На полной скорости

ГЛАВА 24

ДЖЕННА

Я раскладываю пасту по отдельным контейнерам перед играми плей-офф, которые состоятся у нас на этой неделе, когда на моём мобильном загорается сообщение от Томми.

Придурок

Итак...Очевидно, теперь ты достаточно хороша, чтобы стать капитаном?

Я вообще ничего не слышала о его выездной серии, но это не значит, что я не смотрела игры “Blades”.

Я

Эту новость только-только опубликовали это на веб-сайте “Storm”…ты действительно мой сталкер.

Придурок

Это помогает скоротать время.

Я

Ты написал мне по какой-то причине или просто чтобы снова позлить меня?

Придурок

Вообще-то, я хотел поздравить с назначением капитаном. Полагаю, это означает, что тогда ты останешься в Бруклине...

Убирая контейнеры в морозилку, я невольно зацикливаюсь на последнем сообщении от Томми. Почему его волнует, где я? И в какой момент я могла создать впечатление, будто планирую покинуть Бруклин? Я решаю проигнорировать его комментарий и сменить тему.

Я

Где ты сейчас?

Придурок

Лечу домой. Мы приземлимся через час. Где ты?

Я

У себя на кухне.

Придурок

Ешь просроченную еду навынос?

Я

Нет. Я только что приготовила пасту, чтобы поесть перед игрой на этой неделе.

Придурок

Покажи мне доказательства, или я тебе не поверю.

Подхожу к морозилке, открываю дверцу и фотографирую контейнеры.

Я

*фотография прилагается*

Придурок

Какая хорошая девочка.

У меня всё тело покрывается мурашками.

Я

Не надо со мной сюсюкаться. Хочешь верь, хочешь нет, но в свои двадцать семь я сама готовила себе еду до того, как ты ворвался в мою жизнь.

Придурок

Никто ни к кому не врывался, Дженна..

Я

Я помню это по-другому.

Придурок

Тогда ладно, если тебе так не терпится вычеркнуть меня из своей жизни, не отвечай на это сообщение. Если я ничего не получу в ответ через час, я удалю твой номер, и, если не считать редких случаев, когда мы видимся после игр, ты больше никогда не увидишь и не услышишь обо мне. Потому что это то, чего ты хочешь, верно?

Мои волосы всё ещё стоят дыбом, но на этот раз совсем по другой причине.

Мне не следует отвечать; на самом деле, я должна заблокировать его контакт и сделать именно то, что советовал Холт.

Но действительно ли мой брат и друзья знают этого парня? Или они видят только то, что он позволяет видеть? Я даже не уверена, что Томми считает себя хорошим человеком. И часть меня думает, что его последнее сообщение было отправлено не для того, чтобы поиграть со мной в игру; скорее, это была честная возможность для меня уйти.

Я должна ответить.

Но я не могу.

Что мне ответить?

В конце концов, всё, что я делаю, это смотрю на наш чат, прежде заблокировать экран.

Движимая лишь чистым, неподдельным разочарованием, я швыряю телефон через всю комнату, и он бесшумно приземляется на мягкие подушки моего дивана.

Диван, на котором он спал в ту ночь, когда спас меня от Итана. Он мог бы забраться ко мне в постель и попросить о сексе, и я бы дала ему это, не задавая вопросов.

Я хотела снова переспать с ним той ночью. Я бы солгала себе, если бы сказала, что это не так. Вот почему я попросила его остаться и не уходить; это то, на что я надеялась, когда он лежал рядом со мной на кровати, пока я не погрузилась в глубокий сон.

Следующие полчаса я провожу по квартире, протирая каждую поверхность и приводя в порядок все предметы одежды, которые только могу найти.

Этого недостаточно, чтобы отвлечь мой мозг или отвлечь меня от наблюдения за часами.

Осталось двадцать пять минут, а потом он уйдет навсегда.

Я на полпути к своей спальне с очередной стопкой чистой одежды, когда мой телефон начинает вибрировать между подушками.

