Мир Лины

Глава 4.

Осознать всю красоту окружающего мира можно лишь пребывая в мире с самим собой. На следующее утро, сразу после завтрака пара выдвинулась домой, в замок Криштер, герцогство Нарвен. Проводить герцогскую чету высыпал весь дворец, придворные леди и лорды помахивали платочками со своих балкончиков и завистливо смотрели: леди на Полину, лорды на Саймона.

Табита, под завязку накаченная успокоительными сегодня молча глотала слезы, Полина тепло попрощалась с ней, ведь бедная женщина много лет приглядывала за принцессой Эвелиной и не виновата, что ее тело теперь занимает другая душа. И все же молодая герцогиня была рада избавиться от ее удушающей опеки.

Родители принцессы, император Роберт и ее величество Элеонора были милы, но сдержаны, все же в силу своего положения они мало общались с собственными детьми и знали их не очень хорошо. Зато бабушка Лорита не смогла отказать себе в удовольствии и еще раз напомнила Полине причины ее пребывания в новом состоянии.

А вот простой люд, слуги и горничные, конюхи и садовники, были искренне рады за молодых, от всей души желали им счастья и скорейшего пополнения семьи. При этом госпожа богиня хитро подмигивала, Саймон счастливо улыбался, а сама Лина заливалась густым румянцем.

Когда пара все же уселась в свой экипаж и велела трогать, и Саймон и Поля еще долго слушали радостные крики провожающих, к которым присоединялись жители столицы, распахивающие окна и двери, чтобы хоть краем глаза увидеть, как в окне кареты мелькнет чей-нибудь величественный силуэт. Собственно, большинство граждан радовались отъезду молодожен лишь по одной причине: в честь этого, без всяких сомнений, знаменательного события император повелел выставить на главной площади города столы с бесплатной едой и выпивкой. Однако, Роберт дураком не был, поэтому по периметру площади стояли стражи правопорядка, готовые не просто арестовать какого-нибудь гуляку, но и огреть его дубинкой, если придется.

Полина во все глаза смотрела на город, который покидала, трясясь в карете. В голове у нее была каша. Только сейчас она в полной мере осознала, что попала в мир, где нет ни телевидения, ни интернета, ни даже автомобилей или поездов. Она едет в карете! Конечно, экипаж дальнего следования был достаточно удобен. Обитые утеплителем и мягким зеленым бархатом стены, два удобных просторных сиденья с чехлами из бежевого атласа, небольшой столик для перекусов или какой-нибудь игры, рессоры, не позволяющие карете сильно подпрыгивать на каждой кочке, но все же они ехали ужасно медленно. Особенно остро это ощущалось после езды на обычном земном автомобиле.

- Как долго мы будем добираться? – Лина повернулась к мужу.

- До герцогства будем ехать пять дней, а до замка шесть. Но последнюю ночь перед приездом проведем не в таверне, а в нашей зимней резиденции в городе Нарвен, столице герцогства. От нее до замка всего пару часов верхом. Все теплое время года мы живем в Криштере, зимой там гуляют сильные сквозняки, здание нуждается в ремонте. Я в последнее время бываю там только короткими набегами, почти все время в разъездах.

Полине вдруг стало грустно:

- А теперь, когда ты женился? Все равно будешь уезжать?

- Теперь уже не так часто, по крайней мере не чаще, чем раз в три месяца, - эти слова немного успокоили девушку.

Но мужчина, заметив, что его жена загрустила, посветлел лицом, пересадил Лину к себе на колени и зашептал ей на ухо:

- Сейчас выедем из города, проедем пшеничное поле и два виноградника и выйдем из кареты. Там тебя ждет сюрприз.

Все оставшееся время, сгорающая от любопытства Лина внимательно смотрела в окно, чтобы не пропустить второй виноградник. И когда герцогская чета, наконец, стала к нему подъезжать, девушка спохватилась и принялась поправлять прическу, дабы предстать перед герцогским сопровождением во всеоружии. А Саймон, глядя на все это безобразие весело заявил:

- Лучше смени платье, я тут кое-что тебе захватил, - и вытащил из-под соседнего сиденья чехол для одежды.

