Глава 9

Я открывала дверь, когда зазвонил телефон. Надеясь, что это Икбол с информацией о том, как разорвать связь, я испытала прилив энергии и бросилась отвечать на звонок. Я подскочила к трубке, проигнорировав озадаченный взгляд Брутуса, вызванный нехарактерной для меня скоростью.

— Алло, — задыхаясь, произнесла я. — Это Иви.

— Иви! Как ты? Как дела?

Сердце ушло в пятки. Ева. Что, чёрт возьми, я ей скажу? Если мне хоть немного повезло, то с ней уже связались, и мне не придётся сообщать плохую новость, что я, по сути, украла работу её мечты.

— Дела идут… интересно, — уклончиво сказала я. — Как сама?

Она вздохнула:

— Здесь какой-то дурдом. Во-первых, здешний ковен не знал о моём приезде. Во-вторых, они влезли в страшные неприятности с участием лягушачьей икры. По правде говоря, ты не захочешь знать подробности. Это ужасно.

Она права, я действительно не хотела знать.

— Ты разговаривала с администрацией Ордена? — спросила я слишком уж небрежным тоном.

— Нет, — она казалась расстроенной. — Учитывая, что я здесь пытаюсь разгрести это безумие в одиночку, они должны были выйти на связь. Для таких ведьм Первого уровня, как я, ненормально самостоятельно выполнять подобного рода задания, — она понизила голос. — Я думаю, это тест. Если я хорошо справлюсь, они позволят мне сдать экзамен и перейти на Второй уровень. Или, может, это даст мне возможность попасть в Тайный отдел.

Я вздрогнула:

— Ммм.

— Ну ладно, я не могу долго разговаривать. Я лишь хотела узнать, как там Гарольд.

— Он в порядке. Я как раз собиралась сходить и проверить, как он там.

— Замечательно, — в её голосе послышалось облегчение. — Я знаю, что он не так умён, как Брутус, но я безумно его люблю. Надеюсь, ему без меня не слишком одиноко.

Я могла бы ей сказать, что у него есть компания, так что, вероятно, он вовсе не чувствует себя одиноким, но что-то я не считала телефон хорошим средством для передачи новостей. Ну и вдобавок к этому, я была совершеннейшей трусихой.

— Мне, наверное, пора, — неловко сказала я.

— Да, да, конечно. Спасибо тебе большое за всё, Иви. Не знаю, что бы я без тебя делала.

Я скривилась, когда она повесила трубку. Сомневаюсь, что она продолжит расточать мне похвалы, когда вернётся. Вот почему я ненавижу хранить секреты: в долгосрочной перспективе они всегда приносят проблемы. Прятки — не в моей натуре.

Брутус смотрел на меня прищуренным взглядом:

— Мне скучно.

Я потянулась за листком бумаги, скомкала его в шарик и метнула в его сторону. Он тут же просиял и атаковал его с неимоверной силой. Затем загнал его под диван и злобно развернулся в мою сторону, словно это я была виновата.

Я пожала плечами:

— Прости. Я бы достала его тебе, но мне нужно сходить проверить Гарольда и его новых соседей по квартире, — я была почти уверена, что Брутус закатил глаза. Я бросила на него взгляд, говоривший, что я ничего не могу поделать, и поспешно ретировалась в ванную, чтобы прихватить пижаму, полотенце и шампунь. С неработающим бойлером единственный душ, который я могу принять у себя в квартире — это ледяной. По крайней мере, так я смогу убить двух зайцев.

Гарольд переместился с одного конца дивана на другой. Когда я вошла, он даже не вздрогнул. Однако я была приятно удивлена, обнаружив, что одним прикрытым глазом он следил за связанной по среди комнаты парочкой.

— Всем приветики, — жизнерадостно сказала я. — Как оно?

Никто не ответил. Скинув свои вещи на кресло, я сначала разобралась с Гарольдом, уделив ему изрядно внимания, затем убедилась, что у него достаточно еды и воды. Если он и был раздражён необходимостью весь день сидеть взаперти, выполняя обязанности няньки, он этого не показал. Он несколько раз боднул меня головой и заурчал.

— И почему Брутус не может быть таким же милым как ты? — спросила я, почёсывая его под подбородком. Урчание усилилось. Он знал, откуда поступает его еда. По крайней мере, в последующие несколько дней.

