Магия S-T-I-K-S 5

Глава 2 Пробуждение

Глава 2. Расплата

2.1 Марш на костях

Эта внезапная, спонтанная операция не нравилась осторожному Ждану с самого начала. Лишь категоричный приказ брата, который, казалось, окончательно съехал с катушек, заставил его подчиниться. Одно дело — изображать бурную деятельность вокруг Вольного и готовиться к долгожданному, спланированному штурму. И совсем другое — срываться в бессмысленный марш с туманными, почти призрачными перспективами. Нет, перспективы, конечно, были, и весьма недурственные. Но это всё — лишь сиюминутная выгода, особенно после недавнего рассинхрона. Казалось, что стоило бы для начала прочесать частым гребнем подконтрольные нам кластеры, укрепить позиции, а уже потом лезть за Реку, предварительно получив точные разведданные. Иначе мы рискуем идти туда, не зная куда, и получить то, не зная что.

Всего неделю назад Ждан мог с хирургической точностью прогнозировать выгоду от захвата Вольного. Теперь же это стало невозможным. А ведь всё начиналось так «хорошо».

Элитные подразделения Тортуги, подконтрольные ему, рванули стремительным маршем к Мосту. Однако проблемы начались уже на первых километрах.

Сперва сенсоры «просрали» двух Топтунов, притаившихся в глубокой канаве. Их жертвой стал багги бокового охранения. Тварей разорвали перекрёстным огнём шедшие следом два БРДМ-3, но двое бойцов навсегда перешли в разряд невосполнимых потерь. Их пришлось оставить на ближайшей соте — неотъемлемой части ставшей привычной тризны.

Трагедия не понизила боевой дух, но вызвала недовольство скоротечными похоронами. С этим пришлось разбираться командирам, которые, мрачно сдвинув брови, пытались утихомирить горячие головы, позабывших о суровых реалиях Улья.

Далее мы были вынуждены продираться сквозь густонаселённый кластер. Ещё неделю назад здесь был лишь посёлок лесорубов с парой бригад забулдыг. Теперь же — приличный ПГТ с панельными «хрущёвками» и капитальным мостом через какие-то водоотводные сооружения.

Вот под этим мостом нас и ждал матёрый рапан, который не только смог спрятаться от сенсоров, но и обладал Даром мимикрии.

Помня об утерянном багги, я отправил проверить подмостки усиленное Дарами отделение спецназа.

Встречу пережил лишь один из десятка. И то лишь потому, что командир подразделения был «клокстоппером», способным совершить целых три «шага».

Обладая оружием, усиленным «крепителем», он, активировав Дар, смог выпустить за краткий миг всю обойму. Но даже в этом случае из тридцати патронов взломать броню рапана смогла едва пятая часть. Видимо, тварь была не только матёрой, но и старой. Вдобавок к мимикрии она обладала ещё и кинетическим щитом, что для его ранга было не просто нонсенсом, а невероятным абсурдом.

Ещё минус девять парней.

Вскрыв огромный костяной горб, мы обнаружили одну чёрную и одну красную жемчужины. Но даже столь богатый хабар не особо воодушевил остальных, и уже мне пришлось вмешиваться и начальственным матом «наказывать невиновных и награждать непричастных».

Ладно, с наградами я погорячился, но всё же пообещал щедрые премии по окончании… ещё не начавшейся кампании.

До Моста дошли в относительном спокойствии, где нас ожидал проводник от Кабана. Он должен был указывать дорогу к Вольному.

И вновь всё пошло если не кувырком, то явно не по плану.

Сперва неизвестный снайпер размозжил голову командиру одного из танков, который не вовремя решил осмотреть окрестности в бинокль. Ни сенсоры, ни разведка так и не смогли обнаружить этого сраного стрелка. Более того, пока взвод егерей шерстил предполагаемое направление, а бойцы пытались вытащить из люка погибшего командира, к ним прилетел FPV-дрон с приличным зарядом взрывчатки. В загоревшемся танке с грохотом сдетонировал боекомплект, отчего из строя выбыли ещё два БТР-80, а осколками убило и ранило около полутора десятка бойцов.

Тут уже не помогали даже маты. Мне стоило огромных усилий не дать бойцам разорвать нашего проводника. Всем показалось, что именно он завёл их в эту ловушку и виноват в смерти сослуживцев.

Успокоив горячие головы и допросив с пристрастием «гида», мы совершили короткий марш-бросок и уже через пару часов пошли на соединение с арьергардом Норы.

До точки рандеву оставалось менее суток и чуть более сотни километров, которые мы должны были преодолеть относительно безопасными лесными кластерами. Ключевое слово: должны были!

Усилив боковое охранение, через тридцать километров мы нарвались на стаю заражённых, которых привлёк звук движущейся колонны. И ладно бы они напали на основные силы, так нет же. Твари атаковали левый фланг и за считанные секунды уничтожили два «багги» охранения и повредили ещё один БТР-80.

Едва удалось разобраться со стаей и возобновить марш, как с того же направления вновь объявился проклятый снайпер. Всего один выстрел, и торчащая из люка голова мехвода Т-72 превращается в кровавое месиво. Потерявшая управление машина, резко ускорившись, таранит впереди идущего собрата, срывая с правого борта «гусеницу».

Бойцы не выдержали столь явного издевательства и открыли ураганный огонь в сторону предполагаемого противника, но кроме нескольких просек среди лесопосадки, особо ничего и не добились.

Боевой дух упал ниже «плинтуса», и даже пришлось пригрозить расстрелом, поскольку приказы выполнялись через раз, а озлобленные бойцы всё чаще зыркали уже на командиров глазами, полными мрачной решимости.

С горем пополам мы преодолели оставшееся расстояние и спустя 36 часов после выхода из Тортуги, объединились с основными силами Норы.

2.2 Смертельная западня.

Кабан нас встречать не стал, чем добавил изрядного раздражения уже мне. Выйдя из своей палатки, он имел удовольствие наблюдать приход нашей потрёпанной колонны, после чего с усмешкой предложил мне разделить с ним кров, стол и его показное радушие.

На 04:00 утра ожидался штурм, и подразделения муров уже занимали свои изначальные позиции согласно тому плану, что был разработан ещё в Тортуге.

Поскольку утром нам нужно было идти в бой, я не стал устраивать разносов, но в памяти отложил пометку припомнить Кабану его наглое поведение. И ему моя «напоминалочка» ой как не понравится. Он вообще, считай, в долг уже живёт, учитывая недавние косяки, поэтому его участь была весьма незавидна.

Но стоило отдать должное его звериному чутью, поскольку, резко изменившись в лице, он вежливо откланялся, объяснив, что ему нужно проверить посты и раздать важные указания выдвигающимся подразделениям. На мой приказ проследить, чтобы моим бойцам выдали тройной боекомплект со складов, он лишь сдержанно кивнул и, ловко развернувшись, как для такой туши, покинул моё общество.

Оставшись один, я некоторое время размышлял над прошедшими полутора сутками, после чего отправился проверять, как устроились мои бойцы.

После всех передряг, успев урвать минут сорок сна, я со своими бойцами в 02:30 выдвинулся на наши позиции.

