Не покидай

Глава 1. Прибытие

Из аэрошки Анита хотела выбраться самостоятельно, но Крис не дал. Он открыл дверь, вышел первым и подал Аните руку, элегантно опустившись на одно колено.

— Надо учиться местным правилам, — лукаво улыбнулся он.

Дом был красивым. Очень красивым. Он был похож на все виденные в кино и в глянцевых журналах средиземноморские виллы сразу. Ажурная кованая ограда, сам дом из белого камня и окна во всю стену — сразу захотелось увидеть его изнутри.

Вообще эта планета Аните очень нравилась. Зеленая, какая-то уютная, а по сравнению с Землей — провинциальная. И это сразу рождало ощущение отдыха, долгожданного отпуска. В общем, никаких ужасов, которые обещала всемирная сеть при описании Венги, не наблюдалось. Конечно, элементарная логика подсказывала, что все сюрпризы еще впереди.

Взять хотя бы то, что в ДИСе молоденькая служащая рассматривала Криса с нескрываемым интересом и плохо замаскированным сочувствием. И предупредила напоследок: «У вас есть месяц, чтобы принять решение — останетесь вы или вернетесь обратно». Этим она очень удивила Аниту, которая считала, что с мужчинами здесь не церемонятся.

Открылась дверь и оттуда высыпала стайка малышни. Мальчишки, белобрысые, лет десяти-двенадцати. Вышедшая за ними полная уютная блондинка приветливо улыбнулась:

— Добро пожаловать на Венгу, дорогая. Очень рада видеть тебя здесь. Я надеюсь, что теперь это будет твой дом. Я Старшая хозяйка, Таисия.

Анита рассматривала собеседницу. Такая классическая блондинка и, наверное, типичная жительница Венги? Ну, все местные правила она точно знает, и в ее интересах помочь наследнице освоиться в новой роли. Главное, чтобы с исполнением не переусердствовала. Ладно, должны сработаться!

— Здравствуйте, Таисия! Я тоже очень рада Вас видеть. Надеюсь, что смогу здесь освоиться, и Вы мне в этом поможете. Со мною прилетел мой молодой человек. Его зовут Крис.

Таисия бросила быстрый заинтересованный взгляд на сопровождающего будущую Старшую госпожу зверька. Еще общаясь с найденной наследницей по видеофону, она поняла, что простым ничего не будет. Ей ясно дали понять, что предложение интересное, но не более. В деньгах инопланетница не нуждалась, беспрекословно следовать венговским правилам не собиралась. Она согласилась просто «попробовать».

И вот первый звоночек этого самого «попробовать»: притащила с собой своего зверька! На планету, где можно выбрать красивого, послушного, имеющего хорошую родословную, обученного угождать своим госпожам раба, она притащила необученного наглого инопланетника!

То, что инопланетник наглый, априори следовало из его происхождения. Чтобы убедить Старшую хозяйку в обратном, ему придется серьезно постараться.

— Здравствуйте, госпожа Таисия. Меня зовут Крис, — инопланетная экзотика, стоящий, как и положено, на коленях около своей госпожи, поднял взгляд на Таисию.

Нельзя было не признать, что экстерьер этого наложника очень хорош. Наверное, можно понять девчонку, которая везде таскает его с собой. Медово-смуглая кожа, чуть вьющиеся темные волосы, слишком короткие, конечно, для Венги, но значительно длиннее этих отвратительных инопланетных стрижек. Глаза синие, не просто голубые, а ярко-синие, еще и подчеркнутые чернотой длиннющих ресниц. Нет, он наглый не только потому, что инопланетник, а еще и в силу своей внешности.

«Если у нашего Дома будут проблемы с финансами, можно будет продать одного этого зверька и сразу поправить свое положение» — усмехнулась Таисия про себя.

Анита благоразумно переждала все внутренние монологи Хозяйки после осмотра ее Криса и наконец задала вопрос:

— Госпожа Таисия, вы не будете возражать, если Крис поднимется?

Таисия с некоторым усилием вынырнула из своих мыслей и ответила:

— Конечно, дорогая, можешь разрешить зверьку встать. А теперь пойдем в дом, что-то мы задержались в дверях.

— Благодарю, госпожа Таисия.

Инопланетник легким движением поднялся на ноги, пристроился чуть позади своей госпожи. Он был высоким, конечно, на фоне высоченных венговских мужчин все равно будет выглядеть достаточно мелким, но вместе со своей хозяйкой они смотрелись очень гармонично. Тоненькая невысокая девушка, почти девочка, темноволосая, в легком изумрудно-зеленом платье, и высокий мужчина с фигурой и движениями профессионального танцора, ловящий каждый ее взгляд.

Кстати, с одеждой зверька тоже что-то надо делать. Ничего даже отдаленно напоминающего традиционную гаремную одежду. Все с точностью до наоборот: черные штаны из грубой материи с металлическими заклепками, кожаный ремень, белая рубашка на пуговицах (никаких традиционных запахов!) с длинными рукавами и застегнутыми на пуговицы манжетами.

Дом впечатлял и изнутри. Просторные коридоры, какие-то комнаты, назначение которых для Аниты осталось загадкой, большие окна. Вкус у прежней хозяйки точно был и будущей хозяйке тоже начинало здесь нравиться.

Старшая Хозяйка показала ее новые покои: спальня и гостиная, само собой, ванная, а дальше виднелась еще какая-то дверь, как оказалось, в следующую комнату. Анита тут же решила, что туда можно будет отправлять ее мальчика, если пожалуют незваные гости.

Спальня была просторная, обставленная легкой светлой мебелью. Королевских размеров кровать, столик с тумбочкой рядом, диван в углу и шкафчики вдоль стены. В гостиной стол побольше, стул(один!), камин в стене, перед ним диван и роскошный пушистый ковер на полу, как, впрочем, и в спальне. Но самое большое впечатление произвел вид из окон обоих комнат: вначале виден сад, причем прямо под окном — розы или что-то подобное из местной растительности, потом цветущие лианы, а за ними — лес и краешек какого-то водоема. Нужно будет потом получше разведать окрестности, найти этот водоем, а рядом с домом она вроде бы видела и бассейн. А сад ухоженный, наверное, его любила Старшая Госпожа, а, может быть, Управительница следит и кто-то из рабов явно неплохой садовник.

Вообще Венга такая зеленая, здесь сразу начинает дышаться легче; кажется кощунственной мысль вырубить часть лесов и заменить заводами, открыть здесь полноценное промышленное производство. Нет, вся прелесть Венги именно в ее уникальности и самобытности, а уж как обеспечить себя всем необходимым — это наверняка продумали до нее…

Видимо, Старшая Хозяйка как раз решила, что у наследницы слишком много впечатлений и пора дать ей время самой разобраться в полученной информации, потому что решила распрощаться на сегодня:

— Я пришлю к тебе Эймийлио, дорогая. Он помогает мне с бумагами, сможешь задать ему вопросы, если они возникнут у тебя. Потом он проводит твоего зверька на мужскую половину. Доброго вечера! — Таисия вышла, кивнув Аните.

Дверь закрылась, Анита устало выдохнула:

— Ох, сколько информации! Крис, отомри. Сядь сюда, пожалуйста.

Крис, последнее время изображавший коленопреклоненную статую в углу, сел на диван рядом с хозяйкой.

— Как ты? Живой?

— Послушай, милая, может, мне начать сразу привыкать?

— А, это ты про «стоять на коленях», сесть рядом нельзя? По-моему, это перебор, будем Таисию постепенно переучивать. Пусть поймет, что мой дом — мои правила. Демонстративно нарываться и нарушать устои на публике я не буду, но созерцать тебя исключительно на коленях выше моих сил.

Крис не успел ответить, потому что вошел, очевидно, тот самый присланный Эймийлио.

Похоже, прежняя Госпожа не была поклонницей экзотики, и парень ожидаемо оказался блондином. Но, как ни странно, Аните он понравился. Среднего «венговского» роста, то есть почти одинакового с Крисом, он был изящным, причем не худым, а именно мускулистым, но изящным и стройным. Платиновый блондин (красится он или на самом деле такой цвет?), волосы чуть ниже плеч. Наслушавшись про тридцатилетний рубеж, Анита готова была увидеть семнадцатилетнего мальчишку, ну или, в крайнем случае, двадцатилетнего. Вошедшему было лет 25–27, то есть взгляд уже полностью осмысленный, что ей всегда нравилось в мужчинах. И лицо у него было такое… интеллигентное, что ли? Тонкие черты, серо-голубые глаза. Красив утонченной, непривычной мужской красотой.

«Надеюсь, это свободный мальчик, иначе в моей жизни здесь появится первое большое разочарование. А я и не знала, что мне нравятся блондины.»

Вошедший привычно встал на колени, опустил взгляд.

— Добрый вечер, госпожа. Я Эймийлио. Меня прислала Хозяйка Таисия узнать, что вам необходимо. Также я готов ответить на ваши вопросы, касающиеся финансов Дома.

— Здравствуй… Эмиль! Скажи мне, кто ты здесь и сколько, кстати, всего мужчин сейчас в гареме?

— Госпожа, я был мужем Старшей госпожи. Сейчас я снова в гареме и мою судьбу решаете вы. Кроме меня, в доме есть еще восемь наложников. Все они ждут ваших указаний. Желаете сейчас пройти или посмотреть что-либо другое в доме? Может быть, подать вам сюда ужин?

— Пожалуй, дом я осмотрю потом. Когда вернешься в гарем, донеси до всех мой приказ: со мной прилетел мой мужчина, Крис, трогать его всем запрещено! А сейчас распорядись принести сюда ужин на двоих.

Эмиль дико взглянул на инопланетника, затем совладал с собой, поднялся, коротко поклонился и вышел.

— Кажется, вы шокируете местное общество, госпожа. — Крис изо всех сил сохранял каменное выражение лица, только губы дернулись от сдерживаемой улыбки. — Может, мне все-таки сползти с дивана?

— Сидеть.

— Как скажете. Кстати, ужин на двоих его добил.

Мальчишки («мальки», по-местному) притащили подносы с тарелками и шустро расставили их на столике.

— Милый, закрой дверь, на сегодня время посещений у меня закончено.

Глава 2. Знакомство

— Госпожа, мне, наверное, стоит познакомиться с местным населением. Мужского пола.

— Гарем, то есть, посетить? Подожди меня немного, познакомимся вместе.

— Госпожа, если вы не против, я бы сходил один.

— Хорошо, иди. Кстати, куда идти, ты знаешь?

— Да, я запомнил.

Дверь в гаремный зал открылась. На пороге стояла инопланетная экзотика, про которую сегодня говорил Эймийлио. Приказ новой Старшей госпожи обсуждали до сих пор, а теперь предмет обсуждения заглянул сам. Он с интересом оглядел зал, обвел взглядом присутствующих в нем мужчин. Из противоположного угла к нему быстро направился Эймийлио, объясняя на ходу:

— Это наложник Старшей госпожи, он прилетел с ней. Его зовут Крис.

— А он сам, что, немой? Или с нами разговаривать не хочет?

Крис оглянулся на говорившего. Очередной блондин, здоровый прокачанный трехстворчатый шкаф. Впрочем, на Венге они все такие. Земной мужчина нормального роста и телосложения почувствует себя карликом.

