Гениальная жена по ядам. Легенда о Юньси. Книга 1

Глава 2 Позор, возвращайся завтра!

Как служанка новобрачной может средь бела дня кричать такие вещи? Наверняка она делает это специально. Хань Юньси собиралась поднять занавеску и посмотреть, что происходит, но передумала. Разве смеет невеста показываться на людях? Не заплюют ли ее за пренебрежение к традициям? Судя по суматохе снаружи, за ситуацией наблюдало немало глаз. Оставалось только терпеливо ждать.

– Ох! Ошиблись! На том перекрестке следовало повернуть направо, а мы повернули налево!

Служанка чуть не разрыдалась.

– Зачем поднимать столько шума на пустом месте?! Эта дорога тоже приведет ко дворцу великого князя.

– Точно-точно, бабушка Ван, ты совсем из ума выжила. Разве можно говорить такое в этот особенный день? Не ты ли сама только что хотела повернуть налево?

Пока носильщики судачили друг с другом, служанка, не переставая топтаться на месте, причитала:

– Да что же это я! Плохо дело! Отсюда на дорогу до дворца уйдет один большой час[3], новобрачная может упустить свое благоприятное время!

Как только прозвучали эти слова, все вокруг погрузилось в тишину. Вопрос благоприятного времени волновал людей не только в древности – он и в современном мире занимал их умы.

Спустя какое-то время носильщик робко спросил:

– Тогда… тогда возвратимся и повернем направо?

– Что ты мелешь! – Бабушка Ван яростно топнула ногой, да так сильно, что макияж потрескался от гнева. – Невеста не может даже оглядываться, не говоря уже о том, чтобы повернуть назад. Хочешь обречь ее на развод?

Слова служанки лишили носильщика дара речи.

Услышав их, сидящая в паланкине Хань Юньси закатила глаза. Да эта сваха действительно хочет, чтобы она опоздала. Великий князь не отправил слуг встретить невесту у дома, не явился сам, послал лишь служанку. Неужели планировал припугнуть ее еще до того, как она войдетвойдет во дворец? Если Хань Юньси пропустит благоприятное время, а в будущем в доме великого князя произойдет что-нибудь скверное, не будут ли винить в этом ее?

Хотелось выйти из паланкина и заявить во всеуслышание, что она вовсе не собирается замуж и отказывается от брака. Но Хань Юньси отчетливо понимала свое незавидное положение. Родители жены – «шакалы и волки», люди, которыми управляет жажда наживы; родители мужа – «тигры и леопарды», бесстрашные и гордые. Да и вправе ли она сетовать на жизнь, унаследовав личность никчемной, уродливой девушки из семьи Хань?

Оставалось лишь подчиниться судьбе. Так или иначе, императрица-мать даровала ей этот брак, император закрепил намерение указом, и разве осмелится великий князь сделать что-то дурное?

Сваха и носильщики долго совещались. В конце концов они не нашли иного выхода, кроме как продолжить движение. Носильщики, забыв обо всем на свете, бежали так быстро, как могли, раскачивая паланкин в разные стороны, но все равно пришли позже положенного. Благоприятное время было безвозвратно упущено. Центральные ворота дворца, как и боковые двери, были закрыты наглухо. Рядом продолжал толпиться народ, принявшийся распекать невесту.

– Слышал, Хань Юньси уродлива. Не мудрено, что великий князь не желает показывать ее лицо.

– Ха-ха, самые красивые девушки в Поднебесной мечтают войти во дворец великого князя. Что касается Хань Юньси – даже если ей это удастся, она будет совсем одинока.

– И не говори. Смотри, какая гордая! Умудрилась опоздать аж на половину большого часа. У меня уже ноги ломит от ожидания.

Услышав обвинения, прежняя Хань Юньси наверняка разрыдалась бы. Но нынешняя больше не была трусливой, неуверенной в себе и жалкой паразиткой!

Прикрыв ладонью шишку на щеке, Хань Юньси попыталась рассмотреть ворота дворца через щель в занавесках. Никаких праздничных украшений не было. Если бы не свадебный паланкин, никто бы и не догадался, что сегодня в этом доме планировалось бракосочетание. Судя по всему, Хань Юньси здесь не ждали, и она едва ли могла рассчитывать на теплый прием у ворот.

Служанка не осмелилась шуметь и просто тихонечко постучала. Через некоторое время боковая створка открылась. На пороге стоял старый привратник, кажется, совершенно не собиравшийся встречать пришедших.

Бабушка Ван тотчас же подбежала к нему и, сделав торжественный вид, провозгласила:

– Невеста здесь! Невеста здесь!

Старый привратник лишь окинул взглядом паланкин и презрительно произнес:

– У меня приказ от великой матери князя. Никого не впускать, если благоприятное время будет упущено. Возвращайтесь завтра!

Спустя мгновение он молча закрыл дверь на засов.