Магия S-T-I-K-S 5

Глава 7 День откровений

***

— Здравствуй, Сенсей! Или тебя лучше называть Ревизор? — ухмыльнулся я. Выпрямившись и подойдя к нему вплотную протянул кисть для рукопожатия которую бывший Наставник спустя несколько секунд все же пожал своей сухой и жилистой ладонью, все так же рассматривая меня.

— Лучше зови Ревизором, и да! Борода жив? — задал он ожидаемый вопрос.

— Вроде как жив, но в данный момент он в плену «серых». — и не дожидаясь нового вопроса добавил:

— Он сейчас здесь, в стабе. К сожалению в качестве «товара» для Ярмарки и под контролем внешников. — на мои слова мужчина напряженно потер переносицу, при этом было видно что он прекрасно понимает из-за «ЧЕГО» конкретно Борода столь «лоялен» и «апатичен» к собственной судьбе и предполагает причину его «необычного» статуса.

— Но буквально перед вашим визитом у меня был разговор с двумя «серыми» и если они не вздумают кинуть, то через два часа в отель «Plaza» должны доставить твоего ученика и моего крестного. — выдернул я его из задумчивости.

— Подробности! — устало потер он пальцами виски, дав отбой держащему нас на мушке, каких-то совершенно монструозных инопланетных стволов, Крезу.

— И давай наверно с самого начала. Вернее с момента вашего с Бородой выхода из Кременя. — потребовал он.

— Это будет долгий рассказ. — хмыкнул я.

— Постарайся вложиться в имеющиеся часа два-три. Я сейчас раздам распоряжения и буду готов слушать тебя. — после чего развернулся и парой рубленых фраз отослал недовольного сим фактом бодигарда выполнять особые распоряжения, а именно, проследить чтобы «серые» не вздумали «дать заднюю». Так же он дал ряд указаний на счет генерала Райдера, на случай если тот вздумает взбрыкнуть и вписаться за своих «пассажиров».

— Генерал не станет вмешиваться. — слегка нагло вклинился я в их короткий разговор чем заработал приподнятую бровь Сенсея и недовольный взгляд Креза.

— Генерал уже в доле и получил причитающуюся ему часть. Плюс ко всему он дал гарантии невмешательства в случае если Вольт пожелает устроить в стабе форменный беспридел. — не смотря на то что мужчины смогли удержать покерфейс, однако их ментал фонтанировали ярчайшими эмоциями и не все из них были положительными. Правда большую часть адресовал мне Крез, считающий меня опасным выскочкой, но перечить своему начальству он не посмел. Хм, неожиданно приятно.

— Ты уверен? — переспросил Сенсей и получив мой согласный кивок чуть изменил первоначальный приказ и отослал пылающего недовольством Креза проследить лишь за «серыми».

— Кто это? — спросила Иринка по мыслесвязи и я сбросил девочкам пласт воспоминаний о моем пребывании в Кремене и обучении у Сенсея, сиречь Ревизора.

— Ты ему доверяешь? — уточнила Мара и я как-то сразу задумался, а с чего бы вдруг я решил раскрыть душу разумному которого знал хоть и долго по меркам Улья, но в то же время невероятно мало. Да и что-то же сорвало его с насиженных мест, и из, пусть и необычного Сенсея, он превратился в могущественного Ревизора, в чьем праве было карать и миловать того же Вольта с Жданом и назначать, судя по недавним фантазиям Могарыча, новых ставленников. А значит стоит свой рассказ «фильтровать». Не потому что недоверяю, а оттого что так будет правильно. Да и вопрос доверия так же стоит на повестке дня.

— Не знаю, милая. Что-то я слишком обрадовался знакомому лицу из далекого прошлого и как-то странно проникся симпатией к нему. — задумчиво ответил и на всякий случай принялся проверять свою ментальную защиту.

Все было в порядке, но в Улье возможно все! Поэтому если умеешь считать до десяти, остановись на семи, а лучше на пяти!

— Спасибо солнышко. Я буду осторожен.

— Конечно будешь. Ведь мы будем вместе с вами слушать твою исповедь. — ухмыльнулась Иринка.

— У такого плохого мальчика как ты наверняка найдутся уйма секретиков которые ты нам не рассказывал. — добавила игриво Лия, на что мне оставалось лишь печально вздохнуть.

Усевшийся в кресло Сенсей некоторое время разглядывал меня, но большая часть его внимания адресовалась моим девочкам.

— Это мои жены! — и видя его скепсис и удивление, добавил:

— Мы венчались по законам Улья! И Он наши клятвы принял и подтвердил. — от моих слов мужчина дернулся и как-то странно посмотрел сперва на меня, а потом на моих супруг.

После недолгого размышления он чему-то кивнув и на этот раз попросил рассказать все приключения которые я могу ему поведать начиная с нашего ухода из стаба…

«Полог приватности» давно уже работал и судя по, изредка бросаемым по сторонам задумчивым взглядам, пусть будет Ревизора, его, моя «пирамидка», явно не интересовала и не обманула.

Почти два часа я занимался избирательной говорильней в которой старался выдать максимум событий, но минимум подробностей. Ревизор неким образом смог закрыть от меня свой ментал и теперь я был не в силах «считывать», о чем же думает бывший Наставник и как отосится к моей урезанной истории.

Разговор был нелегкий и долгий, продлившийся, как я уже упомянул, более двух часов. Сенсей, или теперь уже Ревизор, был ошеломлен моим появлением. Он задавал вопросы, пытаясь понять, как я выжил, и что произошло после того злополучного инцидента с элитником, который унес, как он думал, и мою жизнь, и жизнь Бороды.

Я же, в свою очередь, рассказывал ему лишь то, что считал нужным, сохраняя некоторые детали в тайне.

Девушки молча наблюдали за нашей беседой, лишь изредка обмениваясь взглядами. Они понимали важность момента и не прерывали беседы ставшей чуть ли не исповедью.

Посередине разговора, когда уже казалось, что все «карты» раскрыты, раздался стук в дверь. Через мгновение, к нашему немалому удивлению, в комнату вошли приснопамятные «серые». Они привели с собой плененного Бороду — моего крестного, ради которого я и прибыл в этот стаб.

Он был жив, хотя и выглядел исхудавшим, потрепанным и в крайней степени «опиздошенности» от действия уймы препаратов. Рядом с ним, сидя в стального цвета клетке одного из «серых», обретался раздраженный кот-кваз, чьи горящие изумрудом глаза с неприкрытой яростью оглядывали обстановку.

Расплатившись ранее с «серыми», наша сделка была закрыта на все «сто». Теперь предстояло выслушать рассказ крестного, но для начала его стоило подлатать.

Но я не успел.

Вскочивший Ревизор быстро пересек комнату и потянул пребывающего в прострации Бороду на ближайший диван. Шустро вколов ему выуженный из глубин своего костюма шприц с лайт-спеком, он принялся усиленно «колдовать» над его исхудавшим телом.

О как! Сенсей оказался знахарем, и судя по всему, далеко не слабым, поскольку тело крестного оживало на глазах, а проступивший на лице румянец дал понять, что лечение не затянется.

По мыслесвязи от девочек прилетел целый сонм из обеспокоенности и настороженности, ведь им прекрасно было известно о том, что Вестник был посланником Учителя, а он является могущественнейшим лидером всего сообщества знахарей в Улье и цели у него были далеки от альтруизма.

В глазах давно вернувшегося Креза, который до этого момента стоял молча поблизу его объекта охраны, читалось откровенное изумление. Он, должно быть, не ожидал такого поворота событий и настолько ярких эмоций в адресс простого разумного.

Сенсей же, или, как я теперь понимаю, Ревизор, продолжал сосредоточенно работать над Бородой, его руки двигались с невероятной скоростью, излучая едва видимый мягкий, теплый свет.

Энергия Даров, ранее скрытая за его «аурой власти», а вернее мощным «пологом», теперь ощущались отчетливо, пульсируя и наполняя тело крестного силой.

«Он не просто знахарь, он Великий Знахарь!» — пронеслась мысль в моей голове, подтверждая опасения девочек.

Мой старый учитель, которого я считал кем-то навроде отшельника Кременя, теперь оказался не только суровым «смотрящим» Вавилона, но и достигшим вершин могущества в сообществе, которое прямо противостояло нашим интересам. И именно их Вестник охотился за нами.

Когда Ревизор наконец отстранился от Бороды, на лице крестного уже появилась легкая улыбка, а глаза начали фокусироваться в нечто разумное. Он попытался приподняться, и Сенсей помог ему.

— Спасибо, старый друг. — прохрипел Борода, его голос звучал слабо, но вполне узнаваемо.

Сенсей лишь кивнул.

— Рад видеть тебя в строю, Борода. У нас… многое изменилось.

Напряжение в комнате возросло. Теперь, когда Борода был в относительной безопасности, передо мной встал новый вызов.

Мой наставник, которого я так уважал, оказался частью той же игры, что и Учитель знахарей и его церберы. Это был совершенно новый уровень сложности, и предстоящий разговор обещал быть не менее долгим и изматывающим, чем тот, что уже состоялся.

Кот-кваз в клетке издал низкий вибрирующий рык, его изумрудные глаза сфокусировались на Ревизоре, словно оценивая новую угрозу. Он прекрасно чувствовал как истинную силу так и опасность исходящую от нее.

— Теперь, когда мой крестный в безопасности, может, вы объясните, как так получилось, что мой учитель является частью тех, кто послал за нами Вестника?! — мы решили расставить точки над «i» здесь и сейчас, поэтому девчонки ощетинились Дарами, оружием и магией.

Конечно, выяснять отношения в ограниченном пространстве и рядом с ничего не понимающим Бородой было верхом цинизма, но я посчитал, что бывший учитель не станет активировать боевые действия в такой обстановке, а если станет, я успею выдернуть крестного под защитный купол. Ну а действия бывшего Наставника будут означать лишь одно — ВРАГ!

Наши «приготовления» не прошли мимо внимания Ревизора — думаю, стоит окончательно забыть его прежнее имя, и внимания Креза. Последний закрыл объект охраны своим телом и, судя по всему, развернул мощный щит, не уступавший по силе Иришкиному. Ко всему прочему, он вновь держал нас на мушке неизвестно откуда взявшимися монструозно-футуристичными стволами. Хотя нет, известно.

Быстрый «взор» подсветил: «щитовик-телекинетик», «ганфайтер», «энергет», «подпространственный карман», «ментат». Шикарный набор!

— Все успокоились! — прогремел неожиданно басовитый глас Ревизора.

— Крез! Убрал щит и оружие заодно! — готовый к бою Крез не смог противостоять лязгнувшей в голосе Ревизора стали и, будучи профессионалом, мгновенно убрал свои «игрушки», хотя сверлящего с нас взора так и не убрал. Ну да это такое дело.

— Когда произошла ваша встреча с Вестником и как далеко он сейчас?! — к нашему удивлению, Ревизор не стал отнекиваться или увиливать, а задал вполне практичный вопрос, при этом на его лице на миг промелькнуло не абы какое беспокойство.

Было ли это игрой или же реальной настороженностью, сказать трудно. Ревизор «коптил» под небом Улья не менее, а скорей, более десятка лет. И обладал недюжинным набором Даров, как бы «забавно» это не звучало, среди которых были, минимум: могущественный «знахарь» и продвинутый «полог».

— Четверо суток тому. Городской кластер. Километрах в десяти от Речного стаба, — сдержанно и кратко ответил я, отслеживая малейшие движения обоих мужчин.

Борода, всё ещё не отойдя окончательно от длительного заточения, с непониманием смотрел на развернувшуюся «картину». И лишь Рудик четко определил, от кого исходит основная угроза: защищая Бороду, он гнул спину, шипел и скалил свои немаленькие клыки в сторону Ревизора. Выглядело это крипово, особенно его исхудалое и скелетообразное тело с горящими глазами и хлестающим по костяным бокам шипастым хвостом.

Ревизор внимательно выслушал мой ответ, его взгляд стал задумчивым. Он повернулся к Крезу, коротко кивнул ему и тот, подчиняясь приказу, отошел чуть в сторону, хотя и не ослабил бдительности. Сенсей же, повернувшись ко мне, наконец нарушил молчание.

— Нужно активировать дополнительные меры безопасности. Если он шел по вашему следу, то вполне может оказаться в Тортуге. — задумчиво «размышлял» вслух мужчина, на что его бодигард лишь повторно кивнул, принимая «размышления» как приказ. Кинув на нас хмурый взгляд, он развернулся в сторону входной двери.

— В этом нет необходимости! — не смотря на то, что я ответил тихим голосом, но прозвучал он для наших «гостей», громом среди ясного неба, заставив Креза замереть на ходу.

— Что ты хочешь этим сказать?! — раздался голос Ревизора. Было видно что его могучий разум усиленно просчитывает варианты произошедшей встречи и лишь наше присутствие, здесь и сейчас, свидетельствует о том, что любые, даже самые смелые предположения, могут оказаться ошибочными.

— Вестник остался в городском кластере… — спокойно, без экспрессии, ответил я ему.

— Вы смогли избежать столкновения? Смогли избежать встречи? Ретироваться? Он был ранен? Или… — с каждым «удивительным» предположением, брови мужчины все сильнее изгибались под самым невероятным углом.

