Некромант поневоле, или Кто тут жрет мою кашу?

Глава 5

Я напряглась. Внутри все похолодело от внезапной догадки, какой-такой «фамильяр» может обитать в кишащем нежитью месте.

— Ты имеешь в виду…

— Да не тебя! — Кот закатил глаза. — Что тут жрать-то — кожа, кости и копна рыжих волос. Из солидарности к рыжим и не стал бы. Но если у тебя нет хотя бы кусочка курицы, я подумаю…

Нервно сглотнув, порылась в карманах мантии, выуживая единственное, что у меня было из еды, — засохший кусочек бисквитного печенья, который я сунула туда перед дорогой. И осознала вдруг, что мои вещи, небрежно выброшенные возницей из дилижанса, так и остались у ворот кладбища. Но сейчас, когда солнце зашло, я не рискну за ними идти.

— Это все, что есть, — призналась, протягивая печеньку, чувствуя, что он меня возненавидит.

Кот посмотрел на бисквит, потом на меня и торжественно объявил:

— Мы оба умрем. От голода.

— Спасибо за поддержку, — пробормотала.

До паники было недалеко.

Снаружи что-то зашуршало, и я резко повернулась к двери. К горлу подкатил липкий страх. Сквозь плохо заколоченное окно проникал тусклый свет, за границей кладбища ветер гнал клочья тумана, из-за чего деревья казались темными размытыми фигурами.

— Ты не закрыла дверь, — лениво сообщил кот.

— А ты не мог сказать раньше⁈ — зашипела, подскочив к двери и захлопнув ее.

Навалилась на створку всем телом, проверяя, насколько она способна выполнять свои функции. Судя по скрипу, ненадежная.

— А ты как здесь оказался? — спросила, пытаясь занять себя хоть чем-то, кроме паники.

— Я всегда тут был. — Зевнув, кот улегся на старое кресло в углу. — Кстати, староста оставил тебе торбу с харчами, в том углу лежит. Но колбаску я уже съел, остался хлеб. И очень соленый творог. И сетка каких-то клубней. Я надкусил, мне не понравилось.

— Так ты не голодный, выходит! Чего тогда донимал? — возмутилась, но кот начисто меня проигнорировал, сделав вид, что спит.

Я нервно провела рукой по волосам. Отлично. Меня отправили не туда, куда надо, бросили в жуткое место с какими-то «нехорошими» могилами, а теперь еще и фамильяр, о котором я не просила, у меня. Точнее, по соседству. Ибо что-то не видно, чтобы он радостно бросился признавать меня своей хозяйкой. Хорошо, хоть еду какую-то оставили, на ближайшую пару дней хватит. А там, надеюсь, староста сдержит обещание, и в самом деле принесут чего-то еще.

Но голод явно не самая большая проблема: снаружи определенно что-то происходило. Где-то среди могил послышался скрип, будто кто-то медленно, методично двигался между надгробиями. Понимая, что светлячок привлечет внимание, потушила его и медленно опустилась на пол у стены. Подтянув к себе ноги, обняла коленки.

— Мы сейчас умрем, да? — шепотом спросила у кота, как у единственного живого существа рядом.

— Ну если ты даже не умеешь запирать двери, то да, вероятность высокая, — беззаботно отозвался он. — Но почему «мы»? Меня здесь знают и не трогают.

Захотелось придушить рыжего, но неожиданным образом его слова меня воодушевили и отогнали начавшуюся было панику. Поднявшись, я решительно хрустнула пальцами и воззвала к своей магии.

— Не советую, — лениво отозвался кот.

— Тебя спросить забыла, — огрызнулась, удовлетворенно отмечая, что из бревен стены показались молодые побеги и, стремительно удлиняясь и утолщаясь, принялись затягивать окна.

— А зря. Ибо я тебе подсказал бы, что, закрывая окна, ты лишаешь себя выхода из сторожки, когда дверь упадет от первого же толчка. — Сразу после фразы снаружи раздался глухой стук, прервавшийся скрежетом когтей, и в наступившей на миг тишине слова фамильяра прозвучали зловеще: — Тебя в академии не учили, что некоторые виды нежити магия привлекает похлеще запаха свежей крови?