Маньяк королевских кровей

Глава 28

Стою у зеркала и испытываю странные чувства. Четыре года назад я так же собиралась на открытие скачек. Разница в том, что я повзрослела. Сегодня на мне легкое платье с пуговицами по всей длине, с длинным рукавом и воротником-стойкой.

— Другое дело, Софи. Не носи больше того ужаса, — смеясь, говорит мама. — Это же кошмар: мама — модельер с мастерской, а дочка словно сиротка.

Я точно больше не сиротка.

— Ты с нами будешь сидеть?

— Нет. Меня пригласили в ложу.

У мамы глаза округлились. Обычно она меня тянет поближе к королевской семье, но сейчас меня приглашает первое лицо королевства.

— Слева или справа?

— В центре, — смеясь, говорю я, а мама только глазами хлопает.

— Что-то я не совсем понимаю, туда попасть можно только с одобрения ее величества.

— Она и одобрила.

— София, ничего не понимаю. Что происходит? Я рада за тебя, но почему так скоро?

Поворачиваюсь к маме и с улыбкой смотрю на нее. Она всегда толкала меня к королеве, но она всегда была рядом со мной, а теперь меня приглашают одну.

— Все хорошо, мам. Просто мне надо пообщаться с дядей королевы, лордом Ричи Робертсоном. Но больше я ничего не скажу.

— Фух, — мама вздыхает в облегчении. — Дочка, ты меня прости. Просто недавно королева пыталась свести Роберта и Эмми, я боялась, что теперь она решила это предложить тебе. А он... как бы тебе объяснить...

— Я училась с Робертом, он повеса, мажор и прожигатель денег. Но не волнуйся, мы только друзья, и то были давно.

— Но ты изменилась, Софи. Стала старше и гораздо привлекательнее. Я тебя просто не узнаю. И не понимаю, когда ты успела так вырасти.

На скачки мы приехали вместе с мамой, но позже я ушла к другим гостям.

— Ваше имя? — спрашивает молодой парень, стюард в парадном костюме и с планшетом в руках.

— Софи Бенет.

Стюард находит мое имя, кивает, поднимает на меня взгляд и начинает улыбаться.

— Вам туда, Софи Бенет. Я Маркус.

— Очень приятно, Маркус, — улыбаюсь ему в ответ.

— Я найду вас, Софи Бенет, и приглашу на кофе, как только закончится мероприятие.

— Если я не слишком устану, Маркус.

— Идет, — стюард подмигивает мне и тут же приступает к работе, помогая следующему гостю найти место.

Прохожу к гостям. Стою в сторонке, если честно, то чувствую себя не очень комфортно.

Как и полагается, ее величество приехала на открытом экипаже вместе с Гарри, Робертом и Теодором. Меня волной накатывают воспоминания. Королеву встречают, она легонько машет рукой, приветствуя всех. По очереди говорит с гостями, проходя к ложе. Принцы идут позади нее.

Видит меня, я чуть приседаю, соблюдая этикет.

— Софи.

— Ваше величество.

— Я очень рада, что вы посетили это мероприятие. Гарри, можешь составить компанию Софи, и не забудьте про дядю Ричи. Он хмурый последние дни.

— Да, ваше величество, — отвечает Гарри матери.

Роберт видит меня и машет рукой, я киваю в ответ.

— Роберт, манеры, — с укоризной говорит королева Катерина и смотрит на него суровым взглядом.

— Я просто хотел помочь Гарри, — говорит Роберт. Королева чуть заметно вздыхает.

А у меня все внутри съежилось. Позади нее стоит Теодор. В глазах столько ненависти. Он отворачивается и идет рядом с королевой, сопровождая ее.

— Ты как? — спрашивает Роберт, подходя ко мне.

— Роберт, я хотел бы напомнить, что ее величество королева Катерина просила меня сопровождать мадмуазель Софи, — Гарри держится так же благородно, как и его матушка.

— С тобой она со скуки помрет, а лорд Робертсон окончательно заставит ее уснуть, ну или повеситься. Он у нас хандрит.

— Роберт, манеры, — говорит Гарри. — Не стоит говорить о недуге дяди Ричи.

— Вот об этом я и говорю. Гарри у нас скучный.

Мне становится смешно от их перепалки. Роберт не изменился. С ним легко и весело.

— Прошу прощения за поведение брата, — говорит Гарри, провожая меня к нашим местам.

— Я — паршивая овца в семье. Но мне и не надо быть идеальным, не я сяду на престол и буду лицом этой страны, — натягивая улыбку, говорит Роберт. Лицо Гарри становится хмурым, слова о престоле почему-то его тяготят.

— Впервые на скачках? — спрашивает Гарри, уводя светскую беседу в нужное русло.

