Не покидай

Глава 1. Приготовления

Анита

Наш визит на Землю — дело уже решенное, Старшая хозяйка морально подготовлена и даже верит тому, что я вернусь обратно. Честно говоря, обманывать ее нет никакого смысла — Венга мне нравится, Крис здесь освоился, а Эмиль просто не сможет жить где-либо еще. Ну, по крайней мере, я так думаю. Мужья теперь могут сопровождать меня в поездках, то есть не придется оставлять их на растерзание местным дамам, если мне вдруг понадобится улететь за пределы планеты. Нынешний визит мне необходим: хочу привести документы в порядок, а то мало ли что… Виктор ведь тоже не думал, что с ним может произойти. Я не повторю его ошибку.

Эмиль

Мне дали выбор — лететь с госпожой и ее первым мужем на Землю или не лететь. Наша госпожа часто дает мне выбирать, надеюсь, что постепенно я научусь делать правильный выбор и не разочаровывать ее. Сейчас… лететь мне очень страшно, но я не хочу оставаться без нее ни дня. Значит, я сделал свой выбор. Вот только есть один вопрос…

Анита

Вижу, что Эмиль очень волнуется, впрочем, ничего удивительного: он вообще нечасто выходил за пределы дома, а тут полет на другую планету! Ну, спроси, спроси ты меня, все равно ведь я узнаю, что тебя беспокоит! Ну, вот, решился, кажется.

— Госпожа… — он боится и своей инициативы, и моего ответа, — а если вас не выпустят с Венги с двумя мужчинами, что тогда?

— С двумя мужьями, милый мой. Мы не нарушаем никакой закон. Но если найдется такая бдительная служащая и остановит нас, то мы вернемся обратно втроем. Я не брошу тебя и не отправлю обратно одного, как неполученную посылку.

Кристиан

Надо же, мы летим на Землю. Я даже могу там остаться, но понимаю, что не хочу. Не хочу и не могу остаться один, больше не видеть своих близких. Сейчас я наконец могу сказать, что у меня есть близкие и любимые люди, моя семья. Кстати, о семье.

Заметно было, что Эмиля что-то очень беспокоит, но он не может себя перебороть и задать вопрос. Наконец он все-таки решился:

— Крис, а мужчины на континенте — они похожи на тех, которых мы встретили в Космопорте?

Я задумался. Да, знакомство Эмиля с инопланетниками ограничивалось этими безмозглыми, которые попались нам в Космопорте, и тем впечатлением, которое они произвели, дебилы недоделанные. И что ему теперь говорить: «Да, все остальные такие же» или «Нет, нормальные люди совершенно не похожи на этих отморозков»? Буду политкорректным:

— Знаешь, люди везде разные. В свой первый день на Венге я встретил ваших парней, которые хотели сразу превратить новенького в подстилку, и тебя, который совершил самоубийственный поступок, доложив об этом новой хозяйке. Так что мое первое впечатление было тоже довольно своеобразное.

Анита

Какие-то слишком сложные у меня сборы в дорогу получаются, хотя и летим мы ненадолго. Как я завидую тем, кто путешествует налегке, с сумочкой или саквояжем. У меня так никогда не получалось.

Ах, да, ведь можно и нужно заставить мужа (или мужей?) собирать мои вещи. Да уж, они насобирают. Крис, быть может, самое нужное возьмет, но он же не волшебник, мои мысли не читает и не знает, что я там планирую надевать, чем заниматься, какие подарки хочу привезти. А если Эля заставить… Он, бедняга, и так в растрепанных чувствах пребывает, всех уже опросил (меня и Криса — точно опросил), какие люди за пределами Венги живут и как ему там себя вести. Молодец, кстати, что спросил, хотя я и собиралась ему объяснить основные правила поведения. Впрочем, вот главное правило: на колени ни перед кем не падать и не бояться задавать вопросы мне и Крису.

Вот и заставь его вещи жены в поездку собирать, если он сам не знает, что ему понадобится. Правда, потом по правилам надо его выпороть за то, что неправильно собрал — вот и я обеспечила бы себя развлечением, если бы мне подобные вещи нравились.

Вообще, много разных дел надо уладить перед поездкой, чтобы потом не переживать и не думать о несделанном. А еще очень интересная вещь недавно произошла, тоже надо решать, как поступить в этом случае. Но обо всем по порядку.

После вечеринки я решила допросить своего второго мужа:

— Эмиль, солнце, а ты не обиделся, что не участвовал в этом представлении?

Тот неожиданно улыбнулся:

— Госпожа, я бы заменил Криса собой, но, боюсь, это было бы не так интересно, и он бы не согласился.

— Смотри-ка, ты тоже учишься ехидности! — восхитилась я. — Не переживай, учителя ты все равно не переплюнешь.

Учитель появился сам, держась очень прямо.

— А я думал, ты меня убьешь, — выдохнул Крис, целую меня в шею.

— Стоило бы, наверное. Но что с тобой делать, ты такой, какой есть. Адреналина захотелось?

Он засмеялся:

— А знаешь, может быть. Но повторять больше не буду, хватит пока.

— Ты не поверишь, но мне тоже пока хватит.

В этот момент в дверь осторожно поскреблись. Крис, выглянувший узнать, в чем дело, дословно передал слова малька: одна госпожа, гостья, очень-очень хочет поговорить со Старшей госпожой наедине. Она просила узнать у Старшей госпожи, когда та сможет ее принять. Пришлось отправлять мужчин в соседнюю комнату и принимать посетительницу.

