Ксения Александрова. Академия Врачевания 2. Непокорное сердце

Глава первая

Таверна мистера Вильца была как никогда полна народу, и мне это не очень нравилось — не хотелось привлекать к себе внимание. Благо я догадалась нарядиться просто — штаны, темно-коричневый грубого пошива плащ с глубоким капюшоном и широкая сумка с длинным ремнем, делали меня больше похожей на мужчину. По крайней мере, мое появление не вызвало никакого интереса у посетителей. Я перехватила взгляд дяди Элазара и кивнула ему.

— Здравствуйте, — тихо поздоровалась я, когда он подошел.

— Привет, — беспафосно ответил он. — Пивка? — это, конечно, было шуткой, но я кивнула, улыбнувшись.

— Можно.

Он проводил меня за стол, который, не сомневаюсь, специально держал для меня. Здесь, в затемненном из-за непроникающего света углу, я могла спокойно поесть, не опасаясь, что меня могут узнать, или, чего доброго попытаться прихлопнуть. С тех пор, как мы с Кристианом покинули замок Вайза, облюбованный Лоркенсом, прошло три месяца, а Мелитта все еще не возвращалась. Благодаря Элазару я знала, что она жива и здорова. Вот и сегодня он должен был передать мне письмо от нее, для чего я и пришла в его таверну.

— Как поживаешь? — спросил он, пока расставлял на моем столе еду и питье. Пользуясь моментом, заодно передал конверт.

— У меня все хорошо. Лучше скажите, как Тэй? — я искренне переживала за друга — из-за меня у него возникли проблемы. — Мне жаль, что я не смогла быть на суде.

— Да кто ж тебя бы пустил? Ничего, он в порядке. Спасибо Амадеусу — благодаря ему мой сын ограничился лишь запретом на выезд из королевства. Даже место в Академии сохранилось.

Мужчина говорил без укора, но мне все равно стало стыдно. Я знала, что виновата перед Тэем. Конечно, я не просила его о помощи, вероятно и сам Элазар это понимал, потому-то и не держал на меня зла, но все же, именно из-за меня его сына судили. А все из-за того, что Тэй помог мне сбежать из здания суда, использовав для этого самое что ни на есть оружие массового поражения — огнедышащего дракона.

— Амадеус, это… это, — я пыталась вспомнить, где же слышала это имя. Оно явно принадлежало эльфу.

— Высший член Совета.

— Эль-Крэллари? — сама того, не желая, громко воскликнула я, за что дядя Элазар гневно шикнул на меня. — Не ожидала от него такой милости. Помнится, он хотел меня казнить.

— Его можно понять. Эльфы давно воюют с армией Лоркенса, — бесстрастно ответил дядя Элазар.

— Но я-то здесь причем?! Ну, да, я внучка самого темного мага, которого только помнит мир, но что из этого? Разве я виновата, что родилась не в той семье?

— Это ты расскажи семьям, чьи близкие погибли от рук твоего деда и его соратников. Я ничего не имею против тебя, Стейси, ты славная девушка, иначе бы мой сын с тобой не дружил, но кто знает об этом? Те, кто никогда не имел с тобой дела, уверены, что ты самое что ни на есть порождение зла. Сложно поверить, что в тебе мало от Лоркенсов.

— А вы верите? — затаив дыхание, спросила я. Сложно поверить в его расположение, когда он фактически поддерживает идею моей казни, но зачем же тогда он помогает мне? Только ли из-за Тэя?

— Я верю сыну. А он верит тебе, — уклончиво ответил он.

