Лекарство от предательства

Глава 22

– А не рановато ты собралась туфли покупать?

Настя крутит в руках коробку с обувью. Ценник – запредельный. По крайней мере, для меня тратить двадцать тысяч на туфли – не вариант. Я вообще ни разу не покупала обувь дороже пяти тысяч за пару.

– Весна, почему нет? – заправляет за ухо пушистую прядь, которая тут же пружинит в исходное положение.

– Март вообще-то, холодно ещё, – продолжаю отговаривать подругу.

Причём сама не понимаю, зачем это делаю. Чувствую себя колючим ёжиком, которого потревожили. Готова каждого, кто полезет ко мне, уколоть своими иголками.

Ласовская смотрит на меня неодобрительно, фыркает и присаживается на пуфик. Открывает коробку со своим размером и примеряет обувь.

– Красота! – восхищённо рассматривает аккуратную ножку в напольном зеркале.

Делает пару оборотов вокруг своей оси и спотыкается.

– Ну вот, – ловлю подругу под локоть, – ты меня, оказывается, взяла, чтобы было кому первую помощь оказать, а я думала…

– Ха, шутишь? Это хорошо, я уж думала, так и будешь букой, – снимает туфли, укладывает их в коробку.

Идёт к отделу с сумками.

Уныло плетусь следом, попутно разглядывая стеллажи с кроссовками. Самая лучшая обувь, как по мне. Удобная, практичная, а если поковыряться, то можно найти недорогую и даже симпатичную пару.

В кармане куртки звонит телефон.

На экране высвечивается номер Баринова. Он у меня не записан, но я запомнила последние цифры и код.

– Алло, – неужели уже соскучился? – да Кирилл Александрович.

Интересно, когда он предложит обращаться к нему на «ты»?

– Алиса, а ты где сейчас? – голос твёрдый и отстранённый.

– С подругой, в торговом центре, – растерянно.

– Это вот с той подругой, которая… – брезгливо.

Не вижу его, но буквально представляю, как презрительно морщит свои пухлые губы, обрамлённые короткой щетиной. А чем ему моя Настюха не угодила?

– Д-да…

– Понятно, – отрывисто. – И где вы сейчас?

– Так я же сказала, в торговом центре, – чувствую, что начинаю заводиться.

Ещё не начал «ухаживать», а уже пытается контролировать.

Тааак…

– Кирилл Александрович, если вы думаете…

– Я всегда думаю, Алиса, – перебивает. – В отличие от тебя. А ещё хорошо разбираюсь в людях, и эта твоя подруга выглядит, как дешёвая…

Бросаю трубку. Выслушивать хамство мужчины не собираюсь. Даже если этот мужчина мне нравится, пускай своё драгоценное мнение держит при себе.

Бесцельно брожу между рядов, пока Настя выбирает сумку. Пытаюсь думать. После слов Баринова это слово приобретает совершенно незнакомый оттенок. Не буду думать, буду размышлять.

Кириллу не понравилась Настя. Это же очевидно. И что он теперь будет мне мозги вправлять, рассказывая с кем стоит общаться, а с кем нет?

Я ведь даже ещё не его девушка.

– Ой, Лиск, прикинь, кого видела вечера, – звонкий голос подруги мешает «думать». Размышлять. – Вороновского твоего. С фифкой какой-то в кафе сидел, по руке её поглаживал.

Настюха смеётся, поворачиваясь то одним боком к зеркалу, то другим. На каждом плече у неё по сумочке. Одна ярко красная, такая же, как туфли, а вторая молочного цвета.

– Нет, бежевенькая лучше, – вытягивает губы трубочкой, словно позируя для фото. – Но к туфелькам не пойдёт…

Неопределённо пожимаю плечами.

– А я ещё одни туфли возьму! – восклицает воодушевлённо.

Кажется, у меня начинает дёргаться глаз. Это же всё сначала: стеллажи с обувью, примерка, попытки привлечь меня к выбору.

– Так вот, он сидел с девкой этой, ну Андрей, – возвращается к теме моего бывшего жениха.

– Насть, не надо, – прошу устало.

