Малоизвестные эпизоды Великой Отечественной и Второй Мировой

Глава 39. Чем занимались заградотряды в Красной Армии

Про заградотряды в РККА во времена Великой Отечественной нынче рассказывают массу небылиц, мешая в одну кучу самые разные тыловые структуры. Все это приправляется сказками и откровенными выдумками. Больше разве что про штрафников сочинили.

Недавно вот наткнулся на статью, в которой на голубом глазу утверждалось, что забираемых в армию зэков якобы отправляли в штрафбаты, а за ними ставили заградотряды с пулеметами.

Задержанные дезертиры

Идиотизм! Штрафбаты заградотрядами не «подкреплялись» никогда – про это с гордостью говорили все, кто штрафбаты прошел. И зэков никогда в штрафбаты не посылали – это были подразделения исключительно для провинившихся офицеров. Мало того – тех заключенных, кто высказывал желание идти на фронт, амнистировали и посылали в обычные части. Правда, это касалось только тех, у кого срок был до 10 лет и не рецидивистов. Впрочем, некоторых рецидивистов и лиц с большими сроками тоже на фронт отправляли, но индивидуально, исключительно тех, кто встал на путь исправления и за кого руководство лагерей ручалось. Вот их действительно посылали на 3 месяца в штрафные части, но только в штрафроты, а не в штрафбаты.

А вообще ощущение такое, что лгут нам часто сознательно, превращая представление людей о Великой войне в какую-то невнятную кашу. Вот и об охране тыла также врут, так что спроси сейчас, единицы вообще знают, что это такое, не понимая ни задач, ни сущности заградотрядов.

Даже вроде бы и неплохие люди отметились, добавили свои три копейки в нагромождение лжи. Помните у Булата Окуджавы: «Эту роту расстрелял из пулемёта свой же заградительный отряд!» Ага, прям роту, хорошо хоть про дивизию не спел!

Впрочем, Окуджава не участвовал ни в одном сражении, ни в наступлении, ни в обороне. Даже ранен был в прифронтовой зоне, зацепило осколком бомбы с пролетавшего самолета. Так что особо встречаться с заградотрядавцами ему было негде.

Из воспоминаний самого Окуджавы о своем фронтовом опыте:

Так что знаменитый поэт в данном случае навоображал на всю катушку. Даже вот это упоминание о том, что он «мало воевал на фронте в чистом виде» – преувеличение. Он на нем не воевал вообще. Да, он пробыл на фронте в Моздоке полтора или два месяца, но далеко не в окопах. Ранение поэт получил при налете немецкой авиации на город. Затем Окуджава получил направление на турецкую границу. До конца войны проходил службу в спокойном и безопасном месте.

Я вот в свое время собирал мемуары наших ветеранов. Целая библиотека у меня была: воспоминания наших генералов, офицеров, рядовых. Еще больше прочитал. И нигде, нигде я не читал про расстрел заградотрядами хотя бы взвода. А вот про то, как «шлепнули» паникера-офицера, там есть. И про выловленных германских «засланцев». И о том, как сами бойцы стреляли тех, кто перебегал к немцам или бежал в тыл – полно. Для этого никаких заградотрядов нашим бойцам было не нужно.

Ну а уж то, что якобы заградотряды пулеметами дивизии заставляли в атаку идти – это даже не смешно.

У охраны тыла свои задачи. И без нее никак не обойтись – тыл это самое уязвимое место армии, даже одна диверсия может превратить войска в неуправляемую массу, что нередко происходило в 1941 году, когда немецкие диверсанты из «Браденбурга» буквально резвились в нашем ближнем тылу. Так что наводить порядок пришлось быстро и решительно.

Охрану тыла армии возложили на Оперативные войска НКВД. Они и потом никуда не делись, став Оперативными войсками МВД СССР, а затем и МВД РФ. И боевой устав у них существенно отличается от армейского, описывая порядок заградительной службы в тылу действующих войск. И вот ведь что интересно – ни о какой стрельбе в спину своим там и слова нет. Просто потому, что задачи у охраны тыла совершенно другие, не имеющие никакой связи с теми сказками, что льются с экранов и из опусов либеральных «историков».

Предъявите ваши документы, кадр из фильма «В августе 1944»

То, что подобное просто нереально легко понять, обратившись к документам. Согласно приказу Наркома обороны СССР N227 от 28 июля 1942 г., известному как «Ни шагу назад!» в составе каждой армии РККА формировались 3-5 хорошо вооруженных заградительных отрядов. И было в них по 200 человек. Т.е. отдельный заградотряд – это фактически стрелковая рота без подразделений усиления. Вроде бы приличная сила, но при сравнении с армией – ничтожная.

