Глава 33



Какие продуманные нынче селянки пошли.



Встав рано утром, они вместе с животиной двинулись к увиденному вчера пролому, здраво рассудив, что через главные ворота ее могут не пустить. Пеструха оказалась умнее хозяйки и в веревочную паутину не полезла, она остановилась у края пролома, там, где стена поднималась вверх под скосом, в виде пологого пандуса. Хозяйка, пытаясь заманить корову на "пастбище", решила показать ей верный путь и бесстрашно полезла сквозь паутину, но нечаянно дернувшись, застряла в ней. С перепугу она завыла белугой, тем самым полностью раскрыв свою конспиративную деятельность. Испугавшись хозяйского вопля, несчастное животное одним махом взлетело на самый верх стены, где и держало оборону от желающих ее оттуда прогнать. А на вопли хитромудрой бабы сбежались все, бывшие в этот момент во дворе. Пришлось объяснить селянкам, что это наш личный огород и выпаса животных там не предусмотрено. Корову кое-как стащили, вручили хозяйке и отправили восвояси. Бабу ещё долго было слышно из-за стены, и ее возмущения на тему "ишь чё, все загородят, где тогда животине пастись?"



Урегулировав коровий вопрос, все разошлись, остались только строители, торопящиеся заделать этот пролом от греха подальше. И тут Грегор, смущённо покашливая, сказал.



— Леди Мэри, может, вы эээ… переоденетесь? Платье у вас, конечно, эээ… милое, но если вы его правильно наденете, то будет ещё лучше.



Вначале я не поняла, потом перевела взгляд на себя… Даа… теперь я поняла, почему все замолкли при виде меня. Мало того, что платье я надела наизнанку, я его ещё застегнула наперекосяк, так я ещё и ухитрилась надеть его поверх ночной сорочки (То-то едва руки в рукава пропихнула!). И теперь длинный подол сорочки тащился из-под платья следом за мной, как королевская мантия. Густо покраснев, я повернулась, чтобы бежать в дом переодеваться, как раздался недоуменный голос Уилли.



— Мамочка, а я не понял, всем надо бежать прятаться? И обязательно так одеваться, чтобы корова напугалась и убежала?



Ну да, устами младенца…



После переполоха, приведя себя в порядок и позавтракав, приступила к обычным делам по своему, теперь уже немаленькому, хозяйству. Но первым делом меня озадачила Иннис.



— Мэри, я беспокоюсь, время много будет уходить на роспись, а как же огород? Там тоже уход нужен! Растения надо и поливать и полоть и рыхлить землю, она и так здесь сплошняком глина.



И я вспомнила утреннюю побудку и нового брауни — огородника. Заодно сейчас и проверим.



— Иннис, не переживай, идём на огород, сейчас придумаем что-то!




Когда мы пришли к нашим грядкам, то удивилась даже я, хотя и ожидала нечто подобное — все гряды были увлажнены, не было ни единого сорняка, все прорыхлено, что необходимо — окучено. На низенькой скамеечке, рядом с необходимым инвентарем, стояла небольшая корзинка со свежей зеленью и ранними корнеплодами и стручками зелёного горошка, приготовленная для доставки на кухню. Иннис ахнула.



— Мэри, ты успела уже взять работника на огород! Да какой он старательный и аккуратный!



Я хмыкнула. — Иннис, я покажу тебе этого работника, только давай договоримся, ты не визжишь, не боишься и относишься к нему с уважением. Тогда и он к тебе будет также относиться, хорошо?



Иннис кивнула, но с некоторой опаской. Я негромко позвала.



— Лар! Покажись нам, пожалуйста! Хочу поблагодарить тебя за работу!



Вначале не было никого, потом осторожно, понемногу, как проявляемая фотография, возле скамеечки стал проявляться брауни. Я даже поразилась — прежний хозяин совсем их держал в черном теле, что ли? Одежда рваная, грязная, сам такой же, да ещё и худой какой! Он настороженно смотрел на нас, готовый в любой момент сжаться в комочек, если будут бить. Иннис, хоть ей и хотелось завизжать от вида домашней нечисти, но смогла себя перебороть и стояла рядом со мной спокойно, даже не дрогнув лицом. Зато я не промолчала. Как тут можно промолчать?



— Ларик, разве у нас нет воды? Ты почему не умытый и не надел чистую одежду? Ведь у Кузьки уже хватает одежды, я велела ему поделиться с тобой! А ты ел хоть что-нибудь?