— Или! — чуть повысив голос перебил его я, из-за чего эмоции на лице мужчины взяли вновь верх нах «покерфейсом» и он, не сдержавшись, прошипел нечто матерное.

— Но как?! — ему потребовалось не более пяти секунд чтобы «переварить» мою информацию и взять свои чувства под контроль.

— Будем считать это секретом нашей Семьи. — неопределенно ответил я, не желая раскрывать тайны «внутреннего мира». Хотя учитывая откуда Ревизор, вполне возможно что для него это секрет «Полишинеля».

— Это ваше право! — он все понял без слов и не стал выдавливать из нас ответ. На несколько десятков секунд в комнате воцарилась тишина, но продлилась она не долго.

— Стинго, я понимаю твою настороженность и недоверие ко мне, — начал он, и в его голосе теперь не было той властности, что минуту назад, лишь глубокая усталость.

— И ты прав в своих догадках относительно Вестника и его хозяев. Однако моя нынешняя должность и моё присутствие здесь… это не то, о чём ты думаешь. — он глубоко вздохнул, и я ощутил, как его Дар «Полога» слегка пошел рябью на мгновение открывая моему «взору» целую гроздь тесно переплетенных между собой Даров и Граней.

На миг приоктрылся и ментал бывшего наставника, который в данный момент излучал натуральную бурю чувств и эмоций. Но это был лишь краткий миг «слабости», или возможно доверия. Трудно понять…

— Я уже давно не подчиняюсь Учителю… — быстрый взгляд в нашу сторону и видя отсутствие удивления и необходимости дополнительных объясняней, продолжил.

— …более того, я стал его антагонистом в мире Улья. И да! В далеком прошлом он был моим Наставником. Но со временем я осознал, куда могут завести его учения и служение ему. ПУТЬ… — мужчина выделил голосом вызывающее у меня оскомину, слово.

— …который он выбрал для знахарей, ведёт не к просветлению, а к порабощению. К порабощению иммунных в частности и Улья в целом. Его попытки вмешательства и воздействия в механизмы СТИКСа, рано или поздно обернуться катастрофой.

Моё лицо, вероятно, выражало крайнюю степень задумчивости. Тем более что подобные мысли меня уже одолевали ранее, но до конца так и не «одолели». Не хватало некоторых «винтиков», а вернее фактов. Надеюсь сейчас я их услышу.

Девочки тоже не ожидали ТАКОГО откровения и теперь играли между собой в «дивоглядки», особенно Иришка старалась. Видимо вспомнила свою бытность квазом и кому она за это должна была быть «благодарна».

Мужчина продолжил:

— Вы никогда не задумывались: почему услуги знахарей зачастую невероятно дешевы? — отметив мелькнувшую задумчивость, он принялся развивать свою мысль.

— Нет. Я не говорю о серьезных операциях, когда нужно вырастить в срочном порядке: ногу, руку или глаза. Равно как не говорим о тех случаях, когда нужно подправить внешний вид тем, кому не повезло пройти принудительную трансформацию из-за неподходящей реципиенту, жемчужины. Там придется раскошелиться! — спокойно развивал он свою мысль, внимательно отслеживая наши реакции на тот или иной вброс информационных пакетов.

— Не знаю из каких вы миров, но уверен что медицинские услуги во все времена стоили невероятно дорого. Хорошие специалисты были наперечет и очередь к ним на прием могла быть расписана на годы вперед. Но что мы видим в случае со знахарями? — мужчина взял короткую паузу позволив нам осмыслить суть вопроса.

— Мы видим сообщество знахарей, которые зачастую вообще могут не взять за свои услуги и спорана, особенно когда дело касается свежаков. — принялся он сыпать очередными фактами, что казалось лежали на поверхности, но на них никто не обращал внимание.

— Да, все сводится к тому, что за свежаков платит администрация стаба и подобный альтруизм в глазах многих возностит знахарей на недосягаемый пьедестал, зачастую делая их — неприкасаемыми. Иногда, лишь за одну только мысль, причинения вреда знахарю, можно нарваться на серьезные неприятности. — новая пауза.

— Но откуда такое бессеребреническое отношение? — и тут же продолжил не дожидаясь ответа:

— А все оттуда, что знахари заняли главенствующую нишу абсолютно во всех сферах жизни Улья. Они присутствуют в каждом приличном стабе. В неприличных тоже можно найти, и плевать если это — муровские «малины». В редких случаях некоторые умудряются работать даже на внешников и для них подобное сотрудничество зачастую не оборачивается «волчьим билетом», а вернувшись в обжитые регионы они спокойно усаживают свой зад на тепленькое место. — от избытка эмоций мужчина принялся расхаживаться взад-вперед, перейдя на лекторский тон.

— Для чего настолько всеобъемлющий охват территорий? Зачем нужен свой «пригляд» везде и всюду? А ответ прост: Информация и Контроль! — секундная пауза, пока он в очередной раз развернулся, пройдя определенное расстояние по комнате.

— Информация! Ее сбор был важен во все времена и во всех мирах. Но что интересует знахарей в Улье?! — быстрый взгляд на нас.

— Отчасти их интересуют иммунные с редкими или мощными Дарами. Но для чего? Вернее не так: Почему?!

— Их интересуют прежде всего потенциальные коллеги, которых они выявляют на ранних сроках и насильно навязывают им свои «наставнические контракты», где за определенного неофита отвечает опытный учитель. И не просто отвечает, а еще обучает, следит «obliko morale» и конечно же льет в уши тонны пропаганды, а если быть точнее — зомбирует будущего знахаря, создавая из неофита идеальный винтик для огромного надзирающего механизма. И естественно такой «поиск» куда проще проводить сидя за стенами надежного стаба. А вся работа заключается исключительно в ожидании нужного иммунного, который САМ придёт к знахарю и попросит о помощи, которую естественно получит практически даром. — новый разворот с заложенными за спину руками.

— И вот появляется интересующая знахарей цель! — голосом выделил он важный момент.

— Если у неофита уровень силы, на старте, ниже среднего, из него создадут «надзирающего», который сядет в малом или среднем стабе и будет просеивать через «сито» системы потенциально опасные или нужные, Дары. Но зачем?! Прежде всего для того, чтобы на ранних стадиях устранять потенциально мощных бойцов путем искусственного «ограничения» Даров так называемыми «скрепами». — от последнего слова Мара чуть сузила глаза, а Ириша едва заметно вздрогнула. Естественно Ревизор все это заметил, но «лекции» не прервал.

— Что касается «подопечных» с уровнем силы — «выше среднего», то тут вступают в силу совершенно иные методики, благодаря которым «неофит» получает расширенный курс обучения и с годами имеет шанс получить личное наставничество у Учителя. — короткая пауза на разворот.

— У каждого имеется свой срок: слабый «середнячок» обучается от полутора до двух лет, выше среднего — от трех до пяти лет. Получившие невероятно могущественный Дар в первые же дни, такие как знахари-«хигтеры», оказавшись в обители лекарей получают личное наставничество у Учителя и как итог: два вероятных направления своего будущего развития: «Путь» и «Вестник»!

Естественно оба варианта подразумевают исключительно собачью верность и раболепие, которое поддерживается речами и Дарами.

Вершиной знахарской карьеры и гарантия контроля столь могущественного иммунного, является финальный ритуал, который вбивает в подсознание подконтрольного специальный механизм, который блокирует любые проявления «воли» и перепрошивает разум своего носителя согласно встроенным установкам и приказам. — его слова не вызвали у нас особых эмоций, чем изрядно удивили нашего «лектора», но акцентировать внимание на этом он не стал, а чуть поразмыслив, продолжил.

— Рассмотрим второй фактор — Контроль! — перешел он ко второму нюансу.

— Как вы считаете? Почему в Улье отсутствуют сверхмощные и суперразвитые иммунные, которые попали в Улей, двести лет назад, пятьсот или даже восемьсот или тысячу лет? — задал он весьма интересный вопрос.

— Нет! Они конечно же есть. Но во-первых их очень мало, а во-вторых, назвать их просто иммунными может лишь полный идиот, поскольку количество прожитых лет и обретенных Даров возносит их на совершенно невообразимую высоту. — задумчивый взгляд в никуда.

— Да. Именно невообразимую, но увы, не на недосягаемую! — словно что-то вспомнив, мужчина досадливо тряхнул головой.

— Обладай иммунное сообщество подобными «бойцами» и стабам, были бы не страшны никакие суперЭлиты, Орды или «неназываемые». Однако максимум, что есть даже у Великих Стабов — это мощные защитники, зачастую Основатели этих самых стабов, из которых единицы достигли полувекового юбилея в Улье. — новый разворот.

— Что же является причиной, из-за которой настолько могущественные иммунные исчисляются единицами? Тут присутствует много факторов. Как я уже говорил: их мощь велика, но не абсолютна. Интриги, войны, яды, зачастую скука. Все это толкает таких разумных на невообразимые поступки, финал которых переживают не многие. И именно эти «немногие» и представляют для сообщества знахарей наибольшую опасность, поскольку рано или поздно, они обретают Дар знахарства. И с такими «бойцами» договориться об принудительном обучении, становится просто нереально, а значит что? Нужно сыграть на опережение и после очередной «аферы», подослать к такому иммунному Вестника с предложением от которого невозможно отказаться. А вернее — выжить после его озвучивания. — подвел Ревизор нерадостный итог.

— Бред! — бросил я в сердцах, хоть и понимал, что за подобной абсурдностью просматривается чья-то извращенная воля.

— Возможно со стороны это выглядит именно так. Но увы, система работает и сбоев, практически не дает. — вздохнул мужчина.

— Практически…? — уцепился я за его оговорку.

— Да. И собственно я подошел к финалу своего рассказа, и в итоге, могу смело сказать, что являюсь тем самым — «практическим сбоем системы». — секундная заминка.

— Как вы наверняка догадались, я являлся тем самым беложемчужным хигтером и в прошлом был учеником «Его». Благодаря некоторым особенностям моего разума, я смог своевременно «отделить» зерна от плевел, во время своего обязательного пропагандистского «оболванивания». К моменту, когда

была назначена дата моего «главного ритуала», я окончательно осознал к чему приведет его результат. Ни вариант с «Вестником», ни тем более «Путь», меня не устраивал, поэтому… — мужчина на несколько секунд замолчал, обдумывая сказанное.

Тряхнув головой и посчитав, что снявши голову, по шапке не плачут, он продолжил свою «исповедь».

— …Я инсценировал свою смерть много лет назад, чтобы уйти из-под «Его» контроля, влияния и уготовленной таким как я, участи. Не все прошло гладко. В таких случаях проводится тщательное расследование гибели «перспективного» адепта. Но ищеек удалось пустить по ложному следу приведшему их в Пекло. Кто-то из многомудрых руководителей знахарей предположил, что в моем разуме сработали «путеводные» закладки раньше времени, поэтому в преддверии Пекла, особо рьяно, меня не искали. — кивнув чему-то, он продолжил.

— Мне пришлось залечь на дно, изменить свою внешность, личность и найти убежище под крылом сразу двух могущественных организаций Улья: Института и Детей СТИКСа. — он сделал паузу, позволяя информации уложиться в наших головах. Рудик, услышав название «Дети СТИКСа», неожиданно перестал шипеть, хотя его взгляд оставался напряженным.

— Институт изучает паранормальные возможности Даров, исследует и систематизирует знания о самом Улье. Их влияние огромно на любой стаб и любое сообщество из-за доступа к футуристичным технологиям и информации, которых нет у знахарей Учителя, и благодаря которым Институт смог модернизировать многие изобретения иных миров, объеденив их со знаниями Улья. — на миг мужчина умолк, собираясь с мыслями.

— Ну, и Дети СТИКСа… — он взглянул мне в «глаза», но видя огромные стекла темных очков лишь досадливо фыркнул.

— НЕТ! Это не те любители кровавых жертвоприношений, которых ты, возможно, представляешь и с которыми наверняка встречался. Их Магистр та еще тварь! — на этих словах в памяти всплыл образ «господина» и «хозяина» Каина Эхо.

— Это обособленное сообщество, которое старается жить по законам СТИКСА, вплетая свой быт в мир Улья, а не переделывая его и уж тем более не пытаясь подчинить. Их поселения, в большинстве случаев, находятся в труднодоступных регионах, чаще на границе с Пеклом или даже внутри него, в так называемых «оазисах». Это когда посреди буйства мегаполисов появляются окруженные водой или чернотой, нет, не стабы, а соты с долгим периодом перезагрузки. Некоторые кластеры перегружаются раз в восемь-десять лет, иногда чаще, иногда реже. Но даже благодаря своим накопленным знаниям и единению с Ульем, жизнь в этих поселениях — не сахар. Их самоназвание имеет двойной смысл. Они не только стараются быть «плоть от плоти» этого мира, но они имеют смелость заводить в своих поселениях — детей! — на последнем слове он сделал долгую паузу, позволяя нам оценить уровень их взаимодействия с Ульем.