Этой посетительницей неожиданно оказалась Найрина, с которой мы в тот день успели только поздороваться, когда гости начали съезжаться, а потом мне уже было не до нее.

Сейчас она извинилась за вопрос и спросила, откуда у меня вот тот наложник, который постарше остальных, синеглазый такой. Похожего парня она видела у своей подруги, той он очень нравился, а потом подруга была вынуждена уехать из дома. Наложника ей, естественно, не отдали, поскольку он не ее муж, не личный раб, а просто принадлежал их Дому. Она планировала вернуться быстро, но что-то в ее отношениях с родным Домом разладилось, и с этим мужчиной она уже простилась навсегда. А Найрина так хорошо знает эту историю, потому что слышала ее уж раз эдак …дцать. Если бы я разрешила ее подруге приехать и взглянуть, тот ли это наложник, и если это окажется именно он… Благодарность от них обоих не будет знать границ, если я продам этого парня. Естественно, если я не имею на него собственные виды.

Я имела на Рива виды, мне Старший по гарему нужен или хотя бы его помошник, но я понимаю, что в этой истории могу поступить единственно правильным образом и, кроме того, тогда я для всех буду хорошей! Теперь мне и самой хочется, чтобы моя гостья не ошиблась, ведь такая романтическая история из ее рассказа получается, прямо венговский любовный роман! Неплохо бы и самого героя этой истории спросить, какая госпожа в его прежнем Доме ему нравилась, и кому нравился он. Свое счастье он заслужил. А я его отдам, точнее, продам, потому что отданное не ценится, только в хорошие, добрые руки.

Вызываю Рива и задаю ему соответствующие вопросы. Он мнется, страдает, но наконец раскалывается и выдает, что да, госпожа Ильянна часто его выбирала и, да простят его за такую дерзость, но ему она тоже очень нравилась.

Ну, хоть здесь все хорошо. Откладываю окончательное решение на то время, когда вернусь из поездки, потому что бросить Дом без Старшего по гарему и без его помошника — это большая глупость. К тому же у Рива будет время обдумать свое решение, а госпоже Ильянне я потом разрешу приехать и поиграть в него, если он сам этого захочет.

В самый разгар всех этих событий и сборов я понимаю, что очень хочу отвлечься и сбросить напряжение, я хочу…

Подкрадываюсь к Кристиану сзади и говорю, пока не передумала:

— Знаешь, я хочу попробовать… нетрадиционный секс. — Крис понял, о чем я. Но неожиданно в ответ слышу твердое:

— Нет.

— Как это — нет? — ему удалось меня шокировать. — Это же моя реплика, если бы мне предложили что-то подобное, а я бы не хотела. А сейчас я сама этого хочу!

— Вот так — нет. Делайте, что хотите, но такие капризы я выполнять не намерен.

Надо же, как быстро мне крылышки-то обломали. Женщине вообще «приятно» слышать «нет». Даже разговаривать ни о чем не хочу.

Крис, естественно, потом пришел. Извиняться.

— Спасибо тебе! Я так классно настроение себе подняла, отвлеклась!

— Прости…

— Ты мог сказать об этом по-другому.

— Я не подумал, прости. Послушай, давай попробуем что-нибудь из этих игрушек: анфаллос, стек…

— Ух ты, ты так не хочешь выполнять мой каприз, что готов издеваться над собой? Не пожалеешь потом?

— Да, готов. Нет, не пожалею.

Наверное, я должна была отказаться, сказать, что я ценю его порыв и прощаю, но я согласилась. Да, хочу попробовать эти игрушки. Я только надеюсь, что смогу отличить предубеждение и вызванный им страх от действительно серьезных проблем. Но, все равно, дам еще одну возможность отказаться.

— Крис, ты точно уверен?

— Точно, — он начинает раздеваться, не спрашивая. Злится.

— Ну, ложись тогда на живот.

Может, стоит играть в подобные игры с Эмилем, ему-то точно нравится. А Крису вот не нравится. Он молча лег на живот, положил руки под голову, не прокомментировал, не пошутил. Но теперь не откажется, в его глазах это трусость.

Передо мной загорелое, красиво вылепленное тело: плечи широкие, талия узкая, красивый прогиб спины, подтянутая задница. И вся эта красота очень злится, причем, похоже, не на меня, а на свое собственное решение.

Я втираю массажное масло, растирая напряженные плечи и спину. Плечи под моими руками просто каменные и расслабляться не собираются. Сказать ему, что ничего не будет, просто сделаю массаж? Нет, пока промолчу, а вдруг сама передумаю быть доброй. Атласная гладкость широкой спины… Какой он красивый, и почему обычно прячется? Не боится показать себя толпе нетрезвых женщин на вечеринке, а тут зажимается.

Когда я опускаюсь рукой ниже поясницы и начинаю гладить красивую упругую задницу, попутно посетовав про себя: «мужчины счастливчики, немного тренировок — и ты эталон, а женщинам приходится трудиться гораздо больше», он сжимается, по телу чуть ли не дрожь проходит. Нет, не надо таких игр и экспериментов, плохо они закончатся.

Я обняла Кристиана за плечи и поцеловала:

— Ну, и хватит. Ты смелый и гордый, от своих слов не откажешься, только что-то мне это занятие не нравится.

Крис перевернулся, попутно целомудренно оборачиваясь простыней:

— А я только решился. Спасибо тебе, но я знаю, что ты бы остановилась, если бы я попросил. Давай попробуем, а то получится, что я зря переживал. Согласна?