Армия во времена ВОВ – это минимум 4-5 дивизий, а максимум и более 15. Плюс отдельные части корпусного подчинения: артиллерия, разведка, связь и т.д. И на все это 3-5 рот, которые должны сдержать отходящие части? Не смешно даже ничуть.

И с пулеметами в заградотрядах тоже было как-то не особо богато. Вот штат заградительного отряда из приказа НКО СССР N 298 от 26.10.1942 г.:

Да даже все 5 армейских заградотрядов не в состоянии предотвратить отход одной-единственной дивизии – силенок не хватит. Штат дивизии с августа 1941 года – почти 11,5 тысячи человек. Но даже сильно побитые стрелковые части имели в своем составе хотя бы 5-6 тысяч человек и тяжелое оружие, включая орудия и броневики.

Дозорная группа. Кадр из фильма «В августе 1944»

Да и какая стрельба в спину? Дивизия занимает по фронту несколько километров. Поэтому и заградотряд разбивается на отдельные группы-заставы по 10-12 человек, возглавляемые офицером, задача каждой заставы – закрыть дороги, ведущие в тыл. Остальную территорию патрулируют группы в 3-5 человек: тропы, леса, поля, населенные пункты. Служба несется круглые сутки, поэтому часть личного состава отдыхает в расположении. Все как обычно – треть несет службу, треть спит, треть занимается бытом и служит группой быстрого реагирования. Получается, что заградотряд раздергивается на отдельные команды, закрывая возможные пути отхода, что резко уменьшает его силу.

Ну, и представьте, как такая вот группа человек в 12 может задержать хотя бы отступающий батальон? Да даже вся смена в 70 человек? А полк? Это вообще не реально, сметут мгновенно и не заметят. Да и «подбадривать» в спину пулеметами не получится – слишком уж велика вероятность получить очередью в ответ, да и сколько там тех пулеметов у заградотряда. И заставы могут находиться довольно далеко от места расположения отряда, поэтому на подкрепление можно рассчитывать далеко не всегда.

Задержание диверсанта врага

Да только особой силы заградотряду и не надо – его задача вовсе не пулеметами войска подстегивать, а… задерживать беспорядочно отходящих военнослужащих для объединения их в сводные подразделения. А еще пресекать панику, обнаруживать шпионов, дезертиров и диверсантов врага, охранять тыл войск. Диверсантов в начале войны, кстати, много было, а во второй половине ВОВ проблемой стали немецкие окруженцы, так что тыл охранять было необходимо. Тот же «Браденбург» вспомните. Так вот заградотряды боролись с диверсантами в нашем тылу. Тут без пулеметов никак.

Еще задача заградотряда – направлять по адресу заплутавших военнослужащих. Ничего смешного – часто посланный куда-нибудь боец или командир, а также возвращающиеся из командировки или побывки дома военнослужащие не мог разыскать свое подразделение. Так-то в штабе в общих чертах сказали, когда направляли на место, но ты еще на местности обнаружь своих.

Фактически служба тыла занимается воспрещением неконтролируемого передвижения военнослужащих, а также гражданских лиц в ближнем тылу войск. И это совершенно правильно. Нет у солдата права покидать по собственному желанию расположение части. И у офицера нет, если это не высший офицер. Да только высший офицер один тоже не шляется.

Если боец куда-то направляется по делу, то он должен иметь на руках предписание, приказ или отпускной билет. Если таких дет документов, тогда это или дезертир, или самовольщик, либо солдат, потерявший свою часть. И вот это и должна выяснить служба тыла. Следовательно... «а предъявите ваши документики, товарищ боец».

Та-акс, где служите, говорите? Кадр из фильма «В августе 1944»

Дезертир пойдет в трибунал, самовольщик – к своему начальству для наказания, а заблудившийся будет направлен по назначению. Если же его части нет (как это часто происходило с окруженцами, выходившими из тыла), то боец направлялся после проверки на сборный пункт или включался в состав другой части или сборного отряда.

Служба не такая и простая – всегда есть реальная возможность нарваться на диверсантов противника. Очень хорошо этот момент показан в фильме «В августе 44-го».

Тяжелей всего было, когда происходило резкое обострение обстановки. Без разницы – наступление или отступление было. При отступлении постоянно выходили по одиночке и разрозненными группами солдаты, просачивался враг. При наступлении тоже часто солдаты теряли свои части, в нашем тыл оказывались уже окруженцы противника, а также и специально забрасываемые шпионы и диверсанты. Разобраться в этой каше было крайне сложно, тем более что времени практически и не было, буквально за минуты нужно было рассортировать солдат, назначить командиров, поставить в оборону или отправить за своей частью. И при этом не упустить замаскированного врага.

