Мандаринка для босса (СИ)

Глава 26. Акт любви

Он нежно меня целует и аккуратно укладывает на постель, проводит ладонью по груди. Я трепещу и вытягиваюсь стрункой, всё моё тело напряжено, закрываю руками полушария груди и отворачиваюсь.

Почему он на меня так смотрит?

Я ему не нравлюсь?

Я точно не красивая.

— Ты стесняешься меня? — Спрашивает с хрипотцой.

Я неохотно киваю и кусаю губы. Мне так страшно и непривычно лежать голой перед мужчиной, что хочется провалиться под землю. Точно одного бокала шипучки было мало. Надо бы еще.

— Марго, — целует меня в живот и аккуратно убирает руки с груди, — ты самая красивая и желанная женщина, которую я когда-либо видел. Смотрит мне в глаза и целует в губы. Сначала в верхнюю, потом в нижнюю, легонько оттягивает на себя и запускает язык. Наши зубы соприкасаются, и я открываюсь ему. Языки сплетаются, я закрываю глаза и выгибаю спину.

— У тебя веснушки… везде. Это так мило.

Я улыбаюсь и чувствую, что все будет хорошо.

Его рука гуляет по моей коже, трогает грудь, плоский живот, покрывшийся мурашками и поднявшиеся пушковые волосы на лобке. Он беззвучно ныряет в мои трусики и неторопливо гладит нежную кожу.

Я стону от возбуждения и чувствую, что ещё немного и это случится. Он стягивает с меня бельё и раздвигает мне ноги. Рычит от предвкушения и касается пальцами внутренней кожи бёдер.

— Ммм… Костя… — Еле выдыхаю и чувствую, как по моему телу бегут тысячи мурашек. Внизу живота всё горит огнём. Ещё немного и я взорвусь. Что же он со мной делает? Он продолжает гладить, возбуждать меня. Я растекаюсь вязким соком у него в руках.

— Ты готова?

— Да… — Сладко шепчу и закрываю глаза.

Костя снимает с себя боксёры и через мгновение входит в меня. Сначала аккуратно, чтобы не причинить мне боль, затем всё глубже и глубже. Я напрягаюсь от тянущей боли, но постепенно мышцы расслабляются, и я начинаю получать удовольствие.

Оно для меня новое, необычное, непохожее ни на что другое.

Чувствую себя девственницей при родившемся ребёнке. Усмехаюсь, и в тот же миг волна диких спазмов накрывает меня.

Что это со мной?

Сладкое ни с чем ни сравнимое удовольствие прокатилось по мышцам и застыло где-то в районе живота. Чуть опустилось и снова прошло волной. Оно накатывается еще раз и еще.

Костя держит меня за грудь, целует меня в губы, мои ноги обнимают его за спину, и я чувствую внутри себя мужчину. Большого и сильного мужчину.

Он снова целует меня, и я замечаю на лбу капельки пота. Аккуратно стираю их губами и целую закрытые веки. Мой мужчина он такой красивый. Самый лучший.

Толчок и я вздрагиваю. Ещё один — выгибаю спину и стону.

— Боже мой…

— Марго, я почти… я уже… А ты?

— Я… не знаю… не… понимаю…

Ещё одна волна накрывает меня, и я задыхаюсь от какого-то невероятного удовольствия. Тело моё отзывается на ласки мужчины, на его грубые и мягкие толчки внутри меня.

И вдруг самый сильный спазм скручивает меня узлом, до скрипа, до боли, до самой страстной и сладкой судороги, какая только может быть.

Я не могу дышать, воздух словно испарился, оставив после себя густую патоку. Я хочу закричать от этой боли, от этого удовольствия, которое проникло в каждую клеточку и заполнило её концентратом жидкой любви.

Мир замер на мгновение, секунды остановились и тёплая, мягкая словно вата, волна накрыла меня с головой.

— Мамочки-и-и-и… — Откинулась на подушку, и лицо заболело от натянувшейся улыбки. — Я словно попала в рай и попробовала облака на вкус.

Костя лежал рядом и тяжело дышал. Я не видела его лица, но знала, что он улыбался. Как дурачок.

Такой же дурацкой улыбкой, какая сейчас была на мне.

— Это было классно!

— Это всегда так… хорошо?

— Марго, — Костя поднялся на локте и посмотрел мне в глаза, — ты же не девственница, правильно я понимаю. И Лиза — твоя дочь?

— Верно. Но… У меня после Павла никого не было.

— Что-о-о-о? Не может быть. Маргарита! Ты что постриг приняла?

— Нет, конечно. — Поджала колени и отвернулась. — Просто как-то не срасталось всё. То одно, то другое. Всё свободное время дочке отдавала. Потом ещё училась, работала. В общем… можно сказать, это был мой первый оргазм. — Посмотрела на Костю, а он прижался ко мне и так нежно обнял, что я растаяла.

— Не переживай. Я тебя всему научу. У нас с тобой столько времени впереди и тысячи сказочных оргазмов.

— Правда? — Кинулась к нему на шею и поцеловала взасос. — Ты самый нежный, самый хороший, самый лю…

— Что? — Посмотрел на меня серьёзно. — Договаривай.

Я замерла и вскочила с кровати.

— Телефон! — Закричала я и голышом побежала в гостиную. Нашла курточку, под ней оказалась сумочка. Достала телефон. Неизвестный номер. Думала мама.

— Кто это? — Подошёл Костя и встал рядом со мной.

— Не знаю.

— Возьми трубку.

Я кивнула.

— Алло! — Настороженно произнесла я.

— Говорит капитан полиции Петров. Просьба приехать к нам в участок и дать показания по поводу отравления гражданки Ивановой Глафиры Павловны.

— Когда?

— Чем быстрее тем лучше.

— Я поняла. Выезжаю. — Я положила трубку и посмотрела на Костю.

— Кто это был?

— Из полиции. Надо приехать и рассказать, что случилось, когда я нашла тётку Глашу. Думаю, они завели дело. Самое настоящее, уголовное.

— Это вполне ожидаемо. Хочешь, я с тобой съезжу?

— Очень. — Прижалась к голому телу Кости, и внутри меня вспыхнул огонь.

— Марго...

— Что?

— Я не могу смотреть на тебя голую.

— И что это значит?

— То и значит, что путь наш лежит через душ.

Я засмеялась и побежала в ванную, понимая, что сейчас будет. Ещё один акт страстного акта любви, только под горячими струями душа.