— Кажется, я все поняла. Оказывается, достаточно было бы сказать, что я никогда, ни при каких условиях не буду «играть с тобой по-венговски, даже и не проси!», и ты бы сам попросил.

— Ну, как-то так, — Крис облегченно рассмеялся, я просто чувствую, что его напряжение уходит. А вот теперь пусть он сам меня уговаривает.

— Так, что я тут из игрушек принес… Любимая, я знаю, что сейчас все проблемы у меня в голове. Я знаю, что теоретически так можно получить удовольствие — ну, здесь же все получают. Попробуем?

— Мне-то что, я попробую, сам напросился. Помни, остановлюсь в любой момент, как попросишь. Разматывайся теперь.

Почему-то электрический свет показался нам слишком ярким и лишним, и я его выключаю. Так лучше. Просто буду чувствовать.

В дальнем углу разгорается смешной ночник с разноцветными лучами — щупальцами, дает нам видеть очертания друг друга и догадываться о выражении лиц. А еще чувствуется еле ощутимый аромат легкого мужского парфюма… или массажного масла… или возбуждения… а оно пахнет, оказывается?

— А хочешь, мы забудем про все эти, говоря земными словами, извращения? Прекрасно проживем без них.

— А кто недавно хотел эти самые извращения на себе попробовать? Потренируйся пока на мне, — благодушно соглашается Крис.

Нет, я точно не хочу боль причинять. Будем искать все эти заветные точки. Когда отвлекаешь мужчину поцелуями в самых неожиданных местах, покусываниями… языком можно проследить дорожку позвоночника… то, при должной ловкости рук, он и не заметит других проникновений. Да нет, заметил, конечно, только сдерживает себя усилием воли, а потом я, кажется, нащупала-таки нужные точки. По крайней мере, Крис вдохнул, чуть не поперхнулся воздухом, вздрогнул, а потом расслабился.

По-моему, удовольствие он получил вопреки всяким посторонним предметам, но ведь получил!

— Спасибо.

— За что?

— Потому что я шарахаюсь от подобных прикосновений, и это выглядит в некоторых случаях смешно. А сейчас я убедился, что и так может понравиться. Главное — с кем.

Мы лежим в темноте, расслабленные и довольные.

— А теперь я тоже хочу.

— Солнышко, ты все-таки решила всю заявленную программу сегодня выполнить?

— Почему бы и нет. Я так хочу.

— Это аргумент.

— Смеешься, да? — я уже сама смеюсь нервным смехом, но почему-то мне важно попробовать именно сегодня, именно с ним. — Но если ты сам не хочешь, если тебе неприятно… Скажи мне тогда сразу!

— Я хочу, в том-то и дело. Я тебя хочу везде и всюду, сам себя боюсь и не хочу тебя напугать. Так, как ты сейчас хочешь — это может быть больно, я не хочу так поступать, не хочу, чтобы ты мужчин боялась.

— Тихо, что ты такое придумываешь? Не сравнивай, когда все по желанию и… ну, ты понял. Ты жестоким никогда ни к женщине, ни к мужчине не будешь, это я про тебя точно знаю. И ты остановишься, если я не захочу продолжать.

— Хорошо. Меня и уговаривать-то долго не надо было, ты заметила?

— И ты даже не будешь говорить, что «сама напросилась», — продолжила я. Крис не стал отвечать, переводя разговор в поцелуй.

Поцелуи перекочевали куда-то на шею, грудь, Крис очень осторожно делал легкий массаж, потом набрал немного масла — и уже смелее гладил талию, бедра. Обнимая, тихо шепнул в ухо:

— Ты действительно этого хочешь?

Я ему так же тихо ответила:

— Да, хочу.

Дальше можно было ничего не делать, только наслаждаться прикосновениями, подчиняться сильным и осторожным рукам. Крис вначале уложил меня на бок, потом на живот, осторожно поглаживает и разминает спину, оглаживает талию и опускается ниже. Я начинаю проваливаться в полудрему, потом выныриваю и понимаю, что он сам неосознанно тянет время, не решаясь начать.

— Я, правда, скажу тебе, если мне не понравится. И ты остановишься, я знаю. Я не боюсь, и ты не бойся.

— Ты думаешь обо мне лучше, чем я сам, — пробормотал Крис, снова потянувшись к маслу.

Через некоторое время я ловлю его руку:

— Солнышко, во мне уже килограмм смазки… — Крис смеется немного нервно, — и я хочу стоя.

По-моему, вторая часть нашей сегодняшней ночи Крису далась намного тяжелее, чем первая, когда надо было победить только свой собственный страх. А сейчас он беспокоился за меня, не понимая, что именно сегодня я бы снова в него влюбилась, за беспокойство, заботу, желание перевести на себя рискованные развлечения. Он столько раз замирал и останавливался, прислушиваясь ко мне и явно сдерживая себя, что я сама удивилась, когда мы все-таки дошли до конца.

Я проснулась — ну, не то, чтобы все болело, просто чувствую, что вчера не просто книжку на ночь почитала и легла спать.

Появился Крис, тревожно оглядел меня. В глазах что-то… страх, что я разочарована из-за вчерашнего, злюсь, боюсь? Прекращать надо все эти терзания, поэтому я поманила его к себе, взяла за руку и затянула на кровать, чтобы слегка придушить в объятиях и мстительно прошептать в ухо: «Вот только попробуй извиниться!». Крис ошалело посмотрел на меня: «Да, вроде бы, я не собирался».

