Обобщение боевого опыта СВО до декабря 2024 года. 2-я тетрадь

Отчёт № 31 от 08.09.2024

1.1. Подразделения БПЛА являются одними из наиболее приспособленных для срочной переброски на новые направления, например для усиления обороны в месте ударов противника. Их обычный режим боевой работы включает регулярные выезды к линии боевого соприкосновения, работу там несколько дней и обратный выход в тыл. Это требует поддержания мобильности транспорта и собранности для переездов, что как раз требуется для высокой готовности к переброске.

1.2. Одна из причин использования минирования с БПЛА является не тактической, а организационной. Зачастую, без подтверждения цели путём предоставления видеоподтверждения с наблюдательного БПЛА, разрешение на нанесение удара ФПВ дроном-камикадзе не даётся. Постановка мин с дронов позволяет оказывать воздействие на противника, когда нет возможности ждать получения видеоподтверждения и согласования разрешения на удар.

1.3. Свобода нанесения ударов ФПВ-дронами-камикадзе, практикующаяся в ВСУ, при больших запасах аппаратов имеет одним из результатов падение культуры выбора цели. Зачастую операторы начинают работать исключительно в режиме свободной охоты, без заблаговременного вскрытия целей. При этом отношение к аппаратам только как к расходникам приводит к тому, что бьют по объектам, которые в реальности важными целями не являются. Оператору проще сделать вылет БПЛА, покружить над какой-то местностью, а потом ударить куда не попадя. Учитывая, что вылет дрона занимает время, а количество выносимых дронов на позицию не безгранично, общая эффективность боевой работы может падать. В результате обе системы, и с предварительным видеоподтверждением целей и согласованием ударов, и с полностью свободными ударами, имеют негативные аспекты.

1.5. Отмечается неверное восприятие многими военнослужащими эффективности работы РЭБ. Все ожидают, что РЭБ должно выключить все БПЛА противника, чтобы можно было вести боевые действия «по старинке» без БПЛА как фактора боя. Этого уже не будет никогда. Почти как и ПВО, РЭБ не может обеспечить по объективным причинам 100%-ное подавление дронов противника.

1.6. Одним из направлений использования ФПВ-дронов является ведение разведки. На БПЛА устанавливается внешняя переносная камера в дополнение к курсовой камере. Дрон пролетает с внешней камерой над разведуемой местностью на большой скорости. После возвращения дрона назад видеозапись просматривается на удобной скорости. Если съёмка проходит на высоте около 30 метров, то можно рассмотреть даже индивидуальные мины. Обычно же высота полёта при такой разведке составляет около 100 метров. Этот способ разведки организационно удобен тем, что операторы ФПВ-дронов могут не запрашивать разведывательные данные у расчётов наблюдательных дронов или из других источников, а получить их самостоятельно. Также играет свою роль, что обычно ФПВ-дроны оснащены для полётов на бо́льшую глубину, чем наблюдательные дроны (типа «Мавик»).

1.7. Минирование местности с дронов (ПФМ–1 «Лепесток», ПОМ–3, ПТМ–3 с уменьшенным весом) особо эффективно, когда на систематической основе минируются непосредственно сами позиции противника, а также подходы к ним. Осознание того, что место, которым военнослужащий только что безопасно пользовался (в том числе входы в блиндажи, туалеты, рабочие помещения), может стать опасным, а также что позиция отрезана от снабжения, сильно морально воздействует на противника. Имелись случаи выдавливания противника с позиций только минированием с дронов, без использования иных средств огневого воздействия.

1.8. Воздушная установка мин с БПЛА используется, в частности, в сочетании с ударами ФПВ-дронов-камикадзе. Либо сначала производится минирование, а потом ударами дронов противник выгоняется на минное поле. Либо сначала бьют дронами, а потом засыпают минами, чтобы предотвратить эвакуацию.

