Невеста для инквизитора

Глава 31

Клим спешил к машине, на ходу отправляя голосовые сообщения Драге и Магде с приказом пробить автомобильные номера и проверить владельцев. Ответ от зама пришел быстро, Клим только свернул на нужную улицу.

После дождя город заметно посвежел. И хотя на темном асфальте кое-где уже стали проявляться светлые сухие участки, с листвы на землю искрящимся фонтаном летели брызги, когда стайка городских воробьев, перелетая с кроны на крону, устраивала себе импровизированный душ.

— Машина в угоне, мастер Парр, — докладывал Драга. — Заявление сделано утром в Костовице. Подробности мне вышлют с минуты на минуту, так что...

— Я уже в пути, — остановил его Клим. — Скоро увидимся. Все подготовь и сразу ко мне.

Совсем рядом раздались детские крики. Клим остановился и увидел за решетчатым забором одного из домов играющих в футбол мальчишек. Похоже было, что, увлеченные игрой, они не особо обращали внимание на дождь и лужи, и теперь, по уши грязные, в заляпанных футболках и шортах, носились по газону, скользя и падая на мокрой траве.

Клим коротко вздохнул и отвел глаза. Что-то опять шевельнулось у него внутри, возвращая к давно забытому ощущению необузданной детской радости, но скоро исчезло, потому что на смену ему пришел вызов от Магды.

— Верушка Кроль, восемнадцать лет, жила в Лемице со своей бабушкой, переехала в Костовицу и сняла дом. Погоди... - в трубке послышалось шуршание.

Клим подошел к своему автомобилю, но, прежде чем сесть внутрь, прислушался к звукам ударов по мячу и звонкому "гол!"

— Продолжай, Магда, — сказал он, переключая вызов на громкую связь и выруливая с тихой тенистой улочки. — Я весь во внимании.

Автомобиль съехал с дороги и помчался через поле. Салон ощутимо потряхивало. Верушка вновь ухватилась за подлокотники и стиснула зубы, чтобы ненароком не прикусить себе язык.

На губах Агнии играла торжествующая улыбка, глаза горели, а на смуглых щеках играл румянец. Со стороны она казалась необыкновенной красавицей, но Верушка никак не могла отделаться от тревожного чувства, будто вся эта красота не обошлась без изрядной доли безумия и невероятной злости. Возможно, это было вызвано обстоятельствами и болью за попавших в плен подруг, и где-то Верушка понимала ее чувства, однако, не зная всех подробностей, никак не могла разделить с ней ее переживания в полной мере.

Украдкой она вновь взглянула на Агнию.

— Потерпи! Уже скоро! — на жадном вдохе произнесла та. Полные красные губы ее раздвинулись, словно в зверином оскале, и Верушка поежилась, давя в себе волну необъяснимого страха.

Поле закончилось. Трава стала выше, ухабы глубже. Сухие стебли стегали по корпусу автомобиля, доставая почти края окна. В голове перепуганными птицами бились мысли: что ее ждет? кто ее ждет? что будет потом, когда... когда... Сглотнув сухой комок, Верушка хрипло спросила:

— Ты тоже прошла... - замешкалась, старательно проговаривая непривычное слово. — Инициацию?

— Да! Полгода назад! — срывающимся от переполнявших ее чувств голосом ответила Агния.

— Как ты поняла, что ты ведьма?

— Чувствовала. Знала. Просто знала и все! Любого могла окрутить, — усмехнулась она. — От любого могла добиться чего захочу. Я ведь и со Стасем твоим могла бы...

В этот момент машину подкинуло с такой силой, что их приподняло над сидениями и едва не впечатало в крышу.

Верушка вцепилась в дверную ручку и привалилась плечом к двери. Слова Агнии резанули по ушам, но не вызвали в ней тех эмоций, которые еще совсем недавно душили, словно веревки. Внутри у нее царила пустота. Страшная, тревожная пустота, последствия которой могли быть гораздо хуже любой истерики.

— Машину бросим там.

Глядя прямо перед собой, Агния дернула подбородком. Верушка не поняла, где и как — до леса оставалось еще как минимум полтора километра, но переспрашивать не стала. Сжав кулаки, она сосредоточилась на том, чтобы не упустить ни малейшей детали этой поездки, ни единого слова или взгляда, ни одного своего предчувствия или толчка интуиции.

Ее сила затихла, выжидала, будто дикий котенок в темном углу. Может быть, ждала, когда ее поманят, дадут что-нибудь вкусное и приручат. Или же наоборот, готовилась впиться в первую же руку, протянутую к ней.

— А что, если я не смогу? — сказала Верушка вслух.

— Сможешь, — с почти ласковой интонацией произнесла Агния.

Верушка подобралась, когда автомобиль снизил скорость, а затем, издав фыркающий звук, наконец встал у трех кривых осин, растущих на небольшом пригорке. Серо-желтая пыль осела на стеклах.

Агния вышла первой. Потянулась, изогнувшись, словно кошка. С минуту Верушка еще чего-то ждала, не в силах сделать следующий шаг. Но все же открыла дверь.

Она услышала громкое гудение ос и стрекотание кузнечиков. Приложив ладонь ко лбу, попыталась разглядеть Родняну, но дорога уходила под склон, поэтому она ничего не увидела.

Агния уже шла к лесу, не оборачиваясь и не окликая ее. Верушка побрела следом, цепляя стебли кипрея и цикория разжатыми пальцами.

Ступив в лес, Верушка опять остановилась и оглянулась. Солнце светило так ярко, что ей захотелось вновь оказаться там, среди травы и цветов, под убаюкивающим гудением луговых насекомых и порхающих бабочек. Но треск веток и сучьев под ногами Агнии звал ее вперед, навстречу неизведанному и важному, к себе самой, как бы горько не было это осознавать.

Шли долго. Лес смыкался вокруг них, и скоро исчезли почти все природные звуки. Не слышно было ни птиц, ни ветра. Чавкающий мох наводил мысли о болоте. Верушка уловила в воздухе его острый влажный запах, который тут же осел в носу и на гортани. Тонкие нити паутины путались в ее волосах и липли к коже. Тонкий комариный писк то приближался, то отдалялся, но ни одного укуса она не почувствовала.

Агния остановилась. Бредущая за ней Верушка тоже. Стояла и смотрела в спину подруги, пока не услышала непонятный гудящий звук, который скоро перерос в пение. Она качнулась, ухватившись за осиновый ствол и тяжело задышала.

— Слышишь? — донесся до нее голос Агнии. — Твои сестры приветствуют тебя! Теперь твоя жизнь изменится.

Неужели она права, подумала Верушка и до боли прикусила губу. Сейчас ей стало по-настоящему страшно.