Будучи на точке, мы принялись готовить пригнанную технику, среди которой присутствовал невероятный раритет — ТОС-1А «Солнцепёк».

Весь пакет снаряжать не стали, поскольку в планах всё же был захват стаба, а не его испепеление. Поэтому из имевшихся восьми снарядов зарядили лишь два, рассчитывая в случае неудачи повторить залп после подтверждения итогов первого.

Поддержать залп ТОС-1А готовились две батареи 2С1 «Гвоздика», что должны были подавить артиллерийские точки противника и взломать защитные сооружения из железобетонных конструкций, которые за десяток лет перетаскали с соседнего ЖБК предприимчивая «вольница».

Кстати!

Нужно отправить на ЖБК разведку или даже второе отделение спецназа. Хотя… нет, лучше не дробить силы и оставить элитных бойцов на охране артустановок.

Первыми в бой пойдут бойцы Кабана, но сперва они должны обработать стаб спецбоеприпасами. Уж слишком усилился за эти годы Вольный, и если на потери Кабана мне было плевать, то вот своих бойцов я всё же предпочитал беречь. Слишком много было вложено в них за эти годы. Поэтому будет достаточно, если они пока что будут позади муров, а заодно выступят в качестве заградотряда в случае неповиновения крайне ненадёжного контингента Норы.

Час «ноль»!

Взглянув на тускло блеснувший циферблат своих «котлов», я приготовился к началу операции.

Стоя за спиной одного из операторов дронов, мужчина вглядывался в развернувшееся действие.

С позиции Кабана в небо поднялись пять огромных коптеров, которых оператор назвал — «Baba Yaga».

На длинных и прочных тросах, не менее тридцати метров, были прикреплены большие короба, обмотанные блестящей фольгой, и к которым были прикреплены связки с гранатами Ф-1.

Длинный трос был необходим для того, чтобы упакованная в креплёный материал «чернота» не влияла на тонкую начинку коптеров.

Механизм сброса выдирал из модифицированной гранаты чеку, которая должна была подорваться через пару секунд и распылить над головами защитников губительную для любой электроники пыль мёртвых кластеров.

Опытным старожилам такие «подарочки» были хоть и неприятны, но не опасны, а вот для новичков подобный сюрприз мог слегка запудрить мозги, что в бою дало бы дополнительный шанс атакующим. И хоть особых надежд Ждан на эту «вундервафлю» не питал, однако и времени оклематься защитникам давать, не планировал.

Вот дроны приближаются к защитному периметру, и впереди идущий сбрасывает свой груз. Две секунды и мощный взрыв распыляет над головами, явно не замечающих опасности защитников, мелкодисперсионную гадость, что на данном участке стены должна погасить ПНВ и прочие визоры…

Но в следующий миг четыре дрона теряют контроль и, заваливаясь на бок, устремляются навстречу с землёй, где «благополучно» разваливаются на части.

А вот уцелевший дрон повёл себя более чем странно. Он не только не рухнул на землю, он, совершив короткий разворот, устремился к пункту своего отправления, где так же «благополучно» взорвался, но уже над головами муров.

Странно, разведка не докладывала, что в Вольном имеется установка РЭБ. Хотя возможно её и нет, а имеется кто-то из «энергетов» или «технарей-волновиков», что могли не только посадить «птичек», но и перехватить над ними контроль. Но опять же, о таких иммунных не докладывалось, но имеем то, что имеем.

Падение, на их же головы, собственного дрона бойцы Кабана встретили матами и миномётным огнём, который из залпового постепенно переходил в беглый, если не заполошный.

Мелькнувшую подленькую мыслишку оставить Кабана «один на один» со стабскими пришлось в зародыше задавить, после чего я отдал приказ открыть «огонь»!

Всё начало разворачиваться, как в отлаженном механизме. Залп «Солнцепёка» был на удивление точным и невероятно мощным. Он не просто уничтожил часть стены, он превратил её в пылающийся ад. Ну еще бы, «технари» одного ушлого караванщика, Могарыча вроде бы, успели слегка «пошаманить» именно с этими двумя зарядами, хоть и стоило это стабу невероятно дорого.

Следом за ТОС-1А в дело вступили «Гвоздики», которые к сожалению, с куда меньшей точностью принялись подавлять как огневые точки противника так и взламывать минное заграждение.

Спустя полчаса ураганного артобстела, бойцы Кабана, по прозвучавшей по рации команде, ринулись в образовавшийся «коридор».

Я видел, как они бегут, словно обезумевшие твари, стремясь ворваться в израненый стаб и не только первыми поживиться желанным хабаром, но и утолить свою жажду крови.

Мои бойцы аккуратно шли следом, держа солидную дистанцию. Это было похоже на охоту, где муры были загонщиками, а мы — теми, кто соберёт самые сливки.

В какой-то момент я почувствовал неладное. Муры бежали слишком быстро, слишком смело, слишком безрассудно. И никто из них даже не пытался осторожничать или дать заднюю.

По протянутой одним из бойцов оптоволоконной связи пришла информация, что защитники стаба сопротивления не оказывают, а внутри царит неестественная тишина, которая не предвещала ничего хорошего.

Я отдал приказ остановить наступление и занять оборону. Но было уже слишком поздно.

С того направления, куда прорвались муры, раздалась серия мощных взрывов, которые были настолько сильными, что земля под ногами задрожала, а в небо поднялся столб пламени, а затем…

А затем я увидел, как позади наших позиций вырастает огромный, зловещий гриб.

Он был медленным, но неотвратимым.

Почему медленным?

Да потому что сожранная два дня назад «чернушка» неожиданно активировало у меня досточно редкий, но в данном случае абсолю бесполезный Дар «клокстоппера». Поэтому, теперь я имел сомнительное «удовольствие» наблюдать вздыбившуюся на огромную высоту смесь пламени и смога, словно в замедленной съемке.

Ядерный взрыв!

Всё стало на свои места.

Кабан не просто так пошёл на штурм. Учитывая как бесстрашно муры рвались в «свой последний и решительный», он наверняка обколол их спеком и своими коварными действиями заманил нас в расставленную ловушку. В ловушку, где мы должны были стать жертвой, которая убедила стабских в серьезности наших намерений.

Да чего уж там!

Учитывая что Вольный практически не сопротивлялся, это означало что нас ждали, а сам стаб был лишь огромной наживкой.

Учитывая все это, я на сто процентов уверен, что переигравший меня жирный боров уже далеко от ТВД и посмеивается над тем, кто хотел ему что-то там «напомнить».

Бежать было бессмысленно.

Кто-то даже не успел осознать надвигающийся катаклизм. Другие были парализованный чудовищным зрелищем. Третьи, кто обладал специфичными Дарами, пытались что-то делать и словно обезумевшие, тщетно надеялись укрыться от надвигающейся ударной волны.

Но было уже слишком поздно.

Я ощутил, как меня подхватывает мощнейший порыв «ветра» и отбрасывает в сторону, словно старую ветошь.

Последнее, что я увидел, была «медленно» приближающаяся волна испепеляющего света и пламени.

А затем наступила тьма.