— А ему рот для другого сейчас понадобится.

— Да, смотри, какая куколка инопланетная к нам заглянула. Ну, давай знакомиться!

«Что-то мне подсказывает, что под словом «знакомиться» они подразумевают совсем не то, что я. Кажется, Анита была права. Как и всегда, впрочем. А я сглупил. Идея идти знакомиться самому была изначально провальной.»

Эймийлио с ужасом огляделся:

— Вы с ума сошли! Госпожа запретила трогать своего наложника и приказала ждать ее прихода!

— Послушай, Эйм, мы еще не видели госпожу. Будем считать, что ты замешкался где-то и не успел ничего передать. Кстати, когда мы с ним закончим, можешь тоже попробовать. Надо же соблюдать правила.

— Вы не понимаете, госпожа очень рассердится! — Эмиль не терял на надежды достучаться до старожилов. Ему не верилось, что они решили совершить групповое самоубийство. А судя по развитию событий, все шло именно к этому.

— А он ей ничего не расскажет. Правда же, куколка? Просто дашь каждому по разу, и проблем больше не будет.

— Да обязательно. Всенепременно дам, — Крис огляделся. Четверо против одного. Понятно, что Эмиль не будет помогать своим, он произвел впечатление адекватного человека. Но Крису он помогать тоже не будет. Впрочем, Крис тут же подумал, что тому действительно лучше не лезть в драку. Явственно нарисовавшееся перед глазами зрелище окровавленного избитого парня его не порадовало.

Кто-то подошел сзади:

— Эй, инопланетник, а ты борзый! Ну ничего, мы сейчас… — Крис не стал дослушивать до конца, резко обернувшись и выкручивая руку, опустившуюся на его плечо. На плечи навалились, пытаясь его повалить, потом кто-то ударил в бок. Крис уже не различал нападавших, стараясь удержаться на ногах. Кого-то удалось достать ногой, но все равно этого мало.

«Черт, форма физическая ни к черту… Их слишком много, конечно. Не вырваться, похоже. Пока они больше мешают друг другу, но это только вопрос времени. Черт, лучше бы все закончилось до ее прихода…»

— Что здесь происходит? Всем прекратить, немедленно! — а вот это как раз Анита.

Десятью минутами раньше

Эмиль смотрел на сумасшедшего инопланетника, заявившегося прямиком в гаремный зал. Впрочем, госпожа ведь отдала ясный приказ, проблем возникнуть не должно.

Этот Крис поразил его с самого начала. Во-первых, он был первым встреченным им инопланетником, добровольно прилетевшим на Венгу, а не украденным где-то и доставленным сюда с уже промытыми мозгами.

Во-вторых, его внешность. Тут уже никакое поведение не поможет, такую ярко-инопланетную внешность ничем не замаскируешь. Одежда — отдельный разговор. Он выглядел не как гаремный раб-наложник, а как… равный госпоже? И он, в самом деле, более естественно смотрелся сидящим рядом с госпожой, а не стоящим на коленях около ее ног. Так что, в-третьих, поведение. И взгляд такой, что ни с кем не спутаешь. У Старшей госпожи Вайнгойрт избалованные мужчины, но все равно такой взгляд ни один из них не изобразит.

А сейчас… Кажется, все начало выходить из-под контроля. И сумасшедший вовсе не новенький, а все остальные. Госпожа не могла знать, что у Эймийлио давно не было никакого авторитета в гареме, но он сам понадеялся на здравый смысл остальных. Так вести себя в день приезда новой Старшей госпожи, откровенно проигнорировав ее приказ! Госпожа будет в бешенстве, и все стройными рядами пойдут на рынок… Вернейший путь.

Тут Эмиль взглянул на саму причину раздора и, против воли, восхитился. Экзотически красивый, с надменно вскинутым подбородком. И смотрит так, словно он всех грязью под ногами считает. Явно ведь понял уже, что свалял дурака и попал в сложное положение. Да ладно, сейчас можно забыть все аристократические обороты и сказать просто: в задницу он попал. И Эмиль вместе с ним. Потому что госпожа не станет разбираться, кто прав, а кто виноват, предупреждал он всех или нет.

Не получится по-хорошему, это точно. Парни его не примут. То есть примут, конечно, только он на это не согласен. Есть у этих инопланетников гаремы или нет, но вот конкретно этот ни разу не Нижний. А даже если Эмиль сейчас ему поможет, им не справиться с четырьмя накачанными парнями.

Эмиль испытал что-то вроде удара током, поняв, о чем только что подумал. Собрался пойти против своих, чтобы защитить этого! Наглого, невоспитанного инопланетника, явного любимчика госпожи! Его надо сейчас ткнуть мордой в грязь и повозить, чтобы знал и подольше помнил свое место. Подождать, пока все закончится. А потом он вряд ли будет жаловаться своей госпоже.

Почему-то вспомнились давние события, как его самого принимали в гарем в новом доме. Тоже никого не интересовало, о чем он думал и чего хотел.

«Проклятье, если я сейчас пойду к госпоже, то потом парни меня закопают. Впрочем, в ином случае госпожа убьет всех. Результат один. Пусть, что ли, этому новенькому повезет.»

Эмиль вылетел за дверь, молясь, чтобы госпожу не пришлось долго искать по всему дому.

Глава 3. Правила новой госпожи

Анита заметила то, на что не обратила внимание в прошлый раз: усталые тени под глазами, легкие, еле заметные морщинки в уголках. Вообще Эмиль выглядел уставшим и постаревшим, что было странно для 27-летнего парня. Он стоял пред ней на коленях, опустив глаза и безуспешно стараясь справиться с внутренней дрожью.

— Ну, давай, рассказывай. У вас тут так принято — не выполнять прямые указания Госпожи?

— Госпожа… — Эмиль понимал, что сказать тут нечего. Оправдываться, что он всех предупредил и передал распоряжения Госпожи, но его просто не послушали? Смешно. Госпожа в бешенстве, ее не волнуют их внутренние разборки. Они и так ей были не особенно нужны, а уж сейчас… Новая госпожа — новый гарем. Может, у тех, кто помоложе, и есть какой-то шанс. Но у него его точно нет. 27 лет. Он и своей госпоже был не очень-то нужен.

Просто по политическим соображениям она взяла его мужем, а потом у нее появилось развлечение — выдрессируй новую обнаглевшую игрушку. Тогда он был намного моложе, реагировал на все острее. Он очень хотел понравиться своей жене и занять подобающее место в гареме.

Парню было очень-очень страшно. Анита не сомневалась, что он-то как раз выполнил все ее распоряжения, даже сделал больше. То, что он побежал ее искать и спасать Криса… Перед другими он себя подставил по полной программе. Такого точно не простят. Его даже отпускать в гарем нельзя одного. А вот он себя, похоже, уже похоронил. Понимает, что новой госпоже не нужны «обноски» старой и себя, видно, причисляет к их числу. Ну, насчет остальных он точно не ошибся. И как такой чувствительный аристократический мальчик умудрился выжить в этом террариуме? Дожить до такого преклонного гаремного возраста? Надо будет потом выяснить, сколько он здесь прожил и откуда вообще взялся.

— Тех, кто не выполняет приказы своей Госпожи, ждет одна дорога — в Комнату Прощания. Я не вижу смысла даже их воспитывать, тратить время и силы. Впрочем, есть и второй вариант — продать. В бордель. И Дому польза от вырученных денег, и они смогут делать то, что у них лучше всего получается — штаны снимать на скорость.

Анита взглянула на Эмиля. Кажется, она сейчас со своей речью перестаралась. Наверное, стоило его все-таки раньше предупредить, что он к числу этих наложников не относится. Потому что сейчас мужчина пытался избавить Дом и ее саму даже от расходов на напиток Прощания — у него в глазах уже не паника, они просто мертвые. Блин, откуда же ты такой чувствительный взялся! Хотя… представь себя на его месте.

— Эмиль, ты остаешься со мной! Эль, быстро ко мне подойди, успокойся! Я говорила обо всех, кроме тебя, — Анита не дождалась, пока ее побелевшее недоразумение придет в норму и сама прижала его к себе. Тот уткнулся лицом ей в живот и просто дышал. Молча. Ну, уже хорошо.

Госпожа медленно гладила мягкие светлые волосы, понимая, что даже говорить с ним сейчас бессмысленно. Потом осторожно взяла его безвольно висевшие руки в свои. Руки холодные, точно прощаться собрался.

— Все, все, все, успокойся. Я не знала, что ты так отреагируешь, иначе сразу бы тебе сказала. Ты ничем меня не огорчил, ни в чем не провинился. Ты остаешься. И ты смелый. Мне понравился твой поступок.

— Я смелый? — видимо, слова госпожи его так поразили, что он осмелился заговорить без разрешения.

— Ты смелый. Ты понял, о чем я. Ты понял, что драка будет, и пришел меня предупредить. Хотя знал, что я буду очень зла. И даже не рассчитывал, что именно тебя я прощу.

Эмиль наконец поднял голову, посмотрел на госпожу снизу вверх. Весь аристократический контроль с него слетел, он даже не замечал, что все лицо мокрое от слез. В серых глазах начинает появляться безумная надежда.

Анита осторожно взяла его лицо в свои руки:

— Ну все, мальчик мой! Все закончилось. Отпусти теперь меня. Дай мне сесть.

Эмиль оглянулся, постепенно приходя в себя. Видимо, представил, в каком виде он стоит перед госпожой. Вместо бледности начал приобретать малиновый цвет.

Анита отошла, присела в кресло, поманила мужчину к себе. Осторожно коснулась его мокрой щеки.

— Иди, приведи себя в порядок. Закрой дверь в свою комнату. Я не хочу, чтобы ты сегодня выходил в гарем. Если будешь нужен, я сама тебя позову.

Анита сообщила Таисии о своем решении: всех наложников, что были тогда в гаремном зале, кроме Эмиля, она продает. Продает просто на рынке, от борделя ее отговорил Крис, с таким ужасом воспринявший ее слова, что она почувствовала себя чудовищем.

Впрочем, когда она снова посмотрела на жалко выглядевших парней, то чуть не передумала их вообще продавать. Остановило только то, что если она сейчас себя не поставит как Старшая госпожа, то потом будет поздно. И даже обломав об их спины все имеющиеся девайсы, она подобное не простит. Значит, надо решать сразу. А в новых домах у них будет шанс. К тому же представлять, что Крис каждый день в своем доме будет сталкиваться с теми, кто чуть не вернул его кошмар обратно…

«Всю жизнь ты не сможешь его защищать и ограждать.»

«Всю жизнь, может, и не смогу, но сейчас я сделаю все, что в моих силах.»

Госпожа вызвала Эмиля к себе. Он готовился, позволив себе робко надеяться, что она хочет с ним поиграть и он будет интересен ей сам по себе.

Слишком долго он был боксерской грушей для всего гарема и Нижним Нижнего, чтобы не захотеть вспомнить — каково это — снова быть с Госпожой.

В назначенное время Эмиль осторожно поскребся в дверь ее комнаты, а в душе боролись между собой страх перед ожиданием неизвестно чего от инопланетной госпожи, и безумная надежда снова стать любимой и востребованной игрушкой.

