всех известных мне фактов намного тяжелее смотреть на вещи, которые когда-то казались иными.

Шашлык, пиво, свежий воздух и компания Алекса сделали мой вечер незабываемым. Как мало нужно для счастья! Тихий уютный вечерок у костра.

К тому же оказалось, что мой муж играет на гитаре и неплохо поет. Неожиданное открытие. Как очаровательно. Я поверила в то, что жизнь стала налаживаться и наступила белая полоса.

Удобно устроилась в подвесном сиденье из лозы, плотно набив живот, теперь находилась в полусонном состоянии. Его нарушил хлопок. За ним последовал другой. Сомнений не было — это выстрелы из пистолета с глушителем. Мелькнула тревожная мысль, что Ворон отпустил охрану, чтобы мы могли побыть вдвоем.

Кинула взгляд на Алекса, гитара выпала из его рук, на футболке выступила кровь. В глазах потемнело. Я кинулась к нему, игнорируя все правила самозащиты.

— Жив? — спросила, наклонившись.

— Уходим в укрытие! — Муж дернул меня, пытаясь увести в дом.

Добежать до двери мы не успели: чьи-то руки схватили меня за плечи.

Ага, сейчас! Я без боя не дамся! Оружия у меня при себе не было, даже любимых ножичков. Хотелось бы сказать, что с легкостью раскидала прибывших, но это далеко не так.

Убежать в укрытие не вышло бы. Обезвредив схватившего меня за плечо нахала, принялась за других. Злость придавала силы. Я только поверила, что все в моей жизни налаживается, и на тебе: приперлись! Подозреваю, что это люди Макара. Если нет, то даже не знаю, кому еще успела перебежать дорогу.

Алекс достал пистолет, но воспользоваться им не получилось. Силы были явно неравны. Спустя некоторое время нас взяли в тесный круг, у виска я почувствовала дуло пистолета. Краем глаза взглянула на Ворона, у его головы так же красовалось оружие.

— Браво. Достойное сопротивление, — послышался голос Макара и театральное хлопанье в ладоши.

Вот и дождались этого часа. Мой братец собственной персоной. Решил преподнести сюрприз на день рождения. Наверное, я даже обрадовалась, что это наконец-то случилось. Пусть все решится. Надоело ждать развязки истории. Он думает, что выиграет по своим правилам. Посмотрим.

— Что, Ворон, решимости поубавилось? — хохотнул он.

— У тебя, вероятнее всего, поубавилось храбрости, — ответила на его реплику я. — Сам не мог прийти, чтобы сразиться один на один? Негоже как-то сестричке дулом в голову тыкать.

Кручинин махнул своим людям, и они убрали пистолет, а меня подвели к нему ближе. Беглым взглядом осмотрелась по сторонам. Человек двенадцать сейчас находились в нашем дворе. Воронцов выглядел бледным, кровавое пятно на футболке стало больше. Взгляд был хмурым. Наверняка, он так же, как и я, оценивал ситуацию. Только мыслить ему наверняка мешает ствол, приставленный к голове.

— У нас будет честное сражение. Только мы с тобой. А твоего муженька для верности в заложники возьмем.

— Пристрели меня прямо сейчас. Я не хочу участвовать в твоих детских играх. — Я презрительно посмотрела на Макара.

— О, нет. Это было бы слишком легко. Никакого удовольствия. А вот муженька твоего запросто пристрелить могу.

Макар кивнул, и стоявший рядом с Вороном мужчина взвел курок, демонстративно положив палец на спусковой крючок.

— Нет, — запротестовала я.

Это слово вырвалось автоматически откуда-то из глубин души.

— Я так и подумал, — хмыкнул брат, скалясь. — Сыграем, сестренка. Как долго я этого ждал!

— Больной ублюдок, — выплюнула я. Какой он все-таки псих!

— Мы даже никуда не поедем. Смотри, какой двор огромный. И лес в случае чего недалеко.

Смерть отца не изменила его. Хотя этого отморозка ничего не поменяет. Нечего было надеяться. Его внезапно вспыхнувшее сочувствие и скорбь — лишь временное явление. Такие, как он, остаются верны себе. Они лишь выжидают удобное время. Для Макара оно наступило. Самоутверждение превыше всего.

— Рукопашка? — осведомилась у него, раздумывая, какой план у этого извращенного мозга.

— Этим мы закончим, а начнем с банального. Ты же так любишь свои ножи. Вот и посмотрим, не разучилась ли ты их метать. Предупреждаю: одно неверное движение, и твой муженек — труп.