Конец POV Ждан

2.3 Встреча с новой реальностью

Когда мир вернулся, он был беззвучен и нем. Вязкая, чёрная тишина обволакивала меня со всех сторон, проникая в каждый нерв, в каждую клеточку тела. Ни единого просвета, ни намёка на свет. Полная, абсолютная темнота.

Первая мысль сопровождалась диким, животным страхом, от которого стыла кровь. Где я? Что со мной? Я пытался кричать, но из горла вырвался лишь хрип. Моё тело не слушалось, каждая попытка пошевелиться отзывалась невыносимой болью. Я чувствовал себя куском мяса, брошенным на съедение этой безмолвной тьме.

— Милаш… ты очнулся, — голос Мары прорвался сквозь пелену моего отчаяния. Её рука осторожно коснулась моей щеки, и я почувствовал её тепло.

— Не двигайся. Ты сильно ранен. — я попытался ухватиться за её руку, как утопающий за спасительную соломинку.

— Я… я не вижу… — прошептал я, и этот шёпот прозвучал как приговор.

Медленно приходя в себя, я ощущал, что лежу на чём-то мягком, укрытый тёплым пледом, что дарил умиротворение и покой. Странное, почти неестественное ощущение для этого мира. Последнее, что я помнил, — ослепляющая вспышка ядерного взрыва, грохот, потом… боль, сжигающая глаза, как кислота.

Я старался собрать воедино недавние события, но в голове был лишь туман.

Я тщетно пытался открыть глаза, чтобы осмотреться, но тугая повязка на лице препятствовала этому. В итоге мне оставалось лишь лежать и слушать дыхание Мары.

Вскоре я уловил голоса остальных девчонок.

Голоса?

Видимо, Ириша с Лией куда-то отходили.

Попытка позвать их закончилась лишь тихим, жалким стоном. Но меня всё же услышали. Уже через секунду вокруг меня завертелся хоровод из всхлипов, аханий и тихих причитаний.

— Малыш, как ты? — раздался над ухом голос Ирины, и её рука осторожно коснулась моей щеки.

— Хаа…со, — с трудом выдавило моё пересохшее горло. Тут же к губам прислонилось холодное горлышко фляги. Я судорожно глотнул, но тут же закашлялся, выплюнув почти всё, что успел отпить.

Однако часть живительной влаги всё же попала в нужное русло, и по телу разлилась незначительная волна тепла и облегчения. Следующий глоток уже не пропал втуне. Я даже смог приподняться на локтях, но тут же был с силой уложен обратно.

— Што слушилось? — прошепелявил я вновь, пытаясь осознать, что произошло.

— А что из последнего ты помнишь? — переспросила Лия, и я погрузился в воспоминания, которые теперь казались мне фрагментами кошмарного сна.

— Помню рембазу… крышу… ядерную вспышку… чёрное пламя. — от последней фразы по телу прокатилась волна ярости.

— Вестааа… — прошипел я. В голове неожиданно сложился весь пазл, но задал я иной вопрос.

— Монах… парни…? Что с ними? Где они? — в ответ — гробовое молчание, которое оглушило меня сильнее любого крика.

— Кто-то хоть выжил? — безнадёжно спросил я.

— Внешницу едва успели втянуть под «сферу», как с потолка к нам устремилось чёрное «нечто». Оно бушевало всего миг, но оставило после себя то, что лишь с большим оптимизмом можно было назвать — пепел и прах, — тихо ответила Мара.

— Ах да, ещё выжила Веста… — добавила Ирина.

Меня накрыло волной ненависти, которая рвала мой разум, как старый пергамент.

— Где она?! — прорычал я.

— Рядом. Мы не знали, что произошло на крыше, поэтому, едва чёрное пламя сошло, как сверху сверзлось обнажённое тело Весты. И несмотря на то, что она выжила, за всё время, что мы тут сидим, не произнесла ни единого слова, да и не реагирует ни на что, — обобщённо ответила Ириша.

Мне до жути захотелось взглянуть ей в глаза, но, увы, последнее оказалось мне не под силу из-за полного их отсутствия. Чёрный свет, или чёрное пламя, как его назвали девчонки, странным образом выжег не просто зрительные органы, а даже нерв и содержимое глазниц, оставив после себя лишь воспоминание.

Но как так получилось, что её «пламя» смогло достать меня сквозь изменённую «Правью» защиту…

Глаза — зеркало души!

Всплывшая фраза оказалась как нельзя кстати. С той лишь разницей, что воздействие было не метафорическим, а буквальным.

Чудовищная атака не являлась Даром или Магией, но оказалась их концептуальной смесью, в которую была добавлена частичка… энергии веры с непонятной «присадкой», что и позволило вскрыть мою защиту. Благодаря этому обернувшийся «пламенем» удар смог пробить физическую защиту и ударил по наиболее хрупкому месту — сосуду души.

Более того, девочки сказали, что после атаки тела разумных обратились прахом, а значит их иссушили не просто так, и в выкачивании праны поучаствовал ещё и некий ритуал. А кто у нас балуется жизнеистекающими ритуальчиками?

Правильно — киллдинги!

Вот только смущала неизвестная «присадка», что позволила далеко не самым быстрым «обрядам» свершиться за доли секунды.

— Мара, — позвал я девушку по мыслесвязи, но к моему удивлению ответа так и не получил.

— Девочки… — напряг я свои ментальные способности, и вновь тишина.

Шикарно, блядь!

К утерянному зрению я, похоже, стал ещё и «мирянином»?

— Мара, я не могу до вас дозваться, — прошептал я одними губами, но был услышан. Девочки некоторое время потратили на «проверку» связи и вскоре убедились, что хоть она и присутствует, меня в нашей «сети» — не слышно!

— Милаш, я уверена, что это временно, — попыталась успокоить меня среброволосая, чем вызвала у меня хриплый смешок.

— Не переживай, солнышко. Надеюсь, я… — от прострелившей мысли у меня зашумело в голове.

Я попытался призвать свою Магию, но вместо привычного, мощного потока, в моей голове был лишь слабый, дрожащий огонёк. Он был похож на запертого в подземелье узника, который еле-еле подавал признаки жизни.

«Lumos»

Ну да, как же. Глаз-то нет, что я увижу?!

— Девочки, я пытался использовать «светляк». У меня получилось? Скажите, пожалуйста, что у меня получилось! — едва не взмолился я.

— Дорогой, он у тебя получился… — раздался голос Лии.

— Но?! — услышал я некую недосказанность.

— Ну… это… в общем, он мало похож на обычный светляк. Скорее едва тлеющий уголёк… прости, малыш, — раздался полный безнадеги голос Ирины.

Пытаясь унять охватившую меня панику, я принялся спешно штудировать то, что мне осталось доступным. Предчувствия были весьма плохие.

Так…

Магия практически не слушается, а если и отвечает, то крайне слабо.

Минус.

Домен недоступен по той же причине, что и магия.

Минус.

Истинное зрение отвечает, но слабо, радиус ограничивается двумя-тремя метрами и очень быстро истощает мой… резерв?!

«Взор» на себя, и я неутешительно констатирую «налёт» чёрной «плесени» вокруг моего Истока, что раскинуло свои щупальца по моим многочисленным энергоканалам…

Мда, пиздец подкрался незаметно!