Эймийлио

Мама обещала мне, что я сам выберу себе жену. По крайней мере, она узнает мое мнение.

Но… у нашего Дома были финансовые проблемы. Мама была расстроена. Она больше не спрашивала, нравится ли мне какая-нибудь госпожа, а сам я не осмелился бы заговорить на эту тему.

И вот я, ничего не понимающий и испуганный, направляюсь в новый дом, чтобы стать мужем тамошней Госпожи. Спасибо тебе, Матерь Всего Сущего, что мужем, а не простым наложником. Впрочем, потом я изменил свое мнение. Я не нравился своей Госпоже. Что бы я ни делал, я ей не нравился. За что меня возненавидела моя Госпожа — я так и не понял. Я старался быть идеальным, как меня учили в моем Доме. Зачем было покупать обученного выпускника Джордана, чтобы использовать его… Впрочем, у меня нет права осуждать поступки моей Госпожи. Наверное, за это я и был наказан Матерью Всего Сущего.

«Аристократ», «Он считает, что лучше нас всех» — так меня приняли в гареме. Драться я не умел, по крайней мере, этого умения в моей прежнем Доме не поощряли. А после развлечений Госпожи я бы и не смог отстаивать положенное мне место.

Стоит ли удивляться, что я стал нелюбимой игрушкой Госпожи, на которой хорошо сорвать злость, и мальчиком для битья в гареме? Впрочем, это называется «гаремная подстилка», и да простят в моем бывшем Доме этот язык. Смерть моей жены мало что изменила в этой ситуации, разве что я лишился даже своего формального положения мужа.

Когда сюда прилетела инопланетница, мне уже было все равно.

Видеть перед собой на коленях сказочного принца было… странно, что ли. Приказать ему раздеться — еще более странно и непривычно. Но в его глазах при этом вспыхнула такая откровенная радость, что Анита поняла — она все делает правильно. У принца было очень красивое тело — в меру мускулистое, но не перекачанное, изящное и гибкое, ни грамма лишнего жира. Мускулы играют под гладкой загорелой кожей медового цвета, широкие плечи, красивые подтянутые ягодицы.

«Конечно, это же главный, можно сказать, эротический инструмент гаремных обитателей на Венге, его надо содержать в порядке!» — девушка чуть не хихикнула, вот это точно был бы нервный смех.

Своего Криса ей и в голову не пришло так рассматривать после покупки, хотя вряд ли он бы что-нибудь возразил. Но ее тогда сдерживали все писаные и неписаные правила, а здесь уже начинала действовать атмосфера Венги. И, кажется, парень получает большое удовольствие от того, что госпожа им откровенно любуется. Пожалуй, стоит перейти к делу и начать пробовать на нем разные инструменты.

Первым делом Анита провела по его плечам, проверяя, так ли приятна на ощупь его кожа, как ей показалось. Пожалуй, гладить упругие мускулы под теплой атласной кожей — это еще приятнее, чем видеть. Потом она обрисовала выпуклые грудные мышцы, трогательные бледно розовые соски — наложник держался уже на одном честном слове и на своем Джордановском воспитании. Полуприкрытые глаза, грудь вздымается, дыхание он явно специально контролирует, впрочем, как и другие части своего тела. В качестве эксперимента Анита погладила ладонями его спину, прошлась вдоль позвоночника и остановилась на ягодицах. Погладила упругие половинки, обрисовала расщелину между ними. Кажется, у парня уже начинается гипервентиляция легких. Ах, да, у них же вроде тут правила есть какие-то насчет голых рук госпожи и перчаток? Ну, они сейчас развлекаются не на публике, поэтому все правила побоку! А жертве эксперимента все очень нравится! Кстати, хватит уже парня мучить.

— Эмиль, возбудись для меня! — Эмиль с неизмеримой радостью выполнил приказ.

А теперь можно потрогать очень обрадованного наложника спереди. Какие там дополнительные девайсы, он сейчас взорвется просто от прикосновения! Нет, Анита все-таки себя садисткой не считала:

— Можешь кончить для меня!

В глазах парня столько счастья, благодарного изумления — и он изливается на ковер.

— Это было красивое зрелище, Эмиль. Мне понравилось. Возьми салфетки вон там, приведи себя в порядок, — и Анита не удержалась, взлохматила легкие светлые волосы.

Кажется, Эмиль на нее смотрел как на новое пришествие Богини и казался слегка оглушенным. По крайней мере, кроме: «Спасибо, Госпожа!» он не смог ничего сказать, пока стирал следы недавнего развлечения.

Видимо, он все-таки не до конца пришел в себя, потому что Анитой была пресечена попытка выбраться за дверь как есть, без одежды, и Эмилю было выдано приказание одеться и одеваться после подобных развлечений всегда, если иного не пожелает госпожа.

Глава 4. Инопланетник

Эймийлио, постепенно приходя в себя, направлялся к своей комнате. Возможно ли это — снова вернуть благосклонность Госпожи? Наверняка Матерь Всего Сущего просто шутит над ним, забавляясь нелепыми надеждами. Его обожгло понимание — бессмысленно конкурировать за внимание Госпожи с инопланетником. Хорошо, если сейчас он не поставит Эймийлио на место общепринятым в гареме способом.

Словно в подтверждение тщетности всех мечтаний он увидел направляющегося ему навстречу Кристиана.

Что-то такое Эймийлио заметил в его взгляде, потому что резко свернул в сторону и дернул дверь в свою комнату. Не проверяя, идет ли за ним Крис, он на ходу сбросил рубашку и лицом вниз упал на кровать, стаскивая штаны.

Его страх можно было есть ложками. Загорелая атласная спина выражала безмолвную покорность. Его хотелось и успокоить, и … Крис с ужасом почувствовал совсем другое желание.

«Блин, натурал гребаный! Это что, вообще, было? Он мальчик, если ты сам не заметил!»

«Мальчик» продолжал лежать лицом в подушку. Пальцы чуть дрогнули, вцепляясь в покрывало. Он излучал покорность и страх.

Крис сел на край кровати. Осторожно, словно не доверяя себе, погладил спину. Прихватил какое-то покрывало с тумбы и укрыл ниже пояса.

— Тихо, Эмиль. Успокойся, — он погладил льняные кудри, — все хорошо. Все хорошо, я не злюсь. Я, конечно, ревнивая сволочь, но на тебе не собираюсь отыгрываться.

Что-то он не очень успокаивал Эмиля. Тот даже голову не попытался поднять и лучше ему явно не становилось. Зато Крису самому от поглаживаний красивой шелковой кожи становилось все хуже.

— Ну, я понял, ты решил прикинуться мертвым. Давай-ка пойдем к госпоже. Она тебе все объяснит.

— Крис… — Эмиль смотрел на него со смесью надежды и ужаса, — пожалуйста… Я все сделаю сам! Или ты сделай, что должен… Не надо к госпоже!

— Ты ее боишься? — Крис с досадой понял, что на местного парня слово «госпожа» точно успокаивающе не подействует. Это он сам привык делиться с ней любыми эмоциями, кроме совсем уж личных, а новенький… Вот ведь черт!

Он укутал Эмиля в покрывало, потом передумал, натянул на него штаны, затем снова покрывало, обнял за плечи. Заглянул во встревоженные серые глаза, коснулся волос.

— Послушай, Эмиль… Мы пойдем к госпоже, не бойся, ты ей нравишься. Ты ничем ее не огорчил со времени ее приезда, спас мою задницу, ты очень хорошо справляешься с работой. Еще ей нравится твой характер и нравишься ты внешне. К сожалению, мне ты тоже нравишься. Во вполне определенном смысле. Вот этого я от себя не ожидал. Поэтому поосторожнее со своими «позами покорности». Госпожа мне не простит… да и я себе не прощу насилия!

Эмиль начал успокаиваться, но поднял на него по-прежнему недоумевающие глаза:

— Ты Верхний. Ты можешь так поступать. Я не буду сопротивляться. Если разрешишь, я сделаю все сам. Только не бей.

— Черт тебя побери! — Крис сграбастал его в объятия, чуть не задушив несчастным покрывалом. — Госпожа нам точно нужна!

Анита уже собиралась ложиться спать, решив, что на сегодня впечатлений ей хватит. Но, видимо, она ошибалась и запас еще остался, потому что в дверь вежливо постучали и на пороге у нее возникло видение: Крис, держащий Эймийлио почти подмышкой. Причем последний, хотя и выглядел испуганным, попыток вырваться не делал и, кажется, никаких повреждений не имел. Больше всего это напоминало кошку, притащившую в зубах котенка. Причем кошка какая-нибудь большая — леопард или хотя бы рысь.

На волне этих мыслей Анита весело поинтересовалась:

— И что у вас случилось, мальчики?

Ей ответил Крис:

— Госпожа, у нас небольшое недопонимание. Я понимаю, что уже поздно, но если вы уделите нам немного времени… Кажется, Эмиль боится вас больше, чем меня. Но меня он тоже боится. А еще он считает меня Верхним и, кажется, хочет, чтобы я это подтвердил. Самое странное, что я вроде и не против…

Эмиль смотрел на мужчину их новой Госпожи. Высокий, что удивительно для инопланетника, немного выше его самого. Гораздо массивнее его и, без сомнения, опаснее. Достаточно вспомнить, что он даже не подумал прогнуться перед прежним гаремом, а сразу полез в драку. А еще очень красивый. Причем именно той экзотической красотой, которую так ценили на Венге. Будь он просто инопланетником, прилетевшим самостоятельно, то не мог бы считать себя в безопасности ни на минуту даже в Космопорте. Смуглая кожа, пронзительно-синие глаза, черные вьющиеся волосы… У Эмиля было представление об инопланетных мужчинах, подчерпнутое из контрабандных фильмов, что они носят короткие стрижки. Этот был почему-то с волосами до плеч, и это ему безумно шло.

А еще у него был такой надменный взгляд, который Эмиль никогда не видел у мужчин, только у Старших госпожей.

Эмиль сейчас даже не мог представить, что этого надменного инопланетника могли разложить в гаремном зале, как и любого новичка. Это было просто невозможно!

— Что, Эль, жалеешь, что спас тогда мою задницу? — инопланетник смотрел на него странно — ласково-насмешливо. И, в то же время, он спрашивал как будто всерьез.

Эмиль попытался найти достойный ответ, но Кристиан продолжил сам:

— Я тебе благодарен. Правда.

— Ну, и что теперь мне с вами обоими делать?

— Честно? Не знаю, — ответил Крис. Эль меня боится. Да, я знаю, что я ревнивый, но не думал, что это так заметно со стороны. Когда я сюда приехал, то принял все правила Венги. Ну, по крайней мере, вменяемые правила. А то, что у моей госпожи будет другой мужчина или мужчины — я к этому был готов еще на Земле. То, что это Эмиль, меня даже радует в какой-то мере.

Анита посмотрела на Кристиана, озвучивающего нереальные для континентального мужчины вещи. И он действительно так думал и ни в чем ее не обвинял.

— Скажи, тебе Эмиль нравится?

— Да. И я что-то не знаю, что мне с этим делать.