Когда я удостоверилась, что фамильяр Евы доволен, я перешла к Мудаку. Я вытащила кляп и предложила ему воды. Он взглянул на меня со свирепостью пленного медведя, но принял её, сделав несколько жадных глотков. Когда он закончил, я помахала бургером, который прихватила по дороге домой. Я заставила Винтера сделать остановку, прежде чем он закинул меня домой. К счастью, он никак не прокомментировал тот факт, что я купила три разных блюда, но его выражение сказало мне всё, что он обо мне думает. Да и пофиг.

— Хочешь это?

Мудак неохотно кивнул. Кормить его как ребёнка было слишком проблематично, поэтому я ослабила путы и позволила ему есть самому, но внимательно следила за каждым его внезапным движением. Его подруга всё время дёргалась. Я даже слышала, как у неё урчал живот. Жестоко. Она могла подождать.

Как только Мудак закончил, я затянула его путы и похлопала по щеке.

— Вот так. Лучше?

Он насупился:

— Ты не можешь держать нас здесь вечно.

— Расскажите, что вы здесь делали, и я отпущу вас.

Он отвёл взгляд. Я вернула на место его кляп и двинулась к женщине.

— Как тебя зовут? — спросила я. Она не ответила. — Назови своё имя, и я дам тебе еду и воду, — я помахала рукой перед её лицом. — Ммм. Хорошо пахнет, не правда ли? — её глаза следили за бургером в моих руках. Ага, она была очень голодной. Я развернула его и начала есть. — Ням.

По её лицу пробежало выражение обречённости. Я ухмыльнулась, схватила последний бургер и выгнула бровь.

— Элис, — сказала он. — Меня зовут Элис.

Мудак прижался к ней. Не знаю, почему он расстроился. Это же он оказался настолько глупым, чтобы прийти с документами.

— Элис, а дальше?

— Фэйрклоф.

— Ты состоишь в Ордене.

Она неохотно кивнула.

— Младший Адептус? — сделала я предположение, исходя из заклинаний, которые она применила во время нашей схватки. — Мне показалось, что ты на Втором уровне.

— Да.

Я указала на пачку трав. Гарольд услужливо подскочил к ним, и его хвост метался из стороны в сторону. Он явно считал, что я должна разобраться в этом.

— Для чего они?

— Просто дай мне чёртову еду, — проскрежетала Элис. — Я назвала своё имя.

Верно. Никогда не говорите, что Иви Уайлд не держит слово. Я ослабила путы, и она рванулась за бургером, с удовольствием впихнув его в рот. Я с интересом наблюдала. Казалось, она даже не жевала.

Элис проглатывала последний кусок, когда предприняла свою попытку. Она слегка сместилась вправо, опустив руку за колено, где её не было видно. Однако прежде, чем она успела завершить руну, я схватила её руку и подняла. Она заёрзала.

— Это просто грубо, — сказала я ей, снова связывая её. — Но ты, по крайней мере, интереснее твоего дружка, — я села напротив неё скрестив ноги. — Вы вломились, чтобы предугадать будущее Евы?

Она уставилась на меня так, словно я была сумасшедшей.

— Нет, — прошептала я. — Не думаю. Двенадцать минут её будущего мало что вам дадут, — я вытерла кетчуп с уголка губ. — Возможно, вы хотели увидеть, чем она занималась в прошлом, — я сомневалась, что это было очень интересно. Ева была трудоголиком. Если бы кто-нибудь захотел шпионить за ней, он увидел бы того, кто учится, занимается спортом, практикуется в магии и, может быть, только может быть, иногда спит. При мысли, что кто-то опробует это на мне, я хихикнула. В отчёте я бы прохаживалась к холодильнику, включала чайник и ворочалась на диване.

Элис Фэйрклоф старательно сохраняла невозмутимое выражение лица.

— Итак, — сказала я. — Должно быть, вы хотели отследить её, — это достаточно легко сделать. Ни Элис, ни Мудак не ожидали, что Ева будет дома, поэтому, должно быть, они планировали разбросать травы в нужных местах, чтобы обеспечить контакт с её кожей. Будучи ведьмой Первого уровня, Ева не имела защиты против такого заклинания. Я с любопытством склонила голову набок. — Вопрос в том, зачем?

Элис держала рот закрытым. Было очевидно, что она не собирается больше ничего говорить. Её выбор. Я чувствовала, что приближаюсь к правде. Это к лучшему, потому как имея на руках Винтера и этих двоих, дел у меня невпроворот. Ещё день-два, и я рассчитывала получить то, что мне нужно. Я вернула её кляп на место и улыбнулась. Если буду в хорошем настроении, то через какое-то время разрешу им сходить в туалет. Я сама доброта.