Если я не предприму каких-то контрмер, эта дрянь «иссушит» меня буквально за несколько дней.

«Белка»!

Мне нужна белая жемчужина… которые у меня есть, и которые лежат в недоступном Домене.

Да уж, именно тот случай, когда не стоило хранить все яйца в одной корзинке.

Какой же я, сука, молодец!

Ладно, нет смысла жалеть о том, чего уже не изменить!

Что можно сделать при имеющихся возможностях?

Ответ пришёл до неприличия быстрый и простой — ничего!

«Правь»!

А где мой над-арт? Его не могли оставить, но и тронуть не могли!

— Мара, где мой топорик? — севшим голосом спросил я.

— Да тут он. Лежит возле тебя. Мы тебя так и нашли, без сознания и вцепившегося в «Правь» сведёнными судорогой пальцами. Уже потом, как мы отошли прилично на запад и встали лагерем, ты, приходя в себя, выпустил оружие из рук, — бодро отрапортовала девушка, но в голосе я слышал неприкрытую жалость.

Собственно, это меня и «взбодрило», вымыв накатившей яростью чувство безнадёги.

Приподняв правую руку, я мысленно приказал оружию вернуться ко мне. Отзыв был, но невероятно слабым, словно я находился под толщей воды. Однако в следующий миг в ладонь ткнулась шершавая рукоять верного оружия, а до меня донеслись отголоски странных эмоций, сравнимых с домашним питомцем… раненым домашним питомцем.

Так вот оно что…!

Над-арт взял на себя большую часть враждебного влияния, а то, что досталось мне, купировал Исток. И цена этих усилий — сорок восемь часов!

Именно столько осталось мне «коптить» небо Улья, пока чужое проклятье окончательно не сожрет мою энергетику.

Мало, скажете?!

Не спорю.

Шанс?! С мизерными вариантами на успех?!

Возможно!

Но те, кто обратился прахом, даже такого шанса не получили.

Пожалуй будет уместным задать несколько вопросов той, из-за кого я оказался в очередной заднице.

— Что с остальными? — спросил я, вспоминая о наемниках и Хантере.

В ответ — тяжёлое, давящее молчание.

— Скорей всего их тоже нет в живых, Хантера так точно, — наконец, произнесла Мара, и её голос дрогнул.

— Ударная волна… Мы не успели. Только Ольвия… и Веста.

Ольвия. Внешница, которая так боялась обратиться в тварь, и которая, по иронии судьбы, выжила. И Веста. Та, что предав всех и вся, отняла у меня мир.

Я почувствовал, как ярость, горячая и жгучая, начинает закипать внутри меня. Она была так сильна, что я едва мог контролировать себя.

— Где мы? — спросил я, пытаясь отвлечься от этой мысли.

— Километров десять от ЖБК, — ответила Лия.

— Мы вынесли тебя и Весту подальше от взрыва. — добавила Иришка.

Я медленно, шаг за шагом, начал восстанавливать связь со своим чувственным началом. Звук, запах, прикосновение. Я ощутил влажную землю под собой, лёгкий ветерок, шевелящий волосы, далёкий, слабый гул, идущий откуда-то сбоку.

Сжав покрепче «Правь», я попросил девушек дать живчика, а также привести ко мне Весту.

«Взор» слегка сбоил и имел ограниченный радиус, но стоило девчонкам подвести «рейдершу», как её контуры высветились разноцветными энергетическими линиями. Правда, цвет их граничил между темно-серым и иссиня-чёрным. А ещё они были разорваны в хлам, и виной тому были: четыре долга жизни и нарушенный обет.

Одного-единственного «взгляда» на неё хватило, чтобы голова жутко разболелась, а в районе Истока я ощутил болезненный укол.

— Живчика… — прохрипел я, и тут же моих губ коснулась фляга со столь необходимым пойлом.

Чуть отдышавшись и восполнив силы, я обратился к своим жёнам.

— Девочки, организуйте, пожалуйста, медитативный круг, но только на отдачу. Просто накачивайте меня энергией по самые брови, а то у меня с этим сейчас цейтнот.

Жёны ничего не ответили, но, едва ощутив прикосновение их ладоней к своим плечам, как в меня хлынул поток энергии от совмещённых Истоков, что позволит совершить мне задуманное.

На волне влитой энергии я «взором» и пальцами потянулся к вискам безучастной рейдерши, усилием воли ворвавшись в ее внутренний мир.

Мгновение — и я нахожусь посреди… залитой кровью детской площадки, в центре которой лежал огромный чёрный камень. На нём, обхватив свои худенькие ножки, сидела с закрытыми глазами молоденькая девчушка.

Низкие, багрово-красные облака едва не цеплялись за крыши не таких уж высоких домов добавляя жути и без того криповой картине.

Однако наибольшую угрозу представляла огромная антропоморфная «тень» с плотно закрытыми глазами, которая стояла за спиной девчушки и, казалось, вытягивала из неё если не душу, то жизненные силы точно.

Не делая резких движений, я не спеша приблизился и, присев на корточки, постарался оказаться на одном уровне с её лицом.

— Кто ты? — спросил я, пытаясь удержать эмоции в узде, чтобы голос звучал хотя бы спокойно.

— Я никто. Я лишь часть Целого. Я его указующий Перст! — безжизненным голосом ответила девушка, и от её ответа у меня изрядно помутилось в разуме.

— Кем является ваше… Целое?! — смог я всё же продраться сквозь её фанатичный лепет.

— Он Вечный! Он Двоединый! Он указующая Длань! — вновь принялась она нести непонятный бред, но в моих мыслях проскользнул неожиданный вопрос.

— Ты служишь ему?! — уточнил я, скосив глаза на стоящую позади «тень».

— Я лишь часть Целого. Я ничтожная часть Его Величия! — пробормотала девчушка, погружённая в подобие транса.

— Как я могу найти Двоединого? — задал я интересующий меня вопрос, но ответом была тишина.

— Ты не хочешь говорить? — хмыкнул я и попытался придвинуться ближе, но потерпел фиаско. Едва я сделал шаг, передо мной проявилась плёнка из серой хмари, которая воспротивилась моему желанию приблизиться.

— Он запрещает говорить? — добавил я очередную догадку, отчего веки девчушки затрепетали, а с ними подёрнулись и глаза «тени».

— Ты не один из нас! — просипела девушка, словно её горло сжала невидимая петля.

— А что нужно, чтобы им стать? — вкрадчиво спросил я, внимательно следя за реакцией «тени».

— Ты должен стать един с ним, отринув всё мирское! — выдохнула девчушка, а вместе с ней прокатился «вздох» по «площадке» и от её призрачного надзирателя, заставивший черный камень запульсировать багряной аурой.

— Где я могу прикоснуться к его мудрости и величию? — добавил я уверенности в голосе.

— На болотах… — неожиданно выпалила она и хрипло засипела, схватившись руками за невидимую удавку.

Не медля более я выхватил «Правь», и без раздумий отправил её в сторону открывающей глаза «тени» с одним-единственным приказом — «убей»!

Миг, и пространство чужого внутреннего мира разрывает дичайшая разноголосица из совершенно непередаваемых звуков.