— А он тебя боится, потому что не знает, чего ждать. Ты его Верхний, и он делит с тобой госпожу. Для венговского парня это веский повод для опасений. Для тебя совсем неприемлимо быть ему на самом деле Верхним?

Крис точно такого не ожидал. Он просто уставился на свою хозяйку, пытаясь понять, где именно он ослышался. Анита улыбнулась:

— Да, ты слышал именно то, что я сказала. И я знаю, что ты будешь бережен и осторожен, а для Эмиля такие отношения в порядке вещей.

Так и не ответивший ничего Кристиан взглянул на Эмиля. Тот смотрел на него как-то странно. В его взгляде было и опасение, и любопытство, и предвкушение, и, кажется, даже обида от того, что Крис все еще сомневается.

Кажется, все его толкают на что-то совершенно невозможное…

— Госпожа, а вы будете смотреть?

— Я могу уйти, точнее, вы можете уйти сейчас из этой комнаты, но тогда ничего не решится. Подойди-ка ко мне, — Крис приблизился, и она продолжила вполголоса — ты его хочешь?

— Думаю, вы уже сами догадались, госпожа. Я, вообще-то, сам в шоке, до сих пор выдохнуть не могу.

— А он?

— Я надеюсь. Хотя его так запугали… Честно говоря, я сам больше всего бы хотел это знать. Насильником я никогда не был и становиться не собираюсь.

— Ну, значит, соблазняй! Сама не могу поверить, что руковожу процессом соблазнения одного своего мужчины другим, — Анита прыснула, уже не сдерживаясь, — извиняет меня только то, что здесь подобное в порядке вещей.

Крис посмотрел на Эймийлио:

— Эль, ты согласен? Ты вообще хочешь этого?

Чего он не ожидал, так это светлой улыбки на губах Эймийлио:

— Да, Верхний. Я этого хочу. А если госпожа будет смотреть, это большая честь для меня.

— Все-таки вы все здесь странные… и я, кажется, тоже уже надышался местным воздухом, — пробормотал Крис, уже смиряясь с тем, что сейчас он совершит самый странный и дикий для себя поступок.

И он старался! Столько нежных слов Анита от него в жизни не слышала, а учитывая, что адресовались они парню… Ей в какой-то момент даже стало завидно.

— А мне ты таких красивых слов не говорил! — нарочито обиженно обратилась она к Крису.

— Да я боялся, что соблазню вас ненароком, — лукаво улыбнулся тот.

— Ух ты ж, заботливый какой! А теперь, значит, не боишься?

Слегка пришедший в себя Эмиль постарался отползти в уголок, внимательно всматриваясь в лица своей госпожи и Верхнего.

— Ладно, шучу я. Ты мне ребенка пугаешь

Глава 5. Традиционные и нетрадиционные развлечения на совете

На заседание Совета Аните не хотелось ехать от слова «совсем», но она прекрасно понимала, что это абсолютно неправильная позиция: здесь либо ты присутствуешь на Совете, либо отказываешься от этого вообще. Учитывая, что это место же будет не вернуть и желающих на него найдется уйма — в общем, Старшая Хозяйка ее придушит или отравит и будет абсолютно права. Что же, вполне логично, что ее «наследство» предполагает не только приятные приобретения, но и обязанности, некоторые из которых достаточно неприятны. Она не особенно обольщалась насчет того, что своим голосом сможет повлиять на принятие решений Совета, но хотя бы быть в курсе всех решений и ближайших планов — это тоже полезно.

Пожалуй, на предстоящем мероприятии ее больше всего беспокоила собственная реакция на традиционные развлечения на Совете. Хотя…а почему бы не предложить собственный вариант? И она сама будет беспокоиться о своих наложниках, а не переживать за чужих, и местных дам отвлечет, предложив им «бескровный» вариант развлечения.

На самом деле эту идею подал Кристиан, нахально заявивший недавно:

— Только смотреть, руками не трогать! — он был так серьезен, когда ставил условия, но весь эффект испортило веселье в глазах.

— Ах ты ж, самоуверенный нахал! Ты действительно считаешь, что я не смогу удержать руки от тебя? Поспорим? На что тогда?

— Ну, что вы, разве я смогу что-то требовать от госпожи? Вы просто признаете, что я был прав.

Так что Анита пообщалась с другими госпожами — и программа вечера была полностью продумана. Айрин Вайнгойрт будет счастлива — в этот раз она избавлена от своей «обязательной развлекательной программы» на Совете.

Впрочем, Кристиана на самом деле никто не собирался заставлять «отрабатывать», он сам посмеялся и сказал, что за свои слова он отвечать полностью готов.

— Предлагается соревнование — кто из наложников быстрее возбудит госпожей, сняв при этом с себя как можно меньше одежды. И, конечно, правило: на них можно только смотреть, руками не трогать! — Анита усмехнулась, поймав взгляд Криса. «Подожди у меня, самоуверенный нахаленок! Руками не трогать! Смотри, вообще трогать не буду — еще попросишь!» — впрочем, она прекрасно сама понимала, что шутит, и на самом деле нисколько не злится.

Госпожа 37 Дома обещала стриптиз в исполнении своего красавчика-инопланетника! Такое приглашение моментально собрало зрительниц.

В центр зала вышел гибкий темноволосый мужчина, явно осознающий свою красоту и необычность. Темно-бордовая рубашка и узкие черные брюки только подчеркивали его экзотическую внешность. Он оглядел зал и хмыкнул:

— А где шест? Не подготовились, — потом посмотрел в конец зала, — хотя этот вполне подойдет.

Он медленно, словно приглядываясь, направился к шесту, взялся за него рукой и обернулся к залу, улыбаясь лукаво и предвкушающе. Незаметно началась музыка, обволакивая зрительниц и постепенно настраивая их. Брюнет подошел к шесту вплотную, прижался, потом отступил, обнимая себя руками, встряхнул волосами, вызвав непроизвольный вздох у присутствующих, и начал неторопливо расстегивать рубашку.

Пуговицы расстегивались, открывая рельефные плечи, смуглую гладкую кожу груди с торчащими темно-розовыми сосками и скульптурные мышцы пресса. Мужчина обманчиво-расслабленным движением вытащил полы рубашки из-под ремня брюк, расстегнул манжеты рукавов и, еле заметно улыбаясь, стянул рубашку, роняя ее на пол. Внезапно от его медлительной расслабленности не осталось и следа, он акробатическим прыжком взлетел на шест и съехал вниз, оказавшись в стойке на руках. Музыка уже давно заставляла зрительниц отбивать ритм, не отрывая глаз от сцены.

Госпожа 19 Дома выставила рыжеволосого парня, наверное, не старше двадцати лет. Вначале, вредничая, Анита то и дело посматривала на рыжеволосого с преувеличенным вниманием. Рыжий парень был красив. Он красиво двигался, умело преподносил прокачанное скульптурно вылепленное тело, медно-рыжие длинные волосы, волной взметнувшиеся вокруг головы и заструившиеся по спине. Темно-зеленая рубашка красиво оттеняла цвет волос. Но ему не хватало энергии, мужской харизмы. А ее парень был зажигалочкой и соблазнял он в первую очередь ее саму. Поэтому Анита бросила игру и откровенно залюбовалась своим. Он моментально поймал ее интерес, расцвел, словно засветился изнутри.

Крис не боялся этих женщин, хотя любой нормальный мужчина должен был бы опасаться толпы возбужденных венговских женщин под вейдже. А он словил кураж и искренне наслаждался своим выступлением. Взгляд смущенно опущен вниз, потом он поднимает голову и на лице постепенно расцветает такая яркая, мужская, предвкушающая улыбка, что у его хозяйки возникает только одна мысль: надо хватать и уводить отсюда, потому что потом будет не вырвать

— Еще? — он подошел к женщинам, сидящим ближе всего к краю сцены.

Анита молча давила смех, понимая, что теперь неизвестно, кого и от кого надо спасать. Определенно, жительницам Венги еще не попадались такие наглые мужские экземпляры, откровенно наслаждающиеся своей привлекательностью.

Рыжий парень был явно расстроен, что идея с шестом не пришла ему в голову первому. Чувствуя, что соперник перехватывает инициативу, он повел плечами, одновременно демонстрируя эффектные мускулы и стряхивая рубашку. Контраст белой-белой кожи, как у большинства рыжих, и неожиданно яркой медной гривы, струящейся до пояса, завораживал.

«Ну, старайся, старайся, дорогой, сам вызвался! — ехидно подумала Анита. — Победа не будет легкой. Впрочем, зрительницы от этого только выиграют. Мы тоже хотим наслаждаться зрелищем достойных соперников, а не избиением младенцев.»

Крис тоже уже избавился от рубашки и сейчас картинно замер, раздумывая, что снимать дальше. Выбор был невелик.

Он скромно отвернулся от зрительниц, взялся за пояс брюк, потом повернулся. Вообще-то у инопланетных брюк еще и ремень есть, который он сейчас вытянул из шлевок и бросил на пол, довольно улыбнувшись.

Соперник снова встряхнул волосами, потом перекинул рыжую волну на одно плечо, замер фарфоровой статуэткой. «Красивый, красивый!» — Анита послала ему ободряющий взгляд, любуясь молочно-белой кожей, обливающей рельефные мышцы, и розовыми горошинками сосков.

Тот просиял, ловя заинтересованные и поощряющие женские взгляды, искоса взглянул на свою госпожу, чтобы убедиться, что она тоже довольна. Видимо, все это его воодушевило, потому что черные шелковые штаны стали осторожно спускаться вниз, кажется, даже без помощи рук, просто волнообразными движениями бедер. Это было похоже на танец живота танцовщиц земного Востока; его мужской вариант тоже впечатлил зрительниц.

Кристиан постоял несколько секунд, словно в задумчивости, потом спокойно расстегнул брюки и быстрым движением сбросил их. Анита не ожидала от него такой прыти и завороженно уставилась на своего мужчину.

Ничего себе, выдумщик! Под брюками обнаружилось очень интересное сооружение из металлических цепочек… ну, в принципе, больше всего это напоминало мужские стринги, прикрывающие стратегически важные места. «Это ты на досуге трусы себе из скрепок плел, можно сказать, последний оплот честного мужчины?» — Анита не могла решить, то ли ей сейчас умереть от смеха при виде такого чуда креативной мысли, то ли здесь же и выпороть соблазнительно выставленную задницу. Судя по реакции окружающих, вначале тоже замерших, а потом грохнувших смехом и возбужденными возгласами, их посетили похожие мысли.

— Ну что, сойдемся на ничьей? Я думаю, это справедливо, учитывая, что вот это хитрец свою последнюю одежду снимать не будет. Впрочем, я ему и не позволю, потому что он весь принадлежит мне. Твой парнишка мне очень понравился, и если бы кое-кто не сжульничал… Впрочем, наказывать я его буду сегодня сама.

Кристиан оглядел зал, прикусывая губу, чтобы не смеяться, легким движением упал на колени и так проскользил к ногам хозяйки, обхватил их и довольно пристроил голову у нее на коленях.

Уходили они, провожаемые восхищенными взглядами и завистливыми шепотками.