Я бросаю одежду на пол и спешу ответить, не проверяя, кто звонит.

— Алло?!

— Господи. Ты говоришь так, словно выполняешь спринтерские упражнения или что-то в этом роде, — отвечает Кендра со смешком.

Меня охватывает разочарование, за которым следует острый укол вины за то, что я совсем не рада слышать голос своей лучшей подруги.

Её голос звучит радостно, и она имеет полное право быть слишком счастливой — замужем за мужчиной своей мечты, и в новом году у них должен родиться первенец.

— Прости, — отвечаю я, поднимая свою одежду, прежде чем бросить её на кровать и рухнуть на матрас рядом с ней. — Я делала кое-какую работу по дому и не хотела пропустить звонок.

Сначала меня встречает тишина, а затем смешок.

— Работу по дому?! Ладно, мы обе знаем, что это не твоё. Твоя мама приедет погостить к тебе?

Хотя Кендра знает, что я нечасто вижусь со своей мамой и что мой отец придурок, она не знает всей картины. У неё крепкая семья, как и у Джека. Подобно моей очевидной неспособности найти заботливого мужчину, отсутствие нормальных родственников кажется мне той самой жалостной историей, которую я предпочла бы не рассказывать.

— Чем я могу тебе помочь? — спрашиваю я, быстро меняя тему.

В кои-то веки Кендра не пытается заставить меня ответить на её вопрос, когда я слышу, как она передвигается.

— Итак, мы с Джеком подумываем объявить о беременности всем сразу. У меня ещё нет двенадцати недель, но, в отличие от Дарси, я не могу ждать ни секунды, чтобы поделиться.

Я собираюсь ответить, но она продолжает, её волнение становится всё более очевидным.

— Мы думали устроить домашнюю вечеринку у нас дома на следующей неделе. Ребята играют в пятницу вечером, так что мы могли бы провести её в субботу. Это могло бы стать ещё и празднованием твоего назначения капитаном.

Убирая телефон, я проверяю время.

Двадцать минут до закрытия “окошка Томми”.

Прикладывая ладонь ко лбу, я чувствую, как нарастает головная боль от напряжения.

— Я не хочу, затмевать ваши новости. Серьезно, давай просто сосредоточимся на вашем объявлении.

— Но... — пытается возразить Кендра, но я резко обрываю её.

— Но ничего. Я думала о том, чтобы устроить небольшое празднование у себя дома после окончания плей-офф. Холли всё ещё капитан прямо сейчас, и я не хочу наступать ей на пятки.

Кендра замолкает. Обычно она замолкает, когда знает, что я права.

— Почему ты такая сварливая? — её следующий вопрос не такой, какой я ожидала. — Ты только что исполнила две главных цели в своей карьере, и, судя по твоему голосу, это совсем не радует.

Это одна из причин, почему мне так нравятся Кендра, Коллинз и Дарси — они не боятся говорить правду. За свою жизнь я встретила столько людей с неискренними намерениями, что этого хватит на целую вечность.

— Я не сварливая, — пытаюсь отрицать я, ещё раз проверяя время.

— Да, сварливая, — выпаливает она в ответ, но уже решительнее. — Я уже некоторое время чувствую, что с тобой что-то происходит, так скажи мне, это связано с Холтом?

Искушение солгать так велико. Но я не лгунья, и Кендра не заслуживает того, чтобы её обманывали.

Это не то, на чём строятся хорошие дружеские отношения.

Может быть, тот факт, что у меня сейчас есть чуть больше пятнадцати минут, чтобы сохранить то, что у меня есть с Томми, заставляет меня быть честной. Я не знаю. Но когда я закрываю глаза и позволяю словам прийти, приходит и чувство облегчения.

— Это связано с Томми, — тихо говорю я ей.

Любой фоновый шум со стороны Кендры немедленно прекращается.

— Томми? — её голос холодный и резкий. — Что, чёрт возьми, он натворил на этот раз?

