Мой бывший тёмный властелин (СИ)

Глава 21

Эйдория

Его хрупкое счастье заснуло у него на груди, и он лежал, не шевелясь, боясь разбудить и спугнуть ее. Любовался своей девочкой, хмурился, когда ей снилось что-то плохое, и на ее лицо ложилась тень грусти. Испытывая необъяснимую нежность, провел рукой по волосам, и, взяв за руку, поцеловал.

И изумленно замер, не веря тому, что видит. Запястье Лив обвивал узор, переплетение двух линий, черной и белой, с вкраплением древних рун, которые использовали лишь в старых книгах по магии.

Фэрион владел такими книгами, и лишь поэтому узнал эти знаки. Как и ту сложную вязь, что появилась на руке девушки. Это была метка истинной пары.

Но это просто невозможно! Истинных пар не появлялось в их мире вот уже несколько столетий!

Эта древняя магия была утеряна, и только эльфы до сих пор находили себе пару, следуя магическому чутью. Но и у них она лишь связывала двоих, не давая всех тех преимуществ, что раньше. Незримой ментальной связи, способности чувствовать эмоции партнера, а главное, увеличению продолжительности жизни и возможности отдать второй половинке часть жизненной энергии в случае смертельной болезни или ранения.

Оттого так поразительно было видеть эту метку на руке Лив. И на своей. Многое теперь становилось ясным. И его необъяснимая тяга к ней, и жгучая ревность, и желание обладать ею.

Могло случиться так, что магия пропадала или переставала слушаться, бывало, у человека терялся смысл жизни, и он постепенно угасал. А иногда на того, кто предал, ложилось проклятие, сводящее с ума, или медленно убивающее его. И это было сейчас так некстати для Фэра и его планов. Однако, был у всего этого один существенный минус. Предательство или же смерть одного из пары разрывало связь, и последствия этого были просто непредсказуемы.

Осторожно, чтобы не потревожить Лив, он выскользнул из постели, оделся и отправился в кабинет. Нужно было многое обдумать и решить, что делать дальше.

Ландариум

Я который раз перечитывала одну и ту же страницу, но никак не могла взять в толк, почему магия огненного доспеха проявилась именно у меня.

Сегодня мне было намного лучше, температура спала, и осталась лишь слабость. На занятия снова не пошла, но попросила девчонок притащить мне из библиотеки литературы. Хотелось, наконец, больше узнать о новоприобретенной магии.

На глаза попалась биография королей Ландариума, которую мне зачем-то принесли вместе с остальными книгами.

Я потянулась к ней и с интересом открыла на главе, в которой рассказывалось о моих непосредственных предках. Королями они были великими, и за свою жизнь совершили немало подвигов.

Читая про Генри третьего, который приходился мне прадедом, я наткнулась на описание той магии, которой он владел. Оказывается, он тоже был магом огня, как и я. И если верить хроникам, достиг в управлении ею больших успехов.

«Так, значит, это могло передаться мне от него? И когда-нибудь я смогу так же, как он? Или нет?»

Со вздохом я отложила книгу, понимая, что только больше запуталась. Надо рассказать все отцу. Хотя появляться во дворце и не лучшая идея. Но мне надо научиться контролировать силу, иначе в один момент я просто не справлюсь с ней, и кто-нибудь обязательно пострадает. С такими грустными мыслями я посмотрела на дверь.

Второй день ждала, что ко мне придет Фэр, узнав, что заболела, но он так и не явился. Я успела остыть, и, хорошенько поразмыслив, поняла, что Фэрион, по сути, не так уж и виноват. Да, он скрыл от меня свое происхождение, не рассказал о том, что он последний из драконов. Но меня никто не заставлял ложиться с ним в постель. Конечно, магия истинной пары сыграла роль, но против нее мы оба были бессильны. Как было и в прошлой жизни, когда я была настоящей принцессой, а Фэр императором. Когда я, несмотря ни на что, не смогла совладать с чувствами к нему.

Я жаждала увидеть его, и в то же время боялась нашей встречи. Боялась, что стану огромной летающей и огнедышащей тварью, и потеряю себя, свою человечность. Глупо, конечно, но страх не отпускал меня. А еще, какая-то часть меня была рада тому, что все так сложилось. И становилось страшно, что я могу снова все это потерять. Что мне снова разобьют сердце.

Огромный антрацитовый дракон притаился на вершине одной из скал. Его широкие кожистые крылья укрывали собой половину длинного чешуйчатого тела, когтистыми лапами он крепко цеплялся за камни. Глаза у дракона были открыты, и золотистая радужка мерцала, словно расплавленный металл. Последний из своего рода, он смотрел туда, где за горным перевалом вставало солнце, окрашивая розовым цветом вершины, и где прятался город Аркадия. Туда, где находилась его суженая. Мысли о ней снова взбудоражили зверя, и вновь человеческая сущность, уступившая звериной, стала нашептывать ему слова успокоения.

«Еще не время. Дай ей прийти в себя и успокоиться. Теперь она наша, и это не изменится. Нужно только немного подождать. А сейчас пора заняться делом».

Дракон расправил крылья, вытянулся во весь рост, балансируя на краешке, и сорвался вниз. Воздушные потоки подхватили его, и он несколькими взмахами поднял себя вверх, под самые облака. Нельзя было давать сторонним наблюдателям ни малейшего шанса распознать в нем дракона.

Вскоре, возле ворот, ведущих в Аркадию, появился человек, больше известный горожанам как декан магической академии Фэрион Кейдж. Поправив рубашку и застегнув на камзоле последнюю пуговицу, мужчина подошел к ожидающей его у дерева лошади, и отвязал ее, в который раз удивляясь тому, что за это время никто не попытался ее украсть. Может сказывалась близость городской стражи, дежурившей возле ворот, а может воры чуяли его охранное заклинание, от которого за версту несло опасностью. Но до сих пор лошадь всегда оказывалась на месте.

В город его пропустили беспрепятственно. Даже вопросов задавать не стали, привыкли, что он постоянно шастает туда-сюда. Улицы города встретили Фэриона утренней безмятежностью и тишиной. Редкие прохожие, попадающиеся навстречу, шли, позевывая и протирая заспанные глаза, ежась от утренней прохлады. Хлопали ставни открываемых витрин торговых лавок, вдалеке раздался звон велосипеда курьера, разводящего утренние газеты, а ветер донес до мужчины запах выпечки и кофе. Желудок тут же требовательно заурчал, напоминая ему, что он со вчерашнего вечера ничего не ел.

Пришпорив лошадь, Фэрион в два счета домчал по пустынным улицам до нужного места. Таверна «Тетушка Мо» находилась в двухстах метрах от южных ворот, и была популярна у странствующих торговцев. Они часто останавливались тут, чтобы перекусить, выпить, или обсудить сделку.

Добротно построенное двухэтажное здание из красного кирпича имело два выхода. Один из них, с качающейся на ветру аляповатой вывеской, вел непосредственно в таверну, а за второй дверью начиналась лестница, ведущая на второй этаж, где хозяйка здания сдавала комнаты приезжим.

Фэрион вошел в зал на первом этаже, и закашлялся. В воздухе стоял густой табачный дым, и видимость в и без того плохо освещенном помещении была преотвратная. А казалось бы, приличное заведение.

Почти наощупь декан добрался до стойки бара и стукнул по шляпке звонка, подзывая официанта. Услужливый парень в форме и белом переднике провел его в самый конец зала, где находились отдельные комнаты, у которых можно было уединиться для переговоров и деловых встреч. В одной из них, с большим столом по центру и мягкими диванами вокруг него, Фэриона ждали.