Вой… плач… клекот… стон… скрежет… визг… рык…

Но всё перекрыла какофония «разбивающегося» вдребезги гигантского зеркала и тысячи осколков, на которые приняла рассыпаться чудовищная «фигура».

Шагнув сквозь схлопнувшийся «щит», я протянул свою изменённую лапу, трансформа которую я получил при встрече с Вестником, к огромной багровой сфере чужой сути.

Вонзив в неё когти модифицированной конечности, я с яростью принялся её кромсать, помогая процессу над-артом и чуть ли не с урчанием принялся пожирать «трепещущую» суть неизвестной твари.

Поглотив чужую сущность, я запоздало заметил, что моя «перчатка» резко пошла в рост, и теперь шипастая чешуя полностью покрыла руку до самого предплечья. Хуже всего стало, когда изменения коснулись шеи. Мне стало трудно дышать, а в разуме взошли первые ростки накатывающей паники.

Брошенный взгляд на девчушку показал её абсолютное безучастие. Она явно получила далеко не простой откат от всех этих событий и теперь транс преобразовался в подобие комы.

Глядя «взором» я смог определить что получила она его от мстительной твари, чей «смертельный» удар по её душе разорвал не только связь хозяин-слуга, но и повредил душевную надстройку, отвечающую за разум.

Ощутив мою панику, девочки принялись вливать в меня океан энергии, но, как ни странно, помогла мне в моей неожиданной трансформе моя «Правь».

Отхватив свою долю «пирога», она синхронизировала и структурировала расползающуюся энергетику с моим собственным ядром, перенаправив «демонизацию» на другую руку.

В итоге я обзавёлся двумя шипастыми лапами с высокими костяными надплечниками, защищающими шею до уровня скул, а также подобием маски, которая скрыла моё лицо по глаза включительно.

Мир неожиданно раскрасился в мрачные кроваво-серые тона.

Взглянув на не похожую на Весту девчушку, я принялся «всматриваться» в её суть. Сперва дело шло ни шатко ни валко, но, убрав над-арт, я коснулся изменёнными лапами висков девушки, и вот тут-то на меня обрушилась целая лавина из разноплановых событий и воспоминаний.

Выжав «до суха» чужую память, я с опасливым восхищением вгляделся в свои изменённые конечности, ощутив небывалую мощь от покрытых смесью хитина и чешуи, рук.

Переведя взгляд на беспамятную девушку, и понимая краем сознания произошедшие с ней трансформы, я так и не смог найти в себе сил простить её «двуличность»… или не пожелал.

А ведь знай я об ее этой, особенности, и можно было попытаться «основу» «стереть» из подсознания.

Мда, видимо, не в этой жизни! Да и сомневаюсь я что-то, что смог бы осилить подобное безопасно для самой девушки и ее разума.

Душа девушки хоть и рвалась, но вот чужие «кандалы» прочно удерживали её стремящуюся освободиться суть, и это после полученного «подарочка» от «тени».

Прости, девонька, но тут я не помощник. Слишком разный уровень исполнения. Но вот пообщаться с твоим господином желание у меня появилось. Ведь его блядскую энергию можно выжечь исключительно таким же воздействием.

Принцип: клин — клином вышибают, подходит в этом случае как нельзя лучше.

Что она там успела напоследок сказать? Болота?

Ну, поищем мы эти самые болота, тем более, что внешница что-то такое упоминала.

Решено!

Ещё раз осмотрев свои лапы и гулко расхохотавшись, я напитал их вливаемой в меня девчонками энергией Истоков и хлестко рубанул ими крест-накрест.

Пространство пошло́ рябью, и я «нырнул» в образовавшийся «провал», после чего оказался в реальном мире.

К сожалению, чуда не случилось, и я не обрёл утраченные глаза, в чём убедился, сорвав свою повязку.

Попросив девчонок обождать, я «нырнул» к своему Ядру и с радостью отметил, что поглощённая энергия «тени» позволила «оградить» последствия чужого вторжения. Теперь не вся энергия шла в ненасытную «утробу» чужого проклятия. И хоть свой Исток я не «пробудил», но хотя бы некоторые простейшие конструкты стали мне вновь доступны.

Закончив с «инвентаризацией», я попытался «оглядеться». Слава Улью, теперь это оказалось намного проще и легче, правда, радиус не превышал десятиметровой отметки.

Ну, и то хлеб!

— Милаш? — раздался голос Мары, а с двух сторон меня поддержали руки Иришки и Лии.

— Сколько меня не было?

— Минут десять, — ответила Мара.

— Ясно. — ощущая неизбежность так не любимой мной «говорильни», я всё же рискнул и обратился к жёнам по мыслесвязи.

— Раз-раз, меня слышно? Приём! — к моему удивлению и превеликой радости, ментал отозвался «разноголосием» девчонок, который хоть и принёс лёгкий дискомфорт, но это намного лучше, нежели насиловать речевой аппарат, а нам обсудить нужно многое.

— Рад слышать вас, мои милые. Но не всё так радужно, как мне хотелось бы, однако и не так печально, как было при пробуждении, — ответил я, после чего вкратце пересказал то немногое, что произошло со мной с момента созерцания ядерного взрыва на крыше ремцеха.

— Выходит, она киллдинг? — проанализировав информацию, предположила Ирина.

— И да, и нет, — ответил я.

— Поскольку принцип у них примерно одинаковый, но в отличие от них, она не расчленяет людей на крестах… — сделав паузу, я закончил:

— … а тащит их в логово паразитирующей на разумных твари, у которой, похоже, имеется свой алтарь.

Лия с Ириной восприняли эту информацию относительно спокойно, а вот Мара своих эмоций не сдержала.

— Но это означает, что в Улье… — начала она, но я закончил за неё.

— … имеется некая могущественная сущность околобожественного уровня, что питается энергией веры, душ и, судя по всему, крови. А также… Истоков! — припечатал я, и теперь эмоции захлестнули и остальных жён.

Выплеснув накал страстей и вернув способность здраво мыслить, первой с вопросом обратилась Ирина.

— Только не говори, что теперь нам нужно искать его логово! — со стоном возмутилась блондинка.

— Увы и ах! Но, к сожалению, это в данный момент является приоритетной целью, поскольку то «чёрное пламя» являлось не просто Даром или конструктом. Оно содержало в себе частичку божественной энергии, и лишь благодаря этому атака нашей общей знакомой оказалась настолько разрушительной и молниеносной, — выдохнул я.

— Но как? Почему? — возмутилась теперь Лия.

— Как? Ну, так как «Веста» являлась проводником Его божественной воли, то всё, что случилось на крыше, являлось сложнейшим ритуалом, который благодаря её служению смог воплотиться на уровне «мысль-действие», — устало ответил я, потянувшись к фляге с живчиком, поскольку мой домен по-прежнему был недоступен.

— Почему? — продолжил я.

— Тут всё просто. Ему нужны жертвы. Много жертв! Как прана в виде крови, так и аватары разумных, через которых он может влиять на окружающий его мир, — ответил я на второй вопрос.

— Тогда выходит, что всё это время рядом с нами была какая-то «сущность», а мы ни сном ни духом? — возмутилась Лия.

