На полной скорости

ГЛАВА 17

ДЖЕННА

— Нет, но серьезно, этот удар пришелся на половину поля! — Дарси выбрасывает руку вперед, едва не ударив Коллинз прямо в нос. — Я была уверена, что мяч полетит прямо в твои ворота, — она делает глоток своего космо, её глаза расширяются от волнения. — Но ты в мгновение ока справилась с этим и превратила это в лучшую контратаку, которую я когда-либо видела в современном соккере, — она качает головой и делает ещё глоток своего напитка. — Я имею в виду футбол.

Со стаканом индийского пейл-эль в руке я стою, уставившись на свою милую, миниатюрную британскую подругу.

— В современном соккере?

Дарси просто пожимает плечами.

— Добавив это, я звучала так, будто знала, о чём говорю.

Арчер подходит к ней сзади, обнимая её за талию. Он целует её в макушку и оглядывает нас всех. Каждый раз, когда одна из моих подруг общается со своим мужчиной, мне кажется, что мои вены пронзает что-то острое. Всего лишь на секунду, но боль от этого не становится меньше.

Иногда я ненавижу себя за то, что испытываю такие чувства. Я должна быть счастлива за Кендру, Коллинз и Дарси, когда они собираются вокруг меня, с кольцами, которые сверкают и отражают счастье и удовлетворенность, которые они нашли в своей жизни. Но подавлять свою собственную печаль было бы неестественно или, может быть, бесчеловечно. У меня самой есть чувства и потребности, и я страстно желаю, чтобы мужчина обнял меня сзади за талию, даже если я никогда не показываю то, насколько глубоко это желание.

Кендра толкает меня локтем в плечо.

— О чём ты думаешь? Такое ощущение, что ты в последнее время больше в своих мыслях, чем с нами.

Давая себе секунду собраться с мыслями, я делаю глоток пива.

— Я бы так не сказала. Я не пропустила ни одного гола, и нам нужна ещё одна победа, чтобы выиграть трофей.

— Я имею в виду, вне футбольного поля, — отвечает она, и её взгляд из игривого становится более обеспокоенным. — Мне кажется, что, если бы мы не были частью одной команды, я бы не виделась бы с тобой так часто, как хотелось бы, — Кендра поворачивается и ставит свой стакан с водой на стойку позади себя. — И это беспокоит меня, потому что ты моя лучшая подруга. Ты была рядом, когда всё пошло наперекосяк с моим дерьмовым бывшим, и когда я переехала в этот город, и у меня никого не было.

Комок застревает в горле, пока Дарси, Коллинз и Арчер разговаривают между собой.

— Мы никогда не потеряем связь, Кендра. Ты моя девушка номер один, — я ставлю свой бокал рядом с её и заключаю свою лучшую подругу в объятия. — Я редко кому-либо что-либо обещаю, но сейчас я обещаю тебе одно: мы всегда будем вместе. В этом ты можешь мне доверять.

К моему удивлению, она утыкается носом в мои волосы, её дыхание щекочет мне шею, когда она тихо говорит.

— Я беременна.

Я отстраняюсь, положив свои руки ей на плечи.

— Ты что? — я отчетливо услышала Кендру с первого раза. Я просто хочу, чтобы она сказала это снова, потому что я знаю, как много это значит для моей подруги.

— Я беременна, — говорит она, и щёки её покрываются румянцем. — Сегодня утром я сделала тест, и я определенно беременна.

Я оглядываю бар в поисках её мужа и вижу, как он смотрит прямо на свою жену с другого конца помещения, широко улыбаясь.

— Он знает? — спрашиваю я, поворачиваясь к Кендре.

Она качает головой.

— Нет. Из-за нашего утреннего матча, а сразу после него хоккейной игры у нас едва было время поговорить. Я сделала тест, потому что месячные по графику не начались, а у меня всё как по часам. Джек уже ушел на каток к тому времени.

Я так взволнованна.

