Мандаринка для босса (СИ)

Глава 46. Я тебя люблю ❤️

И он остался.

Не спрашивая ни о чём и не давая мне сказать ни слова, Костя расстегнул мою куртку и аккуратно снял её с плеч. Поправил разметавшиеся волосы, нежно поцеловал и провёл ладонью по щеке.

Мы шли в сторону комнаты, не видя никого и ничего, и совершенно забыв о том, что там спит Лизончик.

Скинув с Кости пиджак, я развязала галстук и обняла любимого мужчину за шею. Отвечая на его страстные поцелуи, вдыхала самый вкусный аромат в мире — запах дуба и ванили. Задыхалась от любви и ощущений его пальцев на моей коже. Он касался меня осторожно, поглаживая спину и живот. Опускался чуть ниже, стараясь расстегнуть молнию джинсов, но потом резко нырял вверх и уже кружился вокруг моей груди, запуская ладони внутрь бюстгальтера. Рычал от удовольствия, и я ощущала в районе паха шевеление. Мой мужчина был готов, всё сильнее показывая мне это.

— Марго… — тихо выдыхал моё имя, а затем полностью накрывал ртом мои губы.

— Костя… нельзя.

— О чём ты? — Хрипло спросил Заборовский, с успехом расстегнув молнию джинсов и запустив свои пальцы мне в трусики.

— Лиза здесь. — С придыханием произнесла я и задрожала от острого ощущения приближающегося оргазма.

— Где? — Отстранился на секунду от меня и посмотрел в глаза.

— Тут. — Показала глазами на спящего ребёнка. — Забыл, куда её положил?

— Ооо… — Усмехнулся мужчина. — Точно, спит и ничего не замечает. Марго, а может, мы по-тихому, ааа?

— Ну уж нет. — Прошептала я. — Не хочу, чтобы ребёнок испугался, увидев нас вдвоём, непонятно чем занимающихся.

— Ну почему же непонятно? Всё предельно чётко и ясно.

Я хмуро взглянула на Костю и захихикала. Волосы его были взъерошены, в глазах плясали чёртики и он явно не собирался останавливаться.

Закатив глаза, высунула его руку из моих трусиков и повела подальше из комнаты. Здесь было занято и, мешать спать маленькой мандаринке после тяжёлого дня, было просто не по-человечески.

— Марго? Куда ты меня ведёшь?

— Думаю, нам надо остыть и принять душ… вместе.

Глаза любимого загорелись от предвкушения и он сам повёл меня в ванну.

Я не сопротивлялась, а только следовала за ним и смотрела, как под рубашкой двигаются спинные мышцы. Задрожав от сладостного предчувствия, прильнула к любимому и обхватила руками его торс.

В ванной мы закрылись и начали медленно раздевать друг друга. Не опасаясь того, что Лиза может проснуться и помешать нам, мы расслабились и решили предаться любви.

Свитер полетел в сторону, так же как и белая рубашка Кости. Погладив мышцы груди, я прижалась к бархатной коже мужчины и, вдохнув сладковатый запах амбры, поцеловала его. Расстегнула пряжку ремня, молнию и брюки мягко съехали по ногам, опустились на плитку пола вместе с его бельём.

Подняла глаза и увидела томный взгляд Кости. Он перебирал мои волосы и гладил мне спину, вдруг пряжка бюстгальтера расстегнулась, и он повис на моих руках. А затем приземлился рядом с брюками.

Присев на бортик ванной, мужчина пододвинул меня к себе и впился губами в грудь. Зарычал от удовольствия и, не отпуская меня, стянул с меня джинсы. А затем и трусики. Подняв меня на руки, поставил в ванну и включил тёплую воду.

Отошёл и оглядел меня с ног до головы.

— Королева. Моя… никому не отдам.

Я прикусила нижнюю губу и провела рукой от груди до пупка и ниже. Долго ждать не пришлось, Костя запрыгнул ко мне в ванну и подставил голову под струи горячего душа.