Девочки недоуменно уставились на меня, из-за чего мне пришлось воспользоваться образовавшейся паузой и перекинуть им пласт знаний Вестника, в котором описывалось ужасающие последствия для тех родителей, которые решили рискнуть и завести в этом мире детишек.

Основной аксиомой во всей этой информации, было то, что родители, обладающие иммунитетом к споре, не могли передать его своим потомкам. И при достижении ребенком критической массы в пятнадцать килограмм, решившиеся на такой шаг папа и мама, рискуют наблюдать самую жестокую «лотерею жизни» — обращение собственного ребенка в урчащую тварь.

Хуже всего во всем этом тот факт, что за такими детьми внимательно следят стабы и стабские знахари, и едва обращение становится неизбежным, а способа спасти ребенка родители так и не нашли, администрация стаба вынуждает убитых горем родителей упокоить обратившегося малыша собственными руками!

Жестоко?!

Весьма!

Вот только решивших завести ребенка родителей об этом предупреждают сразу же, как только становится известно о грядущей беременности. О ее последствиях, в виде обратившегося в тварь малыша и ответственности ложащейся на плечи несчастных папы и мамы, предупреждают тоже заранее. Поэтому за них столь скорбную «работу» никто делать не будет, но скрупулезно проследят за упокоением обратившейся твари.

Подобные методы ложатся тяжелыми душевными травмами, но являясь наглядным примером для других, такой акт «устрашения» надолго отбивает желание играть с Ульем в «азартную игру» под названием — материнство.

Нет! Если у «молодоженов» имеется лишняя «белка», то таких треволнений удасться избежать. Но и тут не все так просто. Ведь едва информация об иммунности ребенка уйдет в массы, как наверняка найдутся разумные, которые посчитают, что «не плохо было бы» потрясти счастливых родителей на наличие лишней белой жемчужины в фонд «неимущих». Естественно такое произойдет за стенами стаба, если стаб относительно цивилизованный, однако возможно и на территории стабильного поселения. Но не факт, что количество таких попыток, будет иметь конечный результат. Либо закончатся «желающие», либо родители. И даже в этом случае, неожиданного сироту, с огромным удовольствием «усыновят» даже те, кто его сделал сиротой. Ведь Дар беложемчужника гарантирует мощное и развитое Умение, а в случае с ребенком, Улей благоволит таким «везунчикам» вдвойне, награждая их невероятно редкими и мощными Дарами.

Правда был еще один вариант, но исходя из информации Вестника, такая возможность сразу же привлекала к себе внимание как знахарей, так и Великих Стабов.

Это был Дар — «суррогатная мать».

Невероятно, фантастически, абсурдно, безумно редкий Дар! Хотя скорее — проклятье. Естественно проявляющийся исключительно у женщин, который гарантирует у ее носителя рождение сугубо иммунных деток.

Вот только участь таких женщин весьма незавидна.

За ними охотятся ВСЕ!

Начиная от знахарей, которые и сливают «за дорого» информацию администрациям великих стабов и заканчивая киллдингами с их безумными ритуалами и стабами поменьше, опять же с целью перепродать «подороже».

В лучшем случае, женщину ожидала участь «золотой клетки» и непрерывная, бесконечная, конвейерная беременность.

Не успев разродиться, с учетом наличия знахарей и спека с живчиком, уже спустя два-три дня организм носителя «суррогатной матери» был готов к новому оплодотворению, которое не заставило б себя ждать.

Желающих иметь иммунного ребенка предостаточно даже в столь суровом и жестоком мире. Как говорится: жизнь продолжается! И никого не будет волновать судьба какой-то там «суррогатной матери», тем более что за право получить иммунного наследника выстроится длинная очередь на годы вперед.

Но был у этого Дара и наиболее страшный вариант.

Носительницу «суррогатной матери» лишали рук и ног. За подобным обрубком заботливо ухаживали и выхаживали: кормя, массируя, внутривенно вводя живчик и убирая дерьмо, внимательно следя за развитием очередного плода, который сулил организаторам приличные дивиденты, что лишь в половину отличались от стоимости полноценной «белки».

Дорого?

Несомненно!

Ведь нужно взрастить и организовать отряд трейсеров способных выследить скреббера на границе с Пеклом или даже внутри него.

Долго, муторно, опасно!

Можно создать сеть наблюдателей в регионе и пытаться оперативно реагировать на каждый подозрительный «звоночек». Каждый «сигнал» будет требовать тщательной проверки и в случае подтверждения информации потребует организации полноценной армейской операции по уничтожению «неназываемой» твари.

В «худшем» случае Ужас Улья свалит обратно в Пекло и потери окажутся из разряда «допустимых».

В «лучшем»: из организованной спецоперации вернется от половины до трети состава и не факт что могучую тварь удастся упокоить.

Добро!

Скреббера упокоили!

Но теперь нужно принести величайшую добычу в стаб. Ослабленная группа должна будет отбиться от тварей из рода разумных. Ведь «стервятников», которые обязательно возжелают воспользоваться результатами чужой удачи будет пруд пруди.

Отбились от тварей разумных и не очень. От первоначального состава остались «рожки да ножки», а до стаба еще месяц пути. И против добывших потроха «неназываемого» выступает самый страшный враг всех разумных — АЛЧНОСТЬ!

На очередной ночевке возникает бунт и еще вчерашние «братья по оружию» сходятся в смертельной схватке за самый ценный приз в Улье.

Итог: победителей нет, либо же израненый одиночка пытается уйти от преследующих его тварей, которые навелись на звуки стрельбы чужих разборок. Возможно произойдет чудо и такому «везунчику» удалось скрыться. Но вот же беда! Теперь ему придется скрываться до конца дней своих, поскольку чего-чего, а искать таких «бегунков» стабские умеют. Да проще простого. Раз операция пошла пустышу под хвост, стабские, после того как выйдут все допустимые сроки, просто объявляют награду за каждую голову, что учавствовала в охоте.

Нет живых? Не будет и выплат. Нашелся кто. Его приведут к заказчику и начнется скрупулезный допрос: что? где? когда? кому? за что и сколько?

И если такой «бегунок» не залезет в самое Пекло — его найдут! Да даже в Пекле найдут! И если не смогут привести в стаб, сами распросят обо всем и вся! И если есть что-то, что принадлежит стабу — ОТБЕРУТ! Зачастую вместе с жизнью.

Но это все «лирика».

По статистике знахарей, подобные операции достигают успеха в лучшем случае — одна из двадцати, и это считается умопомрачительным успехом, который окупает предыдущие девятнадцать неудач.

Но у такого «успеха» всегда уйма подводных камней: расходы, потери, дележка, интриги, но самое главное — ВРЕМЯ!

Время, которого в Улье более чем предостаточно, в данном случае выступает главным противником. Ведь скребберы выбираются из Пекла крайне редко. Если такие и выходят, то это либо очень «слабые» особи, по сравнению со своим видом конечно же, или слишком «молодые», в чьих споровиках довольно редко оказывается более двух-трех жемчужин.

В конечном итоге: одна «белка» идет на покрытие расходов организации охоты, вторая «белка» оседает в активах стаба, и только третья жемчужина пойдет на «личные» нужды, и очередь на нее так же будет расписана на десятилетия вперед.

Поэтому когда появляется «предложение» о «суррогатном материнстве», для многих сильных мира сего, это прекрасный шанс обзавестись иммунным потомством без особых проблем.

Нет.

Проблемы конечно неизбежны и в этом случае. Но интриговать, воевать, или даже убивать разумных конкурентов, куда проще чем удачно упокоить одного-единственного скреббера, поскольку действия оппонетнов, худо-бедно можно проанализировать и просчитать. Но нужно всегда учитывать тот факт, что просчитать могут и тебя, а это уже совсем другие расклады.

— И именно этим Дети СТИКСа отличаются от киллдингов. — видя что мы осознали сказанное им, Ревизор тяжело вздохнув, обобщил высказанные ранее мысли.

— Эти два сообщества смогли укрыть меня от «интереса» лидера знахарей. Мне чудом удалось выйти на контакт с одним из пентархов Института, который пребывал с дипломатической миссией, как он ее называл, в центральном стабе региона — Вавилоне. Благодаря его поддержке, я некоторое время находился под его протекцией и сделал головокружительную карьеру на поприще «дипломатии» СТИКСа. — от последней фразы мужчина невесело усмехнулся.

— Вскоре пентарх отправился дальше по делам Института. Ну а мне, по его личному заданию, пришлось длительное время налаживать контакты в одном из «оазисов» Детей СТИКСа. И лишь проведя с ними одну полную и невероятно долгую, перезагрузку кластера, я смог вернуться в обжитые регионы где надолго залег в Кремене пытаясь создать себе будущих верных сподвижников и единодумцев. — небольшую паузу мужчина заполнил парой глоткой из лежащей во внутреннем кармане, фляги.

— Учитывая, что я сам был знахарем с претензией на звание Великого, я мог оставаться невидимым для бывших «коллег» благодаря моему Дару «Полога», закрывавшему большую часть моих Умений от их взора. — короткая пауза в которой мужчина собирался с духом, явно переживая некоторые события своего далекого прошлого.

— Когда ты спросил относительно моей связи с «Вестником» и о том, что он идёт по твоему следу, я понял, что время тайн прошло и медлить нельзя. — горькая усмешка.

— Прежде всего вынужден констатировать что вы где-то прокололись, раз Учитель узнал о твоей силе, Стинго, и проявил свой навязчивый интерес. — внимательный взгляд пытался прожечь насквозь.

— Не спроста он желает получить тебя в свои загребущие лапы. Живым или мёртвым. А учитывая, что он послал за тобой Вестника… он, должно быть, знает о тебе намного больше, чем ты думаешь. И поверь мне, его методы куда изощреннее, чем кажутся. — его слова заставили меня задуматься.

Теперь всё встало на свои места. Это была не просто случайность, это была сложная игра, в которой мой бывший учитель, нынче Ревизор, предстает передо мной неожиданным союзником против общего, пожалуй врага.

Хотя как по мне, все запуталось куда сильнее!

Правда у меня этих врагов, как блох на собаке, и все могущественные и властьимущие: Учитель, Вольт, а теперь еще и Магистр киллдингов добавился.

Но внезапная мысль слегка остудила мой пыл относительно союзнических чувств.

А союзник ли он нам?!

Борода, тем временем, постепенно приходил в себя, его взгляд уже не был таким затуманенным, и он медленно начал осознавать масштаб происходящего. Предстоящий разговор обещал быть ещё более долгим и насыщенным, чем я предполагал.

— Ты имеешь отношение к исчезновению руководства Кременя семилетней давности?! — неожиданно в разговор вклинился крестный, его голос, окрепший после укола спека, звучал жёстко и требовательно.

— Косвенное, — чуть сбившись, ответил Ревизор, его лицо помрачнело.

— Они были знахарями-самоучками. Причем весьма талантливыми. Более того, они были беложемчужниками. И хоть им удавалось долгое время скрывать свои способности, но это бросилось в глаза знахарям Южного, после чего в стаб явился Вестник.

— Что с ними случилось? — вновь резко влез Борода.

— Они отказались идти в ученики и после «общения» с Вестником они «встали» на «Путь», который вел в один конец, а конкретно — в Пекло, — тихо ответил Ревизор, его взгляд стал отстранённым, словно он вновь переживал те события.

— И ты…? — прищурившись, уточнил крестный.

— И я не сделал ничего, чтобы помочь им. Не уверен, что смог бы совладать с Вестником на тот момент, но скорее из нежелания раскрывать свое инкогнито перед «псом» Учителя, — совсем тихо ответил мужчина, его голос звучал так, будто он извинялся за свой… страх.

— Поэтому ты, Стинго, сделал то, что не смог или побоялся сделать я.

Как ни странно, но никто из присутствующих даже не подумал осуждать или порицать Ревизора за подобное «малодушие». Борода — просто потому, что в него жестко были вбиты постулаты Улья: можешь — помоги, не можешь — пройди мимо. Ну а мне после встречи с Вестником так же не казался поступок Ревизора чем-то предосудительным. Ну а Крезу было вообще наплевать на прошлое его господина, поскольку в ментале прямо фонило собачьей верностью, и априори он ни в чем не обвинял свой объект охраны и служения. Видимо, он был одним из тех, кто, как и мы, прошёл обучение у него и полностью связал свою судьбу с этим властным мужчиной.

Как ни странно, но зашедший в тупик «разговор» разрядил Рудик, который, подойдя ко мне, теранулся своим шипастым боком о ногу, при этом разодрав в хлам штанину камуфляжа.

— Привет, малыш, — присев на корточки, я почесал «котэ» за кожистым ухом и как бы невзначай предложил котейке свое извинение за те страдания, через которые он прошел, предложив ему красную жемчужину на раскрытой ладони.

— Угощайся, братишка.

Рядом с моей ладонью возникла мисочка, которую предусмотрительно приготовила Мара, и в которую налила живчика умничка Иришка. Лия лишь хмыкнула, глядя на демонического котейку, и рядом с угощением возникло приличных размеров говяжья вырезка.

Рудик правильно расставил приоритеты и первым делом проглотил «червонку», вылакал живчик и, подхватив мясное угощение, уволок его куда-то за диван с сидящим на нем Бородой.