Как и задумывалось, на Совете сегодня насытились зрелищем без крови. Конечно, традиционные развлечения никто не отменял, но запал уже почти кончился. Сегодня многие мужчины получат свою долю внимания от госпожей, уж этому-то можно поверить.

— Да ты у меня сейчас звезда местного масштаба! — обернулась Анита к Кристиану. — Смотри только, чтобы тебя, звезду такую, никто выкрасть не решил!

— Не беспокойтесь, моя госпожа, вернут, да еще приплатят, чтобы вы назад взяли.

— Ну-ну. Да ты, оказывается, оптимист. Ну, пошли, наконец, домой, наказывать тебя буду. Пока не знаю, за что, но по дороге придумаю.

— Да, и ведь это я еще почти выиграл… страшно представить, что было бы, если бы я проиграл, — в скорбь на лице Кристиана можно было почти поверить.

— Да, абсолютно бесправен, несчастный, сама тебе сочувствую. А откуда это чудо дизайнерской мысли, сам сплел, что ли? Кстати, у мальчишки не было никаких шансов, хорошо, что он этого не знал с самого начала. А тебе же понравилось. Вот по глазам вижу, что понравилось!

— Госпожа, вы же сами поняли, что соблазнял я вас, а другие госпожи… просто попали в поле зрения, побочный результат! А мой предмет туалета — уж извините, но это мой секрет.

Когда они вернулись, первым был встревоженный взгляд Эмиля, казалось, ощупывающий Криса на предмет возможных повреждений и, в то же время, ловящий на лице госпожи малейшие признаки раздражения и недовольства.

— Выдохни, Эмиль. Мы вернулись, живые и здоровые. Вот эта вот язва ходячая и дизайнер нестандартных частей туалета все сделал замечательно! Думаю, что в следующий раз мы и тебя с собой возьмем. Подозреваю, что на следующем Совете с нас попросят тоже какое-нибудь развлечение.

Глава 6. Наказание

Новой Старшей Госпоже начинало нравиться на Венге. Конечно, освоиться очень помогла Таисия, напрямую в этом заинтересованная; Эймийлио был просто ходячей энциклопедией местных правил и с готовностью отвечал на вопросы своей госпожи, в то же время стараясь незаметно подсказать Кристиану правильное поведение.

Ее дом не входил в первую десятку ни по знатности, ни по политическому влиянию, ни по богатству, но, возможно, это и к лучшему. Аристократическая бедность им, к счастью, не грозила, в последнем политическом скандале дом замешан не был; он находился где-то посередине, то есть место в Совете у Старшей Госпожи было, но получать высочайшее разрешение на какие-то перемены в личной жизни или быть эталоном поведения от госпожи не требовалось.

Опасения, что она здесь не приживется или с Крисом произойдет что-то плохое, постепенно сходили на нет, тем более, что и самому объекту ее беспокойства здесь нравилось.

Но, видимо, все не может быть слишком хорошо, а Матерь Всего Сущего любит жертвы.

Эймийлио

Я был в своей комнате и услышал крик. Кто здесь у нас мог кричать? Причем это не малек, а взрослый мужчина. Мне показалось, что голос похож на Криса. Но я раньше никогда не слышал, чтобы он повышал голос, а тут дикий крик, полный боли и ужаса!

Все это я додумывал уже по пути, выскочив за дверь и соображая, откуда доносятся звуки. Сейчас уже все стихло. Может, из комнаты наказания? За что госпожа Анита могла наказать своего наложника, да еще и так жестоко?

В комнату я почти влетел и сразу увидел скорчившегося в углу голого мужчину. Темные волосы — это Кристиан! Он молчал, сжавшись, подтянув колени к животу, только хрипло и тяжело дышал. Я бросился к нему, попробовал обнять за плечи:

— Крис, что случилось? Тебя наказали? Как? — он повернул ко мне мокрое лицо, губы закушены до крови, в глазах такой ужас! И еле выдавил:

— Больно… Эль, что это?

Судя по тому, что он руками пах прикрывает и корчится от боли, вот и сейчас его буквально выгнуло… Змеиный яд! Кто-то из госпожей его так наказал — намазал змеиным ядом и, похоже, воды плеснул. Это же адская боль, я-то знаю! Что же я жду-то, надо иши нести, мог бы сразу догадаться.

Поднимаюсь — и вижу госпожу Таисию, которая, оказывается, так тихо у стены стояла… А я даже по сторонам не смотрел, сразу Криса спасать кинулся. Перед госпожой даже на колени не встал, а сейчас… да поздно уже сейчас! Да, ждет меня сегодня то же самое — со змеиным ядом — за неуважение к госпоже.

Ладно, это все — потом! Сейчас Крису надо помочь, пока он с ума от боли не сошел.

Я снова вылетел за дверь, вспоминая, где у меня лежит заначка иши, и чуть не налетел на нашу госпожу! Матерь Всего Сущего, спасибо, что я вовремя заметил и остановился, страшно подумать, что было бы, если бы я ее толкнул!

Видимо, госпожа Анита тоже слышала крик и спешила. А увидев меня, первым делом спросила:

— Эмиль, что случилось, кто кричал?

— Госпожа, Криса наказали, это змеиный яд, я пошел за иши. Пожалуйста, разрешите мне, я сейчас… — с этими довольно бессвязными словами я унесся в сторону своей комнаты, по дороге подумав, что наша госпожа может сейчас убить госпожу Таисию…

Крис

Что-то я расслабился и перестал вести себя в этом новом доме как в тылу врага, за что и поплатился. Шел по коридору, погруженный в свои мысли, и чуть не столкнулся со Старшей Хозяйкой — Таисией. Я, видимо, в этот момент вообще соображал плохо, потому что, вместо того, чтобы сразу на колени падать, некоторое время тупил, глядя на нее и соображая, как я должен поступить. И дождался — мне сказали: «Иди за мной!» и, естественно, пришлось последовать приказу. Когда мы подошли к комнате наказания, я понял, что происходящее мне очень не нравится. Я догадывался, что нарушил, наверное, не одно местное правило, и мне стало очень неуютно. Вроде бы до этого я как-то женщин и не боялся, а тут посетили очень нехорошие предчувствия. Но не буду же я хвататься за дверь, молить: «Тетенька, только не бейте меня!» или, того хуже, требовать позвать мою хозяйку. Я же, вроде, взрослый мужчина, вытерплю наказание, которое заслужил.

Таисия приказала:

— Раздевайся и на колени!

Проклятье, может, идея позвать госпожу была не так и плоха? Ну да, опозорился бы, как трусливый малек, но хоть при Аните та бы не зверствовала. Но все, опоздал уже. Сейчас Хозяйке противоречить — это уже настолько откровенное неуважение… и госпожа не спасет.

Раздеваюсь, встал на колени. Таисия достала какой-то пузырек и мазнула мне по члену. Вроде бы вначале я ничего не почувствовал. А потом она плеснула мне туда воды…

Как я тогда орал! Такой боли я никогда не испытывал — как будто все огнем загорелось, я в первый момент даже дыханием подавился от боли, а потом что-то кричал. Не помню — что, вообще ничего не помню, кроме дикой боли, от которой не знаешь, куда деться. Я будто ослеп, никого не видел, ничего не соображал, только боль везде.

Что-то я кричал, недолго, но, видимо, громко, потому что вбежал перепуганный Эмиль.

Анита

Крис был в невменяемом состоянии, он меня, кажется, и не узнал. Абсолютно голый, пытается как-то свернуться, закрыться, потом его от боли выгибает… Похоже было на какой-то страшный припадок и, главное, все — молча! Только хрипло дышит и губы кусает, уже кровь из уголков рта течет. Я даже не знаю, что делать, как подойти, сама чуть с ума не сошла от страха. Хорошо, что забежал Эмиль, буквально влетел в дверь и проскользил, по-моему, от самой двери на коленях к нам. Сует мне баночку иши и говорит, что надо смазать. Как смазать, если Крис в комок буквально свернулся? Вы пробовали развернуть сильного мужчину, когда он этого не хочет и, по-моему, просто меня не узнает и не понимает, что я говорю?

— Крис, Крис, успокойся! Сейчас Эмиль поможет, будет не больно! Только ты развернись, руки убери. Послушай меня, чем ты дольше ждешь, тем больнее будет! Ну, дай тебе помочь! — я уже не знаю, что говорить, силой, что ли, его держать? Только у меня не так много сил, даже вдвоем с Эмилем не справимся.

Тут, к счастью, Крис всхлипнул, задрожал и как будто обмяк. Я даже не знаю, может, и сознание потерял, но хотя бы Эмиль со своими баночками смог до него добраться.

Иши помогло. Не зря это средство бешено дорогое даже здесь и почти не известно за пределами Венги. Эмиль очень вежливо выпроводил меня из комнаты, когда стало понятно, что Крис приходит в себя и боль, вроде бы, прошла: «Госпожа, госпожа, ему уже лучше, давайте я приведу его в порядок, не надо вам на это смотреть».

Крис в тот день еще даже успел поприветствовать Старшую Хозяйку по всем правилам идеального раба: на коленях, опустив глаза, с лицом, абсолютно не выражающим никаких эмоций.

А наутро он не смог встать с кровати. Опухли руки, ноги, выкручивало суставы и даже дышать было больно.

— Лимфоузлы, — сказал срочно вызванный лекарь, — возможно, так организм реагирует на стресс. А возможно, это аллергия. Он не ел никакой непривычной пищи? На всякий случай я дал ему антигистаминное.

Не слишком-то он успокоил Аниту.

«Это я бы и сама могла — дать антигистамин. А что же делать, если не поможет? Похоже, первая догадка как раз верная — стресс.»

Таисия чувствовала себя не очень хорошо — в этот раз она ошиблась. Невзирая на свой возраст — ведь уже не глупая девчонка только после лагеря госпожей, на свой немалый опыт… Зачем она решила переделать этого инопланетника, перевоспитать его? И ведь он вел себя на удивление адекватно; по рассказам подруг, у которых недолгое время (главное слово здесь — недолгое!) были в гаремах инопланетники, те совсем безнадежны и необучаемы. А этот старался, и госпожу свою он ни за что бы не подставил, все бы ради нее сделал.

Действительно, на нее какое-то затмение тогда нашло, еще и яд испробовала — даже для привычных зверьков жесткое наказание. Что она будет делать, если зверек умрет? Мало того, что он еще даже месяца на Венге не пробыл и от ДИСа проблемы будут, так ведь с таким трудом найденная наследница тогда точно с ума сойдет.

С Таисией давно не случалось такого, чтобы здравый смысл ей изменил. Самой, что ли, захотелось этого зверька повоспитывать и сломать? Может, зря она давно не притрагивалась к наложникам, надо выбрать какого-нибудь зверька себе по вкусу и поиграть.

А этот… Он вызвал у нее невольное уважение тем, как вел себя после наказания: глаза в пол, голос идеально ровный, без эмоций, положенное обращение от зубов отскакивает, на колени мгновенно опускается — и при этом она не так глупа, чтобы не догадаться, что это игра на публику. И так играть он будет столько, сколько нужно. Хитрый зверек, опасный. Но в ее положении — нужный.