Ларик виновато шмыгнул носом.



— Прости, хозяйка, не удержался, сгрыз одну морковку, есть хотел больно.



Да что там морковка, она вся с карандаш ещё!



— Ларик, тебе спасибо, ты очень хорошо поработал, а теперь иди на кухню, пусть Липа тебя покормит, а этот жмот Кузька немедленно покажет тебе, где можно вымыться и даст чистую одежду. Кузьма, слышишь меня надеюсь? И корзинку прихватите на кухню!



Рядом послышалось бурчание. — Да слышу я, слышу… — и корзинка исчезла вместе с домовиками. Иннис немного дрожащим голосом спросила.



— Мэри, я ведь не ошибаюсь, это же брауни был? И ты их не боишься? Они же злые и навредить могут! Как они тебя слушаются?



— Нет тут никакого секрета, Иннис! Если ты к ним с добром, то и они к тебе с тем же. Будешь насмехаться над ними — получишь зло в ответ. Уважай их, как любого человека, и будут у тебя самые верные и преданные помощники и друзья. Пойдем лучше в гончарню, работа сама себя не сделает.



Ну вот, один вопрос прояснили, хоть за это теперь голова болеть не будет. И в огороде теперь будет все расти и плодоносить. Пока Иннис готовила краски для росписи, я успела пробежаться по строй — объектам. А то ведь, пусть не завтра, но все равно, уже в обозримом будущем, прибудут охранники с семьями, и им надо где-то жить будет, поэтому казарма меня сейчас волновала больше всего.



Но для начала прошла на большую стройку. Крыло замка строилось спокойно, размеренно, без штурмовщины, и тем не менее, уже успели выполнить почти половину работ. Хотя, по сути, самое длительное и трудоемкое — это внутренняя отделка. Но пока что тут все нормально. А теперь к казарме. Сейчас там главный вопрос стоит в печах. Как там дела?



К моему удивлению, там как раз было все просто отлично. Снаружи здание было полностью оштукатурено, настелены полы и потолки, на крышу рабочие носилками доставляли привезенные с лесопилки сухие опилки. Так будет теплее. Устанавливались стропила, готовили крышу под покрытие черепицей. Ее тоже ожидаю со дня на день. Внутри дом также штукатурили, одна печь была готова, сейчас стояла на просушке, печники приступили к выкладке второй. Потом ещё надо будет протопить печи, для просушки и выявления дефектов. Ещё предстоит побелка здания, и разделение на семейные помещения и комнатки на двоих для холостых охранников. Первый год будут жить так, семейным общежитием, если все будет хорошо, на следующий год надо будет начинать строить отдельные дома.



Рабочие вежливо здоровались, охотно отвечали на мои вопросы, были довольны работой и оплатой за нее. Честно говоря, я думала, что после моего утреннего дефиле в ночной сорочке и платье шиворот — навыворот, будут посмеиваться, но никто даже не ухмыльнулся. Дипломатичные какие!



Иннис за это время уже успела расписать красками пару чайных чашек, и одно чайное блюдце было у нее в работе. На чайных чашках цвели голубые цветы, подчёркнутые тонкими белыми и черными линиями по контуру. Местами голубой цвет переходил плавно в синий, создавая игру цвета и придавая глубину и объем рисунку. По верхнему краю чашки шла тонкая золотая кайма, предмет моего тайного жлобства. Разумеется, такая кайма делала посуду наряднее и богаче, но золотая краска так дорого стоит!



У Иннис точно талант художественный есть! Такая красота получилась! Вот просохнут краски, искупаем посуду в глазури, ещё раз обожжем, и все, готово! Можно пользоваться. А мне надо продолжать готовить новые экземпляры к моей задумке столовых сервизов. Да и новую порцию керамической массы я ещё только вчера приготовила, вот пока она созреет, возможно, с этой партией и закончу.



Перед обедом ко мне в мастерскую прибежал Уилли в сопровождении Кузи, так-то он по двору бежал в невидимой форме, проявился только возле нас, чтобы показать, что он ребенка одного не оставляет. Надо отдать должное выдержке Иннис — она даже не вздрогнула при появлении домовенка. Впрочем, она была увлечена своим делом и мало обращала внимания на то, что делается вокруг.



— Мама, там Кресса просила тебя прийти, Элизи жених сватать приехал!