— Ты же её лечил неоднократно. В мозгах копался. От квазирования уберёг. — от последних слов девушку изрядно передёрнуло.

— Как так получилось, что ты ничего не заметил и не заподозрил?! — продолжила «наезжать» рыжулька.

— Я не волшебник, я только учусь, — невесело процитировал я какую-то банальность.

— Не знаю, что это такое. Возможно, Дар, или магия душ, а возможно, привнесённая сущностью способность. Всё же я склонен к первому варианту, из-за наличия которого девушка и привлекла к себе внимание этой духовной твари.

— И что же это за Дар такой? — уточнила Ирина.

— Дар называется «двуликий». И он при использовании полностью меняет как физическую оболочку, так и ментальную. Плюс ко всему, полностью скрывает основные Дары, оставляя на всеобщее обозрение лишь то, что пожелает «основа», — устало потёр я виски.

— Основа? — удивилась Ирина.

— Да, память Вестника пояснила мне это удивительное Умение, на фоне которого «ксер», «глушитель» и даже «сфера хаоса» кажутся обыденностью, — озвучил я всплывающую в разуме информацию.

— Но если есть «основа»… — задумчиво начала Ирина.

— … то есть и «дубль», ну или «маска». Называй как хочешь, — закончил я мысль супруги.

2.4 Запоздалые откровения.

— «Двоединый»… «двуликий»… — задумчиво пробормотала Мара.

— Ты права. Совпадения присутствуют, и как по мне, именно этот Дар привлёк внимание «тени». Как бы нам этого ни хотелось, но придётся заморочиться его поисками, — ответил я, умолчав, что таймер хоть и увеличился, но не обнулился.

— А ведь у меня были подозрения на её счёт… — вздохнула Ирина, понимая, что её слова порядком запоздали.

— Да, солнышко. Сейчас, когда вскрылось «предательство», на ум приходят ускользавшие до этого факты, — так же запоздало согласился я с блондинкой.

— О чём вы? — удивилась Лия.

Вздохнув и помассировав виски, я принялся за бесконечно просранный анализ.

— Много было намёков, но я был «слеп», хотя теперь это высказывание далеко не фигуральное. Атака Весты выжгла не просто глаза как орган зрения, а уничтожила энергоканалы, питающие их, и опалила кусок моей ауры. Плюс ко всему, через «пламя» внедрила в моё Ядро крайне неприятного «подселенца». — слыша, как вскинулись супруги, я поспешил их успокоить.

— В данный момент причина купирована, но не уничтожена. Для финального аккорда необходимо «пообщаться» с первопричиной, которая находится где-то поблизости.

Но я отвлёкся от темы.

В общем, теперь, когда всё уже случилось, «оглянувшись», сразу всплыла уйма фактов и несоответствий… которым я получил подтверждение, заглянув в разум «основы», что, кстати, выглядит совершенно по-другому. Но это мелочи, поскольку у этой «проблемы» было двойное, тройное дно, а возможно, и более.

Во-первых. Вся эта заварушка в Вольном с расколом отряда, ссорой и истерикой, тогда воспринималась нами как последствия ПМС. А оказалось, что о диверсионной работе её «основы» стало известно лидерам стаба, и они вознамерились изловить инагента, выпотрошить инфу и ликвидировать в итоге как Босса, «основа» Весты, так и «его» группировку. Вот только она опережала своих визави на шаг, а то и два, поскольку, как и я, вольные искали резидента-мужчину, опираясь на мужской позывной, который в реалиях Улья вызнать при помощи ментата — раз плюнуть.

Она могла бы и дальше водить их за нос, но стабским ментатам попался её связной с установленным в разуме блоком. Они принялись просеивать всех через частый гребень, пытаясь найти зацепки. Обладая Даром «двуликого», она могла спокойно и дальше мутить воду под носом у СБ стаба, но часть группы Варана оказалась под колпаком. Хоть блок был лишь у кваза, следаки Вольного могли раскрутить эту зацепку. Поэтому Веста решила разыграть сольную партию для огромного количества «зрителей».

Покинув Вольный, она планировала пересечься с Вараном в условленном месте и перебраться с ним поближе к Норе. Там, рассчитывая на свой мощный Дар ментата, она планировала подмять под себя руководство муров, тем более что выход на ближний круг Борова, главу муровского стаба, у Варана был. Ну а там, чем Улей не шутит, может быть, и до самого Борова добралась бы. Однако даже эти цели были второстепенными, так как главная задача состояла в том, чтобы муры и Тортуга минимизировали свое присутствие у стен Вольного. И если бы вышло «зомбировать» главу Норы и его ближников, тогда она легко смогла бы саботировать планы вторжения. Но если бы удалось «заарканить» Ждана, тогда от его имени можно было «подписать» на грязную работёнку муровских бойцов, а потом уже подставить под удар «братьев» которые годами «окучивали» стабскую «вольницу», считая иммунных личным «стадом» их Господина.

Но…

Странный, непредсказуемый, спутавший все выверенные планы рассинхрон на время заблокировал её «двуликого» и отрезал от её «хозяина». Из-за этого её «основа» была заблокирована под «маской» наивной дурочки Весты.

Да, она могла всё видеть её глазами, но влиять получалось лишь опосредованно. Заклинивший Дар привёл к разрушительным последствиям, в которых «маска» получила куда больше самостоятельности, нежели ей было позволено «основой».

Её «двуликий» обладает двумя Гранями: «морф» и «маскарад». Первый был способен изменить облик носителя, но для этого необходимо было тщательно изучить будущую цель, для чего она втерлась к ней в качестве закадычной подружки.

Для этого она воздействовала на нее своими способностями и даже дошло дело до постели, где она в подробностях изучила ее тело…

Ну а по достижению искомого, коварная сектантка избавилась от наивной глупышки Весты и сама заняла её место. Но произошло это совсем недавно, поэтому-то рассинхрон и повлиял на произошедшее морфирование, «заклинив» обратное обращение и возможность влиять на «дубля». «Маскарад» был ничем иным, как разновидностью «вуали», выставляя напоказ лишь те Дары, которые были удобны хозяйке в данный момент.

«Двуликий» же позволял менять не просто «маску», но формировал при поддержке «ментата» полностью реальную личность, создавая в сознании вполне правдоподобные воспоминания, которые я выхватил «по верхам» при нашей встрече. — с досадой высказался я.

— Оказавшись после рассинхрона в руках муровской нимфы, «основа» не смогла вернуть управление и была вынуждена лишь наблюдать и ждать. Ну и ещё надеяться, что её не пристрелят.

Первая попытка вернуть контроль была в ночь, когда Веста сбежала от нас без какой-либо причины, что тогда нам показалось даже забавным, списав на желание разжиться объявленной за «мурку», наградой. Вот только водоворот событий и эмоций вскоре заглушили «основу», из-за чего девушка оказалась в крайне затруднительной ситуации.

Скормленная ей «чернушка» и последующее квазирование, плюс наше вмешательство, многократно усилило и без того «заклинивший» Дар. — вновь горькая усмешка своей близорукости.