Я проводила его взглядом, после чего с тяжелым сердцем приступила к еде. Вообще-то я была так обижена на хозяина, что есть его стряпню пропало всякое желание. Конечно, он имеет право на свое мнение, и вовсе не обязан мне симпатизировать, и уж тем более быть на моей стороне, но сейчас, во время начинающейся смуты и зарождающейся войны, я остро нуждаюсь в союзниках. Сложнее всего определиться, кого я боюсь и ненавижу больше. Дело в том, что обе стороны одинаково опасны для меня: армия Тьмы, возглавляемая Лоркенсом готовится к скорому захвату. Власть уже негласно принадлежит Эдварду, но в числе его сторонников мне быть совершенно не хочется. Вот только все не так просто, как хотелось бы — мой горячо ненавистный мной дед, к сожалению, на данный момент является не только моим врагом, но волей злой шутницы-судьбы и моим защитником. Именно благодаря его покровительству я все еще жива. С другой стороны — эльфы, и все те, кто на их стороне. Эти ребята спят и видят, как бы уничтожить проклятое дитя. Меня, то есть. Вот и получается, что в этой войне я не отношусь ни к одной из сторон. Куда ни плюнь, всюду враги. Потому-то мне так необходимы союзники, друзья. Прав был Вайз, когда говорил, что настанет время определить, кто враг, а кто друг, и это будет не так просто. Какое счастье, что он все-таки вернулся в Академию на должность ректора — по возвращению к учебе мне будет с кем посоветоваться, поговорить. Его, как и Кристиана, посадили в башню почти сразу же после смерти Его Высочества, но ему удалось бежать, а позже, благодаря дружбе с королевой, его заочно оправдали и разрешили вернуться к работе и прежней жизни. Подозреваю, что не в королеве дело — как долго продержится сила ее власти? Очень недолго. Кристиан, рассказывал, что в случае смерти короля, власть переходит к сыну, ну, а сама королева остается во дворце, но уже не имея никакого веса в политических играх королевства.

Поев, я вышла. На улице стоял жаркий июнь, и в плаще было невообразимо жарко, но снять я его не могла: пока я официально не стану невестой наследника, надеяться на безопасность не приходится. Конечно, меня охраняла магия защиты, которая представляла собой щит из невидимого огня, окружавшего меня — стоило противнику попытаться напасть, как его атаки отражались огненными языками, но наложить ее самостоятельно я не могла, а потому приходилось полагаться на помощь любимого дедули. Естественно о моей вылазке в таверну мистера Вильца он не знал. По крайней мере, я на это надеюсь.

Я скорее почувствовала, чем услышала чужое присутствие позади себя. Правая рука сама собой метнулась в карман, отточенным многочисленными практиками движением вытащив палочку, после чего я резко повернулась, чтобы встретиться лицом к лицу с возможным противником. Первым, что увидела, был летящий в меня кинжал. Заклятие разрушения превратило его в мелкие осколки. Я не дала врагу опомниться и сразу же направила в него столп фиолетового пламени — парализующее заклятие, и тот свалился на спину. Подойдя к нему, пнула носком ботинка в бок, чтобы удостовериться, что он обездвижен. Лицо скрывала маска — наверняка надел ее, когда уже вышел из таверны. Одет же он был, как и все завсегдатаи этого заведения — в грязно-серую бесформенную рубаху, подпоясанную широким коричневым поясом из кожи, черные штаны и пыльные ботинки. Сняв с него маску, я обомлела — моим несостоявшимся убийцей был мальчишка лет пятнадцати, не старше. Симпатичный, с милым юношеским лицом и огромными зелеными глазами, которые стали еще больше, потому как парень был напуган. Ну, вот куда тогда лез, а?

Оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости нет его напарников, я склонилась над ним.

— Один?

Поморгав, он слегка кивнул. Ага, как же, скажет он правду.

— Зачем ты пытался убить меня?

Молчит, гад. Чтобы разговорить его, пришлась сжать ему горло.

— Заказали, — прохрипел он. Вот, уже что-то.

— Так ты наемник, что ли? — мое удивление возросло от такого открытия. Чего-чего, а пятнадцатилетних наемных убийц я никак не ожидала встретить даже в магическом мире. Когда тот кивнул, продолжила допрос. — Кто тебя послал ко мне?

Как я и ожидала, он наотрез отказался говорить. Оно и понятно — убьют. Эх, было бы под рукой зелье правды, тогда я бы все узнала, а так…пустая трата времени. Пожалуй, подумаю над тем, чтобы всегда носить его с собой, раз уж теперь на меня нападают.

— Если не скажешь, я тебя убью, — ласково сообщила я ему. Авось испугается и выложит все, как на духу. Надежда, конечно, слабая, но попытка не пытка.

Он странно улыбнулся.

— А мне без разницы. Не ты, так они убьют, если выдам.

— По крайней мере, сделаешь доброе дело, — привела, наверно не самый удачный аргумент, я. — Жизнь мне спасешь.

Он ничего не ответил — секунда, и его лицо стало каменеть, окрашиваясь в неприятный серый цвет. Он сильнее прежнего вытаращил глаза, уставившись куда-то в небо, и его взгляд остекленел. Заклятие тайны, фактически означающее умри, но не выдай. Черт. Мало того, что меня пытались убить, так я еще и не знаю, кто.

Все еще держа в руке палочку, направилась прочь от трактира — в местечко, где меня ожидал извозчик, которому я заплатила приличную сумму за простой.