Выпалил сынишка, гордясь настоящим, взрослым поручением, которое он сам успешно выполнил. Я торопливо вымыла руки, и на ходу снимая рабочий фартук, пошла в замок. Рядом, держа меня за руку, весело подпрыгивал Уилли. Ему все было интересно — столько народу, стук молотков, шуршание рубанков, красивые цветочки, что рисует тетя Иннис, куда отправилась кошка Китти, и зачем этот дядя забирает нашу Элизи? Вопросов у малыша было нескончаемое количество, только ответишь на один, как тут же следовало два новых. В холле меня ждала взволнованная Кресса.



— Леди Мэри, простите, я провела господина Спитфара в вашу гостиную. Он там ожидает ответа.



Я успокоила беспокойную женщину.



— Вы все правильно сделали, Кресса! Я сейчас переоденусь и приду! Пока принесите в гостиную чай и выпечку для гостя и пригласите Кестера и Элизу.



С этими гостями я вскоре буду переодеваться, как солдат — новобранец — пока спичка горит. Спустившись вниз, увидела у двери в гостиную нервно переминающегося Кестера, и абсолютно спокойную Элизи. Вот у кого психика железная, прямо завидно!



В гостиную вошли мы все вместе. Сидевший в кресле мужчина при нашем появлении встал, поклонился мне, Кестеру, Элизи. Я милостиво кивнула, Элизи, сияя улыбкой, присела в быстром книксене. Где только и научилась в нашей деревне столь "галантерейному" обхождению?



Жених был высок, сухощав, не имел ни усов, ни бороды. То есть вовсе не соответствовал облику классического мельника. Не юноша, но и не пожилой мужчина. Держится спокойно, цену себе знает, но не высокомерен. Посмотрим, что он будет говорить, но по первому впечатлению — отличная пара для взбалмошной девчонки.



— Леди Мак-Фергюссон, я прибыл в ваше поместье, чтобы попросить у господина и госпожи Мак-Линн руку их внучки Элизи. Кто я и откуда — вы уже знаете. Обещаю, что со мной ваша внучка будет жить достойно, не в бедности и в безопасности. Обещаю ей заботу и уважение.



Старики переглянулись, затем Кестер, откашлявшись, сказал.



— Господин Спитфар, мы согласны на ваше предложение и наша внучка Элизи по доброй воле и с радостью тоже принимает его.



Элизи кивнула, смущённо розовея щёчками, в тон своему нарядному платью. Вот же актриса! И не скажешь, что совсем недавно бушевала и выкрикивала проклятья на голову нежеланному жениху.



Я пригубила чай, откусив крошечный кусочек бисквитного пирога, очередной привет из бедной студенческой жизни, в исполнении нашей Липы, предложив то же самое и гостю.



— Господин Спитфар, простите мне мое женское любопытство, скажите, а когда вы намерены провести свадебную церемонию?



Новоявленный жених вежливо ответил.



— Думаю, что завтра, сегодня уже просто не успеем. Я останусь на ночь в доме моего знакомого неподалеку от вас, утром поедем в храм и оттуда сразу уже к нам домой. Вечером будем на месте. Понимаю, что это очень спешно, но я не могу оставить мельницу без своего присмотра надолго. У вас великолепный чай, леди Мэри! И выпечка просто восхитительная!



Вежливо поулыбавшись друг другу, вскоре распрощались, жених отбыл до завтрашнего утра, старики всхлипывали, понемногу собирая вещи Элизи в дорогу. Я сходила к себе, достала один мешочек с чаем — мой свадебный подарок, Кестеру сказала, чтобы принес мешок с солью, фунтов на десять, Элизи для личного пользования надолго хватит. А утром я отправлю с ними Лидара с повозкой в храм, он и привезёт стариков обратно, а Элизи с мужем поедут к себе, не мешкая.



Может, кто-то решит, что я слишком лояльна к этой девице. Может быть. Но мне жаль стариков и отчасти жаль саму глупую девчонку, задурили ей голову разговорами о ее красоте, да ещё и первая любовь вмешалась. И закончилось все так печально. Даст Бог, со временем она поймет, что счастье не в красавце — муже, а в верности и надёжности. И не хочу, чтобы досужие кумушки разносили по округе, что мельник взял в жены девку — бесприданницу, а вот у них дочери вон какие, а мельник не захотел их, привез чужачку, бедноту сплошную. Пусть и мир другой и время другое, а бабы — сплетницы везде одинаковые.


Загрузка...