— Далее идут странности с Вараном, который атаковал нас на крыше здания и, судя по мониторингу их командного пункта, был настроен весьма агрессивно. А вышло всё до банального просто и в то же время сложно и запутанно. Варан знал облик «основы», но не был в курсе того, что Веста, подружка Хантера, является одной и той же разумной. Поэтому, исходя из последних приказов о дестабилизации ситуации в стабе, а также желания муров заполучить «клокстоппера» и «ходока чернотой», он решил уничтожить подстилку одного из стабских старожилов, на которую так же был заказ и награда. — я погружался всё глубже в запоздалый анализ наших с ней «отношений».

Понимая, насколько бредово и запутанно всё это звучит, я раз за разом получал сноску на её истинного «хозяина» и его стремление захватить стаб. Логика и чувство самосохранения там были заменены жаждой крови и жертв, и долгоживущие иммунные для этого подходили как нельзя лучше. Изрядно оголодав, он начал пускать в расход даже своих приверженцев, но вовремя осознал, что так он рискует в скором времени вообще остаться на голодном пайке. Поэтому некоторые планы были свёрнуты, в то время как другие форсированы. В итоге: имеем то, что имеем. Мда, опять я отвлёкся. Хотя нет, по устоявшейся привычке, я, оказывается, мыслил вслух, и девочки всё прекрасно «услышали».

— Это было «во-первых»… Идём дальше.

Во-вторых. Меня изрядно поразил тот факт, как на удивление легко Веста разбиралась в усыпанных малопонятными шифрами кроках и картах, при чем как рейдеров, так и муров. Такое было нереально, не имей она возможности пройти этим путём хотя бы раз. Да и одного раза, боюсь, было бы мало. Скорее всего, она «гуляла» в окрестностях Баржи неоднократно, о чём свидетельствуют установленные местным буграм блоки. И это так и было.

Водяной считал, что он самостоятельный «игрок», и цель его остаётся секретом для сильных мира сего. Однако странности были подмечены соответствующими разумными, и в итоге идея с Вольным была лишь ширмой для основной аферы, которой являлось лежащее на дне Реки «сокровище». Но для того, чтобы добыть столь ценный хабар, нужно было дестабилизировать регион, а лучше всего, установить на пару лет откровенный хаос, чтобы проследить и дождаться столь желанной для её «хозяина» цели. Кровь и жертвы — это хорошо, но «белки» — это отлично! Ведь употребивший «белку» иммунный получал шанс на обретение Истока, и хоть многие даже не подозревали о наличии у них такого «девайса», это не мешало тёмной твари усиливать себя путем пожирания таких «несмышлёнышей», равно как и их Истоков. — глотнув живчика я продолжил.

— Время от времени она совершала свои променады по кластерам, чтобы обновить у своих «кукол» блоки и параллельно провести ревизию по её основной цели. Отсюда и «опосредованное» знание кластеров и потрясающие способности к картографированию. Уже на Барже, вскрывая блоки, я слышал ментальные «вскрики», правда считал, что это отголоски реципиентов, но даже предположить не мог, что они прилетали от их создательницы, которая в это время спала поблизости. И как оказалось, такие «крики» изрядно «подтачивали» заклинивший Дар «двуликого», постепенно возвращая силы «основе». — новый глоток живчика.

— Повторная встреча с Вараном и допрос. Вновь ментальный крик при взломе.

Встреча с Вестником и его намёки на одну из девушек, у которой мощный и опасный Дар. Я-то грешным делом подумал на Лию, а ведь если вспомнить, то франт пялился как раз на Весту. — вновь откупорив фляжку с живчиком, я сделал несколько мелких глотков. Но продолжить анализ мне не дала Ирина, озвучив достаточно весомый аргумент, который я собирался рассказать.

— Я теперь могу сказать о ещё одном звоночке, на который стоило бы обратить внимание, — задумчиво сказала она.

— Когда мы оказались на турбазе с твоим крестником, Бесом, она, будучи Вестой, которую отыгрывала, ну никак не могла узнать «двойника» Варана, поскольку, по её словам, она в Улье чуть более года, в то время как трансформе кваза не менее двух лет. — аргументированно раскрыла блондинка очередную нестыковку, которую мы все благополучно просрали. Я просрал, хоть и зацепил тогда этот факт, но всё прошло краем сознания.

— Да, солнышко. Именно этот факт оказался наиболее существенным аргументом против неё. Но… все мы сильны задним умом, — удручённо ответил я. Именно моя «близорукость» оказалась причиной смерти многих новичков и моих крестников.

Мда.

— Ты не виновен в их гибели, — словно прочитав мои мысли, ответила Мара, на что я лишь невесело усмехнулся.

— Ты мне лучше вот что скажи, — перевела она тему разговора, что, впрочем, не ускользнуло от меня.

— Почему «чёрное пламя» просуществовало столь малое время? Ведь, по твоим словам, оно смогло пробить твою защиту и хоть и нанесло ужасные раны тебе и испепелило новичков, но как так получилось, что не тронуло нас и так быстро исчезло?! Ведь такой ритуал не мог закончиться за столь малый срок.

— Тут всё просто. Я видел её истерзанную ауру и суть. Всему виной откат от нескольких «долгов жизни» и «обета» данного от имени Улья. Такие вещи оказались не просто словами, а сковали её душу цепями «заёма» и «обязательств», что легло не на «маску» а на душу «основы». И едва она пожелала причинить нам вред, как откаты изодрали её душу и суть. Теперь всё, на что она годится, это влачить жалкую жизнь в виде всё ещё живого «овоща», — ответил я ей.

— И, боюсь, что даже наших пиковых сил будет недостаточно для восстановления того, что ей уже не принадлежит. Те жалкие обрывки души полностью и всецело принадлежат сущности и годятся лишь для жертвы, — добавил я мрачных красок в эту нелицеприятную картину.

— Получается, она является рабыней той темной твари, и он сейчас может контролировать её? — побледнев, уточнила Лия.

— Нет. Его аватар я уничтожил и большую часть даже умудрился пожрать, что существенно расширило мои урезанные возможности и слегка отдалило проблемы с последствием «чёрного пламени», — дал я ответ, с неохотой рассказывая неприятные моменты.

— И сколько времени осталось? — вычленила главное Мара.

— Было двое суток, но после поглощения «тени» время существенно увеличилось, — попытался я извернуться, но не срослось.

— Конкретнее?! — вмешалась Ирина.

— Суток пять-шесть, может больше, может меньше, — тихо ответил я, чем ещё больше переполошил девчонок.

— Где нам его искать? — сухо уточнила Лия.

— Где-то на болотах, и уточнить этот факт стоит у нашей попутчицы, что сейчас интенсивно изображает отсутствие интереса и явно ведёт запись всего, что творится вокруг, — с усмешкой ответил я вслух, ощущая поток внимания, идущий от внешницы.

От моих слов сидящая в отдалении Ольвия внезапно дёрнулась, чем выдала с потрохами свой интерес и внимание.

— Честно говоря, я до сих пор не верю в происходящее со мной. Уверена, что сейчас вы не просто молчали, а вели дискуссию, пользуясь антинаучными методами. Эти ваши Дары и Грани для меня всегда были чем-то запредельным. И хоть я постоянно имела дело с их носителями, понятнее от этого не становилось, — ответила поднимающаяся с земли женщина, после чего направилась к нам.