1.9. Используемая ВСУ схема дальних ударов ФПВ-дронами-камикадзе (например, подразделением Птахи Мадяра) имеет свои ограничения. Дело в том, что для дальнего удара нужно использовать постоянно сменяющую друг друга пару дронов-ретрансляторов (второй поднимается ДО того, как закончится заряд аккумулятора первого — для непрерывного управления ударным дроном[2]), а также дрон-авиаматку. Временные и технические ресурсы, которые тратятся на удары в глубине (в том числе на развёртывание всех комплексов, входящих в систему, а также удлинённое полётное время[3]), далеко не всегда оправданы, по сравнению с работой дронами по зоне, непосредственно примыкающей к линии боевого соприкосновения. Может получиться, что охота за целями в глубине осуществляется ради самого факта глубинного удара. Это мешает нанесению максимального ущерба противнику за заданное время. Условно можно считать, что за время, необходимое для поражения дальней цели, можно поразить 4 ближние цели.

1.10. Для выхода на позицию операторов нужно с собой принести довольно большой объём тяжёлого оборудования. Переносить его тяжело. Поэтому максимально стараются завозить на автомобилях, но это не всегда возможно.

1.11. В идеале расчётам БПЛА-камикадзе на позицию нужно взять такое количество дронов, чтобы не требовалась дополнительная доставка дронов на ту же позицию, так как это небезопасно. Движение к и от позиции может помочь противнику обнаружить позицию.

1.12. Засады в тылу противника с помощью ФПВ-дронов-камикадзе требуют использования пары ретрансляторов, так как ударный дрон садится для ожидании целей относительно низко, близко к поверхности земли. Если не будет ретрансляторов, сигнал может пропасть.

1.13 На одном из участков летом 2023 года расчётам БПЛА приходилось согласовывать выключение РЭБ по 8 различным каналам связи, чтобы обеспечить возможность собственного пролёта. Тем не менее, случаи подавления дронов нашими же расчётами устройств РЭБ всё равно имели место.

1.14. Сложности целеуказания с помощью дронов, в частности, выражаются в том, что расчёты БПЛА используют электронные карты, а командиры, которым их придают, — зачастую только бумажные.

1.15. Одним из способов РЭР является мониторинг стриминговых каналов, куда выкладываются полёты дронов, на приложениях типа Discord. Зачастую при стриминге в эфир передаются моменты взлёта и посадки, что позволяет определить местоположение противника.

1.16. Для уничтожения позиций вражеских расчётов дронов используется передача авиационным наводчикам информации от наших расчётов дронов через чаты в мессенджерах.

1.17. В начале летнего украинского контрнаступления 2023 года ВСУ атаковали несколькими параллельными колоннами примерно по 10 машин, двигавшихся вдоль лесопосадок. Нередко одновременно в стороне от этих машин пыталась проехать небольшая группа из 3-х бронемашин (Казак, МРАП). Предположительно, противник рассчитывал, что действия таких малых групп на флангах позволят им просочиться в тыл и посеять панику. Их действия к успеху не приводили.

1.18. В начале летнего украинского контрнаступления 2023 года при заходе колонны бронетехники ВСУ в сельский населённый пункт она рассыпалась. Далее бронетехника стремилась разными дорогами доехать до противоположной окраины населённого пункта и занять по этой окраине оборону, чтобы не подпустить подход резервов со стороны наших войск в занятый населённый пункт. После этого пехота ВСУ начинала зачищать очаги сопротивления внутри населённого пункта. Были случаи, когда наши подразделения находились до 4-х дней в окружении и их приходилось с боем выводить. Обычно очагами сопротивления становились крепкие здания (администрации, здания коммунальных служб, школы, детские сады и т. п.). Малоэтажная жилая застройка является слабым препятствием при штурме, так как составляющие её здания легко простреливаются из оружия ББМ. Следует также отметить, что неустойчивые подразделения обороняющихся начинали отходить сразу после того, как противник занимал противоположную окраину населённого пункта, ещё до начала пехотной зачистки. После захвата одного населённого пункта противник снова собирался в колонну на бронетехнике и делал рывок до следующего населённого пункта. На направлении, где воевал интервьюируемый, так противник прошёл цепочку сельских населённых пунктов, расположенных вдоль одной дороги (примерно 15 км за 3 суток).