— Трогай, — велела ему, и только когда карета взлетела в воздух, почувствовала себя в безопасности. Странно, но Беллингтон стал для меня настоящим домом — родным, уютным, безопасным. А ведь я всего-то прожила в нем три месяца. Наверно, дело не в доме, а в его хозяине — рядом с Кристианом я чувствовала себя самой счастливой. Не представляю, как смогу расстаться с ним. Чем ближе помолвка с Готтоном, тем сильнее я ненавижу своего будущего жениха, хотя, конечно, он не виноват. После того, как мы с Кристианом вернулись в графство, Готтон прислал мне письмо, в котором дал понять, что не слишком счастлив предстоящей женитьбой на мне. Какие интересы преследует он, я не знаю, да и для Кристиана планы брата не всегда понятны и предсказуемы. Вот и в этот раз он не смог сказать мне, чего добивается Готтон, соглашаясь на свадьбу.

Дорога в Беллингтон заняла не менее пяти часов. По пути нам то и дело приходилось останавливаться, так как лошади были старыми и не выдерживали долгого полета. Это бесило меня, ведь я рассчитывала прибыть еще до того, как Кристиан возвратиться домой с охоты, на которую он отправился еще до рассвета. Дело в том, что вампир запрещает мне путешествовать в одиночку, упрямо отказываясь понимать, что появиться в таверне мистера Вильца вдвоем мы никак не можем — сразу же привлечем к себе внимание.

Расставшись с извозчиком у крепости, я вошла в город, где наконец-то смогла нанять приличную карету.

Как и ожидалось, Кристиан был уже дома, о чем мне стало известно благодаря Лаэртасу — огромному молочного окраса псу, выбежавшему мне навстречу. Тот, как это обычно случалось после разлуки, кинулся на меня, принявшись любвеобильно покрывать меня слюной. Не удержав его далеко не самую легкую тушку, я упала, чему Лаэртас несказанно обрадовался — теперь он уже лизал мне лицо и уши.

— Правильно, Лэр, откуси ей голову — она ей все равно не нужна, — раздался над нами голос Кристиана. Услышав хозяина, пес оставил меня в покое. И тогда я увидела вампира. Он стоял, скрестив на груди руки, и с укором взирал на меня — распластанную на траве. Воспитание не позволяло ему игнорировать манеры, а потому, несмотря на злость, которую, он, без сомнений, сейчас испытывал, не помочь мне подняться, не мог.

— Почему-то это мне не нужна моя голова? — осведомилась я, отряхиваясь. Смотреть ему в глаза не решалась.

— Потому что в ней пусто, — холодно отозвался вампир. Нечасто можно услышать от него подобный тон, по крайней мере, по отношению ко мне, но сейчас он злился. И его можно понять — наверняка, вернувшись домой и не застав там меня, он взволновался, возможно, решив, что меня выкрали.

Я улыбнулась и погладила возлюбленного по щеке, но тот никак не отреагировал на ласку, продолжая хмурить брови и смотреть на меня как на злейшего врага.

— Ну, не злись, — уговаривала я его. Какой же все-таки сложный характер у этих вампиров — аристократов.

— Почему не сказала мне, что отправляешься к этому Вильцу?

— Потому что знала, что ты будешь против! — с жаром воскликнула я, и тут же осеклась. — Стой, а откуда тебе известно, что я была у него?

— Он сам мне и сообщил. Послал свою старую больную неркиду, мол, ваша дрожайшая подруга изволила рисковать своей жизнью, нанеся мне визит в полнейшем одиночестве. Просит принять воспитательные меры.

— Что еще за меры? Что значит «воспитательные»? — настороженно спросила я.

— Не знаю, что имел ввиду мистер Вильц, но я подозреваю, что он говорил о порке, и, увы, должен признать, что в этот раз я с ним солидарен.

— Хочешь сказать, что прикажешь выпороть меня? — несмотря на то, что Кристиан все еще дулся, мне было смешно.

— В другой раз непременно, — проворчал он.

— Не имеешь права — я совершеннолетняя!

— По моим меркам ты еще младенец.

— Не ври. Я знаю, как быстро развиваются вампиры, — парировала я. Дело в том, что вампиры, действительно, развиваются быстрее обычных детей, но, достигнув определенного возраста, а это, по людским меркам, примерно семнадцать лет, их дальнейшее развитие замедляется. То есть, стареют они очень медленно. Чудесно, не правда ли? Хотя, конечно, как посмотреть — выходит, что детства у вампирят почти и нет.