— Я не стану использовать ножи против тебя, но ты окажешь Алексу помощь, — решила заключить договор. Без этого Ворон истечет кровью.

Макар задумался, потом кивнул. Его люди повели Ворона в дом, выполняя приказ.

— Сейчас посмотрим, насколько ты круче, чем я, — произнес братец.

Я была уверена, что это занятие не будет обычным. Задание с подвохом.

Мне вручили ножи.

— Где цель?

— О, тебе понравится, — совсем не по-доброму ухмыльнулся братец.

— Что ты задумал?

— Приведите, — отдал приказ Макар. И его люди приволокли из машины человека с мешком на голове.

— Что за?..

— Это мой тебе сюрприз, — заржал Кручинин. Мешок сняли, и я увидела лицо Болтянова. — Неожиданно, правда? Видишь, какой я заботливый братик. Такой подарочек тебе приготовил.

Больной на всю голову! Других мыслей по этому поводу у меня не мелькало. До этого может додуматься только псих. Макар им точно был.

Раненого Болтянова привязали к дереву. И как Кручинину удалось вытащить его из ментовской больнички, неизвестно.

— Так вот, — продолжил Макар. — Тебе нужно угодить в цель. Скажи, приятно? Тебе ведь раз плюнуть. Верно?

— Я не стану его убивать, — решительно заявила в ответ.

— Сестренка, ты забыла, что ли? Этот человек породил убийцу твоего родного папочки. Ах да, он же по совместительству отец твоего милого Костика, которого пришил мой отец. Какая запутанная история! — иронизировал Макар, затрагивая душевные раны.

— Это ничего не меняет. Я не стану убивать человека.

— Метай нож. Иначе проиграешь, — холодно ответил братец.

Ножи я кинула. Не один из них не угодил в цель. Четко врезаясь в дерево возле лица бандита.

Я злилась на него. За те побои на моем лице, которые он оставил. За то, что ускорил смерть Кручинина-старшего. За то, что приходился отцом убийцы.

Но все эти факты не являлись достаточным поводом для уничтожения человека.

Хотя… Возможно, раньше я так не думала. Сейчас стала более мягкая, что ли.

Макар хмыкнул и взял в руки приготовленные для него ножи. Несложно было догадаться, что случится дальше.

Кручинин как будто издевался, метая оружие в конечности привязанного к дереву Болтянова. А последнее орудие пыток угодило точно в сердце, забрав жизнь.

— Ты проиграла, — сказал он, закончив дело. — Жаль, что не оценила мой подарочек. Думал, что придешь в восторг. Эх…

Взглянула на тело Болтянова, меня замутило. Не наблюдала за собой раньше такой слабины.

— Что ж, следующее наше состязание будет интереснее. Хотя я уверен, что опять выйду победителем. Так как сейчас выиграл я, то и выбирать условия буду тоже я.

Его монолог прервал шум выстрелов и возня в доме. Нетрудно было понять, что источником этого переполоха стал мой муж.

Кивком Макар приказал людям проверить, что там произошло, а я восприняла все как сигнал к действию. Наш рукопашный бой начался раньше, чем планировал братик. Подсечка с моей стороны, и вот уже Кручинин валяется вместе со мной, барахтаясь в пыли.

Ох, давно мы с ним не дрались! Еще в юности для меня каждый такой бой был не шуточным, а серьезным. Не на жизнь, на смерть. Наверное, для него тоже. Поэтому дрались мы со всей отдачей. И, конечно же, не по правилам. Точные удары выбивали его из равновесия. Не зря я последний месяц так упорно тренировалась в спортзале.

А вот охрана Кручинина не знала, как реагировать. Бежать к Ворону, который устроил потасовку, спасать шефа, дерущегося со своей же сестрой, или молча наблюдать?

Это их бездействие здорово помогало как мне, так и Ворону, смею полагать.

В рукопашном бою выигрывала я. Это, естественно, не понравилось Кручинину, поэтому, когда я сделала удушающий захват, он захрипел, обращаясь к своим людям:

— Остановите ее!

Те, повинуясь приказу, двинулись ко мне, но я, как зверь, вкусивший вкус крови, не хотела отпускать братца из капкана своих рук. Пока амбалы меня оттаскивали, я оставляла глубокие следы от ногтей на коже Макара. Выругавшись, он встал с земли. Какая досада! Так оплошать перед своими приближенными. Хитрец надеялся измотать меня своими конкурсами, а потом уж уложить в бою. Сто процентов неравном.