Анита

Я сидела у постели своего парня, напряженно прислушиваясь к его дыханию и снова боялась до него дотронуться, чтобы не причинить боль. Как кошмар, вспоминаю тот момент, когда я посмотрела на него — а его лицо на глазах опухает, раздувается, глаза становятся как щелки… Но таблетки помогли, вроде бы отек спадает, хорошо, что он в сознании, не надо думать, очнется или нет. Хотя, может, и плохо, что в сознании — уже который раз меня саму отдохнуть отправляет:

— Госпожа, идите отдохните, и Эмиля прихватите, вы уже оба так выглядите — краше в гроб кладут. А со мною все нормально, уже лучше намного, полежу, может, засну. Идите, идите!

А Эмиль, правда, уже испереживался весь, вначале он просто около меня сидел, потом тоже стал осторожно выпроваживать. Я на него посмотрела — ох уж эти блондины, кожа тонкая, сразу по его лицу с черными кругам под глазами заметно, что он не спал уже давно. Надеюсь, я хотя бы выгляжу получше.

Вроде бы Крису все-таки лучше стало, пойду, и правда, отдохну. Последний день выдался — ни одному врагу не пожелаешь!

Когда я зашла в свою комнату, в дверь осторожно поскреблись, а потом просочился Эмиль и выдал мне такое…

— Госпожа… — Эмиль уткнулся лицом мне в колени, словно боялся посмотреть в лицо — Я прошу вас… когда вы будете уезжать, усыпите меня.

— Эль? Ты что? Что ты такое говоришь? Я не уеду теперь просто из принципа. И Крис… Я надеюсь, он тоже не захочет уехать.

— Все же, госпожа, пообещайте мне — теперь он смотрел мне прямо в глаза, видимо, уже перейдя эту грань между страхом. И если кого-то из рабов и правда можно было называть «звериками» и постельными игрушками — они сами с радостью выбирали эту роль — то Эмиль понимал слишком многое. Он все понимал и заранее все прощал.

— Хорошо, — решилась наконец я. — Я обещаю тебе, что если ничего не получится и я уеду, то я не брошу тебя. Я сама тебя усыплю. Уж это-то я могу тебе пообещать.

— Спасибо вам, госпожа… — он действительно выглядел успокоившимся.

Анита и Крис

— Госпожа, я для себя все давно решил и поэтому поехал сюда с вами. Я не собираюсь истерично проситься назад, как только что-то случится. К тому же я сам виноват, ступил. А вы всегда меня защищаете. Я даже по меркам нашего мира себя слишком вольно веду.

— И с кем ты сравниваешь?

— С рабами. Вы купили меня тогда, не продали, когда вам предлагали вдвое или втрое больше, — Крис усмехнулся, вспоминая тот давний услышанный разговор и «постоянного клиента», — пережили все мои истерики и никогда ни в чем не упрекнули. Я никогда не услышал от вас слова «шлюха», хотя таковым являлся, да и являюсь по сей день. Не бывает бывших шлюх… Вы подарили мне свободу и дали документы, с которыми можно начать жизнь заново.

— И ты решил начать ее на Венге. Мальчик мой, у тебя очень специфическое чувство юмора. И то, что ты считаешь себя обязанным…

— Не считаю, госпожа. Просто люблю. Хочу быть с вами, пока не выгоните, — такой вот у них разговор получился, когда один другого перебивал и заканчивал начатую фразу, — А приключения на свою… хм, голову я везде находил, независимо от планеты, вам ли не знать!

— Я тоже тебя очень люблю. Просто знай, что безвыходных положений не бывает и твое согласие поехать сюда вовсе не означает, что назад хода нет. Меня здесь тоже ничего не держит. Вот только, — Анита горько вздохнула, вспомнив недавний разговор, — Эмиль просил усыпить его, только не бросать, если мы уедем…

— Ну вот, уже есть один повод остаться. Я не прощу себе, если из-за меня его не станет. И вы тоже себе не простите.

— Значит, справимся. Значит, все будет хорошо. Кстати, я с Таисией поговорила.

— Ох, блин… Она хоть жива? Не стоило бы, наверное. Я знаю, что сам виноват, безобразно распустился. Она в своем праве была, когда наказывала.

— Я тебя сюда привезла не для того, чтобы всякие на тебе свои методы пробовали и перевоспитывали под себя. Я сказала, что мы идем в комплекте — или вместе, или никак.

Кристиан

Я смогу быть идеальным. Я делаю это ради моей девочки. Я даже не ей обещал — себе. А если Таисия не будет специально придираться — то я просто образцовый раб: «Подчиненный должен иметь вид лихой и слегка придурковатый…». А эмоции я ей вообще никакие не обязан демонстрировать. Я тоже умею быть… сукой.

Глава 7. Кристиан и Эмиль

После всех своих приключений логично было бы предположить, что Кристиан забьется в угол и будет переживать произошедшее; но нет — он напомнил своей госпоже про обещанное развлечение на следующем Совете и пообещал, что никто не соскучится.

— Не передумал, мой хороший? — Анита выдохнула в волосы Криса.

— Нет, госпожа, — тот улыбнулся почти самодовольно.

— Чего же ты там надумал, похоже, будет интересно?

— Даже не сомневайтесь, — мурлыкнул Крис, — наслаждайтесь зрелищем! — и быстро вышел из комнаты.

В зал Совета зашел темноволосый мужчина, буквально толкая перед собой испуганного блондина, так что показалось, что тот сейчас вылетит на середину зала.

Блондин дернулся и попытался вырваться, но брюнет одной рукой заломил ему руку за спину, а другой жестко вздернул за волосы, одновременно ставя на колени. Затем надавил светловолосому парню на плечи, пригибая его к полу и заставляя почти принять упор лежа. Парень вскинулся, приподнимаясь на руках, но брюнет снова уложил его на пол и придавил спину коленом.

Взгляду предстала классическая картина, наполняющая сердца зрительниц предвкушением: агрессивный мускулистый брюнет и изящный блондин, испуганно — настороженно смотрящий на него.

— Поднимись и раздевайся!

За день до этого

— Эль, подыграешь мне? — Кристиан осторожно дотронулся до плеча своего собеседника. Сейчас он и сам сомневался в успехе своей авантюры. Идея, такая яркая еще недавно, почему-то перестала казаться таковой, когда он представил ее исполнение в деталях. — Я хочу устроить госпожам представление и начать хотел жестко. Но если ты не захочешь участвовать, госпожа на тебя не рассердится.

— Госпожа захотела поиграть? — у Эмиля почему-то охрип голос.

— Да, она хочет без крови, но чтобы было захватывающе, — лучше пусть это будет наше представление, чем кого-нибудь из парней на самом деле заиграют. Но если ты откажешься, она просто не будет об этом упоминать. Черт, я, кажется, уже сам ищу повод отказаться…

— Я согласен, — твердо ответил Эмиль, — доставлять удовольствие госпоже — ради этого я живу. А тебе я доверяю. А вообще-то ты первый, кто спрашивает моего согласия.

Крис обнял его, шепча в ухо:

— В любой момент, если ты захочешь, все можно будет прекратить, я устрою. Не пугайся только.

Эмиль приспустил рубаху, отработанным движением снимая ее. Выпутаться из штанов ему помог Крис, зайдя сзади и оглаживая спину и ягодицы, сам оставаясь при этом полностью одетым. Он замер на мгновение, давая возможность насладиться зрелищем: обнаженный светловолосый мужчина со словно светящейся медовой кожей в руках полностью одетого брюнета.

— Теперь помоги мне раздеться.

Эмиль осторожно взялся за рубашку Криса, расстегивая пуговицы, но не снимая ее полностью. От зрительниц уже пошла волна желания, многие потянулись к своим рабам.

Похоже, наличие свидетелей этих двоих уже нисколько не смущало, поэтому Анита перестала беспокоиться за хрупкую психику своих мужчин и решила наслаждаться зрелищем. Сейчас, даже зная, что они оба принадлежат ей, очень хотелось выставить всех посторонних и тоже включиться в игру, настолько «вкусно» и возбуждающе было подано это развлечение.

Незаметно градус агрессии снижался и инопланетник уже обвивался вокруг своего партнера в самых неожиданных позах, то оглаживая плечи и спину, то нежно проводя ладонью по скуле, коротко целуя в шею и неожиданно спускаясь губами ниже, выцеловывая дорожку позвоночника; обнял сзади за талию и развернул лицом к себе, задержавшись руками на груди Эмиля, накрыв ладонями его соски и перекатывая их между пальцами. Плавные, хищные движения верхнего мужчины — и осторожно — боязливые нижнего, словно пробующего границы дозволенного и постепенно смелеющего. Эмиль сдерживался изо всех сил, кусая губы и стараясь делать это незаметно, пытаясь контролировать дыхание.

Ошибиться было невозможно: двое любят друг друга. То, что они делают — по взаимному согласию и желанию и доставляет им обоим удовольствие. И, наверное, нижний даже получает этого удовольствия больше — судя по его расфокусированному взгляду, пылающему на щеках румянцу, так заметному на нежной коже блондина, попыткам сдержать стоны.

Эмиля уже потряхивало от возбуждения и от всей ситуации. Он до ужаса боялся этих развлечений на вечеринках, а уж быть «главным блюдом» на Совете — вообще его самый страшный кошмар. А сейчас… Здесь его госпожа, он нравится ей, на него смотрят другие госпожи и откровенно любуются их представлением. И его партнер — не выбранный специально мужчина, который будет издеваться над ним на виду у всех, а его Верхний. Кажется, Матерь Всего Сущего собрала все счастье, которое причиталось Эмилю, да еще и добавила авансом.

Внезапно Кристиан сделал страшное: он опустился на колени пред Эмилем и осторожно дотронулся до его уже давно каменно стоящего члена. Пока дотронулся руками. Он понимал — его поведение сейчас — это самый страшный кошмар любого Верхнего, после этого он вроде бы уже и не Верхний… Нет, по приказу своей госпожи любой раб сделал бы все, что угодно, в том числе Старший по гарему лег бы под малька — если бы среди госпожей нашлась бы подобная извращенка, не понимающая последствий своих развлечений. Но это по приказу госпожи, а сейчас-то его никто не заставлял! «А мне можно, я же сумасшедший инопланетник! — Кристиана посетило веселое безумие. Ох, Эмиля, наверное, стоило бы предупредить, а то я однажды доведу его до инфаркта. Но тогда не было бы сюрприза. Причем для всех…»

Да уж, лицо Эмиля стоило бы видеть. Если до этого он держался исключительно на самоконтроле, то уж сейчас… А Крис был безжалостен и уже лизнул член своего парня, наслаждаясь тем, как дернулось при этом его тело — вроде бы не видно со стороны, но сравнимо с реакцией на удар током.

«Я же вроде такого по собственному желанию никогда не делал. Оригинальный способ начать. Тут явно что-то в воздухе носится, видимо, вейдже», — веселился между тем Крис.