— Не спорь со мной! — я добавила командных ноток в голос, чтобы не рассмеяться очень довольным смехом счастливой женщины.

— Да я и не собирался, — улыбнулся Крис, принимая игру, — а можно мне хотя бы тебя осмотреть и смазать иши?

— То есть следующая игра будет в доктора? — смеюсь я. — Можешь, конечно. А потом в душ.

От совместного душа Крис с сожалением отказался, но за это время расстелил на столике скатерть самобранку с пирожками — тостами — сырами и ветчиной — фруктами, а еще кофе из недавно купленной вместе с запасом кофе кофеварки, потому что иногда вместо принятого здесь тайшу хотелось привычного кофе.

Игра «в доктора» точно была, хотя и необъявленная, потому что периодически я ловила на себе тревожные взгляды, которыми Кристиан меня оглядывал, подливая кофе или предлагая бутерброд.

Он беспокоился, возился со мною, как кошка с котенком, и мне это безумно нравилась.

Глава 2. Ревность

Кристиан

Перед отъездом у нас начался какой-то круговорот дел и зачастили гости. Сегодня Аните нанесла визит госпожа Вайленория в сопровождении двух мужчин. Мужья они или наложники — я не знал, впрочем, мне это и не очень интересно. Госпожа как приехала, так и уедет, с тем же составом сопровождающих. Вот этот молоденький блондинистый кудряшка, возможно, муж, или любимый наложник — очень уж заносчиво посматривает вокруг, второй как-то поспокойнее.

А у меня неожиданно образовалось так много дел одновременно, что я выдохнул только тогда, когда женщины уединились в покоях и Анита меня отослала. Вторая госпожа своих рабов оставила при себе.

Я расслабился, поняв, что в ближайшее время меня вряд ли позовут, и ноги сами собой принесли к комнате Эмиля.

Я дернул дверь к себе, подумал, что, вообще-то, надо бы постучать, но у Эмиля всегда было открыто, и он ни разу не выразил недовольства моим присутствием. А в этот раз дверь была заперта, я даже опешил, но потом решил, что просто нет никого. И в это время дверь открылась, и открыл ее сегодняшний кудряшка. Да, точно, у ног гостьи ведь сидел только один наложник… а этот, значит, здесь.

Я всегда считал Эмиля своей собственностью. Да, знаю, это ужасно, но ведь это только мысли. А вот сейчас оказалось, что ревность — страшное чувство. А этот… недоразумение мелкое, еще и подлил масла в огонь:

— Эйм, а кто это к тебе так с ноги заходит?

Эмиль

Так страшно мне уже давно не было. До ужаса, до колотящегося сердца, сорванного дыхания, горячим комом застрявшего в груди. И сдачи не дам, даже защищаться не буду… я же знаю, что виноват. Я всегда знал, какой он ревнивый, так какого черта… И сам понимаю, как это выглядело — с моим бывшим парнем, за закрытой дверью… Какого черта я дверь-то закрыл? А, это же Ройни и закрыл на замок. Только объяснять и оправдываться я не буду, это просто смешно. Прощения бы попросил, только сейчас он все равно не услышит.

Матерь Всего Сущего, сделай так, чтобы мой Верхний сам себя не убил потом за то, что сделал. Я же его знаю.

Наверное, можно уже просить остановиться? Пока я еще что-то соображать могу.

— Крис, пожалуйста, остановись! Пощади…

Красивый мужчина валяется на полу изломанной куклой с быстро проступающими багровыми синяками. Лицо у него в крови — сломан нос?

На крики в дверь влетел Кристиан:

— Эль, ты что?

Эмиль ошалело таращился на него, закрываясь рукой и пытаясь вжаться в стену. Сейчас только он понял, что руки чистые, крови нет, и боли он не чувствует.

— Крис, это сон, да? — он несмело обратился к своему Верхнему.

— Знаешь, Эль, если я буду знать, о чем речь, мне легче будет тебе ответить. Видимо, сон, да.

Крис уже понял, что после отъезда гостей Эмиль что-то себе нафантазировал. Даже Анита обратила внимание, что он был какой-то напряженный, и спросила:

— Что это у вас произошло?

— Недоразумение, госпожа, скорее всего, по моей вине. Приревновал.

Сейчас он снова не смог удержаться:

— Мой тебе совет — меньше уединяйся со старыми знакомыми, и тогда тебя не будут мучить кошмары. — И сам понял, как зло это прозвучало.

Эмиль попытался объясниться:

— Крис, да я даже не подумал… потом, конечно, когда ты зашел… Просто мы так давно с Ройни не виделись, я не думал, что вообще снова встретимся, мне было интересно, как он теперь живет. Я и не подумал, как это будет выглядеть для тебя.

— Он твой бывший Нижний. А ты хотел бы снова вернуть такие отношения: быть Верхним, иметь какого-нибудь мальчишку своим Нижним?

— Не хотел бы, и не придумывай. К прошлому нет возврата, да и ничего хорошего у меня в прошлом не было. Мы просто вместе выживали.

— Эль, прости меня. Ты-то ни в чем не виноват.

— Виноват, Крис. Я снова попался в ту же ловушку, забыл, как в прошлый раз лицом все доски пола пересчитал.