— Не беспокойтесь. Вы двое остаётесь здесь. Я в душ, и мне не хотелось бы думать, что вы подглядываете.

Элис свирепо посмотрела на меня. Я медленно кивнула:

— Ах, да. Вы же не можете двигаться, — я ухмыльнулась. Жизнь тяжела.


***


Следующим утром все будильники, какие у меня только были, зазвонили одновременно. Для меня это был единственный способ снова не уснуть. Мой ранний подъём не связан с волнением от предстоящего допроса Ипсиссимуса, но имел целью внушить моему сапфироглазому товарищу ложное чувство безопасности. Если бы я смогла заставить его поверить, что я не так ленива, как он обо мне думает, я рассчитывала, что в будущем я смогла бы преуспеть больше — что в моём случае означает меньше.

Я сонно бродила по квартире. Солнце встаёт не просто так. Неестественно выползать из кровати, когда за окном ещё темно. Я раздражённо бормотала себе под нос, пытаясь собраться. Мои конечности одеревенели, не сгибались, и чем больше я двигалась, тем больше они болели.

Винтер сказал, что для встречи с главой Ордена мне стоит прилично одеться. Однако единственная чистая одежда, которую я смогла найти, была так измята, что даже профессиональное отпаривание не заставило бы её выглядеть презентабельно. Я встряхнула вчерашнюю футболку и критически её осмотрела. Пахла она не слишком плохо. Затем мой взгляд упал на коробку, которой меня снабдил Винтер. Подождите-ка. Это может сработать.

Я порылась в ней, вытягивая красную мантию, аккуратно сложенную и лежащую в самом низу. Как бы я ни ненавидела одеваться подобно фанатикам Ордена, это могло удовлетворить Винтера и означало, что я могу не утруждаться переодеванием. Я могла просто натянуть её поверх пижамы, и никто даже не заметит. Я ухмыльнулась. Готова поспорить, другие ведьмы постоянно так делают.

Я пригладила волосы, как смогла, быстро чмокнула Брутуса, раздражённо сплюнула шерсть, набившуюся в рот, и направилась в квартиру Евы. Я дважды проверила, что все её обитатели, как кошачьи, так и человечьи, в порядке, и дала им достаточно еды и воды, чтобы продержаться день. Я была бы рада избавиться от них. Надеюсь, Мудак и Фэйрклоф скоро выдадут интересующие меня ответы. Они становились пустой тратой моего времени, без которой я вполне могла обойтись.

Убедившись, что разобралась с ними, я спустилась вниз. Винтер настоял, чтобы снова забрать меня. Меня это устраивало: я смогу вздремнуть по дороге и немного наверстать упущенное из моего драгоценного сна.

Я добралась до угла примерно за двадцать секунд до его приезда. Он высунул голову из окна машины и уставился на меня:

— Вы здесь.

Я сделала вид, что сверяюсь с наручными часами, которых не было:

— Я жду уже минут пятнадцать.

Он насупился:

— Я вовремя. Мы договорились в шесть. Сейчас шесть.

— Не хотела пропустить тебя, — сказала я ему, забираясь на пассажирское сиденье. — Вчера ты был весьма сварлив, мне на всю жизнь этого хватит.

— Я не был сварлив, — прорычал он.

— Нет, был. Человек в хорошем настроении не станет обливать водой невинно спящую женщину.

Губы Винтера дрогнули:

— Вот уж невинной вас не назовёшь, — он тронул машину с места и поехал.

— Если противоположность невинности — это опыт и житейская мудрость, — прокомментировала я, — то принимается.

— Вы определённо опытны в искусстве сна.

— Ох, — промурлыкала я, — когда дело доходит до спальни, у меня полно опыта. Я бы даже сказала, что весьма искусна.

К несчастью, Винтера оказалось не так легко смутить.

— Неужели? — пробормотал он. Его слова окрасил слабый намёк на насмешливое недоверие.

На языке у меня вертелось предложение устроить ему демонстрацию, если он так хочет, но почему-то мне это не показалось хорошей идеей. Будь это кто-то другой, я бы продолжила подначивание, но с Винтером мне было немного не комфортно. Бог знает, почему.

— Пристегнитесь, — проинструктировал он.

Я легонько улыбнулась, благодарная за смену темы:

— Беспокоишься о моей безопасности?

— Если вас размажет по ветровому стеклу, бумажная работа будет занозой в заднице. Не говоря уж о чистке салона.