«Снова лизнуть, облизать, как леденец на палочке… большой леденец… взять в рот… руки тоже не бездействуют… Да, техника у меня ни к черту, сам знаю, и я очень этим гордился, что меня никто не мог заставить действительно сделать минет клиенту, хотя это обычно заканчивалось для меня гораздо хуже. Сейчас я даже жалею, что был плохим учеником, впрочем, тут дело в учителях. Но, насколько я знаю, все дело не в том, как, а в том, кто сейчас с тобой. Иначе не было бы такого количества похищений и изнасилований, все, имеющие мало-мальские деньги, ходили бы к профессионалам и получали технически идеальные оргазмы… А вот мне и, похоже, Эмилю, все-таки важнее, кто тебя касается и старается доставить удовольствие.»

— Э, нет, не смей кончать, продержись еще немного. Привязать бы тебя… да нечем, и так сойдет. Руки за голову, не смей опускать! — Крис поднялся с колен и продолжал издеваться над находящимся уже в полубессознательном состоянии Эймийлио.

У Аниты, залюбовавшейся зрелищем, затаив дыхание, потому что уж она-то понимала эксклюзивность происходящего, снова появилось ощущение, что Крис играет со своим парнем, как кошка с мышью. А мышка уже скоро сойдет с ума от нереальных ощущений и невозможности получить разрядку. В этот момент Крис решил, что всем участникам и зрителям уже, наверное, достаточно, потому что наконец осторожно вошел в Эмиля, хотя мог бы так и не церемониться — в своем нынешнем состоянии тот все равно бы ни почувствовал никакой грубости, и обхватил пальцами его член.

— Все, солнышко, уже можно, — прошептал он ему в ухо. Эмиль благодарно выдохнул-всхлипнул и содрогнулся в оргазме. Кристиану самому потребовалось совсем немного времени, чтобы его догнать.

— Скоро буду вас ревновать друг к другу, — заметила Анита, все еще находящаяся под впечатлением от увиденного.

— А для вас, госпожа, мы приготовили сюрприз. Вы ведь позволите? — улыбнулся ей Крис.

— Ты еще и на сюрпризы способен? — искренне изумилась Анита.

— А я вообще способный! — гордо заявил ей Крис.

— Эль, ты готов к подвигам? — в ответ Кристиан получил такой блаженно-расфокусированный взгляд, что ответил сам — Понятно, с тобой сейчас надо попроще, более понятными фразами… Я считаю, что госпожа заслужила большее, чем смотреть вместе со всеми из зала. Я тоже хочу подарить ей удовольствие. Очень невинное — всего-то массаж, думаю, ни на что другое она сейчас не согласится. Так ты со мной? — снова обратился он к Эмилю.

— Да, — тот очнулся.

— Вот и хорошо. Пойдем, подскажешь мне, а то я так лихо придумал, а теперь не уверен, что ей понравится.

Уж венговскому наложнику, а тем более выпускнику Джордана, не было равных в умении доставлять удовольствие госпоже. Но Крис почему-то не ревновал, не сравнивал и не боялся выглядеть бледно на его фоне. Сейчас у него было только одно желание — порадовать свою хозяйку, и любая помощь принималась.

— Вначале ванна, госпожа. И, если вы разрешите, мы будем там вместе с вами.

Оба ее парня целомудренно надели какие-то набедренные повязки. Анита решила, что хорошенького понемножку, и тоже надела купальный костюм — потом снимать будет интереснее!

В джакузи, вообще-то, могли бы поместиться еще с полдюжины наложников, но зачем ей такая толпа в ванной? А Старшая Госпожа этого дома, по заказу которой построили эту красоту, понимала толк в удовольствиях! Явно она была не из тех, кто сказал бы: «Есть озеро и бассейн на открытом воздухе — чего вы еще хотите?»

Огромная роскошная ванна с бьющими тут и там гейзерами, нежно гладящими и массирующими кожу, парная с теплым влажным паром и гладкими каменными плитами, тоже подогреваемыми изнутри — такой роскошью даже жаль пользоваться в одиночку, поэтому компания ее мальчиков — самое то, что надо!

Кристиан вынырнул рядом большим дельфином, слегка коснувшись ее кожи гладким боком, взялся руками за бортики ванны, заключая Аниту в кольцо своих рук. Спросил, лукаво блеснув глазами:

— Можно? — Анита кивнула ему — даже говорить не хотелось от этого расслабленного состояния.

Крис тут же воспользовался разрешением и начал осторожно целовать ей шею, переходя к плечам, осторожно спускаясь к груди. Мокрый купальник ничего не скрывает и заставляет ощущать все гораздо сильнее, чем просто голая кожа. Когда губы и язык прошлись по облегающей ткани, то согревая дыханием через купальник, то дразня обнаженную кожу, а потом Крис втянул в рот ее сосок, Анита чуть не утопила его в ванне, вцепившись в его плечи и задохнувшись от неожиданно острого возбуждения.

К чести Кристиана надо сказать, что он не дал утопить себя и не выпустил из рук госпожу, продолжая удерживать ее своим телом. Он взглядом показал на Эмиля, который, считая, что на него не обращают внимания, с тоской наблюдал за своей госпожой. Впрочем, даже подобное невинное развлечение вряд ли перепадало ему при прежней хозяйке.

Так же молча, взглядом, Анита разрешила.

— Эль, иди сюда! — позвал Крис. — Положи руку вот сюда, поддерживай нашу госпожу, чтобы она могла расслабиться, — ему пришлось буквально взять руки Эмиля в свои и положить их на талию хозяйки.

Анита почувствовала, как мужские руки настолько осторожно коснулись ее кожи, словно Эмиль в любой момент ожидал окрика или удара. Она улыбнулась, слегка поерзав в его объятиях и наслаждаясь этими несмелыми прикосновениями, и сказала вполголоса:

— Держи меня крепче. Я разрешаю.

Вручив свою госпожу самому доверенному человеку, Крис ушел под воду и прошелся горячим языком по гладкой коже ее живота, подразнил пупок и спустился поцелуями по внутренней стороне бедер. Воздух закончился, как он ни старался продлить свое пребывание под водой, поэтому пришлось вынырнуть и сделать вдох. При этом он успел спросить: «Вам, наверное, купальник мешает, госпожа?» и, не дожидаясь ответа, снова погрузился под воду. Нижнюю часть купальника Аниты осторожно потянули вниз зубами и Крис стал экспериментировать, узнавая, что больше всего понравится его госпоже. Анита уже полностью доверилась рукам Эмиля, не боясь, что он выпустит ее из объятий, и пребывала где-то в пограничной реальности. В какой-то момент она переместила поддерживающие ее руки на свои ягодицы, шепнув: «Наслаждайся! Знай, континентального мужчину убила бы за такое!».

Когда Крис вынырнул из воды окончательно, он бережно принял из рук Эмиля полубессознательное тело и осторожно выбрался со своей ношей из ванны.

— Массаж? — он осторожно опустил девушку на теплые плиты парной. Поняв молчание как согласие, потому что даже кивать Аните было откровенно лень, он начал осторожно гладить и разминать ее плечи, спину, снова стянул трусики, не услышав никаких протестов, поцеловал изгиб спины, переходящий в ягодицы, руками и губами проследил стройные гладкие ноги до самых ступней. Влажный пар обволакивал, облегчал скольжение рук по коже, дарил самую комфортную температуру. Крис тихо спросил: «Госпожа, хотите сока или охлажденного белого вина?» — и понял, что Анита уже спит. Он закутал ее в огромное пушистое полотенце и отнес свою ношу на кровать.

Только сейчас он понял, что тоже засыпает на ходу. Вгляделся в клубящийся пар и определил местонахождение Эмиля, тоже, кажется, уже сонного. А может, тому весь сегодняшний день казался нереальным сном?

— Ты как? Спишь? Я в душ, если дойду, а потом спать. Пойдем со мной.

Глава 8. Концерт

У Аниты сегодня была программа-минимум — подружиться с соседями, и программа-максимум — завести подруг и представить свой вариант развлечения на вечеринках. А еще — и эту цель она озвучила Крису и особо подчеркнула: «Я хочу, чтобы ты везде примелькался именно как актер, как кто-то, кто не просто бессловесная кукла и игрушка для битья, а тот, к кому другая госпожа даже подойти побоится из-за его репутации».

Кристиан обещал незабываемое зрелище, не зря же она постоянно заставала его то в спортзале, то за планшетом с минусовками.

Правда, Крис просто обещал хорошее выступление, но, поскольку он всегда преуменьшал свои таланты, Анита предвкушала что-то грандиозное.

Пропустить визит этой гостьи было очень сложно. Мало того, что сама Старшая госпожа 37 Дома была не похожа на уроженку Венгу, так и ее раб одним своим видом бросал вызов всем присутствующим!

Ну, во-первых, он был инопланетником. Не клоном и даже не рожденным на Венге ребенком от какого-то инопланетного зверька, а именно настоящим инопланетником. Весь его вид говорил: «Я не отсюда, я не подчиняюсь вашим правилам, у меня есть свои». И взгляд: госпожи назвали бы его наглым, таким, который хотелось стереть пощечиной, плеткой, всем, что попадалось под руку. И ведь вроде глаза опустил, а все равно заметили!

На этом фоне даже его одежда особых эмоций не вызывала, хотя… Видимо, его госпожа была принципиальной противницей традиционных гаремных одежек, потому что одела своего раба в то, что не носили мужчины Венги. Одеть наложника в черные брюки — и никаких гаремных штанов — и черную же шелковую рубашку — только подчеркнуть его инопланетность. И туфли — на мужчине — не сандалии и не босиком!

Вездесущие мальки, первыми увидевшие подобное явление, захлебываясь эмоциями, уже посвящали всех обитателей гарема в последние новости.

Когда пришелец появился в гаремном зале, там уже все бурлило.

— Старший, ну ты же разрешишь нам поиметь эту инопланетную куколку? Судя по всему, его надо обучить правилам поведения.

— Госпожа сказала мне, что любой, затеявший драку в гареме, будет отправлен на продажу. На инопланетнике не должно быть ни одной царапины.

— А мы не будем его царапать, Рийчард, мы ласково! Ему даже понравится!

— Кажется, это вы меня обсуждаете. Зря надеетесь, на «ласково» я тоже не согласен, — инопланетник подошел к Старшему. — Вы не представляете, как я не хочу быть причиной ваших неприятностей!

Гарем как гарем. Большой зал, высокие потолки, кажется, витражи наверху. Привычная картина — старшие мужчины за кальянами; правда, расслабленными они не выглядели, наоборот, все были какими-то взбудораженными.

Кристиана ощутимо потряхивало. Вот сколько бы их ни было, этих новых гаремов, а все рано пробирает! Все равно себя добычей чувствуешь!

Посреди ночи в дверь кто-то поскребся, а потом осторожно зашел. Зайти к ней мог только Крис, удивительно только, что он разбудил ее среди ночи. Выныривая из сна, Анита некоторое время всматривалась в темноту, потом все-таки включила свет.

— Госпожа, простите, что я вас разбудил… Пожалуйста, не поднимайте шума, — Крис был бледно-зеленый, даже говорил с трудом.

— Кто это тебя?

— Я думал, что днем договорился. Ошибся. Пожалуйста, не зовите никого.

— Ты … ты живой вообще?

— В порядке. Я после выступления буду об этом думать.

— Ты в своем уме? В таком состоянии ты собрался выступать?

— А вот это я сделаю в любом случае. Иначе будут считать, что я сдался. А я вас не подведу. Я так готовился!