Не скажу, что мне больно вспоминать Вороновского. После нашего расставания у меня толком не было времени на то, чтобы оплакивать бывшую любовь. Баринов заполнил собой мои мысли, постоянно был рядом. И я переключилась.

Но всё равно не хочу вспоминать Андрея, просто неприятно тратить время на разговоры о нём. Не заслужил.

– Ну ладно, – хмурит аккуратные брови.

Спустя полтора часа мы всё же покидаем стены торгового центра. Я полной грудью вдыхаю уличный воздух. Пусть он немного загрязнён выхлопными газами, зато пахнет свободой.

– Я жрать хочу, – заявляет Ласовская. Словно маленькая капризная девчонка хлопает ресницами.

– Я была бы удивлена, скажи ты обратное, – не самым весёлым тоном отвечаю.

Да, я всё ещё не в духе. Из-за Баринова с его попытками контролировать меня, из-за Насти и её рассказов об Андрее. Такое впечатление, что каждый, кто меня окружает, думает только о себе. Никого не волнует, что чувствую я. Всем плевать.

– А давай в «Карамельку» заскочим, она как раз по пути, – спрашивает Настя без малейшего намёка на вопросительную интонацию. Ясно, она для себя уже всё решила.

– Ты же знаешь, что я не люблю сладкое, – отвечаю спокойно. В конце концов, сколько я под других должна подстраиваться.

– Но я хочу есть! – восклицает настойчиво.

– Выбери другое место, – отворачиваюсь к окну.

– Другое? Ладно! – бросает, скрипнув зубами.

Не нравится мне тон подруги, ох, не нравится.

Мы притормаживаем возле светофора. С правой стороны, где сижу я, начинает светить солнце. Яркое, ослепляющее. Прикрываю на мгновение глаза.

– Эй, мы приехали, – толкает в бок подруга.

Открываю глаза, не понимая, как так получилось, что только что были возле светофора, а уже приехали.

– Выходи, спящая красавица! – хохочет.

Разлепляю тяжёлые веки, мешком вываливаясь из автомобиля. Слегка покачиваюсь, пытаясь поймать равновесие. Настюха добродушно хватает меня под руку, когда замечает неустойчивость моей координации.

Тупо пялюсь под ноги, стараясь не споткнуться. Вот это меня расплющило. Вздремнула, называется немного. И куда мы приехали, меня не интересует, главное, не споткнуться.

– Добрый день, – нас приветствуют на входе.

Резко вскидываю голову, перед глазами всё кружится. Запоздало понимаю, что мы в «Барине». Я уже говорила, что Ласовская – коза?

– Ты специально меня сюда притащила? – шиплю на девушку, вцепившись в её руку покрепче. – Специально?

– Ага, – расплывается в широкой улыбке, демонстрируя ровные качественно отбеленные зубы.

– Гадина, – толкаю её кулаком в бок, – радуешься теперь? Приятно тебе радоваться, да?

Чувствую непреодолимое желание бросить Настюху посреди ресторана и свалить отсюда поскорее. Не знаю почему, но мне неловко будет есть, зная, что в любой момент в зале может появиться Баринов.

Уверена, Кирилл тут же нафантазирует себе лишнего, решит, что я захотела с ним повидаться. А я не хотела. Наверное.

– Ты садишься? – Ласовская опускается на стул и тянет руку к папке с меню.

Неохотно присаживаюсь напротив подруги, опасливо оглядываясь по сторонам.

– Кирюшу своего высматриваешь? – говорит с ехидцей в голосе, не отрывая взгляда от красивых картинок со сложными названиями.

Игнорирую.

Мимо снуют официанты, оставляя за собой шлейфы ароматов, заставляющих желудок урчать. Надо бы тоже перекусить.

Прячу взгляд в своей папке с меню.

– Илюша, стой! – приятный женский голос разносится по залу ресторана.

Неохотно отрываюсь от изображения картошки с грибами, вызывающего обильное слюноотделение. Через пару столиков от нас стоит малыш – на вид года полтора, может быть, два.

С другого конца зала в его сторону спешит молодая девушка. Тёмные каштановые волосы качаются в такт резким движениям. Она не сводит обеспокоенного взгляда с малыша.