— Видишь? — самодовольно заявила я. — Ты не больше меня радуешься сверхурочной работе.

Он закатил глаза. Я щёлкнула ремнём безопасности и ухмыльнулась. Иногда Винтер бывал почти человеком.


***


— Нам стоит быть благодарными за то, что Ипсиссимус согласился прийти пораньше и ответить на наши вопросы, — сообщил мне Винтер.

Да? Я открыла рот, чтобы сказать это, но Винтер поднял руку, прерывая меня:

— Очень хорошо, что вы соответствующе одеты. Он будет признателен, что вы выказываете желание стать частью Ордена на следующие сто дней, — я крепко сжала губы. — Но, как я и говорил вчера, важно, чтобы вы позволили мне вести разговор. Это щекотливая ситуация, которая требует деликатности.

Учитывая, что я ещё не видела от него деликатности, его слова меня позабавили. Так или иначе, я могла позволить ему беспокоиться из-за дурацкого скипетра и Ипсиссимуса и провести время размышляя, что делать с Мудаком и Элис. Или, что ещё лучше, вздремнуть.

— Адептус Экземптус Винтер, — начала я.

— Вы можете не продолжать называть меня так.

— Адептус Экземптус Рафаэль Винтер, — поправилась я, — вы всех знаете в Ордене?

— Здесь тысячи людей. Конечно, нет.

Я выгнула бровь:

— Вы кажетесь мне человеком, держащим руку на пульсе, — честно говоря, я представляла его настолько ответственным, чтобы корпеть над именами, фотографиями и личными делами каждой ведьмы Ордена. Вот таким человеком он мне казался.

Винтер вздохнул:

— Кого вы разыскиваете? — он чуть прищурил глаза. — Вы хотите больше разузнать о Философусе Вильнёве?

Он имел в виду Тарквина. Я покачала головой:

— Нет. Вы знаете Элис Фэйрклоф?

— Второй уровень, Младший Адептус, — тут же ответил он.

Ха! Я знала, что ему известно о ней.

— И какая она?

— Я знаю, как её зовут, мисс Уайлд. Я не знаю размер её обуви, умелая она ведьма или нет. Она на Втором уровне, так что могу предположить, что её способности приемлемы.

Казалось, что Винтер всецело предан иерархии Ордена. Он не отрицал тот факт, что знает о ней. А если он замешан в её махинациях у Евы, я бы ожидала, что он скажет, что не слышал о ней.

— У неё есть напарник? — поинтересовалась я. — Или куратор?

— Адептус Экземптус Дайал.

Хмм. Что-то в его тоне заставило предположить, что он невысокого мнения о Дайале. Интересно.

— А как насчёт Мэттью Бэллхема? Слышали о нём?

Винтер повернулся ко мне:

— Что всё это значит?

— Просто любопытно.

— Нет, — ответил он. — Никогда о нём не слышал.

Вероятно из-за того, что Мудак был на Первом уровне и не стоил внимания Винтера. Я дружелюбно кивнула:

— Спасибо.

Винтер выглядел ошарашенным.

— Что такое? — спросила я.

— Вы поблагодарили меня. У вас всё же есть манеры, — он театрально покачал головой. — Никогда бы не подумал, что такое возможно.

Я сдержала усмешку:

— Эй, если хочешь манеры, получишь, — я отвесила глубокий реверанс. В этот момент открылась дверь и выглянул уставшего вида парень-ведьма:

— Ипсиссимус готов вас принять.

Винтер оттолкнулся от стены:

— Прекрасно, — он вошёл в открытую дверь. — Пойдёмте, мисс Уайлд.

Я откашлялась.

— Мне нужно немного помочь, — я всё ещё была в реверансе. К несчастью, я переоценила, насколько глубоко я могу опуститься, не свалившись или не попросив кого-нибудь поднять меня. Я винила вчерашний поход в зал; мои мышцы всё ещё пребывали в агонии.

Винтер выглядел так, словно изо всех сил старался не рассмеяться.

Другой парень предложил руку. Я с благодарностью ухватилась за неё.

— Заметка на будущее, — пробормотала я. — Выказывать меньше знаков почтения.

— Вот почему вам нужно привести себя в форму, — Винтер усмехнулся и пошёл вперёд. Я уставилась ему в спину. Да, может, он и был прав, но это не значит, что мне должно это нравиться.