— Что будем делать дальше?! — озвучил я вопрос после затянувшейся паузы. Как ни странно, но ни Ревизор, ни Крез на нашу выходку никак не отреагировали. Разве что Борода хмыкнул, видя, как котейке шутя скормили далеко не самое простое «угощение».

— Вижу, твоя щедрость нисколько не уменьшилась со времени нашего расставания, — то ли осудил, то ли сделал комплимент крестный.

— Это всего лишь потроха, — философски ответил ему, при этом просканировав его развернувшегося на полную «сенсора», малость прокачаного «недоментата» и поДАРенное «белкой» боевое Умение, схожее с действием моих огненных артов.

Я уже было открыл пасть, чтобы поздравить крестного с приобретением, но в последний момент успел захлопнуть рот и не раскрывать столь читерскую плюшку, тем более перед Ревизором и Крезом. Но это сделал за меня он сам.

— Старый друг. У тебя наконец-то появился боевой Дар. Да ещё и беложемчужный. Признаться честно, я порядком удивлен этому факту, — констатировал Ревизор, переключая внимание на крестного и тем самым ещё немного разряжая сгустившуюся атмосферу.

— Да. Было дело. — крестный мимолетом зыркнул в мою сторону, словно спрашивая разрешения, но Ревизору этого хватило с лихвой, чтобы сложить «2+2».

— Благодарю, Стинго. Воистину щедрый дар ты сделал своему крестному. А то ему ранее с крестниками особо не везло, — при последних словах мужчина безобидно хохотнул, но, увидев вопросительные лица моих жён, тут же принялся рассказывать о былых крестниках Бороды.

История была не такой уж и длинной, но рассказчиком Ревизор был знатным, поэтому в красках смог описать щекотливые нюансы биографии Бороды.

— А что вообще случилось и сколько я провёл в плену у «серых»? Это же они меня пленили, когда мы с Лешим пытались вызнать местоположение их нового логова. Кстати, где Леший и Тихоня?! — неожиданно вскинулся крестный и требовательно уставился нам в глаза, но, к сожалению, ответа на его вопрос у нас не было.

— Что ты помнишь последним? — задал я ему вопрос, из-за чего мужчина на несколько секунд погрузился в воспоминания.

— Тихоня с какого-то перепугу рванул в черноту. Леший ломанулся следом. При этом они не свалились от воздействия черноты, а ссорясь проскочили приличный отрезок мертвой соты и скрылись в небольшом оазисном кластере. Дальше Рудик засек «скрытника» и почти мгновенно мне, чуть пониже задницы, прилетел дротик с транквилизатором. Дальше всё было как в кошмарном сне. Я иногда приходил в себя, но сделать что-либо был не в силах. Возможно, это был лишь бред моего разгоряченного мозга, — выдавил из себя крестный. Воспоминания о последних событиях их эскапады с рекогносцировкой базы муров и «серых», добавляли с каждой секундой все больше и больше подробностей их разведывательной «аферы». Поскольку ничем иным я назвать это не мог.

— Ну, если кто-то из них употреблял перед вашим выходом жемчуг, то, скорее всего, у кого-то из стронгов появился весьма полезный Дар «ходока чернотой», — авторитетно заявил Ревизор, на что Борода лишь буркнул что-то про привал, спор и Тихоню.

— Так что с высокой вероятностью могу предположить, что у них все замечательно, и если проблем с живчиком не было, то они наверняка выбрались из той заварушки с куда большим профитом, чем ты, мой старый друг, — закончил Ревизор.

Лицо Бороды медленно прояснялось по мере того, как воспоминания возвращались, и слова Ревизора связывались с его собственными обрывками переживаний. Он хмыкнул, услышав про Дар «ходока чернотой», и порадовался в глубине души что парни смогли улизнуть. С каждой секундой взгляд его становился все более осмысленным. Теперь он не просто слушал, а впитывал информацию, обрабатывая ее своим изворотливым разумом.

Рудик, прикончив шмат мяса и почувствовав, что опасность миновала, свернулся клубком возле ног крестного, его глаза-изумруды внимательно следили за Ревизором.

— Значит, парни… — пробормотал Борода,

— Видимо Тихоня, получил что-то вроде Дара перемещения по Черноте? Это многое объясняет. Но почему тогда «серые» не стали их преследовать? — повторился я за Ревизором.

— Потому что, Борода оказался на острие их розыскных мероприятий, а два стронга успели скрыться до того как появились наблюдатели внешников или их шестерки, муры. Они, вероятно, решили, что ты обладаешь информацией или связями. И видя как ты шутя влез в самый центр их расставленной «ловушки» решили взять тебя живьем. Однако в отличии от Рихарда, у нынешних «серых» оказался менее гибкий подход к делам и они узнав что ты беложемчужник, не придумали ничего более оригинального нежели тупо продать тебя в Тортуге. — я не был удивлен информированности Ревизора. Я молча слушал, собирая воедино все фрагменты.

История моего наставника, его потивостояние с Учителем, его связь с Институтом и Детьми СТИКСа — всё это меняло расклад сил до неузнаваемости. Мы оказались в центре куда более сложной игры, чем я предполагал, и моё «героическое» убийство Вестника теперь казалось не столько дерзостью, сколько случайным вмешательством в чужие интриги, пусть даже он планировал обратить нас в своих рабов и использовать в битве за власть против своего «господина».

— Что теперь? — спросила среброволосая Мара, её голос был тих, но пронзителен.

Ревизор ничуть не удивившись откинулся на спинку дивана, обводя нас задумчивым взглядом. Крез стоял, как статуя, но я чувствовал его повышенное внимание.

— Теперь у нас есть общий враг, — наконец произнес Ревизор.

— Учитель. Он не простит тебе столь наглого уничтожения Вестника. Ты попрал его авторитет упокоив его «пса». Рано или поздно но он узнает о провале, равно как узнает о виновнике ЕГО неудачи. И он не отступится от своей цели. Вы оказались втянуты в противодействие, которое длится десятилетиями если не веками.

— И что вы предлагаете…? — спросил я.

— …Союз? Противостояние? Или просто сидеть здесь и ждать, пока нас найдут?!

Ревизор усмехнулся. В его глазах мелькнула искорка, напоминающая о том Сенсее, который учил меня выживать в Улье.

— Ждать — не наш метод. Я предлагаю вам присоединиться к нам. К Институту или к Детям СТИКСа. У нас есть ресурсы, информация и влияние, чтобы противостоять Учителю. И нам нужны такие, как вы, Стинго. С твоими способностями. С вашими Дарами. Вы с легкостью впишетесь в нашу структуру и в скором времени наверняка воззглавите любое из понравившихся вам направлений, будь то исследования, наука, технологии, картография или дипломатия. — он взглянул на девочек, а затем на Бороду, который уже выглядел почти полностью восстановившимся, лишь легкая усталость читалась на его лице. Рудик, тарахтя как электрогенератор, терся покрытой шипами спиной об угол дивана, превращая дорогую кожу в изодранную и рваную дерюгу.

— Мы стараемся выявлять таких как ты и твои супруги. Ваши действия, твой стремительный рост… как видишь они не остались незамеченными. А теперь, когда ты вывел из игры Вестника и смог бескровно освободить Бороду, стало ясно, что наши дороги должны были непременно пересечься. Вы — «системная ошибка Улья»! И Учитель обязательно придет за вами. — спокойно, но некоторой долей экспрессии, произнес Ревизор, при этом я отметил что и он старается «игнорировать» слово — «путь».

Некоторое время я обдумывал его предложение. Это был рискованный шаг. Войти в такие могущественные и таинственные сообщества означало полностью изменить нашу жизнь в Улье.

Покой, о котором я так долго грезил, нам только снился!

Но какова альтернатива?!

А альтернатива означала лишь одно: постоянную охоту со стороны Учителя и его клевретов, при этом каждый знахарь будет нашим врагом и обязательно донесет Учителю о странных иммунных взбаламутивших сперва один регион, а теперь и соседний. И такую угрозу в покое не оставят, а значит…

— Какие условия? — спросил я прямо.

Ревизор кивнул, одобряя мою прямолинейность.

— Никакого рабства и принуждения, никаких жертвоприношений и перевернутых крестов, — он посмотрел на меня с некой серьезностью, — особенно в отношении разумных. Полная свобода действий в рамках общей цели. Доступ к нашим ресурсам и технологиям. А взамен… ты и твои спутники станете нашими оперативниками. Свободными, но лояльными. И мы поможем вам раскрыть весь ваш потенциал, Стинго. Полностью.

Я перевел взгляд на девочек. Их лица были сосредоточены, они ждали моего решения. Затем я посмотрел на Бороду, который уже полностью пришел в себя. Он поймал мой взгляд и едва заметно кивнул. Мой крестный доверял моему выбору.

— Хорошо, — сказал я, поднимаясь и протягивая руку Ревизору.

— Сделка есть сделка. Но если хоть раз я почувствую обман… Я не ищу войны. Но если она прийдет — я отвечу!!!

Ревизор крепко пожал мою руку. В его глазах мелькнуло нечто, похожее на облегчение. Там было что-то еще, но тонкие оттенки эмоций я уловить не сумел.

— Знаю, ученик. Сожженное Чистилище тому пример. Я умею складывать разрозненные улики и факты. — ответил он, и в его голосе вновь прозвучал тот знакомый, наставнический тон, который я помнил с давних пор.

— И поверь, в наших интересах, чтобы ты никогда не почувствовал подобного.

— Тогда у нас очень много работы. И перво-наперво — это Вольт. Он первоочередная проблема, — озвучил я конкретику, не отводя «взгляда» от Ревизора.

— Ты забыл упомянуть Ждана, — приподняв бровь, заметил Ревизор.

— Сегодня ночью Вольт пытался избавиться от брата, — буркнул я в ответ.

— Пытался? Ты знаешь что они братья? Он жив?!!! — вычленил суть собеседник, в его голосе прозвучало удивление и недоверие.

— Да. Пытался. Я успел вовремя, и в данный момент он под приглядом Могарыча, — раскрыл я часть своих карт.

— Не самый мудрый выбор, — недовольно буркнул Сенсей, и по его лицу пробежала тень беспокойства.

— Могарыч не просто обычный караванщик. Он глаза и уши Вавилона. Ну и частичный надзор за моими действиями.

Я слегка улыбнулся.

— Что? — заметил он мою улыбку.

— Могарыч очень рассчитывает, что ты назначишь его преемником Вольта и поставишь здесь руководить после его смещения с должности главы стаба, — припомнил я влажные фантазии ушлого караванщика.

— Ну, этому точно не бывать! — припечатал он, его голос был категоричен.

— Погоди! А ты откуда это знаешь?! — удивлению Ревизора небыло предела.

— А если я скажу, что могу контролировать как Могарыча, так и Ждана?! — мой вопрос вызвал целую бурю на лице мужчины, после чего он вонзил взгляд в моих жён с явным намерением вычислить скрытую нимфу.

Нимфу он так и не нашел, но порядком напрягся глядя на Лию. Вот же бляха-муха. Он влет просек ее «сферу хаоса» и мне хотелось надеяться, что это не станет проблемой.

— У вас очень… интересный Дар, — с короткой паузой обратился он к Лие.

— Да ещё и беложемчужный хигтер. Да ещё и тройственная Грань. Плюс вы приняли «белку» около двенадцати часов тому и у вас формируется нечто совершенно невообразимое! А ведь вы относительно недавно в Улье. — последнюю фразу Ревизор произнёс с плохо скрываемым оху…удивлением, чем вызвал у Лии оторопь, а у меня досаду.

Его «взгляд» переместился на Мару и Ирину. Его взгляд слегка помутился, поскольку он мало того, что заметил употребление «белок», так еще и отметил два абсолютно идентичных Дара у моих жен: «полог» и «глушитель». При чем было прекрасно видно, что их беложемчужная основа для него не являются секретом, как не стали преградой «пологи» девчонок.

Блядь!!!

Наградив нас задумчивым взглядом он лишь высказал девушкам свое восхищение «развитостью» их Даров, но было заметно что его мысли скачут с невероятной хаотичностью пытаясь найти логическое объяснение неизвестным «аномалиям».

Но внезапно мелькнувшую «тень» в глубине своих глаз он скрыть не сумел и связано оно было, скорее всего с отсутствием «скреп» на их Дарах. Возможно даже он заметил то, что они были «сорваны» чужой волей.

Однако он не стал акцентировать на этом свое внимание, а повернувшись ко мне, с любопытством вивисектора уставился на меня, пытаясь просканировать до мозга костей.

— Странно. Я вижу твоего «пожирателя споры» и «полиглота», но у меня складывается впечатление, что это лишь ширма. Ты позволишь осмотреть тебя более досконально? — и видя что я готов отказать, быстро добавил.

— К тому же я могу оказать помощь с твоим увечьем, — с плохо скрываемым азартом предложил он мне совершенно бестолковую альтернативу.

Желание отказать ему было велико, но, чуть подумав я решил позволить краткий осмотр. Если бывший наставник, а теперь куратор нашей группы, не сможет прорваться сквозь завесу моего «полога», тогда простые и не очень знахари тем более будут не в силах.