— Ты не должна была отправляться в Наирру, — серьезно проговорил Кристиан. Его голос уже звучал спокойно. — Это опасно.

— Знаю, — вздохнула я. Рассказывать Кристиану о нападении не хотелось, но он имеет право знать. — Кстати, меня пытались убить, — последнее вышло у меня так, будто я говорила о чем-то естественном. Наверно, именно мой будничный тон и взбесил Кристиана, потому что он резко развернулся и зачем-то схватил меня за плечи.

— Кстати? Кстати?! Господи, Стейси, ты хоть понимаешь, о чем ты говоришь? Ты осознаешь, что происходит?

— Не ори. Все я понимаю не меньше тебя, — огрызнулась я.

— Кто он?

— Наемник. Юнец, который, наверняка и оружия-то в руках не держал.

Кристиан неодобрительно фыркнул.

— Надеюсь, ты не отпустила его с миром, взяв честное слово больше никогда так не поступать? — с сарказмом поинтересовался он. Ну, вот честно — иногда он бывает просто невыносим. Я снова вздохнула.

— Нет. Он умер, когда я пыталась выяснить, кто его нанял.

— Ты допрашивала его при помощи заклятий пыток? — с каким-то странным восхищением спросил вампир. Маньяк он, что ли?

— Нет. Он умер без моей помощи. Полагаю, что под воздействия заклинания тайны.

— Что ж, это ожидаемо, — согласился Кристиан.

Мы шли по тропинке в направлении дворца. Кристиан позволил взять его под руку, что говорило о том, что запал гнева у моего возлюбленного прошел.

— Как прошла охота? — решилась поинтересоваться я. Честно сказать, не совсем понимаю, зачем вампиру охотиться на дичь, если он все равно не питается ею. Наверно, все дело в том, что охота — излюбленное развлечение аристократов, другого объяснения у меня нет. А может быть, Кристиану просто нравится это.

Он пожал плечами.

— Как всегда. Ничего особенного.

— Зачем же ты ездишь?

— Чтобы не прослыть дикарем и домоседом, — он улыбнулся. — Охота это времяпровождение, не более, — ага, так я и знала. — К тому же сосед пригласил, граф Эльфлерс.

— Он эльф? — изумилась я, зная, что Кристиан терпеть не может эльфов.

— Боже упаси, — вампир вытаращил глаза, а затем, улыбнувшись, добавил: — Будь он эльфом, мы бы не разъезжали вместе на досуге, а враждовали в лютой ненависти друг к другу.

Я пожала плечами, мол, мне-то, провинциалке и попаданке из другого мира, откуда знать.

Оказавшись в своей комнате, я первым делом открыла конверт с письмом от Мелитты.

«Здравствуй, Стейси. Как поживаешь? Надеюсь, что хорошо. У меня все прекрасно. Как я уже писала ранее, друзья дяди Элазара оказались замечательными людьми — приняли нас с ребятами как родных, многому научили. Пожалуйста, не жди больше писем, потому что в конце августа я возвращаюсь в Академию. Мне столько всего нужно тебе рассказать! Но это при встрече. Люблю, скучаю, надеюсь на скорую встречу, Мелитта.

P.S. Передавай привет Кристиану! (Да-да, мне все известно)».

Я снова и снова пробегала глазами по строчкам, жадно вчитываясь в них. Коротенькое письмо лишь разжигало тоску по Мелитте и остальным ребятам. Но, по крайней мере, я знаю, что она жива и здорова, а главное — мы скоро встретимся. Кристиан как-то сказал, что мистер Вайз лично общается с Мелиттой, а потому могу быть спокойна — до Академии она доберется в полной безопасности, уж он об этом позаботится. Я хмыкнула над замечанием подруги — интересно, что именно ей известно? Слухи в королевстве ходят разные — самый распространенный говорит о том, что мы с Кристианом любовники. Вообще-то это не совсем так — в это сложно поверить, но у нас с ним еще ни разу не было. А все потому что мой будущий женишок наложил на меня заклятие верности — в случае, если я согрешу, меня ждет долгая и мучительная смерть. Гад. Думает, что таким образом сможет отвратить меня от Кристиана? Пожалуйста. Вот только и ему ничего не перепадет.