Крис

Договорился. Да, видно, не совсем.

Я начал просыпаться от каких-то шорохов. Еще не успел прийти в себя, как мне вывернули руки, заткнули рот и вытащили в коридор. Реакции у меня со сна какие-то замедленные, я даже толком среагировать не успел — ни вырваться, ни рассмотреть тех, кто меня тащил. В комнате темно было, а в коридоре мне на голову сразу что-то накинули.

По ощущениям — их было человека три или четыре. Молчали, твари, хотя вряд ли я бы их по голосам распознал. Кто же эти мстители ночные, кому не спится? Старший, что ли, с которым я так невежливо поговорил? Или там еще нашлись обиженные? Дергаться я по дороге все-таки дергался, ногами несколько раз кому-то прилетело. Потом буду по синякам опознавать.

Меня где-то сгрузили. В гаремном зале, что ли? Да нет, вряд ли, не такие они идиоты. Наверное, кладовка или еще что.

На самом деле мне было очень страшно. Все, что я себе представлял, когда со Старшим разговаривал, сбывалось. Провидец, б-ть. Вот тварей я этих только не предвидел. И дверь ведь я все-таки на ключ закрывал. И, главное, я не ниндзя ни разу, у меня с заломленными руками и слепым драться не получается.

Драться и не потребовалось. Я просто получил то, от чего так старательно уклонялся. В процессе, конечно, не обошлось без пинков по ребрам, почкам — там, где не видно; по лицу они старались не попадать. А потом все-таки по голове стукнули профессионально.

Пришел в себя действительно в какой-то кладовке, большой, правда; дверь была незаперта. Мешок, кляп и прочее эти унесли с собой — следов и доказательств никаких. Впрочем, для меня лучше сдохнуть, чем про это все рассказать.

Выбрался из кладовки я без проблем, оказалось, что все еще ночь, времени немного прошло. Пошел в свою комнату, впрочем, если быть честным, пополз… И вообще, наверное, в коридоре по дороге следы остались. Но для меня сейчас было главное самому там не завалиться и не обеспечить всем остальным утреннее развлечение.

Анита все равно узнает. Утром полутруп в моей комнате найдет…

Да что я вру сам себе, просто не смогу сейчас один оставаться.

Анита и Кристиан

— Ты уверен, что до завтра доживешь? А то вид у тебя такой, что даже чтобы в гроб положить, надо немного подгримировать.

— Все хорошо, госпожа. Я за ночь и полдня отлежусь. Помните, я хвастался вам, что живучий? А если лекаря сейчас позовете — все узнают. Если завтра не выступлю — все тем более узнают и позлорадствуют. А я им такого удовольствия не доставлю.

— Ладно, что же с тобой делать. Я почему-то и не сомневалась, что ты так ответишь. Только на ночь останешься в моей комнате.

— Спасибо, госпожа. На это у меня точно возражений нет.

— У меня что, задница медом намазана? Может, надо сразу себя предлагать, и понастойчивее, тогда желающих поменьше будет?

Анита вгляделась в угол: Крис свернулся в комок, насколько это может сделать взрослый мужчина. Возможно, невпопад, но она ответила то, что уже давно хотелось сказать:

— Знаешь, иногда шлюхой и шалавой женщину или мужчину называют именно потому, что они ими не являются… Иди-ка ты ко мне поближе!

— Не надо, правда, мне кажется, что вы об меня запачкаетесь.

— Глупый мальчишка. Надо было тебя сразу в мою комнату взять.

— А это мне урок, госпожа, что не надо оставлять за спиной нерешенные проблемы.

Анита была уверена, что Крис уже все предусмотрел, но все равно волновалась так, как будто это ее выступление. Причем она вовсе не боялась, что Кристиан не справится и опозорит ее перед местными госпожами, просто понимала, что для него это очень важно и неудачу он будет переживать гораздо сильнее, чем она.

В назначенное время ее мужчина, проглотивший для верности пригоршню таблеток, напоминал ожившую эротическую мечту. Причем континентальных или венговских женщин — без разницы.

Они вместе решили особо не мудрствовать с костюмом: темные брюки, белая рубашка с высоким воротом и черный бархатный пиджак, слегка поблескивающий отделкой на лацканах. Вид стал… какой-то аристократический и, в то же время, у Аниты руки непроизвольно потянулись — забрать себе и не отпускать! И плевать на концерт, плевать на этих женщин, жадно ждущих его выступления! Ага, как раз на них-то и не плевать — стоит только представить себе их взгляды!

А Кристиану его госпожа сейчас напоминала язычок пламени — такая же яркая в своем платье из алых кружев с обнаженными плечами. «Будь мы сейчас на Земле, мне пришлось бы мужчин палкой от нее отгонять.»

Волосы Крис уложил волнами, а потом Анита со зловещей улыбкой достала косметичку. В ответ на удивленный взгляд пояснила:

— А это чтобы тебя никто долго забыть не мог. Сейчас буду проводить эксперименты на людях.

Всего-то тени, синяя подводка, тушь — оказывается, это очень увлекательно! А тот, кто глянул на нее после всего…

— Ну вот, смотри теперь!

Некоторое время Крис всматривался в зеркало:

— Госпожа, а я ведь и до зала не дойду. Меня кто-нибудь раньше к себе утащит.

— Не бойся, милый, я с тобой! — прыснула Анита, обнимая его. Неожиданно она стала серьезной. — Послушай, если тебе станет хуже…

— Все хорошо, моя госпожа. Все будет хорошо.

Госпожи в зале были заинтригованы. Старшая госпожа Джойлина и гостившая у нее Старшая госпожа 37 Дома обещали им оригинальное развлечение.

Колонки уже были расставлены по углам; сейчас к ним прошмыгнул малек. По залу поплыла незнакомая мелодия. Глаза всех присутствующих обратились к сцене. Темноволосый мужчина в непривычной одежде вышел на середину зала, словно вливаясь в музыку. Он оглядел присутствующих, не опуская глаза, а, наоборот, будто захватывая их взглядом.

Женщины переглядывались. Старая земная песня была такой же экзотикой, как и ее исполнитель, но она затягивала, словно погружая в транс.

Анита смотрела на исполнителя, как будто видела его в первый раз, машинально отмечая тонкое породистое лицо, огромные глаза, шелковые темные волосы. Не помогало даже то, что этот человек был с ней рядом каждый день — он снова безумно ей нравился и вызывал все возможные желания. А уж у тех, кто видел его в первый раз… Она осторожно огляделась: да, если бы у Криса не было хозяйки и защиты в ее лице, из этого зала он бы точно не вышел.

Песня закончилась и на секунду воцарилась тишина, зрительницы, похоже, не знали, как надо реагировать. Анита, уже не стараясь скрыть счастливую улыбку, первой хлопнула в ладоши: «Браво! Браво! Молодец!».

Ее пример подхватили, и скоро уже весь зал аплодировал артисту. Не дав присутствующим опомниться, Крис взял гитару, услужливо поднесенную кем-то из мальков:

Откуда ни возьмись, на импровизированную сцену ворвался вихрь ярких юбок и летящих платков. Этот вихрь окружил исполнителя, прокрутился вокруг него пару раз, а затем рассыпался яркими райскими птичками на заднем плане. Зрительницы стали вглядываться, пытаясь понять: «Это девочки? А кто? Да это же переодетые мальки!»

Анита старалась не смеяться совсем уж откровенно. Не зря Крис о чем-то с мальчишками договаривался.

Сейчас Крис пел только для нее одной и, казалось, жил тоже только для нее.

«Ох, как я понимаю восточных мужчин и венговских женщин! Потому что стоящий на сцене мужчина вызывал только одно желание: мешок на голову и тащить в свою пещеру. И не выпускать

его оттуда ближайшие … сколько-нибудь дней. Какой же ты у меня все-таки талантливый, — думала Анита, неотрывно глядя на сцену, — а ведь если бы не эта затея с концертом, я бы этого и не узнала».

Крис нашел эти старые песни о любви, и исполнял он их так, что никто из жительниц Венги не посчитал себя оскорбленной. Все-таки мечты о любви вечны и космополитичны! Конечно, ему сделали скидку «на экзотику», вряд ли любому другому рабу разрешили бы подобное. А Кристиан полностью растворялся в мелодии, кажется, он вообще никогда бы со сцены не уходил.

Красивый бархатный голос, проникновенное исполнение и игра с залом! Анита глазам своим не поверила, когда увидела, как профессионально Крис соблазняет чопорных пожилых госпожей и молодых женщин, с горящими глазами рассматривающих его.

И госпожи в зале поддавались его обаянию, во всяком случае, на него они смотрели как завороженные. Наверное, для многих из них вообще подобное отношение к мужчине было внове. У Аниты было ощущение, что они вообще не выпустят его из зала, пока он будет в состоянии двигаться. Кажется, Крис сейчас получил то, что называется дипломатической неприкосновенностью…

Сидящая рядом с Анитой блондинка с хищными чертами лица просто впилась взглядом в Криса. «Э, мой милый, после концерта мне придется поклонниц от тебя палкой отгонять, причем большой палкой». А мальчишка у ног этой госпожи смотрел на происходящее на сцене с такой завистью и тоской, что Аните хотелось утешить его, сказав, что он тоже сможет научиться так развлекать свою госпожу. Только было понятно: так — не сможет!

Пойти в выделенные им покои сразу после такого всплеска адреналина было совершенно невозможно. Анита подхватила Кристиана и направилась в сад — темнота, ночная прохлада, нежный аромат каких-то незнакомых цветов — все это как нельзя лучше подходило к ее настроению. Она только надеялась, что Крис и так почувствует ее восторг от его выступления, потому что от избытка чувств слов у нее просто не было.

Сейчас она хотела сказать Крису то, что давно уже собиралась ему сообщить, еще на Земле. Вот только один вопрос мучил и не давал покоя; возможно, это жестоко, но тогда она точно не будет сомневаться в своем выборе.

— Крис, я хочу взять Эмиля своим мужем.

— Да, госпожа, он этого достоин, — секундная пауза перед ответом и что-то неуловимое в глазах Кристиана.

— Вторым мужем, — продолжила Анита.

Крис действительно растерялся, этого он уже не мог предвидеть:

— А кто же первый? Под кого ложиться? — ему самому было противно от вопроса, словно он ставит условие своей госпоже и напоминает о последствиях необдуманных решений, но после такого известия даже секунда неизвестности страшна.

— А ты еще не догадался? Это ты. Первым мужем будешь ты, Эмиль — вторым. И я хочу сказать ему об этом чуть позже, хочу, чтобы сейчас все знали только о тебе!

Тут она спохватилась:

— А как ты себя вообще чувствуешь? После вчерашнего-то и после такого выступления?

— Вот сейчас — точно замечательно! Я даже представить себе не мог, что для меня подобное возможно. Можно, я поблагодарю вас позже, когда способность мыслить вернется? И… видимо, этой ночью я точно не засну.

— Пойдем гулять дальше, — Анита обняла его за талию. Я тоже вряд ли усну в ближайшее время.

Использованы песни и романсы:

* «Эти глаза напротив»

** «Дорогой длинною»

*** «Санта-Мария Маджори»

**** «Королева, чародейка»