Внутри находился потрясающий костюм для верховой езды. Узкие синие брюки с плотной вставкой на промежности, белая блуза с жабо и синий же жакет с пышными, длинными фалдами, напоминающими павлиний хвост. Из-под другого сиденья были извлечены высокие сапоги из коричневой кожи с тиснением и зеленая, в тон пуговицам на жакете, шляпка-таблетка.

- И когда ты все это задумал? – девушка огладила рукав блузы.

- Я отдал приказ еще до свадьбы, - улыбнулся Саймон. – Помочь с пуговицами?

- Ты все подстроил только чтобы посмотреть, как я переодеваюсь, - Лина повернулась к мужу спиной, и он начал медленно и плавно расстегивать ряд мелких пуговичек на платье.

- Моя леди, ты верно забыла, что уже видел тебя голой. И, кстати, я не только смотрел, - хохотнул супруг.

- Если ты вчера не только смотрел на меня, отчего твои брюки вдруг стали тесноваты?

- Я же не сказал, что уже насмотрелся, - Саймон попытался так поправить выпуклость на бедрах, чтобы она причиняла меньше неудобств, но получилось плохо.

Лина тем временем переоделась и, когда карета остановилась, а левая дверца распахнулась, выплыла из экипажа павой и восхищенно замерла. Прямо перед ней и Саймоном стоял мужчина, держащий под узды двух лошадей: гнедого мерина и белоснежную кобылку.

- Здравствуй, Лориан, - мужчины пожали друг другу руки. – Эвелин, познакомься. Это мой секретарь и старый друг Лориан Энтли. А эти два красавца – рыситые. Гнедой принадлежит мне, его зовут Эорен. А вот эта девочка – Эвин. Я купил ее для тебя.

Снежная красотка была просто великолепна, шерсть лоснилась и переливалась на солнце, в густую белоснежную гриву были вплетены разноцветные ленточки. Полина даже не решилась погладить ее, вдруг все это сон, и она скоро проснется?

- Давай, Лина, - Саймон протянул девушке яблоко. – Тебе нужно с ней подружиться. Не переживай, у нее на редкость мирный характер.

И правда, Лина покорила сердце Эвин яблоком, двумя кусочками сахара и парой поглаживаний. Герцог помог ей сесть в седло и освежить навыки верховой езды, так что уже через час они трусцой направлялись в Нарвен.

Когда к вечеру кортеж достиг постоялого двора, Лина была готова заплакать от радости. Она любила верховую езду, но с непривычки тело болело, мышцы словно налились свинцов и особенно, как бы некрасиво это не прозвучало, страдала задница.

Саймон последние пару часов ждал, что Лина запросит пощады и пересядет в карету, но так и не дождался от нее ни одной жалобы. Зато потом ему пришлось снимать девушку с лошади и нести в номер на руках. И все же мужчина был рад сложившимся обстоятельствам, а еще тому, что прозвище «майская роза» ни капли не соответствует действительности.

Герцог помог своей уставшей жене вымыться, в принесенной трактирщиком бадье, сполоснулся сам, а затем уложил Лину на живот и начал копаться в своей дорожной сумке.

- Что ты ищешь?

- Мазь для уставших мышц. Тебе нужен массаж или завтра ты не сможешь встать с кровати.

- А ты умеешь его делать? – девушка подняла голову.

- Вот сейчас и узнаем, - Саймон нашел на дне сумки небольшую баночку. – Тебе помочь снять рубашку?

Как бы Лина не гордилась своей самостоятельностью, ей пришлось прибегнуть к помощи. Она и рукой-то шевелила с трудом, к тому же было невероятно приятно ощущать на себе заботу сильного, умного и красивого мужчины.

А уж когда он начал массировать ее спину, бедра и филейную часть, Поля могла только мычать, выражая свое одобрение. Мазь вкупе с массирующими движениями подействовала невероятно быстро, уже через полчаса увлекшаяся наездница смогла сесть и даже поужинать. Ей было немного неловко, что возбужденный мужчина сначала хорошенько помял ее пятую точку, а потом лег спать с ней в одну кровать, отодвинувшись на максимально возможное расстояние, чтобы не мешать ей отдыхать своими приставаниями.

Засыпая Лина пообещала себе, что утром, хотя бы на словах, отблагодарит Саймона за помощь. Но к утру мышцы одеревенели и, вместо праздной болтовни, девушке понадобился еще один сеанс растираний. Впрочем, эта ситуация повторялась еще два дня и только на четвертый день пути Полина чувствовала себя полной сил, даже после целого дня в седле.