– Ма-ма! – пищит малыш. Заливисто смеётся и убегает от девушки.

Поражаюсь, с какой скоростью несётся малец от своей матери. Шустро перебирает пухленькими ножками, на ходу размахивая сжатыми в кулаки руками.

– Какой хорошенький, – не могу сдержать улыбки. Люблю детей.

Ласовская непонимающе косится на меня.

– Илюша, – выдыхает мать шустрого мальчишки.

Гости начинают оборачиваться, с любопытством следя за представлением.

Малыш огибает ближайшие столики и притормаживает возле моей ноги.

– Привет, – улыбаюсь пухлячку, протягиваю руку, но не касаюсь ребёнка.

Мало ли, как его мать отреагирует на мой жест.

– Что здесь происходит? – змеёй шипит возникшая из неоткуда Маргарита. – Это ресторан, а не ясли.

Администратор пристроилась рядом со мной, но всё её внимание сосредоточено на малыше и его маме. Они такие классные, но блондинка похоже моего мнения не разделяет.

– Добрый день, – пытаюсь переключить на себя внимание администратора, – Маргарита.

– Добрый, – скалится, не сводя взгляда с ребёнка.

– Извините, – незадачливая мамочка подбегает к нашему столику и подхватывает малыша на руки. – Илюшка, ну зачем же ты убежал от меня?

Мальчик задорно смеётся, размахивает пухлыми ручками. Задевает пряди каштановых волос.

– Извините, – девушка виновато улыбается, поглядывая на администратора. – Мне нужно мужу кое-что передать…

– А я причём? – крайне грубо отвечает Маргарита.

Мне не нравится её тон, что уж говорить об этой бедной, потерянной девушке. Она широко распахивает глаза, словно не верит словам администратора.

– Мой муж, Даниил Астров. Он недавно устроился в ваш ресторан… Я приходила пару дней назад…

Мне кажется, что эта милая шатенка сейчас расплачется. Да и малыш на её руках притих, стоило Маргарите открыть рот. Фу, разве можно быть такой грубой рядом с этой пухлощёкой прелестью?

– Хм, здесь не проходной двор, а детям вообще не место…

– Маргарита, – перебиваю женщину, когда понимаю, что она переходит границы. – Сообщите Кириллу Александровичу, что я пришла.

Администратор вмиг забывает про жену шеф-повара, про ребёнка. Да по её выражению лица кажется, что она даже своё собственное имя не помнит после моих слов.

Приятная незнакомка вместе с ребёнком на руках скрывается за спиной этой блондинистой мегеры, благодарно кивнув мне напоследок.

– А что сказать Кириллу Александровичу, Алиса? – спрашивает с вызовом.

Замираю. Я так хотела помочь этой мамочке с малышом, что совершенно не подумала о том, что придётся отвечать за свои слова. И как теперь выкрутиться?

– Скажите, что пришла я… – роняю еле слышно. – Его девушка.

Если уж взялась отвлекать и шокировать администратора, то надо делать это наверняка. Теперь она и не вспомнит про эту сладкую парочку.

Лицо Маргариты вытягивается от удивления, а напротив меня Ласовская давится гранатовым соком. Участливо смотрю на подругу, когда она вытирает салфеткой рот. Чувствую себя победительницей.

Ровно до того момента, как в зале появляется Баринов.

Тёмные волосы уложены назад, классические строгие брюки идеально сидят на длинных ногах. А рукава светло-голубой рубашки закатаны до локтя. И выглядит это невероятно залипательно. Просто взгляд не могу отвести, когда мужчина идёт в мою сторону неторопливым шагом.

Надо же, а я думала, не поверит Маргарите. Или она забудет и не скажет мужчине ничего. А может Баринов прав, и я иногда вообще забываю думать.

– Ой, а он ничего такой, – подруга подносит ко рту вилку с куском мяса, но запихнуть пищу в рот у неё не получается.

Она так же, как и я, пялится на Баринова.

– Эй-эй, – машу рукой перед лицом Ласовской. – Совесть имей хоть каплю, отвернись уже.

Точно коза.

(История Даниила Астрова и его милой шатенки "Дай мне шанс" )