Откинув шторку, я на миг зажмурилась от яркого солнечного света, ворвавшегося в темный салон кареты. А после во все глаза уставилась на место своей новой службы.
Мои попутчики недовольно поморщились, как делали каждый раз, когда я хотела выглянуть наружу. Две девушки и один парень, первые ехали работать связисткой и стенографисткой, а вот парень вроде бы разбирался в аппаратуре и будет служить военным инженером. Больше я толком о них не успела ничего узнать, и наше знакомство явно не задалось.
Может, им и нравилось ехать в полумраке, но меня это угнетало, и я не собиралась терпеть это. Ничего, солнышко еще никому не повредило, а то вон бледные какие!
Еще с прошлой жизни привыкла в дороге пялиться в окно, а уж сейчас, когда мне открывался новый мир, грех было не воспользоваться случаем, чтобы увидеть как можно больше. Была и иная причина, по которой я то и дело глазела на дорогу, — погоня, появление которой я ожидала на протяжении всего пути.
Я до последнего боялась, что герцог или сыщики из Канцелярии прознают, куда я собралась, и перехватят меня до того, как я доберусь до заставы. Но наш экипаж в сопровождении еще десятка таких же с каждым днем все больше отдалялся от столицы, а никто так и не явился по мою душу.
Мимо нас мелькали поля, мы проезжали целые города и деревни, нигде не останавливаясь надолго, кроме ночевок. И я жадно впитывала в себя все, что видела, любуясь непривычной, но изящной архитектурой зданий, разглядывая с интересом местных жителей и ловя случайные сплетни.
Кто-то говорил, что эта война затянется еще надолго, другие же утверждали, что правители уже устали от бессмысленной грызни между королевствами и вскоре все закончится. Слушая их, я лишь усмехалась, догадываясь, что все закончится только тогда, когда это перестанет быть выгодно одной из сторон. Но какую-то пользу услышанное все же дало, и я чуть больше узнала об этом мире и том, как он устроен.
Придорожные гостиницы, где мы останавливались, не отличались комфортом и удобством. И мы даже спали в общих комнатах: девушки в одной, а парни в другой. Разумеется, командиры, что сопровождали нас, расположились в отдельных номерах, я и не сомневалась в этом. Но мне было не привыкать к таким условиям, и я, в отличие от большинства, не роптала.
И вот, на четвертый день познавательного, но изматывающего путешествия на горизонте показались стены приграничной заставы.
Форпост на самом севере Фенатоса оказался огромной крепостью, размером с небольшой городок. Неудивительно, ведь это была одна из ключевых точек на границе, преодолев которую враг мог бы спокойно двинуться вглубь страны, и больше ничто бы ему не помешало. Поэтому здесь действительно был целый военный городок, где жили не только солдаты, но и куча вспомогательного персонала, как я узнала из разговоров провожатых: повара, прачки, технический персонал, рабочие и торговцы, которые, кажется, были вездесущи.
И с высоты холма, через который пролегал тракт, ведущий к крепости, я действительно разглядела плотную застройку внутри стен, и узкие извилистые улочки, разбегающиеся от центра, где возвышалось здание штаба.
Попасть так сразу внутрь, минуя ворота, не получилось, и мы остановились перед ними, ожидая, пока наши сопровождающие переговорят со стражей, что охраняла проезд, а после проверят документы каждого, кто прибыл сюда. Помня о том, что вражеские диверсанты добрались даже до столицы, я понимала, что мера предосторожности была отнюдь не лишней.
Снаружи крепость казалась неприступной и внушительной: высокие каменные стены толщиной в несколько метров было не так-то легко преодолеть, и воины, что дежурили в сторожевых башнях, были готовы в любое время суток остановить врага огнем своих пушек, магией и стрелами. Но если действовать изнутри, то захватить или разрушить ее стало бы гораздо проще.
При воспоминаниях о том происшествии в столице мысли снова перескочили на Даниэля, судьба которого волновала меня до сих пор. Не могла никак выкинуть его из головы, и жутко хотелось узнать, что с ним стало. Добрался ли до родины? Вспомнил ли себя?
А еще... Я скучала по нему и хотела снова увидеть. Жаль, этому вряд ли суждено было сбыться.
Ворота скрипнули, отворившись, и я вздрогнула, возвращаясь в реальность. Повозка тронулась с места, и мы въехали внутрь, почти сразу куда-то свернув.
Приоткрыв шторку на окошке, я одним глазом уставилась на царящую в городке суету, поразительно напомнившую мне жизнь в военном лагере из моего прошлого. Спешащие куда-то посыльные, слаженно марширующий отряд новобранцев и неторопливо прогуливающиеся парочки, которые отличались от простых горожан лишь военной формой.
Я слышала голоса и смех, а откуда-то зазвучала лирическая музыка, навевая романтическое настроение. Будто и не шли тут почти каждый день сражения, а люди просто жили своей жизнью, стремясь к чему-то, рождаясь и влюбляясь, и надеясь на лучшее будущее. Ведь невозможно было постоянно жить в страхе, не сойдя при этом с ума.
Карета остановилась перед длинным одноэтажным зданием, напоминающим барак, и нашу тройку высадили, сообщив, что это общежитие для вспомогательного персонала и что обитать мы теперь будем здесь. А после караван из экипажей двинулся дальше, унося остальных к месту их службы.
Мои попутчики растерянно застыли на месте, потому что провожатого нам не выделили и толком ничего не объяснили. Я же, взявшись за ручку чемодана, двинулась к выходу, решив показать им пример.
Что ж, пришло время познакомиться с новым домом. Может, здесь я найду свое место?