— Отпустите ее, — послышался голос мужа.

Ворон держал на прицеле Макара. Из потасовки, произошедшей в доме, он вышел победителем. Но сейчас стволы оставшихся во дворе бойцов были направлены на него. Его рану забинтовали, первую помощь оказали.

— Ты в невыгодном положении, — заметил братец, намекая на своих людей. — Не сумеешь всех перебить.

— А мне не нужны все. Выпустить пулю тебе в лоб я точно успею, а там будь что будет.

Защипало глаза, из них норовили покатиться слезы. Какой он все-таки классный. Мой муж, защитник.

На несколько минут показалось, что победа на нашей стороне, но в следующее мгновение Алекса стукнул по голове один из людей Макара, который подкрался сзади.

— Бездари! — Кручинин плюнул на землю. — Как можно было так оплошать? За что я вам деньги плачу? Тащите его к дереву.

Труп Болта сняли, и его место занял Ворон.

Конечно, я попыталась помешать этому всему, понимая, что ничего хорошего братец не затевает. Но разве у меня могло получиться? Теперь за мной зорко следила часть охраны, направив оружие, чтобы не вздумала рыпаться.

— Теперь замечательная у нас с тобой будет игра, сестренка. Решающая. Будем считать, что у нас пока «один — один». Условия следующие: оружие огнестрельное. Цель — твой муженек.

Псих! Как же меня бесило играть по его правилам! А теперь на кону жизнь Алекса. И, как оказалось, моего любимого мужа.

— Я, естественно, понимаю, что доверять тебе оружие очень опасно, но хочу, чтобы ты знала: если ты решишь пристрелить меня, то твоего мужа тут же убьют, а потом и тебя. Поэтому без глупостей.

Как мне хотелось именно это и сделать: пустить младшему Кручинину пулю в лоб. Один из людей Макара встал рядом с Вороном и наставил на него пистолет.

Обеспокоенно взглянула на Алекса. Бледный, без сознания, привязанный к дереву. Сердце сжалось от боли.

— Кто первый стрелять будет? — будничным тоном осведомился братец.

— Я не буду стрелять в своего мужа, — уверенно заявила.

— О, это отличная идея, но твоя задача как раз-таки его не ранить, только расстояние будет побольше, — усмехнулся Макар. — Ты должна попасть в ствол дерева рядом с ним. Выстрел в воздух — это поражение. Не попала, значит, я стреляю, но мишень у меня побольше, чем твоя: весь твой муж, — противно заржал Кручинин.

И мы отошли от дерева на приличное расстояние. От нервов вспотели ладони. Дерево такое маленькое. Как стрелять, чтобы не угодить в Ворона?

В руки попал ТТ. Желание пальнуть в Макара только усилилось, но мысль потерять дорогого мне человека останавливало от такого риска.

Напряглась. Прицелилась в точку чуть выше Ворона и нажала спусковой крючок.

В цель попала. Воронцов не пострадал, но выстрел заставил его очнуться.

Вздохнула облегченно. Бледный муж внимательно следил за моими движениями.

— Еще два выстрела, — следя за мной, сказал братец.

Пистолет в руке дрогнул. Алекс напрягся. Прицелилась, готовая к стрельбе.

Человек, державший на прицеле Ворона, упал. В него прилетела пуля.

«Это не я», — пронеслось в голове. Я не успела нажать на спусковой крючок. Или успела? Все последующие события происходили с молниеносной скоростью.

Услышала выстрел рядом с собой и вскрик Макара. Его ранили в руку. Во двор вбежали люди в черной форме с нашивками «Кобра». Сердце от радости застучало быстрее. Мы спасены! Кинулась к Алексу. Следом за мной на помощь спешил Вадим. Оно и понятно. Сейчас Ворон очень нуждался в медицинской помощи.

— Спасибо за оперативность, — произнес Алекс, глядя на Вадима, когда его отвязали от дерева.

Я повисла на нем и расплакалась.

— Не мог пропустить такую вечеринку, — хмыкнул доктор. — Приехали, как только ты позвонил.

— Ты молодец, детка. Классно стреляешь, — чуть скривившись от боли, произнес Ворон.

Какая я все-таки стала сентиментальная! Нервы ни к черту. Вся эта череда событий в жизни, нет абсолютно никакой передышки. Нервы сдали. Я вдруг запоздало испугалась, что могла потерять Алекса, а еще больше от того, что могла сама его пристрелить.