— Ты с ума сошел, если подумал… Впрочем, а что еще ты мог подумать. Я тебя люблю, никогда не причиню тебе боли. — Обнимать Эмиля было приятно, забывался ужас пережитого. — Наказать имеет право только госпожа, а не я. У меня нет права решать за тебя, что тебе делать и с кем быть. И моя ревность — не оправдание. Но если бы ты знал, что я чувствую! Ты мой! Мой и госпожи — но это не обсуждается. И больше я тебя ни с кем делить не намерен. Правда, если я пойму, что ты не хочешь быть со мною, я уйду, заставлять не буду…

— У тебя есть это право, я тебе его только что дал. И я заранее прощаю тебя за все.

— Я знаю, что я ревнивый козел, — вздохнул Крис. — Здесь, на Венге, я много поступков совершал, которым сам потом удивлялся, но мне хотя бы не стыдно за них. Но я никогда руку не подниму на человека, который мне доверяет. Пообещай мне, что остановишь, если мне снова крышу сорвет. Я знаю, что ты ничуть не слабее меня.

Эмиль только улыбнулся, обнимая своего Верхнего, и шепнул: «Посмотрим…».

Глава 3. Путешествие

Анита

Меня выпустили с Венги со всеми мужьями, я до сих пор в шоке! Честно говоря, этот вопрос очень меня беспокоил. Но, видимо, либо служащие так безукоризненно выполняют новый закон, либо они просто хорошие психологи и понимают, что вернусь я, вернусь, и всех своих спутников назад привезу! В общем, выпустили.

Вообще-то, спасибо за этот закон о вывозе мужчин с планеты, потому что без него я бы изначально не решилась Криса на Венгу везти, да и сама бы не полетела.

На корабле я ловила много взглядов, направленных на меня и моих спутников. Уроженки Венги оценивали моих мужчин, их поведение, общение с госпожой и между собой и, естественно, их внешность. В происхождении Эмиля обычно не сомневались, а вот Крис вызывал много споров, я слышала их краем уха: «Это клон!» «Да нет, какой клон, он же ее муж, кто клона в мужья берет?» «А она наверняка инопланетница, может и не знать ничего про клонов…»

«Нет, это инопланетник, сразу видно, вон, какой красавчик экзотический!»

«Как это тебе видно, у него поведение обученного наложника и взгляд разумный, а инопланетники не поддаются дрессировке, их можно только ломать.»

Чувствую, что темами для разговоров и сплетнями я обеспечила окружающих на все время полета. Зато теперь им не скучно лететь будет.

Но это обсуждали женщины, местные, так сказать, уроженки, а вот континентальные мужчины, каким-то образом попавшие в это общество, презрительно хмыкали и щурили глаза, показывая, что уж они-то нормальны, не то, что эти «комнатные собачки».

Самое хорошее, что моих мужчин все эти обсуждения и переглядывания абсолютно не трогали. Эмиль всегда заботился о том, чтобы была довольна госпожа, а окружающие его не особенно волновали, а Крис просто искренне веселился. Он преувеличенно почтительно опускался на колени, когда это было надо и не надо, практически смотрел мне в рот, ловя малейшие желания. Добился того, что я отвела его в сторонку и пообещала, что мне либо понравится такое поведение, и он сам потом пожалеет, либо я найду какую-нибудь плетку, и он тоже пожалеет… Естественно, он мне не поверил, но, преданно глядя в глаза, сообщил, что он тренируется, тут такая благодарная публика…

Публика скоро, по-моему, его выкрадет, и буду до конца полета его разыскивать и из чужих рук выручать.

А Эмиль узнавал соотечественниц по взгляду, от которого ему инстинктивно хотелось опуститься на колени. Но он оглядывался на меня и давил эти желания в зародыше.

Эмиль

Эта планета как будто грязная, серая. Вперемешку машины, садящиеся и взлетающие аэрошки и везде большие серые дома, просто огромные. И совсем нет садов, деревьев, даже газонов или клумб. А мужчины здесь… У нас на таких ни одна госпожа бы не посмотрела.

Если госпожа меня спросит, как мне здесь понравилось, я ведь буду вынужден ответить, и она расстроится. А если солгать, сказать, что очень нравится… За эту ложь спина должна быть в лоскуты. Это что же, я теперь как инопланетник думаю, пытаясь решить за госпожу, что может ее огорчить? Госпожа, лучше не спрашивайте меня ни о чем…

Но, видимо, Матерь Всего Сущего не услышала меня. Госпожа все-таки спросила меня:

— Эмиль, как тебе здесь? Вижу, что не очень.

— Госпожа, мне хорошо везде, где вы рядом. Мне здесь интересно, но непонятно.

Госпожа проследила за моим осуждающим взглядом вслед особенно непривлекательному, неухоженному мужчине и объяснила мне:

— Понятнее всего будет, если я скажу, что все эти мужчины — спецы. Кто-то из них лучше, кто-то хуже как спец, но женские глаза их вид не радует, это точно.

Анита

Земля. Наконец-то. Уже несколько месяцев нас здесь не было, нас с Крисом. Интересно, кого ожидают увидеть мои друзья и коллеги: амазонку в звериных шкурах и с луком? О Венге и живущих там женщинах каких только историй не ходит, и в основном это сплошные байки. Я-то знала многое о планете из рассказов бабушки, а потом мамы, правда, она об этом не очень любила говорить, и все равно после приезда удивлялась очень многому.

А, может, они ожидают принцессу с гаремом из великолепных мужчин? Принцессой мне не быть, хотя иногда очень хочется. Но разве принцесса приведет к себе домой раба, чтобы потом просто его лечить и заботиться о нем? И вовсе я не рассчитывала тогда, что потом он будет обо мне заботиться, и я уже ни на кого его не променяю. Хотя из всего ожидаемого великолепные мужчины точно присутствуют.