Я сильнее прижимаю ладонь ко лбу, как будто выталкиваю мысли из своего мозга наружу.

— Он не сделал ничего плохого.

Несколько секунд ничего не происходит, прежде чем Кендра заговаривает снова.

— Я в замешательстве, Джен. Если он не сделал ничего плохого, тогда в чём проблема?

Открыв глаза, я смотрю на свой белый потолок, устаревший текстурный рисунок, который оставил предыдущий жилец, расплылся от влаги.

— Джен? — Кендра мягко давит на меня, требуя дополнительной информации.

— Я...я действительно не знаю, что сказать, — мой голос такой тихий.

— Тогда могу я спросить тебя кое о чем?

Я киваю головой в пустой комнате, но, несмотря на то, что моя лучшая подруга не видит этого, она продолжает свой вопрос.

— Между вами двумя что-то происходило?

Я провела недели, страшась мысли о том, что кто-нибудь узнает о том, что я сплю с Томми, опасаясь реакции моих друзей и Холта.

Однако, когда Кендра заканчивает свой вопрос, всё, что я чувствую, — это ещё большее облегчение.

— Я спала с ним.

К моему полному удивлению, Кендра хихикает.

— Я так и знала, что что-то происходит. Вы двое можете ненавидеть друг друга до глубины души, но вы не можете отрицать безумный уровень сексуального напряжения между вами обоими.

Облегчение, которое я испытывала ранее, исчезает в одно мгновение. Я снова там, где была прежде, чувствую себя словно на необитаемом острове, когда речь заходит о парнях и моих друзьях. И как, чёрт возьми, мне объяснить, что мои отношения с Томми — нечто большее, чем просто секс, даже если изначально это задумывалось лишь как мимолетная связь, чтобы утолить желание?

Всё, что я знаю, это то, что я не могу позволить своему сердцу привязаться к парню, который обязательно разобьет его.

— Он хорош в постели?

Любой ответ, который я потенциально могла бы сформировать, застрял у меня в горле.

— Джен... — голос Кендры снова становится мягким, её беспокойство заметно по тому, как она произносит моё имя.

— Я знаю, ты считаешь его полным мудаком, — шепчу я, наконец-то снова обретая дар речи. — Но я думаю, что мы, возможно, совершенно ошибаемся в нём.

— О чёрт.

— Что? — спрашиваю я, думая, что её ответ не имеет отношения к нашему разговору.

— Ты испытываешь к нему какие-нибудь чувства?

Я принимаю сидячее положение, скрещивая ноги под собой.

— Только потому, что я думаю, что он, возможно, не такой уж плохой, это не значит, что я влюбляюсь в этого парня.

— Я не говорила, что ты влюбляешься в него, — быстро возражает она.

Она права; она не говорила. Но этого недостаточно, чтобы ослабить мою защиту.

— По сути, ты намекнула на это своими словами, — я провожу рукой по волосам и прогоняю эмоции. — Всё, что я хочу сказать, это то, что я провела с ним некоторое время вдали от арены и других людей, и...он не такой человек, каким показывает себя.

Кендра молчит, и я судорожно сглатываю.

— Скажи что-нибудь, — шепчу я.

Она делает глубокий вдох и медленно выдыхает.

— На этот раз уже я не знаю, что сказать.

— Ты думаешь, что я веду себя как дурочка, не так ли?

Кендра снова выдыхает, и передо мной вспыхивают образы удара, который Томми нанес Холту.

Конечно, она считает меня дурочкой.

— Мы ведь построили нашу дружбу на полной откровенности, верно?

— Да, — подтверждаю я.

— Ну, сейчас я тоже буду с тобой откровенна.

Такое ощущение, что из комнаты выкачали весь кислород, пока я пытаюсь наполнить легкие воздухом.

