Мандаринка для босса (СИ)

Глава 16. Трусики с мордочкой Микки

Утром нас разбудил настойчивый сигнал гудка автомобиля. Выглянув в окно, я увидела, что у ворот стоит мой босс и настойчиво нажимает на клаксон или как он там называется.

Облокотившись о машину, он всматривается в окно, надеясь увидеть хоть кого-нибудь.

Я медленно сажусь на кровати и отдёргиваю занавеску. На улице стоит красивый подтянутый мужчина, волосы его немного развиваются от лёгкого ветра, на плечах накинута куртка с мехом, под ней тёмная рубашка. Разлепляю окончательно глаза и вижу, что мой босс снова серьёзен. На лице ни грамма улыбки, между бровями образовалась складка, и глаза, кажется метают молнии.

Улыбаюсь ему и машу рукой, но это не спасает ситуацию. Он как ледяная статуя, продолжает сигналить и хмуриться. Выпрямляюсь, открываю скрипучую форточку и кричу:

— Ну что ты сигналишь в такой час? Совсем ума нет!

Глаза моего босса округляются, и я наблюдаю улыбку расползающуюся на пол лица. Ох, уж эти ямочки, даже отсюда я их вижу и мне становится так тепло на сердце.

— Маргарита… ты в этот час просто очаровательна! — Он убирает руку с руля и взбивает пятернёй себе волосы, а затем отворачивается. — Симпатичные трусики с Микки.

— Что… Микки? — Я опускаю глаза на ноги и понимаю, что стою в одной маечке и трусиках с мордочкой мышонка. Я всегда так сплю. И обычно не кричу в форточку гадости. Но сегодня, видимо, особый день. Резко отдёргиваю занавеску и стремительно опускаюсь на кровать, а затем сползаю на пол. Закрываю глаза и чувствую, как мои щёки начинают гореть.

— Мамочка! — Слышу я голос ребёнка, который тут же вбегает в мою комнату и бросается мне на шею. — Там какой-то дядя стоит у входа и хочет зайти к нам в дом.

— Нет! Не-е-е-ет. Только не это. — Поднимаюсь с пола и говорю дочери. — Иди скажи бабушке, чтобы не пускала никого в дом.

— Мамочка, это что злой Бармалей?

— Очень злой. Ему в детстве мало давали по попе, вот он и распоясался. — Я схватила спортивные штаны со стула, быстро их надела и побежала за дочерью.

— Мама, не пускай никого в дом. — Кружилась я по комнатам, пытаясь понять, куда все делись. — Только чужаков нам тут не хватало.

— Дочь, я на кухне. Блины жарю. — Услышала я голос мамы и прошлёпала босыми ногами на святая святых каждого дома.

Заглянув туда, я замерла в дверях и ойкнула.

— Что ты здесь делаешь? — Сказала я сидящему за столом Константину, широко улыбающемуся и неспешно поедающего блины со сметаной.

— И тебе доброе утро, соня. Вот приехал узнать, как поживают самые красивые девочки этого города.

— Отлично поживают. Спасибо.

Константин положил на тарелку вилку с блином и откашлялся.

— Я хотел поговорить перед отъездом. Это возможно?

— Почему бы и нет. Пойдём. Ко мне в комнату.

Я увидела, как повернулась мама и хмуро на меня посмотрела.

— Идите в гостиную. Вас там никто не потревожит. За Лизой я посмотрю.

— Хорошо, мама. — Облизала я губы и, перестав теребить шнурок от спортивных штанов, вышла из кухни. Заборовский последовал за мной.

В гостиной я встала у двери сложа руки крест-накрест. Также как вчера вечером. История повторялась. Очередной мужчина хотел со мной поговорить.

Босс не стал садиться, а подошёл к окну и выглянул на улицу.

— Как ты, Марго? — Не смотря на меня, произнёс он.

— Хорошо, спасибо.

Повернулся ко мне и сделал шаг в мою сторону.

— Я рад. Дело в том, что звонила Валентина, оказывается, ей срочно понадобились наши костюмы, вроде как она их брала в аренду и нужно вернуть.

— Понятно. — Проглотила я ком, стоящий в горле. — Раз нужно, значит, надо возвращать.

— Я тоже так подумал. — Сказал он очередную ничего не значащую фразу и приблизился ко мне. Между нами расстояние в ладонь.

— Это всё, что ты хотел сказать? — Шепчу я, мой голос меня не слушается и я опускаю веки, не могу смотреть в его серые глаза и тёмные длинные ресницы.

— Хм… наверно. Просто. — Отворачивается от меня, а затем неожиданно целует меня в губы и берёт лицо в свои ладони.

Так сладко и очень возбуждающе.

Он нежно раздвигает мои губы языком и проникает внутрь. Наши языки сплетаются и слабо стону. Какой же он горячий и очень вкусный. А этот аромат от его кожи, дикий мандарин и кора дерева, сводят меня с ума. Я зарываюсь пальцами в его волосы и задираю ногу ему на бедро. Невероятные ощущения, я хочу его здесь и сейчас, в доме моей матери. Я развратная девчонка, но не могу противостоять своему желанию. Что же этот мужчина со мной делает?

— Мама! — Слышу я голос дочери и быстро отстраняюсь от Кости.

— Да, котёнок. — Смотрю на мужчину, а он облизывает губы и отворачивается от меня.

— Мамочка, а мы сегодня пойдём на каруселях кататься. — Лиза вбегает и встаёт между нами.

— Конечно, пойдём. Как раз после завтрака.

— А злой дядя Бармалей пойдёт с нами?

Смотрю на Костю и поджимаю губы, чтобы не засмеяться.

— Я не злой Бармалей! — Приседает на колени босс и щёлкает мою дочь по носу.

— Мама так сказала. — Невинным голоском произносит ребёнок и жмётся ко мне.

— Твоя мама просто меня не очень хорошо знает.

Поднимается и выходит из гостиной.

— До свидания мама Маргариты, ваши блины были невероятно вкусными. Сто лет не ел ничего подобного.

— Константин Фёдорович, почаще навещайте нас, я вас уверяю, вы и не такое попробуете.

— Обязательно. — Босс направляется в прихожую и открывает входную дверь.

Я следую за ним, хватаю в прихожей шубу, шапку и сапожки Снегурочки, надеваю тёплые тапочки и выхожу вместе с ним на улицу.

Он поворачивается ко мне и злиться.

— Маргарита, ты бы ещё голой на улицу вышла. Посмотри на себя. В одной майке выпорхнула.

— Ой, а я и не заметила. — Наивно улыбаюсь и пожимаю плечами.

Смотрит на мою грудь и отворачивается. Забирает костюм Снегурочки и двигается в сторону своей машины, а затем резко останавливается.

— Не испытывай моё терпение, мандаринка!

— Что это значит? — Скрещиваю руки и кусаю нижнюю губу.

— Я не железный и тебя спасает лишь то, что рядом с тобой дочь и мать. Если бы не они, я давно уже взял тебя прямо здесь, и ты стала моей целиком и полностью.