Впрочем, думаю, что наши общие знакомые больше переживают за Криса: понятно, что женщине на Венге живется совсем неплохо, особенно если есть деньги, а вот когда мужчина добровольно отправляется практически на заклание… Борис его даже предупреждал и несколько раз просил хорошенько подумать, прежде чем принимать решение.

В общем, вот оно, главное развлечение сезона: венговка «из своих», ее муж, который должен рассказать про разные ужасы, которые проделывают с мужчинами и, а вот об этом я специально не предупредила, второй муж! Причем родом с Венги, классический местный уроженец. Повеселим народ, сплетнями обеспечим на год вперед.

К нам, в мою бытность на этой работе, иногда заходили поболтать бывшие сотрудники — кто-то переехал в другой город, а иногда даже в другую страну, а здесь оказался проездом и захотел навестить знакомых (читай — похвастаться), кто-то работает уже в другом месте и в гости заглянул с той же целью — пообщаться. Так что меня здесь точно ждут, тем более с такими экзотическими рассказами.

Наш визит я подгадала к послеобеденному времени, да еще и в пятницу. Думаю, вряд ли кто на меня обидится, если рабочая неделя закончится так оригинально и весело. Позвонила подружкам, предупредила: «Ждите!», узнала, что наш Сан Саныч как раз на месте. Точно будет весело, юмор у него простой, солдатский, а по вытряхиванию из тебя жизненных подробностей он главный специалист.

Мое появление вместе с двумя красавцами производит необходимый эффект. Причем нас вдвоем с Крисом еще могли ожидать, а вот кто третий… Крис прячет усмешку, Эмиль абсолютно спокоен, по крайней мере, внешне. Нет, объяснять сейчас по дороге ничего не буду, дождусь общего сбора.

Заглядываю к девчонкам, машу им, чтобы присоединялись. Миг изумления, потом восторженные вопли и, точно, Кристиана рады видеть живым и здоровым еще больше, чем меня. Ну, вот здесь я точно не ревную, только радуюсь его способности очаровывать всех вокруг.

Народ начинает собираться в комнате отдыха, Крис уже быстро расстилает скатерть — самобранку: экзотические фрукты, закуски, он сварил тайшу — попробовать; вино мы купили уже здесь, не зря его на Венгу завозят, а не вывозят. Но главное блюдо — это мы втроем.

Не дожидаясь остальных, к Крису буквально прилипает Даша:

— Живой, надо же! Мы уже и не ожидали тебя увидеть, про вашу планету обычно такие ужасы рассказывают! Дай, хоть потрогаю тебя, что ли, — она виснет у него на шее.

Кристиан делает очень серьезное и скорбное лицо, чувствую, сейчас будет очередное представление.

— Даш, вот ты сейчас до меня дотронулась, а по нашим законам моя жена и госпожа должна меня теперь убить, причем медленно и мучительно. — Дашка растерянно смотрит на него, потом переводит взгляд на меня — неужели это правда, что же она наделала?

Крис, не давая ей опомниться, продолжает:

— Мужчины обязаны ходить в полностью закрытых одеждах, лицо тоже закрыто, только глаза видны. Не дай бог открыть свое лицо перед чужой женщиной — сразу казнь, медленная и мучительная. Здесь мы с Эмилем просто очень странно смотрелись бы в таком виде, поэтому мы в привычной вам одежде. А там положение обязывает. Вот, Эмиль, подтверди!

Эмиль смотрит на меня, видимо, у него в голове идет борьба между абсурдностью утверждения и привычкой подчиняться приказам. К тому же, если Старший говорит, а госпожа не опровергает, значит, это для чего-то нужно? В общем, Эмиль тоже кивает, подтверждая.

До коллег, так и прилипших к стенкам с открытыми ртами, и до главной виновницы этой сцены медленно доходит:

— Да ты гонишь! Блин, а я ведь купилась, уже и не знала, что Анютке предлагать, чтобы тебя спасти!

— Здорово я придумал? — бессовестно ржет Крис.

Я тоже уже не могу сохранять серьезное лицо, давлюсь от смеха:

— Вот теперь вы представляете, как я живу? Как на пороховой бочке, поставленной на минном поле — не знаешь, откуда рванет.

Крис отсмеялся, вытирает слезы:

— Дашуня, прости, пожалуйста. Вот такая я сволочь. Просто все так на нас смотрели, как будто искали как минимум еще одну голову или хвост, вот меня и понесло…

— Ну, я, кажется, уже поняла жительниц вашей планеты, если там такие шутники, как ты, еще встречаются… Я бы съездила, пару уроков-то порки взяла, — мстительно щурится Даша.

— Давай-давай, прилетай в гости, наглядных пособий нам хватит. А как твой муж будет рад новым ощущениям, когда ты обратно вернешься, как он меня за эту науку любить будет! — приободрила ее я.

Пока мы с Крисом издевались над любимыми коллегами, подтянулись остальные. Сан Саныч сгреб меня в объятия, потом оценил диспозицию, включил режим «Старый солдат» и подсел к Крису:

— А вот скажите мне, молодежь, вам нормально, что вас у жены двое?

Однако, 1:1, потому что Крис не нашелся, что ответить. На положении самого старшего Сан Саныч не стеснялся в выражениях, но обижаться на него за это было совершенно невозможно. Сегодня он выдал:

— А я говорил тебе, Анютка, что тебе мужика хорошего надо! Вон ты какая — и умница, и красавица!