— Держу пари, тебе не терпится вернуться домой и рассказать ему.

Её улыбка становится шире.

— У нас будет июльский ребенок! Только... — она умолкает и смотрит в пол. — Дата родов выпадает на середину сезона. Не идеально, я знаю.

Я поднимаю её лицо за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Рождение этого ребенка — самый важный момент в твоей жизни. Я знаю, как сильно вы оба хотели этого, а футбол может подождать. Команда может подождать.

Глаза Кендры сияют в свете бара.

— Я так чертовски счастлива, но я собираюсь держать это в секрете, пока не представится возможность рассказать Джеку. Тогда мы решим, когда сообщить новости.

Я киваю и снова заключаю подругу в объятия.

— По какому поводу тренер хотела видеть тебя после игры? — спрашивает она, снова поднимая стакан с водой и делая глоток.

Я постукиваю себя по носу и подмигиваю. То, как я хочу поделиться своим секретом с Кендрой, потому что она, несомненно, сойдет с ума, даже если я знаю, что пока должна молчать. Вся команда знала, что Холли Браун уйдет с поста капитана в конце этого сезона, поскольку её карьера подходит к концу. Чего я никогда не ожидала, так это того, что мне предложат занять её место. Это сбывшаяся мечта, а также увеличение зарплаты, в чём я отчаянно нуждаюсь.

— На самом деле я не могу сказать тебе прямо сейчас, — отвечаю я, морщась.

Как ребенок, Кендра опускает плечи.

— Серьезно? — хнычет она.

Я ещё раз подмигиваю ей, надеясь, что это её удовлетворит.

— Скоро вся команда узнает.

Между нами повисает тишина, пока Кендра изучает моё лицо в поисках подсказки.

— Помимо сегодняшних побед “Blades” и “Storm”, вы знаете, что делает сегодняшний вечер просто идеальным? — Коллинз нарушает тишину, отбрасывая свои розовые волосы в сторону.

— Умоляю, скажи, — отвечаю я, меня в равной мере и забавляет, и завораживает всё, что говорит эта девушка.

Она приподнимает бровь и переводит взгляд с Кендры на меня.

— Отсутствие некоего Томми Шнайдера.

Краткое упоминание его имени вызывает волну мурашек по коже.

— Никаких язвительных комментариев или дерзких ухмылок. Просто компания друзей, отлично проводящих вечер, как в старые добрые времена, — Дарси присоединяется к нашему разговору, когда Арчер возвращается к своим товарищам по команде.

Она упирает руку в бедро.

— Я убеждена, что даже в свои пять месяцев Эмили ненавидит его. Она бросила кольцо для зубов на пол, когда сегодня вечером он сел на скамейку запасных.

— Тебе следовало прийти на игру раньше, — добавляет Коллинз, переводя взгляд с Кендры на меня. — На выражение его лица, когда джамбатрон сфокусировался на нем, было приятно смотреть. Он кипел от того, что его оставили на скамейке запасных на несколько игр.

— Тогда ему не стоило быть первоклассным засранцем, — Дарси фыркает. — Его определенно обменяют до истечения мартовского срока, — она допивает своё космо за один раз, наслаждаясь вечером без детей со своим мужем и друзьями. — Хотя я не уверена, что он найдет другую команду.

— Почему его сегодня здесь нет? — небрежно спрашиваю я, отмахиваясь от разговоров о возможном обмене Томми.

Я не разговаривала с ним после тех сообщений, когда сказала ему, что моя машина воняет и её нужно почистить. Правда в том, что она действительно воняла, просто не сильно. Клянусь, его одеколон пропитал мои сиденья, и я ненавижу это. Лучшее место для Томми — на другом конце страны и как можно дальше от меня.

Я не доверяю ему, но более того, я не доверяю себе когда он рядом.

— Наверное, зализывает раны своего эго, — Кендра закатывает глаза.