***


На этот раз мы находились в кабинете Ипсиссимуса, а не в большом зале заседаний. Я могла лишь предположить, что Винтер предложил провести встречу в приватной обстановке, чтобы мы не обвинили его в краже его собственного скипетра перед всеми его подчинёнными. Он сидел за большим столом, перед ним стояла изящная фарфоровая чашка. А ещё там присутствовала непомерно огромная кипа бумаг. Что-то я сомневалась, что весело иметь такую работу.

Мы с Винтером заняли свои места перед столом. Я открыла рот, но тут же получила весьма ощутимый толчок под рёбра и раздражённый взгляд. Я захлопнула рот, изобразив, что застёгиваю его на молнию. Да-да. Если он в таком отчаянии, Винтер может вести весь разговор.

Ипсиссимус снял полукруглые очки и посмотрел на нас.

— Итак, — сказал он, — чем могу помочь?

— Прежде всего, — начал Винтер, — большое спасибо, что согласились прийти так рано ради разговора с нами.

Ипсиссимус указал на лежащие перед ним бумаги:

— Никаких проблем. Я с таким же успехом мог прийти рано и заняться этим, — улыбка его была приятной, хотя в глазах читался вопрос. — Есть какие-то продвижения по делу кражи скипетра?

— Небольшие подвижки есть, — ответил Винтер. — Пока ничего конкретного, о чём можно было бы сообщить, но я сегодня вечером подробно опишу, что мы обнаружили, чтобы держать вас в курсе.

Ипсиссимус склонил голову:

— Превосходно. А как обстоят дела у вас двоих? Мисс Уайлд?

Я ни слова не сказала. Винтер снова ткнул меня под рёбра.

— Ой, а теперь мне разрешено говорить? — спросила я и просияла. — Всё прекрасно. Работать с Адептусом Экземптусом Винтером — одно удовольствие. Он — маленький лучик солнца в моей серой и унылой жизни.

Я чувствовала, что вышеупомянутый мужчина готовится выкинуть меня из кабинета. Ипсиссимус лишь снова улыбнулся, словно раскусив мой сарказм.

— Рад это слышать. Мы очень гордимся тем, что он в наших рядах.

— Спасибо, — пробормотал Винтер прежде, чем я успела встрять и сказать что-нибудь, что смутит его. Затем помолчал. — Я здесь, чтобы спросить об охранном заклинании, которое вы разместили вокруг скипетра. Оно достаточно сильно износилось.

Ипсиссимус скривился:

— Я слышал об этом. Могу только предположить, что после прошлогодней церемонии не наложил его как следует. Это была моя ошибка.

Я думала, что Винтер оставит всё как есть, но сейчас, когда я поставила порядочность Ипсиссимуса под сомнение, он собирался доказать, что изучил каждую вероятность.

— Это нормальное явление? — спросил он.

Ипсиссимус издал короткий смешок:

— Надеюсь, что нет. Однако подтверждаю, что уделяю таким заклинаниям меньше внимания, чем следовало бы. Вообще-то, веры в то, что сильные защитные заклинания установлены, оказывается достаточно, чтобы остановить воров.

Винтер кивнул:

— И на первом этаже по-прежнему размещены сильные защиты. Чтобы преодолеть их и получить скипетр, нужно быть невероятно сильной ведьмой.

— Да. Мне тоже сказали, что в них нет явных слабых мест. Очень необычно пройти сквозь такую защиту и оставить её нетронутой. Среди прочего, для второго барьера требуется измельчённый кипарис, собранный в полночь Иванова дня. Его не просто раздобыть.

— Или использовать, — заметил Винтер.

— Безусловно, — Ипсиссимус выглядел удивлённым. — Полагаю, что ваш список подозреваемых состоит из ведьм Высшего уровня.

— Мы рассматриваем только членов Третьего уровня, — подтвердил Винтер.

Глава Ордена сделал маленький глоток чая.

— В обозначенный вечер я присутствовал на званом ужине на Даунинг-стрит. Премьер-Министру нужен был совет по поводу приобщения магии к пограничному контролю.

Винтер бросил на меня триумфальный взгляд. Он прав; я считала, что это весьма железное алиби. Я никогда по-настоящему не верила, что Ипсиссимус умыкнул свой собственный скипетр, но было весело. И это позволило мне избежать ещё одного потного занятия с весами и беговой дорожкой.