Правда, я немного смухлевал и перед тем, как стать предметом чужого любопытства влил в «полог» запредельную дозу энергии Истока, что на порядок, а то и более, должно было усложнить «работу» знахарского Дара Ревизора.

Рудик, давно уже доевший выданный кусок мяса, облизываясь взглянул на меня, потом на Ревизора, словно понимая, что происходит нечто важное. Борода, тем временем, полностью пришел в себя и его взгляд стал более внимательным, сосредоточенным и пожалуй чуточку подозрительней. Он тоже понимал, что Ревизор пытался прощупать меня и это могло иметь серьезные последствия для нашего нового союза.

Ревизор прикрыл глаза, его знахарский Дар весьма мощно «скользнул» по моему «пологу». Я чувствовал его попытки проникнуть внутрь, ощущал давление, но «завеса» из энергии Истока держалась крепко. Он словно наткнулся на нерушимую стену, за которой скрывалось нечто непостижимое для его Дара. Его брови нахмурились. Он предвкушал легкую прогулку по моей энергетике, но вместо этого натолкнулся на преграду.

Прошла минута, затем вторая.

Наконец Ревизор открыл глаза. В них читалось изумление, смешанное с восхищением и новым для него чувством, уважением.

Он не смог.

— Поразительно, Стинго, — сказал он, его голос был низким и задумчивым, а я воспользовавшись секундной заминкой, сбросил девушкам способ избежать черезчур назойливого внимания со стороны всяких «Великих Знахарей», чем слегка недовольные супруги немедленно и воспользовались. Даже Лия учудила что-то этакое, от чего я с удивлением отметил подернувшуюся дымкой «сферу хаоса».

— Я… я никогда не сталкивался с таким уровнем сокрытия Даров. Твой «полог»… он на порядок превосходит всё, что я видел. Похоже, ты не только умеешь контролировать свои Дары, но и усиливать их действие.

Он покачал головой, и легкая улыбка тронула его губы.

— Что касается твоего увечья… — он вновь окинул взглядом мои глаза.

— Это не просто повреждение. Это… отпечаток чего-то древнего и могущественного. Я не уверен, что смогу исправить это без полной перестройки твоей энергетики, что крайне рискованно. Но я могу помочь тебе лучше контролировать это.

Я отрицательно покачал головой, искренне радуясь в душе чужой неудаче. Он не пробился. Я знал это точно и это было главное.

— Что ж, теперь, когда мы разобрались с моим «сокрытием», — сказал я, — вернемся к делам. Могарыч и Ждан на нашей стороне, остался Вольт, что дальше?

— Дальше будет Ярмарка и Лотерея! — ответил Ревизор.

— По моим данным Вольт готовит нечто неординарное. И это касается не только награды в виде белой жемчужины, но и сама Лотерея подразумевает нечто запределельное. Вроде бы некий артефакт иных цивилизаций или даже Древних. Информации очень мало и узнать больше не удается никак. — с легкой досадой ответил бывший наставник.

— Белка в качестве главного приза? — приподнял я скептически бровь.

— Учитывая его статус, вполне возможно что у Вольта имеется лишняя «белка». — от моего неверия Ревизор как-то странно посмотрел на меня, но не стал акцентировать внимание и предложил встретиться в ресторане через пять часов, поскольку Ярмарка начнется ближе к ночи, а вот запуск Лотереи анонсировали ровно в полночь.

Едва он поднялся как я материализовал на столе огромный кофр с жемчугом, который самую малость уменьшился, но думаю из-за таких «мелочей» Ревизор не станет устраивать кипиш. Тем более что Вольт по прежнему числится у него в должниках и при самом плохом раскладе должен компенсировать «смотрящему» Вавилона минимум такой же кофр, правда без «пятнашек», ну или его «белка» вскоре сменит хозяина, а кресло Тортуги займет другая задница, возможно даже Ревизора.

Бывший наставник, а теперь куратор нашей группы, лишь хмыкнул глядя на кофр, при этом на лице промелькнула частичка удовлетворения. Ну еще бы. Я так «неосторожно» продемонстрировал ему наличие «пространственного кармана», да еще и такого огромного.

— Какой дресс-код? — остановила Ирина вопросом почти дошедшего до двери Ревизора, что с легкостью нес тяжелый кофр.

— Вам известна такая поговорка как: Встречают по одежке…?! — оглянувшись через плечо спросил мужчина и заметив согласный кивок, добавил:

— Кроме этого, в качестве "незначительной платы", - выделил он голосом фразу.

- Для новых лиц, наличествует обязательный «вступительный взнос», чтобы исключить участие обывателей и прочих зевак. — видя что мы внимательно слушаем его, он кратко завершил инструктаж:

— По черной жемчужине с каждого участника, или же предоставить организаторам Лотереи некую редкость Улья, которую могут выставить в качестве "лота" в предстоящей Ярмарке. - легкая усмешка.

- Будешь участвовать? — спросил он с ехидцей, лениво наблюдая за тем, как я убираю локон своей рыжей спутницы за ушко.

— Обязательно. И даже если не редкостью, то "взносом". — он усмехнулся.

— Уж больно приз привлекателен. — ответил я ему. Ревизор, видя шокированое лицо Бороды и азартные наши, усмехнувшись покинул номер через расторопно открытую Крезом дверь, который забрал ценный груз и сразу же проследовал за объектом охраны и личной верности.

— Милый. Нам нужно срочно подумать о нарядах для предстоящего вечера! — безаппеляционно заявила Ириша и ее тут же поддержала Лия, а затем и Мара, хоть и более сдержано.

— Вам это потребуется. — выложил я на стол пакетик с шестью черными жемчужинами. Ириша не стала спорить и прихватив средства оплаты, покинули номер под веселое щебетание и хмурый взгляд Мары адресованый мне от двери.

— Я не доверяю этому Ревизору! — прилетело от нее напоследок по мыслесвязи и судя по «шепоту» от Лии с Ириной, это было не единоличным мнением.

— Вобщем-то наше «доверие» относительно него — совпадают. А учитывая что ты озвучила свои «подозрения», думается я правильно сделал, умолчав о некоторых моментах нашего путешествия. Да и «чуйка» зашевелилась. Сдается, нам тоже не слишком-то верят. Черезчур мало мы знаем друг друга, несмотря на прошлые дела и «побратимство». Черезчур много произошло событий с момента нашего расставания в Кремене. И черезчур сильно изменились наши статусы, а значит… значит нас попытаются использовать в своих делишках, при чем возможно, «в темную». — отступившая после встречи знакомого лица эйфория схлынула и теперь стоит подумать над тем, как себя вести и какую поведенческую линию выбрать в общении с бывшим наставником и нынешним «куратором» нашей группы.

Относительно Бороды у меня таких сомнений нет, а вот Ревизор вызывает чувство недосказанности. — задумчиво анализировал я недавний разговор.

— Он предложил нам, а вернее тебе, вступить в очередную сверхсекретную организацию с непонятными целями и неизвестными методами их достижения, предложив взамен некие знания и технологии. Я видела как ты «загорелся», едва были озвучены «невероятно выгодные» условия, и уверена что он так же отметил сей факт. Поэтому, нужно быть предельно аккуратными в общении с ним. Ты же понимаешь, что при необходимости нас возможно прикроют от Вольта, параллельно охомутав путами Долга, но не уверена что сделают то же самое в случае с Учителем или Магистром?! — отпрокурорствовала напоследок среброволоска и видя что ей удалось «загрузить» меня по самое «не балуй», удалилась вслед двух «бурчащих» в ментале содружниц, оставив меня наедине с Бородой.

Мы с Бородой остались одни. Тишина, нарушаемая лишь гулким тарахтеньем кваза, казалась непривычной после напряжённого разговора с Ревизором. Кот, убедившись, что опасности нет, замер у ног крёстного, свернувшись в плотный кожистый клубок. Его изумрудные глаза были полуприкрыты, но он по-прежнему внимательно слушал, словно понимая каждое слово, хотя и старался не показывать этого и не вмешиваться.

Я же, присев на край дивана напротив Бороды, разглядывал его, пытаясь найти в исхудавшем и посеревшем лице того самого жизнерадостного, вечно подначивающего меня напарника, которого я когда-то знал. Но вместо этого видел лишь усталость, глубоко въевшуюся в каждую морщинку, и тень пережитого кошмара, которую не смогли скрыть даже усилия весьма могущественного знахаря.

— Ну, что, Борода многогрешная, попал ты в переплёт? — усмехнулся я, стараясь придать голосу лёгкость, хотя внутри всё сжималось от сочувствия.

Борода невесело хмыкнул, и вертикальная складка пролегла между его бровями.

— Не переживай. Теперь всё в прошлом. Так что думай, чем планируешь заняться? — доброжелательно добавил я, пытаясь дать ему почувствовать свободу, которой он так долго был лишен.

— Чувствую, что мой долг тебе возрос до заоблачных высот. Сомневаюсь, что смогу расплатиться когда-нибудь с тобой, — с обречённым вздохом ответил крёстный.

— Ты дурак?! — рыкнул я, не сумев сдержать раздражения.

— Или ты думаешь, что я рванул за тобой через уйму регионов и черноту лишь для того, чтобы посадить тебя на «счётчик»? — чуть покривил я душой, но от моих слов мужчина дёрнулся как от удара, но всё же нашёл в себе силы выдавить простое:

— Извини, дружище. Что-то меня подкосил этот «вояж». — он скосил глаз на тарахтящего Рудика и почесал заскорузлыми пальцами кожистое ухо котейки, отчего его «урчание» возросло на несколько децибел.

— Всё в прошлом. Сейчас разберёмся с Вольтом и можно будет валить на все четыре стороны. Кстати. Ты в своём выборе абсолютно свободен уже сейчас. — услышав мои слова, Борода невесело усмехнулся и буркнул что-то о том, что одному у него очень плохо получается «бродить» в последнее время.

— Если ты не против, то я хотел бы влиться в твою группу. — и умоляюще уставился в непрозрачные стекла моих окуляров.

Ну, примерно этих слов я и ожидал, поэтому лишь согласно кивнул, при этом извлекая ещё одну «червонку» и, вглядевшись в его энергетику Даров, предложил ему «угощение».

— Отказ конечно же не принимается? — с невесёлым видом уточнил он.

— Правильно мыслишь. — ответив ему безапелляционным голосом, я протянул флягу с живчиком, которым крёстный запил проглоченную жемчужину.

Пока крестный прислушивался к своим ощущениям, жемчуг и живчик творили своё дело, в комнате воцарилось молчание. Нам обоим требовалось время, чтобы осмыслить произошедшее.

Для Бороды — весь его плен и неожиданное спасение.

Для меня — невероятное открытие о Ревизоре и его кардинально изменившейся роли в Улье. Ведь что не говори, а «исповедовался» исключительно я, а спросить о его «ученичестве» как-то вылетело из головы. То что он рассказал было лишь верхушкой айсберга, если не острием.

Хм…

Видимо более… двух десятков лет в этом мире, плюс статус «околовеликого знахаря», позволили ему собрать и прокачать прекрасный набор Даров на все случаи жизни. То что я «узрел» лишь мельком, так же являлось навершием ледяного плавсредства.

Мда…

Опыт не пропьешь!

Опять меня «вывернули» наизнанку, а я маюсь дурью между догадками и предположениями.

Вот же блядство…!!!

Рудик тихо тарахтел, словно маленький трактор, а мы просто сидели и смотрели друг на друга, словно пытаясь понять, кто перед нами сидит.

Спустя несколько минут Борода глубоко вздохнул, и я увидел, как напряжение медленно уходит из его тела. Цвет лица стал более здоровым, а глаза, ранее мутные и воспалённые, теперь смотрели ясно и сосредоточенно.

— Я до сих пор не верю, что ты здесь, — проговорил он, его голос стал твёрже.

— И что ты, вот так вот просто пришел за мной хер знает откуда. Я ведь думал… думал, что все — амба!

— Ты не один так думал, — ответил я, вспоминая слова Ревизора.

— Ревизор вообще считал что мы оба сгинули после побега из Кременя. — задумчиво ответил я ему, копошась в памяти Вестника в поисках Даров, способных определять статус разумного. Таких было не мало, но наиболее эффективным являлся «кровник», который позволял своему носителю, при наличии капли крови реципиента, определить: жив последний, или мертв.

Учитывая что после Испытания с меня сняли изодранное тряпье с изрядной толикой «красненького», определить мой статус было делом не сложным.

Мда, лоханулся я. Не совершил ритуал «отсечения плоти». Вообще ни разу не совершил за все время пребывания в Улье. А кровушкой своей я прилично полил земельку этого мира.

Упущение!

После разговора стоит провести соответсвующий ритуал, тем более что у меня теперь к этой разновидности магии стопроцентная предрасположенность и устраивать «танцы с бубном», теперь нет никакой нужды.

Но тогда почему Сэн… Ревизор посчитал нас мертвыми?!

Ах вот оно что!

Мы в это время видимо уже были в найденном ранее подземном бункере, а его Дар, как и большинство других Умений, не видят свои «цели» ниже уровня земли. К тому же его «кровник», после длительного использования уничтожает «генетический материал», равно как и саму «привязку».