— Что именно ты хочешь узнать? — уточнила она.

— И ты вот так просто готова ответить? — чуть съехидничал я по птичьи наклонив голову и вслушиваясь в речь Ольвии.

— Насколько я понимаю ситуацию: ты сейчас в изрядном цейтноте, а я жива лишь потому, что ты использовал на мне свои странные способности либо некие артефакты, — ответила внешница, и я ощутил вновь поток внимания, направленный на меня.

Повернув голову чётко в её направлении, я не стал объяснять ей, что случится, если я вдруг потерплю неудачу. Но думаю, она девка неглупая, раз смогла прийти к таким выводам, а значит, ограничимся малым.

— Не буду ходить вокруг да около, но нам действительно очень важно найти логово, предположительно киллдингов. Поэтому мы будем рады абсолютно любой информации, которую ты можешь раскрыть, не нарушив своих внутренних запретов, — кивнув на мои слова, женщина на несколько секунд задумалась, хотя, скорее всего, обратилась к своим многочисленным базам данных, и вскоре озвучила ограниченно полезный ответ.

— О сообществе киллдингов в этом регионе не было слышно на протяжении последних двенадцати лет, — начала она.

— Несмотря на то, что это вроде как не наш регион, мы всё же старались держать руку на пульсе событий, и одним из таких стало шевеление в Норе и Тортуге. Они увеличили вокруг Вольного количество схронов и устанавливали на стабильных кластерах автономные следящие устройства. Принялись создавать на территории мелких стабов запасы боеприпасов и амуниции. Усилили давление на рейдерские группы и отряды снабженцев. Увеличили награду за головы стабских администраторов и даже за бойцов средней руки. Одним словом — творили саботаж, — раскрыла нам Ольвия секрет Полишинеля.

— Но в определённый момент в конкретном районе на северо-западе от Вольного принялись пропадать группы разведчиков из Норы. Так же в это число вошли несколько наших наблюдателей, что проявили интерес к таинственным исчезновениям. Основное подозрение, естественно, пало на контрмеры, предпринятые Вольным, но окопавшийся в стабе «крот» сигнализировал об аналогичных проблемах и со стороны стаба. Отправленные на доразведку поисковые партии так же пропали без вести, что стало поводом для проведения ряда мероприятий, направленных на внутренние чистки и поиск инагентов Норы и Тортуги, — медленно, слово за словом, внешница принялась постепенно добавлять в имеющуюся у нас картину всё новые и новые мазки.

— Имя «крота» ты либо не знаешь, либо же это тайна за семью печатями, да? — уточнил я, но к моему удивлению женщина замялась с ответом, а значит…

— Как интересно. Выходит, что ты уверена в том, что ваш «крот» мог уцелеть в огне ядерного распада. Он настолько крут по Дарам? Нет? Ещё интереснее. Он выжил, и ты в этом уверена, хоть и не до конца? Походу, так и есть. А значит, он был на рембазе в момент, когда полыхнул ядрёный батон? Великолепно! Это кто-то из группы Мамонта? Вижу, теплее. Сам Мамонт? Минус. Стоп! Гараж?! Хехе… бинго! Ладно, это ваши игры и ваш разумный. Главное, пусть держится от нас подальше. А кстати. Как так вышло, что он тебя не узнал? Или вы не были знакомы лично? Понятно. Видимо, если вы и виделись, то ты была в глухой маске ваших скафов. — наводящими вопросами я улавливал лишь отголоски её эмоций, но даже в моём состоянии мне удалось вычленить интересующий меня моменты.

— Вы опасный противник, — сквозь зубы процедила женщина, но было заметно, что она… довольна?! Ах да, это, видимо, тот самый тест на профпригодность, о котором я говорил девчонкам. Вот она и получила его 100% подтверждение. Ну то такое. Все эти мысли промелькнули в голове за пару-тройку секунд, поэтому заминка была вполне уместной.

— Только для врагов, ригг-капитан! Только для врагов! — спокойно ответил я.

— Но ведь мы — внешники! И для иммунных являемся вроде как природными врагами, — аргументировала она.

— Это так, — не стал я спорить, припомнив Мёртвый Город, «Чистилище» и Рихарда.

— Но в отличие от вашего же предположения, как видите, вы всё ещё живы и не урчите! И если вы вспомните, то вам мы спасаем жизнь уже минимум второй раз, — парировал её претензии своим контраргументом.

— И как долго это продлится? — тихо спросила Ольвия.

— Ровно до тех пор, пока вы не надумаете ударить нам в спину. В противном случае нам с вами нечего делить, — кроме хабара с «перешейка», мелькнула у меня в голове подленькая мыслишка. И, судя по ментальному флёру капитанши, нечто подобное промелькнуло и у неё тоже. Но тут у них лишь данные аналитиков и предположения. Улик на нас — НЕТ!

— Оставим столь щепетильные вопросы до лучших времён, тем более, что у нас есть все шансы до них не дожить, — мрачновато оборвал я спор.

— Давайте продолжим нашу беседу. Я так понимаю, что мы подходим к главному.

— Да, это так, — вздохнула внешница.

— Оказавшийся «негостеприимным» район и до рассинхрона был достаточно труднопроходимым, а после так вообще превратился в одно огромное болото. И как вы понимаете, пробраться туда теперь будет крайне проблематично, — чуть тише ответила внешница, и от неё повеяло какой-то безнадёгой. Было «видно», что уже распрощавшись с жизнью и получив «второй шанс», ей очень не хотелось его потерять.

— С этим мы разберёмся уже на месте, а пока что нам нужно направление и хотя бы какие-нибудь ориентиры, — скрывая нетерпение, ответил я, но в то же время излучая кураж.

— Я могу дать координаты… — начала женщина, но я её оборвал.

— Не нужно. Просто укажи рукой, куда нам стоит идти.

Скрыв своё удивление, внешница куда-то махнула, а уже по моей просьбе Мара сориентировала меня. Из чего следовало, что болота находятся где-то на севере, аккурат между Вольным и Тортугой. Почти что по пути. Разве что самую малость придётся отклониться. Но это намного лучше, чем, скажем, вернуться в район затонувшей Баржи или, чего доброго, на юг или восток «чапать».

— Девочки, сбор и выдвигаемся! — коротко бросил я.

— Мара, на тебе сенсорика. Ириша — щит и маскировка. Лия — «локомоторишь» Весту и приглядываешь за внешницей, — обратился я к жёнам по мыслесвязи. Правда, тут же пришлось отхлебнуть живчика, так как сил ушло на «потрепаться» изрядно.

— Ольвия, вы будете моей опорой при движении, поэтому держись, пожалуйста, рядом и корректируйте движение по мере надобности, — обратившись к капитанше, я медленно поднялся и, вновь припав к горлышку фляги, запустил «взор» в режиме эхолота, предлагая ей взять меня под руку.

— А ваши жёны нам глаза не выцарапают за подобную фамильярность? — напряглась внешница, уловив «добрые» взгляды моих девчонок.

— Ну, мне это уже не грозит, — усмехнулся я.

— Вот это меня и беспокоит, — пробурчала женщина и аккуратно взяла меня под руку.