— Нет, Сан Саныч, вы не говорили, что сразу двоих надо. Это я сама додумалась!

«Старый солдат» не унимался:

— А вот теперь ты мне расскажи, зачем тебе их два-то? Всем одного мужа хватает.

— Ну, Сан Саныч, вы же практичный человек, должны понять! Вот представьте, что один из мужей устал или, не дай бог, заболел. Он спокойно отдыхает и выздоравливает, ни о чем не беспокоясь, потому что его есть кем заменить. Или с детишками по очереди занимаются.

Крис пытался сохранить бесстрастное выражение лица, но ему явно приходилось тяжело. Наконец он бросил бесплодные попытки и уткнулся Эмилю в плечо, всхлипывая от смеха: «Нашел, у кого спросить, кого попытался смутить! Если бы Анита не была уверена, что сможет объяснить свой выбор и защитить нас от любых косых взглядов и злобных выпадов, она бы просто сюда не приезжала. Сейчас она точно за словом в карман не полезет». Вслух он выдал:

— Спасибо, моя родная. Такой трактовки брака на нашей новой родине не знают, надо бы их просветить.

Вопросы, вопросы, сколько вопросов! Вообще-то далеко не всех моих соотечественников интересуют чужие планеты и чужие культуры, но здесь-то я сама этот интерес спровоцировала: вначале улетаю в экзотические места, потом возвращаюсь, слегка шокировав земное общество вторым мужем.

На самом деле, больше всего я беспокоилась за Эмиля, именно поэтому колебалась, брать его с собой или не брать. С Крисом все понятно — муж или не муж, но он «свой», знакомые за него искренне переживали, когда он улетал в «мужской ад». А Эмиль — непонятная инопланетная зверушка, в непонятно каком статусе — любовник жены? Любовник мужа? Бред какой-то… А я, если в его сторону кто-нибудь вякнет, удушу собственными руками!

Но, как оказалось, я зря беспокоилась. Строгий взгляд потрясающе красивого ледяного принца произвел впечатление; все уничижительные реплики сразу в горле застряли. Это ведь я знаю, что в голове у него ужас-ужас творится, а со стороны ничего подобного не подумаешь — полное отсутствие эмоций, знаменитая выучка Джордана. Вопросы ему задавать боятся, хотя любопытные взгляды бросают: кто украдкой, кто и не особенно скрываясь. Женщины посматривают очень заинтересованно — как я их понимаю, если бы это чудо уже не было моим, давно бы иззавидовалась его владелице.

Наверное, пресс-конференцию пора заканчивать, все уже слегка подустали, немного пьяны… или не немного, но пока все в дозволенных рамках. Саныч уже откланялся, сославшись на свой возраст и ободряюще похлопав Криса по плечу: «Держись, держись! Я в тебя верю, не посрами мужское племя!».

И я делаю объявление:

— Ну, для женской половины населения небольшой подарок. Так, мужчины или выходят, или присоединяются. Обещаю, больно не будет!

После такого напутствия коллег мужского пола как вымело с территории.

— А ты, Леша, для жены сюрприз будешь готовить? Я ее потом спрошу, как ей это понравилось.

Попытавшийся незаметно притулиться в уголке Алексей подобрал живот и осторожно протиснулся в дверь.

Осталась чисто женская компания, небольшая, но качественная: Даша — ну куда же она уйдет, после таких-то предысторий, Оля, любительница всякого рода тусовок и сама большая авантюристка, Катя, Света с Иришкой. Можно начать «презентацию». А что, одно дело помечтать, толком даже не понимая, о чем, а другое — живьем увидеть. На Криса и другого парня, красивого и загадочного, дамы смотрели, как на шоколадный торт, одуряюще пахнущий орехами и свежей выпечкой. Или как на шашлык, дело вкуса…

— Тебе дудочку дать, и вылитый Крысолов, — заметила я Крису.

— Да что вы, я абсолютно безобиден, — запротестовал тот, с удовольствием оглядываю собравшихся.

— Так, камера… — вспомнила я, — на нее вроде трусы полагается бросать? Или еще какую-нибудь деталь туалета? Мы же не хотим стать звездами Галлонета.

— Ну, не надо так радикально. Куртка подойдет, надеюсь, — Крис дотянулся и укутал глазок камеры под потолком своей курткой. — И пусть потом думают, чем мы там занимались…

Он сбросил футболку и превратился в огромного кота, который подполз к моим ногам слитным и гибким движением, встал на колени и преданно посмотрел мне в глаза: «Что пожелает госпожа?»

Два моих мужчины, получая искреннее удовольствие, демонстрируют девочкам «Венгу-лайт». Еще бы потом девчонок в себя привести, объяснить, что это промо-акция, всем желающим там не выдают богатый (ну, ладно, просто достаточно обеспеченный Дом) и красивых, умных, преданных мужчин. Это мне так повезло. Тем и хвастаюсь.

Расходились все уже достаточно пьяные, немного путая реальность с вымыслом, тем более, что в этой чужой манящей реальности так хотелось пожить после красивого представления.

Неотложные дела сделаны, мы все заслужили небольшой перерыв и порцию позитива. Пожалуй, навестим мою любимую кофейню, там были самые замечательные десерты и очень уютная атмосфера.

Усаживаемся за столик, Эмиль с любопытством оглядывается вокруг, я изучаю меню. Все мои любимые лакомства в наличии, но мужчинам, наверное, надо что-нибудь посущественнее.

— Мальчики, заказывайте, что вы хотите.