— Бывала и раньше. Но, — я киваю в сторону, где столпились гости, — обычно я была с мамой.

— Постойте, мадмуазель Софи... Софи Бенет. Ваша мама — модельер, а отец — Патрик Бенет, глава охраны королевской семьи, — говорит Гарри, а я удивляюсь его осведомленности, — Вы учились с Робертом.

— Все верно. Даже удивлена такой осведомленности.

— Не удивляйся, это ходячая энциклопедия. Наверно, по этой причине у него нет девушки.

— И снова манеры, — поправляет брата Гарри.

Гарри и Роберт продолжают ругаться. Гарри держится, а Роберт специально раздражает брата, будто ждет, чтобы Гарри разозлился и сорвался. Но манеры принца Гарри безупречны. Мы подходим к мужчине, стоящему отдельно ото всех и курящему трубку. Запах стоит сумасшедший, я даже закашлялась.

— Королева отправила вас за мной приглядывать, — грубым голосом говорит мужчина. Седина давно поглотила все его волосы. Лицо сморщенное.

— Дядя Ричи, позволь представить гостью королевы Катерины, Софи Бенет.

Лорд Робертсон поворачивается, смотрит на меня с головы до кончиков носков-туфель.

— И мне ты напоминал о манерах. Дядя, полегче, — говорит Роберт. Гарри не выдерживает и толкает легонько локтем брата в бок.

— Прошу прощения, мадемуазель Софи, не мог представить, что это вы, Софи Бенет. Королева говорила о вас. Но, признаться, я ожидал в качестве мозгоправа старуху моего возраста и того же вида.

— Дядя. Манеры, — говорит Гарри.

И мне смеяться хочется. «Гарри-манеры». Это его любимое слово, и он постоянно его повторяет. Роберт говорил, что мне будет скучно, но мне безумно весело.

Ее Величество заняла свое место, и только тогда скачки начались. Она их просто обожает, в этот момент весь ее контроль падает и можно увидеть ее настоящую, азартную, увлеченную чем-то.

— Мадемуазель Софи, вам не по духу скачки? — спрашивает лорд Робертсон.

— Мне нравится, но я не испытываю азарта.

— Считаю, что это прекрасно. Никогда не понимал азартных людей, — говорит Гарри.

— Гарри у нас идеал. А я вот очень даже люблю ставки, — смеется Роберт. — И мы с Тео поставили круглую сумму. Кстати, а где Тео?

Роберт смотрит по сторонам. Но Теодора нигде не видно.

— Опять со своей истеричкой. Мисс Фу-фу, — кривится Роберт, показывая в толпу.

Вижу Теодора, а рядом с ним улыбающуюся девушку. Она не просто красивая, она идеал. Рост почти как у Тео, стройная, фигура подчеркнута изящным платьем, которое струится. Она улыбается и держится за Тео.

— Роберт, манеры, — напоминает Гарри.

— А что, может, она тебе нравится?

— Нет, но это не повод говорить за спиной.

— Так давай я пойду и в лицо скажу, — говорит Роберт, позабыв о скачках. — Кстати, а чего королева ее сюда не пригласила? Не может вынести ее лицемерия?

— Королева относится к мадмуазель Анри весьма приветливо, — объясняет Гарри. — Возможно, Теодор и мадмуазель Анри сами решили остаться внизу.

— Мадмуазель Анри, — кривится Роберт. — Мадемуазель... это даже не ее настоящая фамилия. Твоя мама хотя бы не прикидывается, что она ей нравится.

— Роберт, говоришь так, потому что сам хочешь ее внимания, но она тебя сразу на место поставила, — говорит Гарри.

— Гарри, манеры, — смеясь, говорит Роберт, и на лице Гарри мелькает паника, он понимает, что вышел из себя и сказал лишнего, — Не фантазируй, брат, у меня таких мадемуазелей Фу-фу целая армия, я знаю, о чем говорю.

Теодор и Вивьен тем временем приветливо общаются с гостями. Я рада за него, они очень хорошо смотрятся рядом. Но вот сердцу моему больно, словно винт ржавый вкручивают. Она и правда хороша. Королева была права, я никогда не буду как она, и мне не место рядом с ним. Но от этого не меньше болит. Сердце разрывается на куски, ком в горле. Дышать становится тяжелее. Я так и не смогла посмотреть на кого-то другого. После Тео все пресное. А он нашел достойную пару.

— Софи, тебе плохо? — спрашивает Роберт.

— Тут жарко.

— Присядь, я воды принесу, — говорит Гарри и уходит.

Роберт помогает сесть на стул. Снова смотрю туда, в толпу, и вижу черный, тяжелый взгляд, тот самый, который меня преследует уже много лет во снах.