За это время они проехали несколько довольно крупных городов и сел, и девушка получила более полное представление о мире Этане. Вероятно, когда-то давно этот мир развивался параллельно с Землей, но после того как Римская Империя завоевала Грецию, греческие и римские боги, испугавшись полного своего взаимоуничтожения, объединились в один пантеон, спустились к людям и стали их наставниками. Они помогли им построить систему канализаций, подвести водопроводы, используя акведуки, и создать постоянное освещение, используя холодный свет ночных светил.

Они подняли уровень жизни на небывалую высоту, помогли развить ремесло, торговлю, промышленность, экономику, культуру и многое другое. Ведь с каждым новым почитателем из числа людей божественная сила увеличивается.

А дальше началась Эпоха Завоеваний, которая объединила все три континента в одну огромную Империю с единым правлением, Советом Родов ответственным за ветвь судебной власти и местными органами исполнительной. Во время завоеваний и появились оборотни. Изначально все они, и мужчины, и женщины, были войнами, созданными богами Марсом и Аресом с молчаливого одобрения Юпитера, но после всех выигранных ими войн перевертыши стали просто жить, как люди или боги.

Сейчас Империя процветала, кругом, насколько хватала взгляда Лины, простирались возделанные поля, виноградники, плантации хмеля, оливковые рощи, фруктовые сады и посевы самых разных злаковых культур. И пастбищ тоже было невероятное много, здесь разводили лошадей, крупный рогатый скот, овец, коз, даже лам, которые удивительно флегматично щипали травку на лугах.

И, что поразило Полину в самое сердце, здесь совсем не было нищих. Люди ходили в добротной одежде, а для тех, у кого были финансовые трудности существовали общественные центры.

Да уж, теперь Лина понимала, почему Лорита была так пугающе уверена в том, что настоящая принцесса Эвелина быстро вернется. Она просто посмотрит на наш мир, испугается и захочет обратно. А Полине придется ей уступить, и никому не будет дела до ее желаний.

Придя к такому выводу, девушка сначала загрустила, ведь она уже успела понять, что вполне может быть счастлива в этом мире, не смотря на отсутствие электричества. Она научилась жить без подруги за те два года, пока Сашка оставалась в коме, а родных у нее никогда и не было. Брат, с которым они созванивались три раза в год на дни рождения и рождество, родным не считается.

Но на третью ночь с момента начала их путешествия Полина вдруг поняла, что больше не хочет переживать о том, что может случиться. Она и так всю жизнь боялась за свое будущее. Сейчас же у нее появился шанс просто жить в свое удовольствие, носить красивую одежду, ездить верхом, смеяться, пускаться в приключения, а если она влюбиться в собственного мужа… Что ж, тогда, по возвращению на Землю, их брак будет считаться страстным курортным романом без продолжения.

После этих ночных размышлений Поля успокоилась и начала строить планы, в которых не последнюю роль играл ее новоиспеченный супруг и путешествия по миру.

На пятый день с момента начала их путешествия, как и предсказывал герцог, супруги достигли столицы герцогства Нарвен и одноименного города, который был также красив, как и все прочие в Империи. Добротные каменные дома, светлая черепица, брусчатка и большое количество зелени. В самое сердце Полину поразили акведуки, огромные каменные арки, соединенные между собой и доставляющие воду во все дома герцогства. Она уже видела подобные раньше, во время путешествия, но эти сооружения были намного масштабнее. Вот только сами жители в сравнении с обитателями столицы казались какими-то мрачными. Никто не кричал поздравлений новобрачным, не желал счастья, наоборот, как только из-за поворота показывались два всадника в окружении стражи с каретой полной скарба, улыбки на лицах увядали. Хотя и никаких открытых проявлений негатива не было. И все же настроение Саймона падало все ниже и ниже. А Лина не могла понять почему всегда такой улыбчивый и заботливый мужчина начал замыкаться в себе.

Ближе к вечеру пара, наконец, достигла городского особняка семейства Донахью. Огромный двухэтажный дом с бассейном, зимним садом и бальной залой. Он целиком и полностью предназначался для зимнего сезона встреч, поскольку летом все обычно разъезжаются по предместьям.