1.19. Атаки бронетехники противника в колоннах объясняются вынужденным действием в рамках коридоров разминирования.

2.1. ФПВ-дроны-камикадзе используются и без непосредственного управления/контроля с наблюдательного дрона. В этом случае пилоту БПЛА указывается точка на заранее размеченной электронной карте и он выбирает маршрут полёта к этой точке по наземным ориентирам. Перед ударом по цели такой ФПВ-дрон вынужден облетать цель для выбора наилучшего направления для атаки. Следует учитывать, что в этот момент он уязвим для огня стрелкового оружия, так как у него снижается скорость перемещения в пространстве.

2.2. Для противодействия обстрелам и атакам дронов вдоль дороги использовалась система блиндажей и перекрытых ходов сообщения, тянущаяся на многие сотни метров, которая позволяла перемещаться вдоль дороги скрытно от визуальных, в том числе тепловизионных, средств наблюдения.

2.3. От позиции расчёта ФПВ-дронов-камикадзе до линии боевого соприкосновения было порядка 10 километров, а за линию летали ещё примерно километров на 5. Позиция при этом располагалась в 9-этажном здании. Оператор БПЛА находился на 2-м этаже, а инженер, подготавливающий аппарат к вылету, — на последнем. Инженер выбегал на крышу, чтобы установить аппарат для взлёта, и затем быстро уходил обратно.

2.4. Используемые БПЛА имели функционал запоминания последнего положения стиков управления перед входом в зону РЭБ. Важно было при попадании в зону действия РЭБ не начинать активно маневрировать, так как при восстановлении управления аппарат будет выполнять все ранее поданные стиками команды. Аппарат как бы догоняет ранее полученные команды, когда это может уже не соответствовать ситуации в воздухе. Это может привести к потере устойчивости аппарата и его падению.

2.5. Поля действия РЭБ облетались «ощупыванием». Ухудшение сигнала при влёте в зону действия РЭБ происходит не одномоментно. Важно, чтобы у оператора было выработано понимание того, как изменяется поведение аппарата при вхождении в зону РЭБ. При хорошем навыке оператор, почувствовав подавление РЭБ, начинает облетать облако РЭБ справа или слева. Снова пытается вернуться к прежнему направлению полёта аппарата. Если повторно начинает влетать в зону действия РЭБ, снова уходит в сторону. И так далее. Важно, в частности, определить, с какой стороны находится источник сигнала РЭБ — справа или слева от направления движения аппарата. Это понимается по усилению воздействия сигнала подавления.

3.1. За период апрель – август 2024 г. взводом БПЛА было заминировано 382 точки. Обычная глубина полёта сапёрного БПЛА вглубь обороны противника составляла от 1 до 6 километров. Максимальное количество вылетов одного БПЛА до его потери составило 60 вылетов. Среднее количество вылетов на один сапёрный БПЛА до его потери — 10,3. Взвод минирования обеспечивает постоянную работу 1 расчёта.

3.2. Для минирования с БПЛА используются ПФМ–1с и ПОМ–2.

3.3. Большой проблемой для широкого распространения минирования с БПЛА является отсутствие видеоподтверждений для отчётности перед старшим руководством. Уже сложилась привычка, что к каждому поражению цели с БПЛА есть видеоотчёт.

3.4. Для предотвращения потери аппаратов на случай потери сигнала на БПЛА устанавливается компас. Если аппарат теряет управление, он летит по заданному обратному азимуту. Это позволяет вернуть аппарат примерно в район старта, где его можно снова подхватить. Из-за воздействия ветра и погрешности приборов БПЛА не возвращается к месту старта. Примерное пятно, куда может вернуться дрон, имеет диаметр примерно 500 метров.