— Я вам гарантирую, что все ведьмы Третьего уровня освободят свои расписания, чтобы встретиться с вами и обсудить свои перемещения, — сказал Ипсиссимус. — Скипетр, может, и имеет лишь церемониальное значение, но он ценен, и его пропажа, несомненно, вызывает беспокойство. Я дам указание, чтобы сегодня все защитные барьеры были установлены заново. Это потребует времени, сил и энергии, но оно того стоит. Мы не можем допустить, чтобы ещё какие-либо предметы покинули хорошо защищённое здание.

— Это мудро, — сказал Винтер. — Признаю, я очень обеспокоен, что кому-то это удалось, даже если защитный барьер витрины был ослаблен.

Ипсиссимус переплёл пальцы.

— Думаете, скипетр можно вернуть? Для Ордена станет ударом, если мы не сможем найти его невредимым.

Винтер тяжело вздохнул:

— Честно говоря, понятия не имею. Неясно даже, зачем кто-то его взял, ведь он не имеет действительной силы вне церемонии. Усилия, которые они приложили, просто невероятны. Кто бы ни был в ответе за это, у них должны иметься веские причины пойти на такое.

Я понимала, что скипетр существенно ценен, принимая во внимание, что он сделан из золота и инкрустирован драгоценными камнями, но мне всё это казалось нелепым. Я думала что-то сказать, но мне же отдали приказ.

Сбоку от меня Винтер нахмурился и начал чесать руку. Ипсиссимус не заметил. Он пустился в долгие рассуждения о достоинствах и недостатках других защитных заклинаний библиотеки:

— Тот факт, что не было пролито крови, или что ворам удалось обойти… — он остановился на середине предложения и взглянул на Винтера, который задрал рукав и уставился на покрытую пятнами кожу. — Что-то случилось?

Винтер выругался:

— Возможно, аллергическая реакция.

Ипсиссимус выразил досаду:

— Это не аллергия, — его взгляд переместился ко мне. В ответ я смиренно улыбнулась. — В чём дело, мисс Уайлд? Узы дали о себе знать, и я лишь могу предположить, что это из-за вас.

Винтер повернулся и свирепо на меня посмотрел. Я подняла руки.

— Эй! — запротестовала я. — Я ничего не сделала. По сути, я делаю именно то, что мне сказали, и молчу.

— Природа уз требует, чтобы вы с Адептусом Винтером работали в тандеме. Они не позволят вам молчать, если вам есть что сказать существенного.

Так-так-так. Значит, узы работают в обе стороны.

— Выкладывайте, — прорычал Винтер.

Я подняла плечи.

— Приятель, ну ты подумай, — я выпятила подбородок. — Это же очевидно, нет? Количество усилий, требующихся для извлечения скипетра, сводит на нет истинную ценность, которую он мог бы иметь.

— Что вы имеете в виду?

Я мельком взглянула на Винтера:

— Это просто. Скипетр не покидал здание. Он всё ещё здесь.

— Не глупите. Он был извлечён из витрины. Мэйдмонт и другие библиотекари заметили бы, если бы его просто засунули где-нибудь за шкаф, — его голос стал жёстче. — Не все столь же ленивы, как вы.

— Дело не в лени, — ну, на самом деле, в ней. — Дело в здравом смысле. Даже ведьме Третьего уровня нужно проспать несколько дней после исполнения заклинаний, о которых ты говоришь. Отсюда вытекает, что скипетр должен до сих пор находиться в здании.

Винтер скрипнул зубами:

— Он не может быть в здании. Это невозможно.

— Здание большое, — спорила я. — Его могли куда-то спрятать.

— С какой целью?

Я начала испытывать раздражение. У меня не было всех ответов.

— Откуда я, чёрт возьми, знаю?

Ипсиссимус прочистил горло:

— Достаточно, — мы с Винтером замолчали. — Вижу, что ваше партнёрство обещает быть… интересным. — Винтер презрительно хмыкнул. — Мисс Уайлд высказала дельный аргумент. Советую вам вернуться в библиотеку и тщательно её обыскать на предмет следов скипетра. Возможно, мы имеем дело всего лишь с проделкой кого-то с Первого уровня.

Гадство.

— Библиотекари лучше всех знают это место, — предположила я. — Именно им стоит его поискать.

— Это была ваша идея, мисс Уайлд. Возьмите на себя ответственность.

Я засопела.

— Не уверена, что так уж необходимо…

— Смиритесь с этим.

Вот тебе и Душка Ипсиссимус. Винтер перестал чесаться, и его кожа приобрела естественный бронзовый оттенок. В следующий раз мне точно стоит держать свои гениальные идеи при себе.

Загрузка...