Особняк буквально дышал уютом: белые стены и светлый пол из лиственницы, распахнутые настежь огромные окна, прекрасная удобная мебель и светлые тона. Повсюду чувствовалась женская рука.

- Дом просто чудесный, - Лина и Саймон ужинали в маленькой семейной столовой. – Его обставляла твое мама? Много белого цвета.

- Да, мама. - впервые за вечер мужчина улыбнулся. – А потом, пока я учился, за его состоянием тщательно следил управляющий. Знаешь, звучит банально, но мы были здесь счастливы. А потом у мамы просто остановилось сердце. Сначала папа буквально носом рыл землю, думал ее отравили, но это просто возраст. Они поженились довольно поздно, маме было уже за сорок, она даже уже побывала замужем. У меня, кстати, есть старшей брат. Виконт Марвей, он настолько старше меня, что у него уже есть внуки. Мы не общаемся.

- Почему? – Лина подложила мужу салата, почему-то ей это простое действие казалось правильным. Она не знала, как его утешить по-другому.

- Род Марвей не очень обрадовался, когда мама снова вышла замуж. Им казалось это их позорит, а мой брат Лексен воспитан своим дедом и придерживается старых взглядом, так что он тоже был против маминого нового брака.

- Разве так можно? Отказать родному человеку в счастье? – Лина возмущенно размахивала руками.

- Ну, ведь твой отец выдал тебя замуж, не обсудив это с тобой, - здраво заметил Саймон.

- Он мой отец, но я бы не сказала, что он родной человек. Мы мало общаемся, - голос Эвелины в голове у девушки согласно вздохнул. Лина решила сменить тему. – Почему все в городе такие мрачные?

- Они не мрачные, - Саймон снова скривился. – Они просто меня не любят.

- За что? – Что за несправедливость? Полина никак не могла взять в толк.

- Они считают, что я виноват в исчезновении амброзии. Это, конечно, не так, но раскрывать семейные секреты кому попало я не стану.

- А я «кто попало? – Лину терзало любопытство.

- Ты моя жена, - Саймон легко поцеловал ее в щеку. – Это старая семейная легенда. Считается, что наш род ведет свое начало от самого Дионисия, бога виноделия, и обычной женщины Мариции. Дионисий раскрыл ей секрет приготовление амброзии, божественного напитка, самого невероятного вина во вселенной. Для этого нужно раз в год собирать нектар с цветка Цилестиэла, а потом уже из нектара делать вино.

Но это всего лишь старая сказка. Просто мой отец знал фамильный рецепт очень вкусного, сладкого и крепкого вина, но не успел передать его мне. Как и все оборотни, он умер почти сразу после смерти своей пары. Мне тогда было восемь, я еще был слишком маленьким. Но факт остается фактом, в Нарвене производили потрясающее вино. Это был один из основных источников дохода нашей семьи, а теперь его нет. Остались только старые запасы, которые закончатся через несколько лет. И тогда, чтобы остаться на том же уровне достатка придется немного поднять налоги. Сама понимаешь, уважения и всеобщей любви мне это не прибавит. Я пытаюсь как-то выйти из сложившейся ситуации, но пока не выходит.

- Пытаешься найти рецепт? – Лина отодвинула тарелку.

- Да, - герцог отложил в сторону приборы и знаком велел слугам подавать десерт. – Ищу старые семейные записи. Надеюсь найти дневник отца или кого-то из своих предков, но пока ничего не выходит. Замок Криштер древнее строение и тайн хранит предостаточно.

- Ну, теперь у тебя есть помощница, - Полина погладила крепкую мужскую ладонь и брачный узор заискрился. – А если ничего не выйдет, то попробуем найти другое решение. В конце концов, у меня богатое приданное.

- Приданное обычно достается дочерям, - упрямо сдвинул брови Саймон. – Мы не настолько бедны как тебе кажется.

- Но золотую корону лучше не покупать, - неловко пошутила девушка.

- Если очень хочешь носить корону, я достану из семейной сокровищницы венец герцогини. Но предупреждаю, он ужасно тяжелый.

И на этой приподнятой ноте долгий ужин, наконец, закончился. Саймон помог Лине подняться и сопроводил в супружеские покои на второй этаж. Правда, на входе немного замялся:

- Лина, ты же понимаешь, что мои родители очень любили друг друга. Так что здесь не классические супружеские покои, как у всех, а только одна спальня и… - Полина прервала поток неловкостей.

