Кудряшки

2

Тринадцать лет назад

Море осталось позади и теперь Оля вместе с бабушкой и дедушкой входила в дом. Все знакомо, все вещи на своих местах, будто и не уезжали.

— Лелик! — на веранду влетела запыхавшаяся Миленка, у которой вечно торчали «петухи» в волосах. Эх, были бы у неё, у Оли, такие прямые блестящие волосы, никто и никогда бы не посмел назвать ее пуделем. Хотя что взять с этих глупых мальчишек? Но комплекс уже был выработан.

— Там…там! — пыталась отдышаться Мила, оперевшись руками на свои торчащие тощие колени. — В общем, это надо видеть.

— Что? — а любопытство внутри уже разгоралось синим пламенем.

— Оля, а чемодан за тебя я буду разбирать? — строго поинтересовалась бабушка.

— Ну, Рииит! Я как вернусь обязательно — обязательно, — послала воздушный поцелуй дедушке, который кивнул, давая ей своё согласие, и сорвалась с места.

Милена еле поспевала за бегущей вперёд подругой в сторону сада, который являлся общим достоянием дачного кооператива. Яблоки, которые не успевали съедаться детьми за лето, осенью собирались и продавались. Эти деньги вносили немалую лепту в облагораживание поселка. Например, в прошлом году появился причал метров десять длиной, откуда было удобно нырять. До этого проводили освещение на улицах и даже ложили асфальт, накопив за несколько лет.

Да, так и есть! Это была настоящая драка. Оля с интересом рассматривала разбитый нос Павлика и взъерошенного незнакомого мальчишку, явно на года два-три старше ее самой. Какой-то такой несграбный, ссутулившийся, явно от своего высокого роста, но красивый. Лицо его больше было похоже на девчачье с мягкими чертами и огромными голубыми глазами, которые сейчас смотрели на ребят волчонком.

— Ну, вот! Не успели, — махнула расдосадованно рукой Милка, усаживаясь на лавочку.

— Шоу закончилось! Можно расходиться, — заявил новенький.

— А чего это ты командуешь? — насупилась Оля, с вызовом ответив наглецу. Будет ещё какой-то прощелыга (девочке подумалось, что это самое подходящее определение для него) раздавать приказы.

— А то и командую, — буркнул мальчишка.

— Пашка, ты не мог ему нос раскрасить? — обратился Лешка к другу.

— Или что-нибудь сломать? — озвучила свои мысли Бушмина.

— Ты что, кудрявая, здесь местный авторитет что ли?

— Я — житель поселка, — с гордостью заявила она, задрав маленький подбородок.

— Житель поселка теперь я, а ты так, гость, приезжающий сюда раз в год, — ответил новенький.

И откуда эта враждебность? Тут и так ребят было не много, а парнишку, кажется, она обидела своим поведением. Хотя изначально злилась на эту его наглость. А вот мысли раскаивания одолевали ее весь следующий день. И ей становилось не по себе от своего вычурного (тоже понабралась от бабушки) поведения. Злая-злая Оля.

Вот под конец дня и стала выяснять, где он живёт. А тут такая удача — сосед. Хочешь или нет, а с соседями дружить — это обязательство.

— Выйди, — подошла к калитке, заглянув во двор. Мальчишка слонялся без дела, не зная, видимо, куда себя деть.

— Чего тебе, кудрявая? — он был выше ее на целую голову, и явно настроен не слишком дружелюбно. При таком раскладе, ему бы не составило труда вбить ее своим кулаком в землю.

— Тебя как зовут?

— Стёпа. Степан Воейков.

— А я твоя соседка, получается. Я — Оля Бушмина. Мир? — протянула ему ладонь.

— Мир, кудрявая! — улыбнулся мальчишка.

— И ты это…не называй меня кудрявой. Иначе за глаз укушу.

Конечно, она лукавила. Голосом Стёпки даже «пудель» звучало бы не так обидно. А тут «кудрявая»…как не простить? И естественно, он ее не послушал. И всё же только ему было позволено ее так называть. И да, они подружились. Воейков отлично влился в компанию, с которой до приезда Оли воевал несколько дней. Так и началась их большая и нелёгкая дружба.

Десять лет назад.

Детство. Это беззаботное детство. С большим нетерпением Оля ждала каникул. Но только не этих морских. Видя, что внучка уже не с таким рвением несётся к морю, всё больше проводит время в одиночестве, старики решили вернуться домой раньше, сократив отпуск на целую неделю.

И снова едва в дом занесли вещи, их внучку как ветром сдуло. Мест сборов было всегда два — озеро, либо сад. Убегая обещала, что вернётся к ужину, хотя вроде только пару часов назад завтракали. Бабушка лишь усмехнулась, покачала головой, но ничего не сказала.

Внучку они воспитывали с семи лет. Когда сын с супругой засобралися работать за границу, а если быть точнее, то в Штаты, Маргарита Львовна вдруг запротестовала:

— Ладно сами едите наобум, вы хоть о ребенке подумайте. Куда вы ее девать будете без языка? Вы сначала сами устройтесь. А ей осенью в первый класс уже идти.

С одной стороны Оля хотела быть с родителями, но в силу того, что с младенчества ею занималась Рита, так как мама почти сразу вышла на работу, то и бабушку бросать не хотела.