Они что-то задумались. Неужели стесняются? Наверное, приличный муж должен клевать, как птичка? Сразу вспоминается Скарлетт и Мамушка с ее поучениями, как должна вести себя приличная леди в гостях. Придется заказывать за всех.

— Так, нам пирог с мясом, сырники, вот этот мясной салат и чайник черного чая. Потом ассорти десертов и ваш фирменный кофе. Мальчики, кому еще кофе? — Опять тишина, раздумье. — Три кофе.

Официантка, если и удивилась, что в нашей компании заказываю только я, виду не подала — настоящий профессионал!

Зато посетительницы разглядывали нас с большим интересом — вначале посмотрят на парней, а потом, искоса, на меня — чем же она двоих мужчин зацепила? Тем более, что мальчики наружности характерной — длинные ухоженные волосы, кожаные штаны, Эмиль в белой рубашке с черными запонками из полудрагоценного камня — не удержалась, нарядила, Крис в черном. В общем, складывается впечатление — элитные мальчики по вызову. И я, видимо, очень обеспеченная женщина, раз могу позволить себе сразу двоих — смеюсь про себя.

В кафе заходят очередные посетители — и Крис замирает, практически делая охотничью стойку, еле слышно комментируя:

— А вот этого не может быть… Госпожа, посмотрите-ка туда.

Я внимательнее смотрю на вновь пришедших — красивая юная девушка и… Вадим! С ума сойти! Вот уж кого никак не ожидала увидеть, да еще в такой компании.

— Его девушка? — предполагаю я. — Молоденькая какая…

— Что-то девушка в его образ жизни никак не вписывается. Да и слишком уж молодая, может, дочь? — выдвигает свое предположение Крис.

— Ну, кто выдвинет следующее предположение? Дальняя родственница? — не успокаиваюсь я. — Вот ведь, теперь не засну, от любопытства умру.

— Этого я допустить никак не могу, — веселится Крис, — ну, что же, пойду поздороваюсь, заодно и познакомлюсь. Если друг Вадик нас увидел, то может решить, что мы его испугались. А это совсем не так.

Он решительно поднялся, подошел к столику и любезно представился:

— Добрый вечер. Прошу прощения у дамы за свое бесцеремонное вмешательство, но, увидев вас здесь, я не мог не подойти, чтобы поздороваться. Моя жена тоже передает привет, — я кивнула из-за своего столика с самым приветливым выражением лица, — прошу прощения, я не представился: Кристиан. Мы с вашим спутником старые знакомые.

Молчание становилось неприличным, и Вадим, соревнуясь в любезности, представил свою спутницу:

— Мария, моя племянница. Кристиан уже представился сам…

— Да, мои манеры оставляют желать лучшего, но мы были так удивлены, увидев вас здесь… К тому же мы с моей женой здесь проездом с Венги, если вдруг окажетесь в наших краях, непременно заглядывайте! Мы примем вас со всеми удобствами. Не буду больше вас задерживать и еще раз прошу прощения у прекрасной дамы за беспокойство.

Очень собой довольный, Крис вернулся на место.

— Дайте мне лимон, что ли, или ущипните как следует, — вполголоса проговорил он, старательно держа лицо, — просто будет очень неприлично, если я сейчас просто ржать начну… Но его лицо, когда, я подошел и представился… Племянница, значит. Ну, надо же, а я думал, что некоторые люди появляются из яиц. Крокодильих.

А потом мы гуляли по ночному городу, по расцвеченной огнями набережной, и почему-то никак не хотелось возвращаться домой, прерывать сказку.

Кристиан

Еще в полете я заметил, что Анита стала быстро уставать. Сама она смеялась и говорила: «Ничего не понимаю, сплю на ходу!».

Я решил, что лучше пусть она на меня обидится, что лезу не в свои дела, пусть Старшая хозяйка выпорет, если ей так захочется, за то, что, опять-таки, не в свое дело лезу и, ничего Аните не сказав, пошел к Таисии. Она женщина, она умная тетка, должна что-нибудь посоветовать или успокоить, сказать, что у женщин так бывает…

Таисия неожиданно ухватилась за мой рассказ, заставила вспомнить, когда я заметил эти признаки, а потом спросила, давно ли хозяйка использовала меня по назначению. Приехали. Она хочет сказать, что я чем-то заразил мою девочку? Как понимать ее вопрос? Я знаю, что болезни к нам не пристают, но все равно проверился вдоль и поперек, когда Анита оставила меня у себя насовсем. Врачи что-то просмотрели?

Таисия, видно, сжалилась надо мной, потому что неожиданно мягко сказала:

— Твоя госпожа ничем не больна, скорее всего. Может, анемия. Мне нужно, чтобы она сдала анализы. Тебя я, наверное, похвалю, что пришел с докладом ко мне, а вот твоя хозяйка… Может, она тебя за это накажет.

Потом усмехнулась:

— А, может, как раз наказывать тебя и не будет.

Госпожа спит, я, как послушный муж, улегся на коврике у кровати, чтобы и не разбудить ее, и не пропустить момент, когда она сама проснется. Как только проснется, я тут же должен позвать Таисию. Получу, конечно, от Аниты за самоуправство, но лучше пусть спина и задница будут в клочья, чем с ней что-нибудь случится.

Я жду под дверью комнаты. Таисия зашла к госпоже, и они о чем-то долго разговаривают. Потом выходит Анита, пытаясь спрятать улыбку:

— Ну, кто говорил, что этого не может быть, потому что не может быть никогда? Я беременна.