Малоизвестные эпизоды Великой Отечественной и Второй Мировой

Глава 11. О штыках на палках и одной винтовке на троих

В 90-х годах на нас вылили буквально ушаты «разоблачений» о СССР и России. Новая пресса работала тогда по принципу «как можно больше шокирующей информации, как можно хуже о нашей стране».

Была среди вываленных в инфополе мифов и сказка о том, что в Великую Отечественную войска посылали с «одной винтовкой на троих (на пятерых, на тридцать)» и даже про то, что пехота ходила с одними штыками, примотанными к палкам. Имелась даже модификация про штыки на ломах. Явно тот сочинил, кто штык в руках не держал никогда.

Байка даже подкреплялось воспоминаниями, так что многие верили. И я по молодости и глупости верил. Тем более что действительно, неоднократно поисковики находили останки воинов с подобными палками с примотанными к ним штыками.

Штыковая атака

Вот только воспоминания про «одну винтовку на пятерых», приходятся на определенные случаи: формирование дружин в городах (в тылу), сколачивание временных частей из отступающих, призванный контингент в лагерях рядом с границей, не получивший вооружения в начале войны, затыкание прорывов из тыловиков из всех, кто под руку подвернется.

Например, Ю. Кантор писала про то, что в Ленинграде осенью 41-го висели плакаты с призывом: «Товарищ! Вступай в ряды народного ополчения. Винтовку добудешь в бою». Далее он рассказывал, что Ижорский батальон на шронт шел с голыми руками, винтовок было всего одна на 30 человек.

Кантор вторит Гавриил Попов в статье «Гибель московского народного ополчения», опубликованной в альманахе «Лебедь» № 248 за 2 декабря 2001 год. Процитирую его:

«Еще справка — о ленинградской дивизии народного ополчения: «На 7—8 июля никакого оружия в дивизии еще не было», «При выезде на боевые рубежи части дивизии имели 245 винтовок и 13600 патронов». При численности одной дивизии народного ополчения в среднем 9—10 тысяч человек — это означало 1,5 патрона на бойца».

На самом деле авторы подобных текстов передергивали изначально, прекрасно зная, что рассказы про одну винтовку на несколько человек относятся только к периоду обучения ополчения. Перед отправкой на фронт оружие подвозили в нужном количестве.

У того же Г. Попова об этом есть (но вскользь, наверное, чтобы читатель не обратил внимание):

«Почему в ополчение везли винтовки чуть ли не из музеев? Не хватало винтовок? Но перед боем их вдруг оказывалось достаточно. Значит, дело не в нехватке винтовок».

Да, ополчение вооружали тем оружием, что получалось найти. В дело шли образцы, снятые с вооружения, но хранящиеся, как резерв на складах в Москве и Ленинграде. Это были трофейные польские, немецкие, австрийские системы, поставлявшиеся в Первую Мировую винтовки из Японии, Франции, Италии, порой даже старые берданки. Это же относится и другим типам вооружения.

Правда, довольно скоро все старые системы изъяли и заменили на стандартные для РККА.

Есть хорошая статья С.Е. Соболевой «Стрелковое оружие защитников столицы при формировании дивизий народного ополчения Москвы», где приведены данные об обеспечении всех 12 московских дивизий народного ополчения (ДНО).

«Согласно донесению штаба 33 Армии штабу Резервного (фронта о боевом и численном составе частей армии - шести дивизий народного ополчения, направленном не ранее 20 сентября 1941 г. (датирование по тексту). Винтовок имелось 34 721 вместо положенных 28 952, станковых пулеметов 714 вместо положенных 612. Но ощущался недостаток в следующих видах оружия: автоматических винтовок имелось 7 796, а требовалось по штату 21 495, ручных пулеметов было 869, вместо необходимых 956, пистолетов-пулеметов Дегтярева насчитывалось 784, вместо положенных 928. На шесть дивизий имелось всего 2 зенитных пулемета вместо положенных 102 и 7 крупнокалиберных пулемета вместо 51».