- Саймон, я поняла, - Лина легонько провела рукой по мужскому предплечью. – И я не против.

Она первой толкнула дверь и вошла в просторную гостиную. В углу полыхал камин возле которого лежал пушистый ковер с длинным ворсом бордового цвета. Рядом стоял невероятно мягкий двухместный диван. Кругом были книжные полки, сверху донизу заставленные книгами, свитками, статуэтками и вазочками, а на стенах были развешены морские пейзажи.

- Красивая комната, - ноги Лины просто утопали в ковре. - Осмотрись, - Саймон скинул пиджак на диван. – Твои вещи перенесли в гардеробную, но поскольку завтра снова переезжаем, приготовили только ночную сорочку и амазонку для завтрашней поездки.

Полина кивнула и направилась в спальню, где ее поразили воистину королевские размеры кровати. Целая комната, где из мебели только сама кровать, две прикроватные тумбы, большое трюмо с тремя зеркалами и пуф. В самом дальнем углу спальни, также, как и в гостиной, был небольшой открытый камин, он был не таким же роскошным, но живой огонь несомненно добавлял комнате уюта. Возле камина лежала толстая шкура какого-то хищника. Из спальни три двери вели в мужскую и женскую гардеробные и купальню.

Последние несколько дней Лина мечтала только об огромной ванне полной горячей воды. Ей до ужаса надоело обтираться губкой, которую она поласкала в тазу, стоя в очередном номере придорожной гостиницы. Так что, осмотрев супружеские покои, девушка первым делом направилась в купальню.

Она не заметила как, но Саймон оказался там первым. В центре помещения прямо в полу была большая овальной формы ванна. Мужчина стоял спиной к выходу по пояс в воде, пар окутывал помещение, капельки влаги стекали по обнаженной спине, Саймон сосредоточенно намыливал губкой торс и, казалось, совершенно не замечал Лину, однако, это было не так.

- Почему все романтические настроения возникают у меня во время водных процедур? – герцог повернулся к жене.

- Кто знает? Может потому, что мы расслабляемся только в воде? – Лина скинула платье, в которое переоделась к ужину, и нагая шагнула в воду.

Ее сразу подхватили сильные мужские руки, уволокли на середину ванны и крепко прижали к покрытой пеной груди. Полина первая начала целовать супруга, как ни странно, она скучала по его прикосновениям. В дороге он только помогал: делал ей массаж, подавал воду, когда она мылась, уговаривал поужинать, если Лина была совсем без сил, но никак не проявлял своего желания, и ей отчего-то этого не хватало.

Зато теперь Саймон решил отыграться сразу за все дни путешествия. Он целовал жену с первобытным голодом и невероятной страстью, захватывал ее губы в плен, ласкал языком, посасывал нижнюю пухлую губку. И остановился только когда Лина стала задыхаться.

- Хотела принять ванну? – Мужчина принялся намыливать супруге спинку.

- Хотела расслабиться в горячей воде, но это подождет, - Лина отобрала у мужа губку и принялась с огромным энтузиазмом намыливать широкие плечи. – Ты такой большой.

- Я думал, ты скажешь сильный или красивый, но «большой»? – усмехнулся Саймон.

- Просто на твоем фоне я такая маленькая, - теперь, когда девушка сняла туфли на каблуках, ее голова едва доставала ему до плеча. – Мне нравиться.

Саймон поцеловал ее в макушку:

- Вымыть тебе голову? – мужчина взял с бортика ванны флакон с шампунем.

- Почему нет? – пара устроилась на ступеньках ванны.

Лина сидела между ног Саймона, откинувшись ему на грудь и едва не мурлыкала. Ловкие пальцы массировали кожу, взбивали пену и приносили море удовольствия. Остатки шампуня мужчина смыл теплой водой, и Лина поняла, что пора брать быка за рога.

- Давай поменяемся местами, моя очередь, - девушка уселась позади Саймона, зажав его талию между своих ног и прижавшись грудью к спине.

Она перехватила бутылочку с шампунем и принялась намыливать короткие густые волосы. С головы плавно спустилась на шею и принялась массировать уставшие мышцы. Смыв пену, Полина набрала в ладошку жидкого мыла и принялась растирать его по плечам, заодно их разминая.