После долгих переговоров, доводы Маргариты Львовны возымели действие, родители сдались. Работа — это отсутствие свободного времени. А чтобы там обустроиться и закрепиться, им нужно было работать. И Оля тогда была балластом, который бы помешал той жизни, о которой Бушмины мечтали.

Через обещанный год, Оля все ещё жила с бабушкой и дедушкой. Хорошо жила, даже замечательно, потому что Вадим Степанович ее всячески баловал, а Рита всегда была рядом, занималась с ней и развлекала. За ней мама приехала, когда Олечка закончила второй класс. Мол, поживашь лето, привыкнешь. Ииии…нет! Это было не её. С родителями, конечно, было хорошо, но она скучала и тосковала по своей комнате, по своим дворовым друзьям и по бабушке с дедушкой. Ничего не оставалось, как везти ребенка обратно.

Да, родители помогали материально, чтобы ребенок ни в чем не нуждался. На зимних каникулах забирали ее к себе и сами прилетали по возможности летом, но Оля отдалилась от них. А в прошлом году на Рождество она познакомилась со своим полугодовалым братишкой.

И вот сейчас девочка летела на озеро, зная, что там ее ждут. Вот где бы она ещё смогла так замечательно жить?

— О,кудрявая! Приехала! — несмотря на то, что других ребят она знала давно, со Степкой она сейчас общалась больше. А он изменился за этот год. Стал выше, осанка поменялась, смазливое личико уже приобрело более мужественные черты. Он был похож на вытянутую струну. И если когда-то Стёпа заявлял, что он житель поселка, то сейчас он тоже был гостем.

Татьяна Соколова была молодым преподавателем, когда познакомилась с одним из студентов. Андрей Воейков получал высшее образование для того, чтобы ему могли дать звёздочки лейтенанта. Без диплома в офицерский состав было выбиться невозможно, несмотря на то, что у тебя папа генерал. Танюша из детдомовских, и сказка про настоящую семью вдруг стала явью. Через два года отношений Таня и Андрей расписались, а ещё через полгода родился Стёпка. Молодая женщина моталась с мужем по горнизонам, почти боготворила его ровно до тех пор, пока он не начал пить. А вместе с выпивкой пошли и непонятные женщины. Жена со своим гундежем стала неугодна, а если жена бесит, то ее можно и поколотить. Раз, два. Прощала ради сына. Но это приняло вдруг завидную регулярность. И как бы Таня к себе не относилась, а оставлять Степку этому мужчине не собиралась, случись что с ней. Вот однажды собрала вещи и уехала.

Андрей собирался повлиять на нее, угрозами забрать Степана, мол, скитается без кола без двора, никто с ней ребенка не оставит, обратись он в суд. И тут появился Петр Геннадьевич. Своего свёкра Таня видела всего два раза в жизни — на их с Андреем свадьбе, и когда родился Стёпа. И вдруг генерал Воейков предложил ей с внуком переехать к нему. Мол, и крыша над головой, и Андрей точно не кинется к отцу забирать ребенка. Да, её муж всегда отзывался о Петре Геннадьевиче с каким-то страхом что ли. И вот они уже два года жили на даче генерала. Таня занималась хозяйством и работала в городе, устроившись на одно из предприятий бухгалтером. А за воспитание Степана взялся дед, который с лёгкостью устроил задиру в кадетское училище. И если сначала мальчик обижался на деда, то сейчас, спустя два года, был благодарен. Как ни крути, а он изменился в плане дисциплины, исполнительства, да и вообще внешне. И с Петром Геннадьевичем наладились вдруг отношения. Впервые в жизни мальчик понял, что интересен не только маме.

— Лелик! — Милена кинулась на нее с распростёртыми объятьями. — У меня для тебя столько новостей!

В городе они не виделись, только перезванивались иногда. Но здесь, когда ребята оказывались в ограниченном пространстве, казалось, что ближе людей просто быть не может.

Трындела Мила в основном о том, что Паша и Лёша чуть не подрались из-за нее. А Милке это внимание со стороны мальчиков ой как нравилось. Но Оля не замечала ничего вокруг. Она поняла, как соскучилась по Степке.

Каждое утро у них начиналось с пробежки. И если у Степана это была одна из необходимых мер для подготовки к следующему году обучения, то Оля делала это за компанию. Хотя был тут случай, когда учитель физкультуры в этом году вдруг открыл в своей ученице талант к лёгкой атлетике. Бабушке и дедушке были даны рекомендации отправить ребенка учиться в школу со спортивным уклоном, но сама Оля была против. Не тяготела она к спорту. Больше всего ее интересовали книги, экскурсии в музеи, в которых девочка чувствовала себя комфортно, словно находилась в своей стихии.

И всё же Степку поддерживала. И тут ребята вдруг подхватили, мол бегаете давно, нужно посмотреть чему научились. Вот и устроили соревнования на короткую дистанцию. И как вы думаете, кто выиграл? Оля прибежала на секунду быстрее. И теперь Воейков был одержим идеей выиграть эту девчонку, а она… она вдруг поняла, что…Глупо, конечно, как считала Оля, и неправильно, но Стёпа ей нравился уже не просто как вдруг. Так случилась её первая тайная влюбленность.