Слышались проклятия братца, на него надели наручники. Угрозы неслись в мой адрес, но для меня они были пустым звуком.

— Кто пришил Болта? — осведомился человек в балаклаве, глядя на труп. По всей видимости, их главный.

Телом Болтянова занялись судмедэксперты.

— Макар, — уверенно сказал Ворон.

— Чудесно, — обрадовался командир. — Так быстро мы убийства еще не раскрывали.

— Не хотел бы вам мешать, но Александра нужно отправить в больницу, — сообщил Вадим очевидный факт.

Наконец-то я отлипла от Ворона.

— Я в норме, — сказал он, снова привлекая меня к себе и обнимая за талию.

Может быть, я бы и поверила ему, но кровь на голове, бледный вид и огнестрельное ранение говорили об обратном.

Мы приехали в больницу, а в голове сидела всего лишь одна мысль: неужели все закончилось? Весь этот ужас. Постоянные преследования и угрозы со стороны Макара. Больше не нужно быть все время на стреме, переживать, что меня застанут врасплох. Хотя, если бы не Кручинин-младший, то я не встретила бы Ворона. Хоть какой-то плюс.

Параноидальная идея Макара привела его к тюрьме. Оно и к лучшему. Могло все закончиться смертью. И я при всем этом все же не сдала его. Он сам постарался. Совсем башню снесло. Хороший подарочек на день рождения — братец теперь в тюрьме. Не знаю, удастся ли привлечь его за другие грешки, но покушение на Воронцова и убийство Болтянова ему зачтут.

Вдруг в голову пришла мысль, которая мне не понравилась. Макар в тюрьме, Болтянов мертв, убийц своего родного отца знаю. Получается, что наша с Вороном сделка полностью состоялась. Нам больше незачем быть вместе. Так грустно стало. Посмотрела на мужа, он держал меня за руку, его голову обрабатывали медики.

— Алекс. — Я серьезно на него посмотрела. — Наша сделка состоялась.

— Какая сделка? — непонимающе спросил Ворон.

— Брачный контракт. Ты получил Макара, я получила ответы на свои вопросы, — неуверенно произнесла я.

Он молча смотрел на меня.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Лишь то, что говорю.

Он сильнее сжал мою руку. Занервничал.

— Ты хочешь меня бросить? — в его голосе появилась растерянность.

— А есть причины остаться?

— У меня есть причины быть вместе. А у тебя?

Пожала плечами.

— Я люблю тебя, — тихо сказал Ворон.

— Что? — Сердце пропустило удар.

— То, что слышала. — Он махнул рукой, и медики вышли из палаты. — Я тебя люблю и не собираюсь отпускать, — в его голосе звучала уверенность. — Но я не настаиваю. Можешь подумать, не спешить, уйти, если тебе будет со мной некомфортно, но уходить от меня, потому что условия контракта выполнены, я тебе не позволю. В последнее время на тебя много чего навалилось, подумай, переживи это все, а потом посмотрим.

— Ты — мент. Как с тобой можно создать настоящую семью? Тебе дадут задание, и ты снова будешь под прикрытием, выполняя поставленную задачу.

Ворон притянул меня к себе, и я с легкостью поддалась, когда мое тело прижалось к нему.

— Давай так: когда у нас появится ребенок, я брошу свою работу навсегда. Основной доход — это мой бизнес, так что с голоду не умрем. Будем лишены некоторых привилегий, которые есть сейчас, но как-то переживем. Идет?

Конечно, идет. Он хочет, чтобы я осталась с ним, и любит меня. Это неожиданно и странно, но очень приятно. И, кажется, я тоже его люблю.

— Хорошо, — согласилась с его доводами.

Он чмокнул меня в висок.

— Давай разрешим докторам закончить осмотр и сделать нормальную перевязку, а потом поедем домой. Окей?

— Домой? — удивилась я. — У тебя же огнестрел.

— Царапина. Не собираюсь сидеть в больнице. Только я подумал об этом, как ты уже навострила ушки, чтобы сбежать от меня. Ни на минуту тебя нельзя оставить.

Безумный вечер подходил к концу. И, несмотря на все неприятности, хорошее все же было. Я вот, оказалось, жена, которую любят. Удивительно. Мое холодное сердце потеплело от этой мысли.

Этот день рождения останется в памяти как самый незабываемый.