С плеч она опустилась на спину, пересчитала позвонки, погладила верх ягодиц и снова вернулась на лопатки, огладила бока и перешла на торс, обнимая Саймона сзади.

- Лина, - выдохнул супруг. – Что ты делаешь?

Полина невозмутимо набрала в руку еще жидкого мыла и спустилась вниз по животу так, что ее руки скрылись под водой.

- Разве не очевидно? Я мою тебя, - она нашла под водой доказательство мужского желания. – Но я могу перестать, если хочешь.

- Я много чего хочу, - мужчина вздохнул, когда Лина пальцем обвела чувствительную головку. – Но только не этого.

Тихий чувственный смех был ему ответом.

Полина была просто в восторге от собственной смелости. Никогда раньше она не ласкала мужчину вот так. И было даже хорошо, что Лина не видела лица Саймона, так она меньше смущалась. Ей нравилось происходящее: порывистые вздохи мужа, напрягшиеся мускулы, влажная гладкая кожа и упругая твердая плоть в ее руках, но под его взглядом она могла и не решиться на подобное.

- Лина, подожди немного. Не так быстро, - возбужденный мужчина поднялся со ступеньки, ополоснулся, подхватил жену на руки, помог ей смыть с себя пену, а затем вынес из ванной.

Саймон закутал девушку в огромное махровое полотенце и кое-как вытерся сам. Голый, с капельками воды на коже и влажными волосами, он подхватил завернутую в теплый кокон супругу на руки и перенес на мягкую шкуру у камина.

Здесь, вблизи открытого огня, Лина и Саймон высохли быстрее, а свои мокрые волосы девушка подсушила полотенцем и заплела во влажную косу. А потом ей отчего-то захотелось пошалить. Полина оставила недоумевающего супруга одного у камина, разбежалась и с хохотом прыгнула в самую середину огромной кровати, которая мягко прогнулась в ответ. Девушку было едва видно в ворохе подушек и покрывал. Супружеское ложе было настолько большим, что на нем поместился бы еще с десяток молодых герцогинь. Саймон, поняв, что жена не собирается от него убегать, решил присоединиться к ее веселью. Он ухватился за край покрывала и потянул на себя. Покрывало, несколько подушек и Лина оказались во власти мужчины.

- Попалась, - герцог принялся покрывать поцелуями тонкую шейку супруги.

Лина, которая буквально таяла в объятьях супруга, затащила его на середину кровати, и вся отдалась ласкам. Саймон с шеи перешел на манящие розовые губки, затем снова спустился вниз. Обхватил рукой одну грудку и принялся ласкать губами вторую, втянул в рот сосок и языком приласкал напрягшуюся вершинку.

Полина чувствовала, что еще немного и она вспыхнет. В животе вилась тугая спираль желания, соски напряглись, лоно раскрылось и влажно блестело, а маленький клитор пульсировал. Но Саймон вовсе не собирался так быстро доводить ее до пика, он ласкал ее грудь, оглаживал талию и бедра, но так и не прикоснулся к ее самому сокровенному местечку. Лина стонала, извивалась, терлась о мужчину словно кошка, ласкала его руками там, куда могла дотянуться и, наконец, сдалась:

- Саймон, пожалуйста, - всхлипнула она. – Пожалуйста!

Герцог, словно только этого и ждал, развел бедра супруги и прижался своим членом к влажному входу. Он дразня водил им по чувствительным складочкам, пока не дождался еще одного отчаянного «пожалуйста», а затем плавно вошел на всю длину своего достоинства.

Полина, разгоряченная ласками, почувствовала долгожданную наполненность и не сдерживаясь закричала. Острый неожиданный оргазм заставил ее вцепиться пальцами в простыни. Саймон, почувствовав сокращения внутренних мышц Лины, остановился, чтобы девушка сполна насладилась полученным удовольствием, а потом снова начал двигаться, медленно и плавно.

Но теперь Полине этого было мало, она заставила мужа перевернуться на спину и оседлала его словно породистого жеребца. Она подбадривала его изящными движениями бедер и не могла отвести взгляда от потемневших, наполненных страстью глаз. И, когда удовольствие стало нестерпимым, над миром они вознеслись вместе.