— Томми напоминает мне моего бывшего, Тайлера. Конечно, Тайлер никогда не был таким откровенным придурком, но он определенно разделяет многие черты Томми. Он холодный и расчетливый и всегда стремится взять над тобой верх. Тайлер и Томми — эгоистичные мужчины, которые заботятся только об одном — о себе. Как ты думаешь, почему Томми спит с тобой?

Я чувствую, что её вопрос риторический, и не отвечаю.

— Потому что ты отказала ему в прошлом сезоне, и теперь для него переспать с тобой и играть с тобой — одно и то же. Для него всё это просто завоевание. Ты для него не более чем трофей. И, вероятно, огромное “пошел ты нахуй” твоему брату тоже, — она делает паузу, чтобы перевести дыхание, а затем говорит намного тише. — Не поддавайся на его уловки, Джен. Сколько раз ты говорила мне бросить Тайлера и найти того, с кем я заслуживаю быть? Бесчисленное количество. И вот я здесь, говорю тебе то же самое. Ты трахнулась с ним и избавилась от искушения. Не позволяй ему залезать тебе в голову и морочить её. Он не годится в бойфренды, но где-то есть парень, который убил бы, чтобы быть с тобой...

— Для меня никого нет, — выдавливаю я. Слёзы теперь свободно текут по моим щекам. — Поверь мне, я надеялась, что есть мой мистер Правильный, который обнял бы меня и сказал, что я для него единственная. Пришло время взглянуть фактам в лицо и смириться с тем, что я навсегда останусь в старых девах, и именно так я пытаюсь прожить свою жизнь — в принятии. Если я продолжу надеяться, что мужчина моей мечты внезапно появится и собьет меня с ног, то я просто продолжу причинять себе боль снова и снова.

Я чувствую, как мой желудок сжимается, когда рыдание вырывается из моего горла.

— Джен, пожалуйста, не плачь, — умоляет Кендра.

На самом деле мы не из тех девочек, которые плачут, поэтому, когда одна из нас всё-таки плачет, другая мгновенно ощущает эту боль, словно свою.

Краем рукава толстовки я грубо вытираю глаза, чувствуя, как ткань натирает мою чувствительную кожу.

— Ты знаешь, как тяжело наблюдать, как все мои подруги выходят замуж и рожают детей? Я не хочу показаться человеком, который не рад за своих друзей, потому что я рада и всегда буду.

— Я знаю, Джен.

Признание продолжает срываться с моих губ лавиной эмоций.

— Но в какой-то момент ты приходишь к выводу, что должен принять: тебя не хотят, потому что ты просто нежеланна. Ты начинаешь смотреть в зеркало и думать: «Что со мной не так? Что я сделала не так? Это потому, что у моего спокойного лица выражение суки? Или, может, в прошлой жизни я сделала что-то такое, из-за чего теперь над моей головой висит огромный красный флаг, который виден только противоположному полу? Может быть, именно поэтому Ли отказался от наших отношений, потому что он понял, что я не подхожу для серьёзных отношений, и у него есть варианты получше.

— Я не хотела расстраивать тебя тем, что сказала, — голос Кендры полон сожаления и печали, и я испытываю те же эмоции. Где-то в глубине души.

Вот так обрушиваться на подругу, когда она позвонила только по поводу вечеринки по объявлению о своей беременности, было несправедливо и эгоистично.

— Я собираюсь приехать к тебе прямо сейчас.

Я качаю головой, ни к кому не обращаясь.

— Тебе не нужно этого делать. Джек скоро будет дома, а он не видел тебя больше недели.

— Это не имеет значения, — немедленно возражает она. — Я приеду, мы поедим чего-нибудь вкусненького и посмотрим все фильмы, которые ты захочешь. Я нужна тебе сегодня вечером, а ты нужна мне, подруга.

Когда я убираю телефон от уха, истекает последняя минута, и ещё большее сожаление и грусть захлестывают мои чувства.

Сейчас мне очень нужен рядом друг.

— Хорошо, — в конце концов отвечаю я, распрямляя ноги и подтягивая колени к груди. — Принеси с собой вина.