— Команда была намного сплоченнее без него на льду. Если они снова будут так играть в течение следующих нескольких игр, я уверена, генеральный менеджер внесет его в список игроков для обмена, — добавляет Коллинз. — Единственная причина, по которой он вообще приехал в Нью-Йорк, потому что генеральный директор настаивал. Сойер сказал мне, что даже он отвернулся от этого парня. И не думаю, что пост Кертис Фримена помог ему.

Моё сердцебиение ускоряется до бешеного ритма.

— Подожди. Что ты имеешь в виду?

Я предполагала, что Томми наказывают за что-то, что он сделал на тренировке. “Blades” не сделали официального заявления о том, почему Томми был отстранен на несколько игр, и, честно говоря, то, что ему сделали выговор, не совсем новость.

Коллинз склоняет голову набок, удивленная тем, что я не в курсе.

— Пару дней назад Кертис Фримен опубликовал в своих социальных сетях язвительный пост из трех абзацев, в котором призвал исключить Томми из хоккея, что, по сути, случилось с его отцом. Он сказал, что представляет опасность для спорта или что-то в этом роде. Пост был удален очень быстро, но, естественно, сделать скриншоты уже успели. Сойер считает, что Фримен был разочарован, когда лига сочла, что не нужно предпринимать никаких действий после того, как Томми избил его в их последней игре, но “Blades”, очевидно, ответили собственным наказанием, — она глубоко вздыхает. — Я не могу сказать, что виню их за то, что они отправили его на скамейку запасных, кто-то должен был что-то сделать.

У меня пересыхает в горле. Может быть, поэтому Томми не выходит на связь последние несколько дней. Похоже, у него есть дела поважнее, чем враждовать со мной.

А может быть, ему просто надоели наши выходки.

Я чувствую неприятный осадок, пока мои девочки продолжают размышлять о том, сколько времени осталось у Томми до того, как его полностью отправят в отставку.

— Знаете, что? — наконец говорю я, потеряв счёт времени. Я стараюсь не смотреть им в глаза, поправляя сумочку на плече и чувствуя вибрацию телефона. — Я пойду.

Первый человек, с которым я встречаюсь взглядом, — это Кендра. Убегая от неё, когда она только что сообщила самую важную новость в своей жизни, я чувствую себя дерьмовой подругой.

— Я напишу тебе, когда вернусь домой, — говорю я ей.

Она кивает, и Дарси переплетает свои руки с моими. Мы стали намного ближе с прошлого года, когда я осталась у неё на ночь, и она рассказала мне все о своей тайной беременности от Арчера.

— Тебя подвезти домой? — спрашивает она. — Арчер не пил, и он мог бы отвезти тебя.

Я тут же качаю головой. Мысли о десятиминутной прогулке на холодном ноябрьском воздухе с каждой секундой становятся всё привлекательнее. Мне нужно проветрить голову.

— Нет, всё в порядке. Я в порядке, — лгу я, как раз в тот момент, когда мой телефон снова вибрирует. — Пусть он останется и отпразднует с трудом заработанный перерыв. Вся дорога домой освещена, а у меня в сумке есть перцовый баллончик, которым я умираю от желания воспользоваться.

Коллинз фыркает от смеха, а Кендра закатывает глаза. Эти девушки знают, что выходить из баров одной, или с незнакомыми парнями, для меня не является чем-то необычным.

— Тебе звонят с предложением о сексе или что-то в этом роде? — Коллинз хихикает.

Жар поднимается от пальцев ног до кончиков ушей, пока я пытаюсь найти ответ. В конце концов, ничего не могу придумать, и прихожу к выводу, что моё молчание, вероятно, лучший вариант, поскольку сказать им, что я не могу перестать думать о самом ненавистном парне в Бруклине — или о его татуированном члене — скорее всего, ничего хорошего не принесет.

Коллинз поднимает бокал.

— Похоже, у Джен сегодня будет бурная ночь. Давайте попрощаемся с ней и пожелаем приятного вечера.