И в бой им не редко приходилось вступать с прорвавшимся или оказавшимся в нашем тылу врагом.

Засада, кадр из фильма «В августе 1944»

Кстати, нередко заградотряды использовали на передовой, давая им боевые задачи. Упоминание о таком эпизоде есть в воспоминаниях командарма Кирилла Семеновича Москаленко «На юго-западном направлении». Так, в пятой главе второй книги его мемуаров повествуется о задаче, которую выполняли заградотряды 40-й армии при форсиировании Днепра и освобождении Киева. Причем действовали они в составе сводной группы на правом, занятом фашистами берегу (левый берег был занят нашими войсками ранее).

А еще в конце войны заградительные отряды боролись с националистами, нападавшими на тыловые части армии. И в усиление порой приходилось боевые роты выделять, потому как кто только по нашим тылам не шарился: бандеровцы, прибалтийские лесные братья, немецкие диверсанты, польская Армия Краева, обычные бандиты, куча других группировок.

Те же боевики Армии Краевой уничтожили несколько наших госпиталей, не щадя ни раненых, ни медчестричек молоденьких. Потом нам поляки выговаривали за то, что наши на помощь восставшей Варшаве не пришли, но про то, что с какой стати наши должны были класть наших бойцов за боевиков Армии Краевой, объявившей Красную Армию своим врагом, они помалкивают, как и о вырезанных ими же наших медсанбатах.

Про боевиков из ОУН и говорить нечего – эти делали все, чтобы нанести вред нашим войскам. Против боевых частей они противопоставить ничего не могли, поэтому били по тылам, выбирая мелкие подразделения. Работал одно время с дедом, призванным в РККА 43-м году. Он вспоминал, как уже после демобилизации, когда он проезжал через Западную Украину, его зажали в поезде бандеровцы, заставив сойти на станции. Спасло его только то, что он смог слово «паляныца» правильно произнести. Ага, уже тогда «щирые свидомые украинцы» это слово использовали. Дед был хоть и с Дона, но на суржике говорил. Ну, да, у нас еще лет десять назад его можно было от стариков услышать. Сейчас уже нет – даже старшее поколение отказалось от него.

Против бандитов ОУН

И именно с помощью заградотрядов в начале войны останавливались отступающие группы военнослужащих, идущие часто вперемешку с беженцами, проводилась фильтрация на местах, а прошедшие проверку бойцы сколачивались в сводные части. А иногда и проверкой некогда было заниматься, тогда отряд становился ядром формирующейся обороны. Случалось при этом, что расстреливали отдельных паникеров и выявленных предателей и диверсантов. Причем, судя по мемуарам, паникеру солдату обычно банально давали в морду, вот офицера за распространение слухов могли и пристрелить. А как вы хотели? У офицера прав несравнимо выше, чем у солдата, но и спрос с него другой. На него люди смотрят, а он их паникой заражает!

Вот реальные цифры работы загранотрядов Донского и Сталинградского фронтов в сумме с 1 августа по 15 октября 1942 года, т.е. за 2,5 месяца.

Учтите, именно в это время немцы прорвали наш фронт, войска отступают, часто беспорядочно, толпы беженцев, неразбериха.

Беженцы на дорогах

Итак, за этот период задержано заградотрядами НКВД и армейскими, 140755 военнослужащих. Из них 131094 человека направлены в свои части либо на новое формирование. 185 офицеров направлены в штрафные батальоны, 2776 сержантов и солдат – в штрафные роты, арестовано 3980 и расстреляно 1189 человек.

Т.е. расстреляно 0,84% задержанных, арестовано – 2,8%.

Кого арестовывали? Да подозрительных, конечно, например, выявленных диверсантов, командиров без документов и оружия, явных паникеров, распространявших слухи о том, что сопротивление бесполезно и т.п. И учтите – расстрелянные это не обязательно наши военнослужащие, это и вражеские агенты.

Но это данные по самым «провальному» и сложному периоду. В последствие работы для заградотрядов становилось все меньше, в основном они занимались выявлением солдат, без цели шатающихся в тылу, а также задержанием самовольщиков, нарушителей дисциплины. Ну и опять же диверсантами и разведчиками врага. Но вовсе не тем, чтобы «гнать дивизии пулеметами в атаку».

У меня как раз дед служил именно в НКВД, точнее он был к войскам наркомата прикомандирован. До форсировании Днепра служил в передовых частях, а после третьего ранения перевели в ближний тыл. Как подозреваю именно в службу охраны… он вообще о войне не любил рассказывать, как и многие фронтовики. Воевал он до 45-го, потом в 46-м на Западной Украине националистов погонял и даже в Москве отметился, когда там от бандитов город зачищали.