Открыл рот и сплюнул воду, потряс головой как Лев у подсыхающего озера в Африке, а затем прижался ко мне и поцеловал в шею. Поднял мои руки над головой и, прихватив мою ногу, положил себе на бедро. Коснулся самого интимного и, я задохнулась от подступающего удовольствия.

Накрыл мой рот своим, проник вглубь языком, а затем также резво вошёл в меня, что я не успела вскрикнуть. Только застыла от нарастающего возбуждения и невероятного жара в груди, что превращал кровь в лаву и собирал внизу живота.

А затем услышала, как любимый прошептал самые главные слова в жизни.

— Люблю тебя, моя мандаринка.

Я обхватила его за талию и аккуратно провела ногтями по спине.

— И я… люблю. Очень…

Проснулась я от мягкого поглаживания своей попы и тихого сопения в ухо. Костина рука лежала на моей груди и легонько её сжимала.

Открыла глаза и улыбнулась. Мой мужчина лежит рядом и спит как сурок, а руки работают на автомате, как и другие его органы. Закрыла глаза от томящегося наслаждения и подумала о том, что с удовольствием повторила бы то, чем мы занимались вчера в ванной.

Повернулась лицом к любимому и легонько коснулась его губ.

— Доброе утро, милая моя. — Открыл глаза и сонно посмотрел на меня.

— Доброе утро, любимый! Пойду приготовлю завтрак. Сегодня выходной день, а это значит можно гулять и веселиться.

Поднялась и увидела спящую дочурку на разложенном кресле. Она держала в руках свою любимую куклу Катю, подаренную родным отцом, а я всё никак не могла понять, почему мне так не нравился этот подарок.

Надев на себя спортивные штаны и толстовку, пошла в сторону кухни, но внезапно услышала звонок в дверь и, пожав плечами подошла к глазку.

Ничего не видно, пустой подъезд. Может, показалось?

Отошла, но через секунду, услышала ещё один звонок. Приблизилась и тихо спросила.

— Кто там?

— Марго, это я. Открой дверь.

— Николаев, чего тебе надо? Уходи!

— Марго, я дочку хочу увидеть, перед тем как уеду в Тейково. Открой… пожалуйста.

Вздохнув и сжав губы в полоску, открыла дверь и увидела пьяненького Павла Николаева.

— Ты что с утра наквасился?

— Не делай мне мозг! — Отодвинул меня и ввалился в квартиру. — Лиза! — Заорал он. — Где моя дочь?

— Убирайся отсюда! И не смей больше появляться в этом доме! — Толкнула я его, но ему хоть бы хны.

— Иди ты! Мне деньги нужны, кстати. Одолжи до зарплаты, будь ласка.

— Ни копейки, ни рубля не получишь. Понял? — Крикнула я и увидела, как из гостиной вышел мой мужчина, в одних брюках. Аккуратно отодвинув меня в сторону, схватил Николаева за шкирняк и вытряхнул из него душу. Выкинув бывшего в подъезд и пригрозил ему кулаком.

— Ещё раз я тебя здесь увижу, вырву гланды и запихну их тебе в зад. Понял? — рыкнул он так громко, что я подпрыгнула.

— Да понял я, понял! Забирай эту шлюху себе, мне она всё равно не нужна. Это всё Маринка — дура.

— Что ты сказал? Как ты назвал Маргариту? — Схватил его за воротник и хорошенько тряхнул. — Убирайся Николаев, по добру, по здорову! По-хорошему прошу.

Толкнул его и Николаев упал на ступеньки. Кряхтя поднялся и пошёл хромая держась за ушибленный зад, вниз по лестнице.

Я кинулась к Косте и обняла его. Прижалась к любимому мужчине и повела обратно в дом. Внутри разгоралась такая сильная любовь и благодарность, что я чувствовала, ничего плохого уже не сможет с нами случиться. Но вот одна мысль не давала мне покоя. Кто такая Маринка, и почему она во всём виновата?