Переодевшись в повседневное платье, спустилась в столовую, где уже был накрыт стол к ужину. Сегодня, как обычно, я ела одна. Но не успела я доесть салат из консервированной фасоли, как раздался оглушительный вой. Не в силах выдержать этот звук, я крепко зажала ладонями уши. В столовую ворвался встревоженный Кристиан.

— Стейси, это он, — задыхаясь, прокричал вампир.

— Кто он? — крикнула я в ответ, стараясь перекричать надрывающуюся воплями сирену.

— Лоркенс.

— Что?? — я отняла ладони от ушей.

— Это на него сработала защитная магия. Как мне поступить? Активировать защиту? Или впустить его?

— Я думала, графство защищено от проникновения врагов, — разочарованно проговорила я.

— Так и есть. Потому и сработал сигнал.

— Кристиан, — мне в голову пришла идея. Только бы вампир согласился. — Ты можешь незаметно покинуть графство? Ну, используя портал перемещения, например.

Вампир пришел в замешательство.

— Да, Стейси, мы оба можем….

— Нет, Кристиан, я останусь и встречу его, выясню, что ему нужно, все равно не отвяжется, а ты…

— Не нужно, Стейси. Ты оскорбляешь меня. Неужели ты всерьез считаешь, что я оставлю тебя?

Я вздохнула, соглашаясь с его словами.

— Конечно, нет.

— Вот и не говори глупостей, — вытянув правую руку ладонью вверх, Кристиан проговорил какое-то заклинание, после которого на ладони возник темно-фиолетовый шар, напоминающий большой мыльный пузырь. Снова заклинание и шар лопнул, а оглушительный вой смолк.

— Жди в гостиной, а я встречу нашего дорогого гостя, — велел Кристиан.

— Или гостей, — поправила я его. Вампир кивнул, не сказав ни слова.

Я оказалась права — мой драгоценный дедуля явился в компании моего будущего муженька и

Ее Высочества королевы, пока еще действующей. Я, на тот момент уже сидевшая в гостиной как ни в чем ни бывало, согласно правилам этикета, встала, чтобы поприветствовать гостей. Отвесив легкий поклон королеве, осталась стоять, предоставив возможность гостям осветить цель их визита.

— Ваше Светлейшество, как понимать данный инцидент? — королева говорила спокойно, но с ясно ощутимым холодком. Понятно, ведь Кристиан не был ей сыном.

— Ваше Величество, — Кристиан склонил голову в коротком кивке, — данный, как вы изволили выразиться, инцидент является всего лишь защитой моих владений. Простите за неудобства, — вампир говорил серьезно, но в голосе явно угадывались смешинки. По крайней мере, это заметила я. То, что он не относился к королеве серьезно, мне стало понятно еще на балу, но общаясь с ним, я все больше убеждалась в этом. Повернувшись, к Лоркенсу, Кристиан смерил его долгим, пристальным взглядом. Тот заговорил первым.

— Ай-ай-ай. Установить защиту против своей же королевы! — издевательски воскликнул он.

— Ошибаетесь. Защита установлена против вас, — процедил сквозь сжатые зубы Кристиан. Я понимала его чувства. Можно только представлять, как он сейчас бесится. — Надеюсь, это нисколько не оскорбит вас?

— Да нет, я даже польщен.

— Позвольте предложить чаю? — вмешалась я, не столько ради дедули, сколько из-за королевы, ну и Готтона, конечно — как не как он будущий король.

— Не стоит, — с той же прохладой отказалась королева. — Мы ненадолго, — она повернулась к сыну, вероятно, передавая ему слово. Готтон, который все это время смотрел в пол, поднял глаза. Выглядел он то ли растерянным, то ли напуганным. Странно. Раньше он казался мне надменным и самоуверенным.

— Мисс Блейн, обратился он ко мне несколько излишне официальным тоном, но я, в отличие от Кристиана, не позволила себе ни прыснуть, ни даже улыбнуться. Заметив ухмылку брата, Готтон еще больше стушевался, но, взяв себя в руки, продолжил куда более уверенно. — Мисс Блейн, рад сообщить вам, что наша с вами предстоящая помолвка должна состояться в более ранние сроки, нежели было назначено.

Хихиканье Кристиана смолкло. Мне тоже было не до смеха. Что значит «в более ранние сроки»? Сегодня что ли? Да и почему? Что еще задумал мой дедуля?

— Мисс Блейн, надо заметить, так осчастливлена новостью, что прибывает в легком шоке, — все-таки съерничал Кристиан, но уже без улыбки. — Давай, проще, братик. Объясни, что за спешка и какие события заставили сдвинуть сроки?