Хм, опытный «кровник», а у меня теперь нет сомнений в наличии необходимых у Ревизора навыков, способен отслеживать «привязку» не менее двух суток кряду. После этого, зачастую, его ждет жесткий «откат», а учитывая что Ревизор до сего дня был уверен в нашей гибели, означает что он «сжег» всю «привязку», а это о чем-то да говорит. Хотя, стоит учесть, что из бывшего «ученика», не хватавшего звезд с небес, я теперь переквалифицировался в часть, как сказала Мара, непонятной организации с неизвестными целями.

Чтож, будем надеяться что нас не «зачистят» в ближайшее время, а вырвавшись из Тортуги нам, как показывает опыт, даже Вестник «по плечу». А следовательно нужно держать ушки на макушке и не сильно позволять «выдаивать» из себя информацию.

— А кто такой Вестник? И что ты с ним сделал?! — опять я слишком глубоко ушел в себя, позабыв даже о разговоре с крестным. Борода лишь прищурился, его взгляд стал пронзительным.

— Он угрожал вам?! — на его предположения я лишь усмехнулся, покачав головой.

— Ну… как тебе сказать. Я с ним просто поговорил, — сказал я, и видя его недоверчивый взгляд, добавил:

— Сначала он страдал излишним «словоблудием», потом стал вещать нам о том какие мы жалкие, о том какой он крутой, и вообще мы обязаны встать в позу пьющего оленя и раздвинуть перед ним жопу. Ну а потом… потом он напал на нас, и пришлось его… упокоить. — вроде бы я старался перевести все в шутку, но крёстный все равно ошарашено уставился на меня. Его глаза расширились, и он даже приоткрыл рот.

— Ты… ты убил Вестника?! Того, что явился за руководством Кременя и которого испугался Сэнсэй?! — в его голосе смешались шок, недоверие и что-то, похожее на благоговение.

— Во-первых: не Сэнсэй, а Ревизор. Стоит забыть его прежнее имя, равно как стоит забыть об озвученном конфузе. — поиграл я бровями из-за чего крестный согласно кивнул, понимая что язык стоит держать за зубами.

— Во вторых: упокоить Вестника было непросто. Но он переоценил свои силы, хотя был момент когда он одним-единственным Даром вывел из «игры» всех моих девчат. — ответил я, стараясь не вдаваться в подробности. Я не хотел раскрывать перед ним все свои карты, тем более, что его ментал был для любого ментата — открытой книгой.

— Вот это да… — пробормотал он, качая головой.

— Ты ведь… ты ещё и жемчуг раздаёшь направо и налево. И «червонки»… Где ты всё это взял? И что это за женщины у тебя? — я вновь усмехнулся.

— Одну из них ты должен помнить. — хитро сощурил я глаза, чем вызвал на лице крестного лишь недоумение.

— Ладно. Не буду тебя томить. Иринку помнишь? Так вот, блондинка — это она. — лоб Бороды вновь прорезала вертикальная морщинка, но по мере того как он осмыслил прозвучавшее имя, его ментал вскипел ошеломлением, неверием и узнаванием.

— Так она ж была квазом… — он хотел еще что-то сказать, но видя мою хитрую ухмылку захлопнул рот так, что был слышен звук клацнувших зубов.

— А что случилось с Марией? — спустя полминуты уточнил крестный, но я решил пока закруглить эту тему.

— Долгая история. Я тебе расскажу, но… позже. Сейчас давай разберёмся с тем, что произошло с тобой. Расскажи мне всё с самого начала. С того момента, как вы с Лешим и Тихоней рванули из стаба на разведку.

Борода на мгновение задумался, собирая мысли в кучу.

— Да. Нас с Лешим и Тихоней глава стронгов вежливо попросил разведать «новые» территории. Мы слышали, что «серые» где-то здесь, в этом регионе, основали новый «притон», то есть базу. И мы решили их найти.

Мы вышли из стаба. Двигались сперва по прямой, потом по спирали, надеясь не попасть в засаду. Леший, как ты знаешь, хорошо чувствует любые ловушки, особенно в лесу. Тихоня, будучи братом Лешего, был идеальным разведчиком. А я… а я со своим «сенсором» корректировал маршрут, избегая секреты муров. — задумчиво перебирал Борода свои последние воспоминания.

— Да! Хотел тебя поблагодарить за «белку». — глаза крестного вспыхнули.

— Благодаря ей, я смог отбиться от затаившихся в засаде тварей и когда я уж было собирался распрощаться с жизнью, активировался боевой Дар, точь-в-точь имитирующий те чудо-патроны, которыми ты снабдил меня еще в нашу бытность. — от воспоминаний той самой «бытности», а вернее последствий, его глаза слегка потухли, но что радовало, не угасли.

— И…? — выдернул я его из очередной пучины прошлого, чем он воспользовался.

— Ой! «Белка» ведь не просто разогнала моего «сенсора» до умопомрачительных высот, она еще и позволило… — но договорить я ему не дал.

— …позволило обнаруживать засады которые находятся ниже уровня земли Улья? — хитро глядя ему в глаза закончил я за него.

— Д-да, н-но как ты узнал?! — ошеломленно спросил Борода, уставившись на меня обалдевшим взглядом.

— «Серые» поделились информацией в момент нашего с ними торга по твоему «лоту». — спохватившись соврал я, сетуя о том, как быстро позабыл о собственных выводах относительно его открытости перед ментатами. А ведь у Креза он имеется и достаточно мощный. Поэтому мысленно извинившись перед крестным, я пообещал себе рассказать ему некоторые подробности чуть позже. И наверное в урезанном виде, учитывая что Лия — внешница, а у Бороды к ним личные счеты.

— Вот же собаки, ссс…серые! — мужчина явно хотел выразиться более нецензурно, но смог сдержаться.

— Дорого тебе встала моя «тушка»? — с болезненным любопытством уточнил он, а я ощутил жгучее желание узнать: сколько же Он стоит?!

— В мире «серых», «белка» оценивается примерно в два миллиарда кредитов, это их внутримировая валюта. — начал я издалека.

— Чтобы ты понимал ценность их денег то среднестатистический трудяга получает от полутора до пяти тысяч кредитов в год. — от озвученной суммы мужчина лишь присвистнул, без труда просчитав запредельное количество… жизней, чтобы заработать такие деньжищи.

— Выторговуя тебя и Рудося, — при озвучивании своей клички кожистое ухо котэ повернулось в мою сторону.

— Я перекрыл стоимость «белки», минимум раз в пять, а может и в десять. Не знаю. — пытался я с ухмылкой просчитать свой акт бесприцедентной «щедрости».

— Не слишком ли много для этих «стервятников»? — ошеломленно переспросил крестный, ошибочно посчитав что я отдал за него от пяти до десяти «белок», но в эмоциях царил натуральный коктейль из ненависти, желания поквитаться, восторга, благодарности и обреченностью размером «нового» долга.

— Разочарую тебя, бородатенький. — хохотнул я видя его лицо, которое теперь с непониманием смотрело на меня.

— Я не расчитывался за твою задницу потрохами «неназываемого». Я лишь дал им раздобытые на просторах Улья, их же денежные знаки, огромный бриллиант и полудохлый нолдовский мини-реактор. Но в сумме, если все это реализовать в мире «серых», то кредитов на пяток «белок», думаю набралось бы. — от озвученной платы у Бороды задергался глаз и на миг даже проскользнула какая-то детская обида. Но осмыслив все и видя мое смеющееся лицо, он и сам принялся, сперва через силу, а потом все сильнее и сильнее заходиться в приступе смешливой истерии, осознавая, что по местным меркам я расстался с сущими «безделушками».

Выплеснув через смех накопившийся негатив, он постепенно успокаивался, то и дело смахивая заскорузлыми пальцами выступающие на глазах, слезы.

— Так как вас повязали? — вернулся я к прежней теме, с удовольствием отмечая что крестный теперь относится к своему пленению куда спокойнее нежели десяток минут назад, особенно сильно радуясь, что я так лихо «нахлобучил» его пленителей, расплатившись «стеклянными бусами». Ну в чем-то он был прав, отчасти.

— Нас прижали к «черноте» и в какой-то момент Тихоня, ни с того ни с сего, рванул по «кучугурам». Кричать что-либо в окружении муровской пиздобратии было не меньшим бредом чем его рывок. Леший, увидев это, недолго думая, ломанулся следом. Я было двинулся за ними, но Рудик, — он кивнул на кота, — вдруг зашипел на ближайшие кусты где видимо находился «скрытник». Я на миг отвлекся и почувствовал, как что-то вонзилось мне чуть пониже задницы. Я даже не успел понять, что это было, хотя осознавал что скорей всего мощный транквилизатор. Дальше… дальше всё как в тумане. Я иногда приходил в себя, видел, что меня несут куда-то. Иногда меня кормили и поили. Но я был как в вате. Ничего не мог сделать. А потом настала тьма которая развеялась лишь сегодня. И видя свое тело я понимаю что провел в плену достаточно долгое время. Да и по расстоянию нас изрядно прокатили. — тяжело вздохнул он и почесал вновь ухо кото-кваза.

— А с ним что было? — я кивнул на кота.

— Не знаю. Думаю Рудик всё время был рядом. Уверен что он меня охранял. Мне кажется, они боялись его. У него ведь тоже Дар открылся. — Борода замолчал, понимая что несет несусветный бред, но меня его слова заинтриговали, от чего я с любопытством переключил свой «взор» на Умение котэ.

Ну, довольно интересный Дар. Помесь «иллюзора» и «масс-эффекта». Рудось мог не просто увеличиваться в размерах, но и при прокачаном Умении, мог приподнести недоброжелателю «смертельный» сюрприз. По крайне мере без специфичных Даров, выдержать удар лапы сопоставимой по силе с рубером, мог далеко не каждый.

— Я не знаю, что произошло с Лешим и Тихоней. Я надеюсь, они смогли выбраться. — продолжал Борода свой рассказ, который я уже слышал.

— Судя по словам Ревизора, у них всё в порядке, — сказал я, — и, скорее всего, у Тихони появился новый Дар. «Ходок чернотой». При чем такой, который способен провести с собой минимум еще одного «пассажира».

Борода широко раскрыл глаза.

— Это что же… он может перемещаться по черноте без вреда для себя и близких?! — спросил он, и в его голосе прозвучало искреннее восхищение.

— Похоже на то. И это очень редкий и ценный Дар. — усмехнулся я, с горечью припоминая еще одного «ходока чернотой», с которым нас свел Улей на несколько коротких часов.

Борода усмехнулся.

— Ну, что ж. Парни всегда были везучими. А ты… ты стал совсем другим. Не просто сильнее, а… мудрее. Я помню тебя зеленым свежаком, который постоянно влезал в неприятности.

— А я помню тебя ворчуном, который постоянно пытался меня образумить, — засмеялся я и на несколько десятков секунд оба погрузились в воспоминания.

— Я так понимаю что с разведку вы пошли исключительно втроем? — «выплыв» из образов прошлого уточнил я у крестного и получил его согласный кивок.

— Ну и ладушки. Значит Лиза с вами не увязалась. Кстати, как она там?! — полюбопытствовал я у мужчины, но ответом мне был отведенный взгляд.

На какое-то время в комнате повисла тишина, наполненная виноватым молчанием. Затем Борода глубоко вздохнул.

— Не понял. — чуть повысил я голос, но осознавая, что понял — все!

— Там запутанная и трагическая история вышла. — начал издалека мужчина и в эмоциях действительно мелькнуло отсутствие подробностей.

— Вобщем, когда Тихоня, Леший и Лиза пробирались к себе в стаб, им посвстречалась матерая элита с малой стаей из двух топтунов. — начал Борода, то и дело отводя взгляд, словно он был в чем-то виноват.

— В боевом угаре Леший толком и не понял, что произошло. Каким-то образом Лиза смогла помочь им в бою и они умудрились завалить элитника. Как я понял, ты дал ему один из своих чудо-патронов. Вот с его помощью и была упокоена тварь. Правда и девушка погибла. А учитывая что Тихоня успел втрескаться до беспамятства, он переживал ее гибель тяжелее всего. Видимо и в черноту ломанулся из-за того что ему привиделось там нечто такое, от чего его крышечка протекла окончательно. Но хоть радует что впрок пошло. А там уж — время лечит. — слушая его рассказ, не сказать что я особо расстроился. Хотя нет, вру, расстроился.

Лиза которая меня привела в лапы Руана, и Лиза неожиданно пожертвовавшая своей жизнью, были абсолютно разными личностями. Хотя для меня оставалось неизвестной величиной причина, по которой девушка отправилась геройствовать. Но тут Борода был бессилен и если стоило у кого спросить о подробностях, так это у Лешего. Но где мы и где Леший? Даже и не знаю, свидимся ли мы когда-нибудь с ним еще?!

Ладно.

Порефлексировал и будет.

Внимательно наблюдающий за мной крестный ободряюще похлопал по плечу и поднявшись к бару плеснул нам на два пальца коллекционного виски, после чего протянул мне бокал и прошептав: «светлая ей память», опрокинул в себя янтарное пойло.