О ленинградском народном ополчении можно узнать из книги А.Колесника «Ополченческие формирования Российской Федерации в годы Великой Отечественной войны», Москва, Наука, 1988.

Согласно приведенным в книге данным в 1-я дивизии народного ополчения по штату находится 14926 человек, некомплект личного состава 2824 боец. Во 2-ой ДНО штат 11739, некомплект – 3018, в 3-ей ДНО штат 12154, некомплект 2060 человек.

При этом недостаток винтовок для 1-й ДНО 799 единиц, у 2-ой был резерв в 317 штук, а у 3-й ДНО резерв составлял 1192 винтовок.

Получается, что чего-чего, а винтовок вполне хватало. Да, старые, да, нештатные, но те же Арисака или Маузер ничуть не хуже Мосинок. Кстати, в других странах было примерно то же самое с ополчением. Например, англичане призвали около миллиона человек, ожидая немецкое вторжение на остров. И часть ополченцев вооружили вообще заостренными пиками, выломанными из оград. А обучение ружейным приемам с использованием обычных палок вообще было обычным делом - полно фотографий. И всевозможное старье тоже в ход пошло, сохранились бы мушкеты, наверняка бы и их раздали. В Германии в 45-м фолькштурм вооружался древними однозарядными винтовками с дымным порохом, причем с боезапасом по 5 патронов.

А были ли случаи, когда оружия действительно не хватало в самих войсках? Да, локально такое могло происходить. Например, при прорыве фронта, выходу противника в тылы, когда собираются все люди, которых только можно найти: всевозможные тыловики, повара, курсанты, которые часто вообще были не вооружены.

Довольно известная еще в советское время – десант в Одессе, вооруженный гранатами и пехотными лопатками. Картина еще такая есть. Но это совсем редкие случаи.

Но обычно те, кто пишет о них избегает указать конкретно где, какая часть, не указывает источники.

Кстати, в случаях прорыва фронта и у немцев сборные части порой в бой без оружия посылали. Например, на Курской дуге так было, когда немцы своих тыловиков в бой отправляли с одним винтарем на троих. Вполне реальный факт и не один он такой.

А вот чтобы сформировали дивизию, да так ее без оружия ее в бой бросили – враки это, выдумки.

А что же находки с палками и штыками? Да в том-то и дело, что частенько рядом с такими убитыми находят и сами винтовки, с которых этот самый штык был снят.

Ларчик просто открывается – с этими палками не в атаку ходили, а мины искали, превращая штык в простейший щуп.

Откопанный штык на палке

Немцы очень широко мины применяли, просто в огромных количествах. Наши, впрочем, от них тоже не отставали, но у нас пик их применения приходится на 1942 год. В начале войны производство не было налажено, а потом сами стали наступать, тут мины ни к чему, немецкие бы снять. Саперов остро не хватало, поэтому пехота часто сама была вынуждена заниматься разминированием или хотя бы просто обнаружением проходов в минных полях.

Кстати, и в тылу фашисты с партизанами с помощью мин боролись – минировалось буквально все: поля, леса, тропинки вокруг деревень, подходы к железным дорогам и охраняемым объектам.

Где уж тут саперов набраться. Работал со мной одно время старичок один, он у нас был сторожем. Так он разминированием занимался с 17 лет и до самого призыва в армию (его в конце 44-го призвали, как 18 стукнуло). Было такое – в освобожденных областях набирали парней и девчонок по 16-18 лет, проходили ускоренные курсы и их отправляли на поля – мины убирать. А некому больше! Бывало и подрывались. И тоже – никаких миноискателей, их мало было, простые щупы, часто из тех же штыков.

Рассказывал, что буквально все было усеяно минами. И это донской регион, освобожденный в 43-м году, позже немцы только увеличивали количество минных полей, так что еще хуже ситуация была.

Потом уже, после Победы, очисткой полей занимались саперы – им работы на многие годы хватило, причем не только на суше. Морские тральщики тоже довольно долго акватории очищали от минных полей, продолжая войны уже после Победы.