— Я не с тобой разговариваю, — моментально забыв о манерности, огрызнулся Готтон. Вот, это уже другое дело. Это уже тот самый говнюк Готтон, которого я знала. А то строил тут из себя пришибленного хомяка. — Не изволь забывать, что Стейси моя невеста.

Моя рука невольно потянулась к карману, где хранилась моя палочка. Так уж случилось, что эта секретная вещица всегда со мной, даже когда я в доме Кристиана, где казалось бы, мне ничего не угрожает. Я сверлила Готтона взглядом. Ишь как заговорил, подонок. Так и хотелось пульнуть в него особо болезненным проклятием.

— Еще не стала ею, — напомнил ему Кристиан. — И раз уж на то пошло, я отлично помню, кто кому и кем приходится, но и ты не забывай, что находишься в моем доме, где Стейси является гостьей.

— Это не позволяет тебе встревать в наш с ней разговор, — парировал Готтон. — Стейси в состоянии сама задавать интересующие ее вопросы.

Я перевела взгляд на Ее Величество, а затем на Эдварда. Оба наблюдали за происходящим с равнодушием и даже скукой.

— Будем считать, что я представляю ее интересы, — не отставал Кристиан.

— Кристиан, не надо, — тихо остановила я его, умоляюще глядя ему в глаза. Только скандала нам сейчас не хватает. — Так что за события заставляют ускорить помолвку? — спросила я Готтона. За него, неожиданно ответила королева.

— Мы думали, вы и сами все поймете, — то ли презрительно, то ли насмешливо сказала она. — Но вы, вероятно, были заняты другими вещами, — я чувствовала напряжение, исходившее от Кристиана, когда она произнесла эти слова, сквозившие откровенной пошлостью и унижением, но напрасно опасалась, что он вспылит — он знал, что даже при его статусе и силе хамить королеве это верное самоистребление. — Коронация нового правителя состоится в конце июля и к тому времени у него уже должна быть официальная невеста. Так меньше возни в будущем. Вас, мисс Блейн, мы пригласим, как невесту Готтона, и вы будете представлены как будущая королева Дэйтии. Церемония требует предварительной подготовки, репетиции, а потому, сами понимаете, ваше дальнейшее нахождение в этом доме не представляется возможным. Помолвка состоится через две недели. По случаю этого события решено дать бал, где мисс Блейн будет представлена честь показать себя во всей красе, — она издевательски улыбнулась мне. Фу. Мерзкая, однако, женщина, эта королева. Хотя при первой встрече кажется очень даже приятной. Не зря ведь говорят, что красота зачастую бывает обманчива. Она улыбнулась, и, развернувшись, гордо направилась к дверям. За ней последовал и Эдвард, обронив мне короткое:

— Без глупостей.

Готтон отчего-то мешкал. Зная, что мой поступок будет ему неприятен, а возможно и взбесит, я повернулась к Кристиану и обвила руками его лицо.

— Я люблю тебя, — плевав на присутствие чертового жениха, сказала ему.

— И я тебя, — с горечью ответил Кристиан. Я знала, что он хочет поцеловать меня на прощание, но лишь братская солидарность не позволяла ему этого, а потому, притянув его к себе, коснулась губами его губ. Поцелуй был коротким, робким, словно мы украли его, словно не имели на него никакого права. Да, наверно, так и есть, но какое до этого дела, если он, возможно, был последним в нашей жизни?

Отстранившись, я повернулась лицом к Готтону, но не глядя на него, прошла мимо — к парадным дверям. Я слышала позади себя его шаги, но не оборачивалась.

— Ты это сделала, чтобы насолить мне? — спросил он, когда мы вышли.

— Нет, я это сделала, потому что хотела запомнить вкус его губ, — чистосердечно ответила я.

— Тебе будет тяжело расстаться с ним? — сочувственно поинтересовался он, но в сострадание этого человека я не верила, особенно после только что нанесенного ему унижения.

— Переживу.

— Надеюсь. Потому как он-то уж точно утешится быстрее, чем на твоем пальце засияет обручальное кольцо, — злорадно парировал Готтон. Я понимала, что он просто хочет дать сдачи за нанесенное ему оскорбление, но что-то во мне шевельнулось от его слов. Впервые я задумалась над тем, что любовь Кристиана может оказаться не так крепка, как я себе представляла. В конце концов, для меня не секрет, что он бабник.

Что ж, Готтон может быть доволен — ему удалось сделать мне больно.

Загрузка...