Мне ничего не оставалось как повторить скорбный, хоть и несколько сумбурный ритуал, поскольку я прекрасно знал, что «память» — это единственное что осталось от сути девушки. И отчего-то крепла уверенность что в ее смерти виноват исключительно Я!

— Ладно братка. Давай поговорим о Вольте и нашем Наставнике. Что тебе достоверно известно?! — вернув бокал на барную стойку, Борода задал беспокоящий его вопрос.

— Ох, Борода. Начнём пожалуй с Вольта. У меня с ним личные счёты. Он пытался убить меня и моих жен, считая что мы обокрали его. Естественно мы не согласились с его обвинениями из-за чего он открыл на нас охоту, объявив за наши головы кругленькую награду в черном и красном жемчуге. — от моих слов крестный присвистнул, но холодной головы не утратил.

— А факт «воровства» имеет место быть? — выделил он основной момент.

— Косвенный. — и видя его вздернутую бровь поспешил объясниться.

— Мы взяли принадлежащее разным фракциям имущество в тот момент, когда вся охрана была уничтожена, а перешеек между двумя регионами с минуты на минуту грозился уйти на перезагрузку, при чем каскадную перезагрузку, которая сходилась к месту «бартера» одновременно с двух сторон и не подразумевала возможности эвакуировать «обменный фонд». — развернуто, хотя и без подробностей, ответил я ему, при этом ловя себя на том, что мне неожиданно важно его мнение и оценка нашим действиям. Моим действиям.

— Но вы смогли пережить сходящуюся перезагрузку и прихватили бесхозное имущество принадлежащее…? — его бровь требовательно взлетела в вопросительном жесте, от чего я про себя лишь усмехнулся.

— Обмен был между «остверами» и сообществом Вавилона, в котором Вольт выступил посредником… — договорить я не успел, поскольку за меня мысль закончил Борода.

— …И который не пожелал нести ответственность за неожиданный провал, решив перевести стрелки на залетных гастролеров. — и видя как у меня задергался глаз, вскинулся:

— Что? Что не так?

— Да все так. Просто именно так нас и называют все те участники сорвавшейся сделки и приписывают нам все мыслимые и немыслимые грехи. — усмехнулся я, удивляясь как точно крестный угадал с описанием.

— Вавилон, как я понимаю, это начальство Ревизора и он здесь чтобы кинуть Вольту предъяву?! — скорее утвердительно, нежели вопросительно, констатировал Борода, на что мне оставалось лишь кивнуть.

— А кто такие «остверы»? — задал он очередной вопрос и у меня вновь задергался глаз.

— Нууу, скажем так: это коллеги «серых», но из другого мира. — неожиданно для себя попытался я смягчить характеристику генералу Райдеру.

— Внешники?! — вскинулся Борода и сузив глаза посмотрел на меня.

— Ты абсолютно прав. — развел я руками.

— И их фракция, равно как и «серые», приехали в Тортугу на Ярмарку. — и опережая новый вопрос, объяснил о свободной торговле между различными фракциями, которую организовали Вольт и Ждан за последние годы.

— Про Ждана я слышал. Я так понимаю он под твоим контролем, как и Могарыч. Я прав?! — мне оставалось лишь кивнуть.

— Это как с водилой и сенсом перед твоим вояжем в Чистилище? — припомнил он событие, которое теперь воспринималось невероятной древностью.

— Нет. Тут более глубинное воздействие которое не требуется обновлять каждые два-три дня. — неохотно ответил ему, чем вызвал новую задумчивость на его лице.

— Кто такой Вольт и к какой фракции относится? — уточнил Борода наиболее скользский момент.

— Если в двух словах и без прикрас, то Вольт обмурившийся стронг, который ударился в крайнюю степень барыжничества. — от моих слов теперь дернулся глаз у крестного, который пытался представить себе — «обмурившегося стронга».

— И как они терпят такой стаб принадлежащий мурам?! — зло прошипел он.

— Терпели. — поправил я его.

— Терпели пока это было выгодно. Вавилон им редкоземелы, бриллианты и трансурановые металлы. А в ответ шла оплата элитными потрохами, которые в этой части региона наличествуется некий дефицит. И Вольт с Жданом к этому приложили свою мохнатую лапку и планировали эту самую «лапку» — «нагреть». — спокойно ответил ему, игнорируя злой взгляд.

— Но. Ведь. Они. Муры! — выделяя каждое слово прорычал Борода.

— Муры. Но пока они выполняли свои обязательства и все были в доле, которой они щедро делились, всем было выгодно иметь торговый стаб позволяющий торговать, как с внешниками, так и с мурами и даже киллдингами. — блин, последнее явно не стоило говорить, поскольку от лица крестного можно было смело прикуривать.

— И ты пошел на сделку с этими… с этими, контрацептивами?! — чуть ли не обвинил он меня в пособничестве мурам и внешникам, хотя я имел дела лишь с последними.

— Иначе тебя продали б с аукциона, и либо тебя контролировала б до конца дней прокачаная «нимфа», либо же отправили б в переработку, где основным ингридиентом стал бы твой иммунный гипофиз, из которого местный барыга производит «живую смерть». Если что, именно этим препаратом тебя и пленили. — от напоминания нимфы и ее контроля, крестного порядком передернуло и он вдруг осознал, кому и какие предъявы начал кидать.

— Прости друже. Я реально что-то чудить начинаю. — повинился неожиданно он, на что я лишь улыбнулся и по дружески похлопал уже по его исхудавшей спине.

— Все хорошо, дружище, это нервное. — улыбнулся я ему.

— А о каком увечье говорил Ревизор и почему ты носишь эти жуткие очки?! — хм, а быстро он оклемался. Не став ничего говорить, я отвернувшись снял свои очки-кастрюли и резко развернувшись, уставился на него провалами своих глаз.

— Ну как?! — уточнил я, и хоть было видно как сильно шокировало его мое увечье, но ощутив в эмоциях море сострадания и вины вновь одел свои очки не став третировать и без того надорванную пленом психику дорогого разумного.

— А как ты видишь тогда? — ошалевше переспросил он, на что я демонстративно подошел к барной стойке и без особых проблем подхватил бутылку с початым вискарем и не пролив ни капли, плеснул в бокалы ровно столько, сколько до этого наливал крестный.

— За твое вызволение, крестный! — и чокнувшись с его бокалом опрокинул в себя ароматную жидкость.

— Опять твоя магия? — ошеломленно спросил он, залпом опрокидывая себе в глотку свою порцию, на что я лишь развел руками.

— А как быть с Ревизором? Ты ведь ему доверяешь? Я чувствую, что он часть чего-то очень большого. Чего-то, что может тебе навредить.

Я покачал головой.

— Я не доверяю ему полностью. Но у нас теперь общая цель. Он — антагонист Учителя знахарей. А Учитель послал за мной Вестника. Это значит, что Ревизор — наш союзник. Хотя бы временно. Возможно на краткий срок. Возможно лишь в Тортуге. Возможно лишь против Вольта.

— Ты уверен, что он не пытается тебя использовать? — спросил Борода, его голос звучал напряжённо.

— Уверен, но до поры до времени. До сегодняшнего дня Ревизор ни сном ни духом не знал о нашем существовании и включить нас в уже разработанные им планы будет не так-то просто. По крайней мере надеюсь на это. Ну а если вдруг игра пойдет «грязно», я сделаю все возможное чтобы его осадить. — задумчиво ответил я крестному.

— Мы заключил с ним сделку и надеюсь хотя бы на минимальное проявление порядочности с его стороны. — от посетивших меня сомнений мои желваки недовольно «заиграли». Я слишком легко повелся на обещание информации и технологий, пообещав стать его «оперативниками». Свободными, но лояльными.

И слишком поздно осознал, что за ней обязательно придется куда-то идти, а это может означать как полноценное сотрудничество, так и оказаться хитроумной ловушкой. А учитывая его связь с Институтом, можно совершенно "случайно" очнуться на столе очередного безумного дока.

Нет!

Нахер!

Только информационные носители!

И даже если их не окажется, то и хрен с ними. Я своими девчонками рисковать не буду!!!

Борода медленно покачал головой внимательно отслеживая доступную мимику моего лица.

— Ты очень сильно изменился, Стинго. Я даже не узнаю тебя. Но… я доверяю тебе. И если ты решил, что это правильный путь, то я с тобой. Пусть и не долго, но мы были одной командой.

— Спасибо, крёстный. И я рад, что ты снова со мной. Нам предстоит много работы.

Мы ещё долго разговаривали. О моём пребывании в Улье, о моих женщинах, о том, что со мной произошло после того, как мы расстались по дороге в бункер. Об Иринке он уже знал, о Маре я рассказал не на много больше переключив внимание на Лию, которую нашел в Пекле.

Борода слушал, не перебивая, его глаза становились всё шире и шире. Когда я закончил, он долго молчал, а потом тихо сказал:

— Ты пережил столько всего, что я и представить себе не мог. И ты стал… настоящим лидером.

— Не думаю, что я лидер. Я просто делаю то, что должен. Я не хочу, чтобы Улей поработил меня. Я не хочу, чтобы кто-то другой решал, как мне жить. И я не хочу, чтобы кто-то из моих близких пострадал из-за меня.

— Это и есть лидерство, Стинго. Защищать тех, кого ты любишь. И делать то, что считаешь правильным, даже если это опасно.

Рудик, до этого тихо тарахтевший, вдруг поднял голову, его изумрудные глаза вспыхнули. Он словно почувствовал, что разговор закончен и что настало время для чего-то нового. Я кивнул ему, и он, поднявшись на лапы, свернулся клубком уже на огромном диване, вновь разодрав своим хвостом кожаную обивку.

— Что будем делать дальше? — спросил Борода, его голос был твёрдым и решительным.

— Дальше — Ярмарка. Лотерея. И наше участие в ней. У нас есть чуть менее пяти часов, чтобы подготовиться. И уже по итогам Лотереи, Ревизор упоминал о чем-то невероятном, и по реакции Вольта, будем решать: что делать дальше?!

Мы встали, и я почувствовал, что между нами снова появилась та связь, которая была в Кремене. Та связь, которая делала нас единой командой.

Додумать я не успел, поскольку по мыслесвязи, на границе чувствительности, прилетел панический "вопль" о помощи, от Мары.

POV Ревизора (Сенсей)

Десятью минутами спустя я сидел в полумраке номера отеля Plaza, сняв пиджак, и вглядывался в рябь на поверхности чая, как в зеркальную гладь реальности, которую вот-вот исказит очередной порыв чужой воли. Слишком много движений. Слишком быстро. И слишком умно для обычного, хоть и талантливого, ученика, или как его охарактеризовали стабские Тортуги, «гастролёра».

Стинго.

Имя, которое кануло в небытие так же быстро как и появилось. Теперь же оно всплывает в донесениях, переговорах, даже в отчетах некоторых моих связных. Словно кость в горле. И всё бы ничего — у нас таких «героев» с десяток

объявляется ежегодно. Но этот… Этот человек не должен был выжить даже первую неделю. Да его вытянул Борода. Он был моим учеником, тем, кто в Кремене не проявлял особых талантов, не обладал мощными Дарами, и тем более, не был окружен командой из трёх жён с непостижимыми уму способностями. А они выжили и он даже смог вытащить крестного без посторонней помощи.

САМ!

Более того — начал ломать ходы, которые планировались годами.

Я прибыл в Тортугу, чтобы подвести итоги. Закрыть вопросы. Выставить счета. Я пришёл за полагающейся моей фракции долей, что, по слухам, заимел залётный «гастролёр» на «перешейке» между двумя регионами, который, чуть ли не в одиночку уничтожил обе группировки: Тортуги и Остверов.

До встречи с ним я считал, что некто, просто оказался в нужном месте в нужное время. Теперь, глядя на него и его женщин, я так не думал, поскольку не понимал ЕГО Умений.

Тортуга встретила меня крайне не ласково, если не сказать — агрессивно. Ядерный взрыв возле, а скорей всего внутри Вольного и обрывки слухов, от которых шевелятся волосы даже у обученных и опытных бойцов.

Что я вижу?

Разрушенные связи. Агрессивный Вольт. Непонятный статус Ждана и Могарыча, о лояльности которых «ученик» говорил, как о само собой разумеющемся и это без наличия «Нимфы», о чем я сразу было предположил.

Борода, мой давний контакт, крёстный Стинго, который, как оказалось, многое не знал о происходящем, поскольку сам был в плену у «серых» и выставлен как лот для Ярмарки, но ведь в свою бытность он наверняка столкнулся со странностями крестника и… не сказал ни слова!

Вот он в плену и вдруг — его приводят в номер Стинго те, кто за ним охотились как стая бешенных шакалов за раненым львом. Более того, они сами жаждали отдать ему Бороду при этом изливая на «ученика» тонны непонятных чаяний и надежд. Узнать, что именно он им предложил в обмен пока так и не удалось. Пока.

Даже пройдя его обучение, он был слаб! Да. Прикрытый Даром крестного он возимел шанс на жизнь и развитие. Однако они расстались достаточно давно чтобы Стинго сотню раз мог распрощаться со своей жизнью. И что мы видим?! Он не только выжил, но и что-то делает за моей спиной. А главное — тот, кто ничего из себя не представлял, заключает договор с Райдером, сидит за столом с «серыми» и «выторговует» жизнь крестного, ко всему прочему не просто вытаскивает мои собственные связи из-под ножа, а делает мою работу. Делает ее лучше меня!

