5

— Где мой рюкзак?! — донесся снизу отчаянный вопль Джейсона.

Я сидел у компьютера — заканчивал домашнее задание по английскому. Я слышал, как внизу орут друг на друга мои младшие брат и сестра. И возмущенный голос мамы: «Я не буду с вами разговаривать, пока вы двое не прекратите орать. Сейчас же прекратите! Пожалуйста!»

Я пытался отвлечься от всех посторонних звуков и сосредоточиться на домашке. Но Джейсон сунул голову ко мне в комнату.

— Где мой рюкзак?! — настойчиво повторил он.

— Почем я знаю? — соврал я.

— Он нужен мне завтра, а в шкафу его нет! — заныл Джейсон.

Я уставился на него. Припоминая. Припоминая…

И тут я понял, где рюкзак. Я забыл его на кладбище!

— Ведь на полке же стоял! — причитал Джейсон. — И он мне вот так нужен утром! — Его голос делался все пронзительнее и пронзительнее.

— Э… Я, кажется, знаю, где он, — сознался я.

Я закрыл глаза. Припомнил свои действия на кладбище этим утром. Я прислонил проклятый рюкзак к стволу дерева.

Когда ледяная рука схватила меня, я еще потерял кепку, вспомнил я. Но не остановился, чтобы ее подобрать. Я улепетывал со всех ног. И о рюкзаке тоже напрочь забыл.

И что теперь?

— Так ступай за ним! — возмущенно потребовал Джейсон. Он попытался стянуть меня со стула за плечо. — Нечего брать мои вещи! Иди за ним, Спенсер, не то я жаловаться буду!

Я все еще слышал вопли Реми и Шарлотты внизу и гневные окрики мамы, требовавшей, чтобы они прекратили галдеж.

Если сейчас признаться маме, что я взял рюкзак Джейсона, да еще и умудрился забыть на кладбище — она меня просто убьет!

— Нет проблем, — сказал я братишке. — Угомонись. Схожу я за твоим рюкзаком.

Зачем я это сказал? Неужели и впрямь решил подняться на кладбище Хайгрэйва ночью?

А был ли у меня выбор?

Я отослал Джейсона в его комнату, чтобы не мешал думать. Потом принялся расхаживать по своей комнатушке — три шага туда, три шага сюда — напряженно размышляя.

«Я не могу идти туда в одиночку», — понял я.

Я будто вновь ощутил, как холодные пальцы сжимают мою лодыжку.

Нетушки. Не пойду я туда один.

Я тяжело вздохнул, взял трубку и набрал номер Одры.

— Можно попросить тебя о маленьком одолжении? — выпалил я, как только она взяла трубку.

— Об одолжении? А это кто? Спенсер?

— Ага. Это я. Ты бы не могла прогуляться со мной до кладбища — буквально на секундочку? Мне позарез нужно забрать оттуда пару вещей.

Повисла долгая пауза. Потом, наконец, Одра сказала:

— Ты же шутишь, правда?

* * *

Я сказал маме и папе, что иду к Одре делать домашку. Потом выскользнул с черного хода и застегнул куртку, спасаясь от пронизывающего ветра, дующего с холма.

Спеша через задний двор, я проверил фонарик. Тот отбрасывал яркий круг света на промерзшую траву.

Одра встретила меня на углу их гаража. Она была в тяжелой теплой парке, а волосы заправила под шерстяную лыжную шапочку.

— Так мы действительно идем на кладбище, чтобы забрать бейсбольную кепку и рюкзак? — спросила она, покачав головой.

— Я же все объяснил, — сказал я, посветив фонариком ей в лицо. — Рюкзак я обязан вернуть. Мне не разрешают брать у Джейсона его барахло.

Пригибаясь под бьющими в лицо порывами ветра, мы начали наше восхождение. Высокая трава на склоне холма была ужасно скользкой от замерзшей росы. Во время нашего неспешного подъема Одра взяла меня за руку.

— Фрэнк звонил мне сразу после тебя, — сказала она.

— Да ну? И чего хотел? — спросил я.

— Хотел одолжить тетрадку по истории. Но я ему сказала, что иду с тобой на кладбище, — рассмеялась Одра. — Кажется, он здорово удивился.

— Зачем было сообщать ему, что мы будем делать? — раздраженно спросил я.

Она лишь плечами пожала. Мы обошли скопление голых кривых деревьев. Их ветви покачивались на ветру, тихонько поскрипывая.

— А чего ты закричал утром на кладбище? — спросила Одра. — Хоть сейчас-то скажи мне правду.

— Кто, я? Кричал? Мне, э, показалось, что я что-то увидел…

— Ты же не веришь в кладбищенских упырей, о которых писал в сочинении? — Зеленые глаза Одры пытливо смотрели на меня.

— Нет конечно, — буркнул я.

Я взглянул на вершину Кладбищенского Холма. Не мерцали странные огоньки. Не окутывал землю жуткий серый туман. Луна низко плыла в безоблачном черном небе.

У распахнутых ворот мы остановились.

Луч фонарика скользнул по ряду старых надгробий. Они накренились друг к другу, словно в полудреме.

Я подскочил, когда что-то выпрыгнуло из травы у подножия высокого постамента.

Кролик.

Одра рассмеялась:

— Спенсер, ты подскочил на километр! Это же просто крольчонок.

— Давай заберем уже рюкзак и пойдем отсюда, — пробурчал я. — Я совершенно уверен, что оставил его у двойной могилы.

На луну накатила туча. Я пытался хоть что-то различить в окутавшей кладбище темноте. Я поднял фонарик и провел лучом по рядам могил.

— Жаль, что я фонарика не взяла, — прошептала Одра. Я заметил, что она дрожит. — Тут так темно…

— Просто держись ко мне поближе, — ответил я. Мне было не менее боязно, но при ней я бы ни за что не подал виду.

Ветер свистел в корявых ветвях деревьев. Голые сучья со скрипом раскачивались. Высокая трава шелестела вокруг покосившихся могильных камней.

Мы прошли к ряду невысоких надгробий.

— Ой! — вскрикнул я, когда моя левая нога провалилась в дыру. Лодыжку прострелила острая боль. Я помассировал ногу.

— Я в порядке. Слегка ногу подвернул, — сказал я Одре.

Пригибаясь, я свернул в следующий ряд могил. И проклятый рюкзак оказался там — стоял себе, прислоненный к согбенному старому дереву.

Я поспешил к нему, опустился на колени и схватил обеими руками. На нем замерзла вечерняя роса, покрыв ткань тонким слоем инея. Я принялся соскребать его одной рукой.

Я слышал, как Одра тяжело дышит у меня за спиной — глубокие, хриплые вдохи и выдохи.

— В чем дело? — спросил я. — Почему ты так дышишь?

Она не ответила.

Я продолжал стирать изморозь с рюкзака. Но остановился, услышав, как впереди зашуршали листья.

Я поднял глаза на звук. Я вглядывался в ряды надгробий — как вдруг из-за дерева кто-то вышел.

— Кто?… — начал было я.

Слишком темно, чтобы разглядеть.

Фигура, широко шагая, приближалась ко мне.

— Одра! — воскликнул я, когда, наконец, смог ее разглядеть. — Ты что там делаешь?

Но тут же в голове вспыхнул куда как более насущный и пугающий вопрос: если за деревьями была Одра, кто же так надсадно дышит у меня за спиной?!

Загрузка...