Слишком ловко.

Я был бы идиотом, если бы не допустил, что он не просто пешка. Вариантов немного. Возможно кто-то вложился в него и обучал заранее — а это уже уровень Института или Нолдов. Не стоит исключать и Магистра с Учителем, но тут все слишком притянуто, учитывая открытую на него «охоту».

О Вестнике он не лгал.

Более того, он умудрился его упокоить. Хотя глядя на Дары его женщин, это не выглядит чем-то сверхгероическим.

Но возникает вопрос: откуда у него взялись эти женщины? Откуда у них такие Дары? Кто сорвал их «скрепы»? Кто смог продублировать редкие Умения? Откуда столько «белок»? Почему обладая такой мощью они его беспрекословно слушаются? Судя по их Умениям, две из них коптят Улей в разы дольше своего «супруга».

Их «брак» вызывает лишь новые вопросы. Он сказал что венчались по «закону Улья» и Улей их брак подтвердил.

Бред?!

Скажи мне об этом кто другой и я лишь посмеялся бы.

Но в его случае я не уверен. Тем более что лжи я вновь не ощутил. Он вообще практически лгал. Да, недоговаривал, но это совершенно другое.

Одни лишь вопросы.

Еще его эта странная «защита».

Это не было Даром.

Вернее не так. Дар «полога» присутствует, но усиливал он его за счет чего-то другого.

Так кто же он?

Великий Знахарь?

Тогда ему должно быть намного больше лет нежели он пытается показать.

Возможно он талантливый самоучка.

Или очередной «беглец» от могущественного Учителя.

Вряд ли, тогда бы за ним пришел сам Учитель, а не его «пес».

Но возможно он некая хаотическая аномалия.

Блуждающий фактор.

Такой, что рушит планы не потому, что хочет — а просто потому, что идёт.

В определенном случае его нужно уничтожить. Во всех остальных — держать близко и под неусыпным наблюдением.

Пять часов общения дали мне не так много, как хотелось, но гораздо больше, чем он думает.

Он слушал. Не перебивал. Не заискивал.

И что особенно бесило — не боялся. Я привык к трём реакциям: страх, враждебность или услужливость. Стинго демонстрировал четвёртую — равновесие.

Не хамил. Не прогибался. Не раскрылся — но и не замкнулся. Как будто мы сидели на переговорах двух равнозначных структур, а не на встрече ученика с учителем, ну или в свете его вербовки, подчиненный куратору. И это… заставляло держаться осторожно.

— Я не ищу войны, — сказал он тихо, повернувшись ко мне своими провалами глаз.

— Но если она придёт — я отвечу.

Я перевел все в шутку, сказав что могу сопоставить факты и повторения участи Чистилища, не желаю.

Взяв чашку я сделал глоток. Горький жасмин.

Пусть моя «шутка» выглядело как проявление слабости — я предпочёл переварить информацию, а не отвечать на провокацию.

Мы говорили пять часов.

Формально — ни о чём. На деле — обо всём.

О его и о моем прошлом. Естественно каждый из нас говорил лишь то, что считал нужным. И каждый знал о том, что визави не до конца откровенен и искренен.

Он шутя отдал обменный фонд.

Да, там была некоторая «недостача», но мы оба знали кто покроет не просто «нехватку», а предоставит аналогичный кофр со стопроцентным содержимым. Поэтому ссориться из-за горсти жемчуга не было смысла.

Я рассказал о Ярмарке и Лотерее.

Я пробрасывал маркеры, он ловил их, раскручивал, иногда — подкидывал свои.

Речь шла и об Институте. Его заинтересовали информация и технологии. Весьма странный интерес для «обычного» рейдера.

Говорили о главной награде Лотереи в виде «белки». О «серых» и о генерале Райдере. О Ждане, Могарыче.

Он ни разу не солгал — но и не сказал правды. Ни один мой Дар не зафиксировал попытки ухода от ответа, но я чувствовал кожей — он уводит разговор по спирали. Как учёный змей.

Он рассказал, что место встречи людей Вольта и Райдера уничтожил скреббер. Он не врал, но не видя его глаз, очень трудно фиксировать ложь в его словах. Тем не менее, я понимал, что он не лжет. Как я уже упомянул, он отдал мне весь обменный фонд — несколько тысяч жемчужин и слегка урезанное количество «пятнистого жемчуга», который хоть и не дотягивал до белого, но был невероятно дорогим. Я даже видел, кто именно употребил «пятнистый жемчуг» — это была Лия с её воистину ужасающим воображение знахаря Даром, «сферы хаоса», но что более всего изумляло, это то что она белый хигтер, но обзаведшийся полным комплектом Граней столь непостоянного Умения как у нее. А еще он не сводил ее с ума и не толкал на безрассудства. Да, она была напряжена и готова ответить всей мощью невероятно развитого Дара и я был не уверен что моя защита, да и защита Креза, способны были выдержать ее атаку.

Мда.

Когда мы вышли на тему Ярмарки, он напрягся впервые.

— Будешь участвовать? — спросил я, лениво наблюдая за тем, как он убирает локон своей рыжеволосой спутницы за ухо и это будучи СЛЕПЫМ! Не прост! Ой не прост!

— Обязательно. И даже если не редкостью, то "взносом". — он усмехнулся.

— Уж больно приз привлекателен.

Белая жемчужина. Белка.

Для кого-то — предмет торга.

Для других — шанс изменить судьбу.

А для него? Что значит «белка» для того, кто до сих пор непонятен по происхождению, у которого слишком сильные женщины, слишком тонкое чутьё и слишком много совпадений вокруг, для того кто шутя скормил «белку» крестному и красный жемчуг… КОТУ?

И вот он внезапно дал первую трещину, упомянув Вольта. Лёгкой фразой. С иронией. Словно вскользь. Но его эмоции выплеснулись во вне. Миг — и снова спокойствие. Но это был миг истины.

Он здесь не просто так. Его интересует Вольт. Или Лотерея. Была еще цель — Борода, но он ее воплотил словно походя, играючи, шутя, ценой всего получасового разговора с «серыми».

А может быть все это лишь фон?!

Через полчаса после моего ухода я вызвал своего связного.

Старожила Улья, с удивительным даже по меркам Улья атавизмом, когда-то работавший под началом Института, глухой, но с уникальной памятью и аналитическим Даром.

В свое время я изрядно поломал голову над его увечьем и так и не нашел возможности исцелить без употребления «белки». Тогда использование белой жемчужины начальство признало нецелесообразным, хотя и компенсировали ветерану более слабой красной, из-за чего у связного развился Дар к аналитике. И познакомившись сегодня с «глазами» Стинго я был вынужден склониться к тому, что между ними имеется солидная доля совпадений.

Свою «травму» связной получил после захвата одного из капищ киллдингов, где из всей группы захвата, чудом уцелел лишь он один. Уцелел, но безвозвратно утратил слух.

Он молча передал мне тонкую папку с записями наблюдений и своими выводами аналитика.

На первой странице — фраза, написанная от руки:

«Объект Стинго обладает либо ранней подготовкой в спецструктуре нолдов, либо сформирован на тайной базе одного из пентархов Института, «Знания».

Его действия — не интуитивны, а стратегичны. Предполагаемый уровень — не ниже N2. Возможно, резидент.»

Я перечитал её дважды. Потом закрыл папку и откинулся в кресле. Вряд ли мое обучение требовалось тому, кто прошел дрессировку базы «Знания»

Резидент.

Если так — кто его Хозяин?

Вавилон?

Кто-то из контрразведки Колизея?Институт?!

Последнее вряд ли. Хотя меня долгое время не было в главном стабе Института, и уж тем более я не знал возможностей самого одиозного, таинственного, скрытного и неверотяно опасного пентарха, основателя секретной базы - «Знания».

Как бы там ни было, но интриги между владыками Института имели место быть, а значит: В Улье возможно все!

Или, не дай Улей - нолды?!

Сомнииельно.

По временным рамкам, Стинго в Улье чуть более полугода.

Или это ширма?

Встреча с Бородой была подставой?

Цель — легализация в регионе Кременя?

К чему такие сложности?

Уже тогда его готовили как уздечку для меня? А ведь я его еще и обучал и на наличие «Полога» уж точно не проверял. Проклятье!

«А может — он уже без хозяев» — мелькнула шальная мысль.

Отпущенный зверь.

Свободный агент.

Что из этого хуже — я не знал.

Я принял решение, когда в комнату вошёл мой телохранитель и положил на стол последний отчёт относительно «серых»:

***

1.) Иммунный передан добровольно.

Контракт по лоту расторгнут без претензий и компенсации.

2.) Оплата: обезличеные карты на предъявителя с огромной, по меркам «серых», суммой.

Гигантский ограненый бриллиант в 5000 карат.

Реактор нолдов «кварк-кессон» 3-го класса и устный договор о будущих поставках.

3.) Так же Стинго оказался в курсе столь специфичного препарата как «живая смерть» с которой, по его же словам, знаком от научного сотрудника «серых» — Рьеза, сгинувшего во взрыве малого ядерного боеприпаса в пригороде Мертвого Города вместе с корпусом коммодора Руана.

4.) Многочисленные оговорки и недвусмысленные намеки на контакты, партнерство, а возможно подчинение, нолдам.

5.) Аргументированные бартерные отношения с Рихардом, на фоне которых между ними произошел конфликт приведший к уничтожению Чистилища и бегству главного контрразведчика «серых». Исходя из анамнеза Стинго, при помощи индивидуального портала, что опосредованно указывает на иномирное происхождение столь дорогого артефакта.

6.) Вместе с «лотом» был передан обратившийся в кваза огромный кот, предположительно обладающий Даром Улья, аналитики на основании того, что ему была скормлена при вас красная жемчужина, с вероятностью — 81%, предполагают, что это не первый прием жемчуга животным, (уровень аномалии — жёлтый, ближе к красному).

Кот.

Я поморщился вспоминая квазанувшегося уродца, который весьма настороженно, даже негативно, отнесся к моей персоне.

Что вообще происходит?!

Новый Игрок? Или старый?! Уж слишком много улик указывает на присутствие нолдов. Возможно подстава или провокация?! Возможно и то и другое. Но уж больно легко Стинго расстался с столь дорогостоящими артефактами. Положа руку на сердце, от «кварк-кессона» я бы и сам не отказался.

Но хуже всего было то, что я начал сомневаться:

А кто кого вербовал?

Может, эта встреча — вовсе не случайность?!

А проверка?!

Меня!

Моей готовности.

Моей лояльности.

Моей остроты ума.

И если так…

…тогда где-то в этих стенах сидит не залетный «гастролёр». А новый Игрок. Либо его полноправный резидент.

Игрок, который хочет взять не просто Тортугу. А весь регион или даже… Улей?!

Конец POV Ревизора

Генерал Райдер.

Разборки со стабскими прошли без его помощи и вмешательства. Но что-то подсказывало ему что повода для волнений не было.

Эх, слишком рано я потребовал встречу с ним. Нужно было чуточку подождать и посмотреть чем же закончится их эскапада.

Правда вмешательство со стороны человека Ревизора дало возможность понять, что «гастролер» не так прост как пытается казаться.

Нет! В его неординарности у него даже сомнений не возникло, учитывая итоги их переговоров и внезапных «терок» со стабскими.

Брифинг с «серыми» вообще оказался до абсурда коротким. Они шли к нему карать, а вынуждены были миловать и уже через несколько часов лично привели крестного и… клетку с квазанувшимся котом к нему в президентский номер, который он шутя снял в отеле «Plaza».

А вот с последователем киллдиннов все вышло как-то странно. По отчетам наблюдателей, едва тот вышел из «Plaza», как прошел не более двадцати метров и завернул в какую-то подворотню. Тупиковую подворотню без возможности куда-либо улизнуть. Через десять минут отсутствия один из наблюдателей заглянул в небольшой каменный мешок и не обнаружил там ни единой живой души. Можно конечно было грешить на наличие мощных Даров или их непостижимых «умений», но оперативник утверждал что его Дар сенсора мог уловить даже броуновское движение, а значит, или киллдинг использовал личный портал, что хоть и возможно, но сомнительно. Либо же он даже не выходил из ресторана, а учитывая его отсутствие в зале, равно как и пепеполоха среди персонала, возникают подозрения что господина Каина Эхо мы более не увидим.

На возникающий вопрос — КАК это удалось провернуть на глазах у десятков свидетелей, вразумительного ответа аккумулировать не удалось.

Получается что переговоры были крайне неудачными и от нежелательного визитера избавились прямо за стеной искажающего поля.

На миг генерала пробил нервный тик, едва он представил, как их недавние переговоры так же оказались бы… «крайне неудачными».

Тряхнув головой мужчина отогнал назойливые мысли, переключившись на возможности самого «искажающего поля».

Кстати весьма интересная технология, или Дар, которые «попахивают» влиянием нолдов, а учитывая прежние странности, вызывает определенные подозрения.

Слишком много совпадений.

Слишком!

Конец POV Генерала Райдера