3.5. Для тренировок операторов по минированию с БПЛА изготавливают массогабаритные макеты мин, которые промышленностью не производятся.

3.6. При поступлении дронов в подразделение проводится входящий технический контроль по позициям, указанным в стандартном бланке протокола такого контроля, а также лётные испытания по действиям, указанным в стандартных бланках протокола лётных испытаний. Так выявляется много недоделок, требующих устранения. Это предотвращает ссылки расчётов на технические неисправности при потере аппаратов. Дорабатывать на месте приходится все вновь поступающие дроны.

3.7. Обязательно производится запись установленных в тылу противника минных полей, которая передаётся штурмовым подразделениям.

3.8. При смене позиций взаимодействие с соседними подразделениями устанавливается на низовом уровне в обход пирамиды управления. Опыт показывает, что через командование установить взаимодействие не получается.

3.9. Оценка «свой-чужой» может проводиться по заранее согласованному поведению дрона в полёте. Например, покачивание роторами в полёте через определённое количество времени.

3.10. Для борьбы с расчётами БПЛА используется оценка местности, откуда может вылететь дрон противника, то есть думают за противника, где бы расчёт мог расположиться. Такая оценка достаточно эффективна.

4.1. Для работы группы БПЛА на новом месте необходимо взаимодействие с операторами устройств РЭБ, которые есть у каждого воинского подразделения, действующего в том же районе, вне зависимости от рода войск и подчинённости. Иначе полёты будут невозможны. Свои же устройства РЭБ будут подавлять БПЛА. Поэтому командир группы БПЛА непосредственно договаривается о режимах работы с операторами устройств РЭБ из соседних подразделений. Установление взаимодействия через систему подчинённости занимает слишком много времени, поэтому она игнорируется.

4.2. Об использовании сеткомётов.

4.2.1. Для уничтожения наблюдательных БПЛА противника и частично ударных БПЛА, которые в силу тактики применения временно зависают в стационарной позиции, используются сеткомёты, устанавливаемые на БПЛА. Они сбрасывают отстреливаемую пиропатронами сетку на аппарат противника, находящийся ниже.

4.2.2. Использование БПЛА как средств ПВО осуществляется батареей ПЗРК, военнослужащие которой практически не имеют целей для использования своего штатного вооружения.

4.2.3. Агродроны и ФПВ-дроны сбиваются сеткомётами в моменты зависания, например при подготовке к сбросу и при осмотре местности соответственно. Остальные сбитые дроны — это наблюдательные БПЛА типа «Мавик».

4.2.4. Отход противника на том же участке связывается с тем, что у него сильно уменьшилась возможность визуального контроля над местностью из-за работы сеткомётов. Другим тактическим последствием применения сеткомётов был вынужденный переход на более сложные дроны (дроны типа «Мавик 3 Про» почти закончились, противник был вынужден перейти на использование днём «Мавик 3Т» с тепловизорами).

4.2.5. Батарея использует 1 наблюдательный дрон типа «Мавик» и 2 дрона с сеткомётами. В месяц батарея требует закупок 10 сеткомётных устройств, так как они теряются, ломаются и т. п., а также 150 капроновых сетей в месяц (50 полотен), то есть примерно 5 сетей в день. Как правило, изготовление сетей осуществляется самими расчётами ПЗРК из коммерчески доступных элементов (пиропатроны анти-дог, латунные трубки, рыболовные сети).

4.2.6. В случае сильного ветра используется не сетка, а обычные спицы, которые прикрепляются снизу от дрона. На спицы наматывается верёвка. Для сбития вражеского дрона нужно садиться своим дроном сверху на дрон противника. Винты дрона противника наматывают на себя эту верёвку, и он падает. В этом способе риск потерять свой аппарат более высокий, чем в случае использования сеткомётов.

4.2.7. Для противодействия сеткомётам противник стал выпускать два дрона одновременно, один над другим, жертвуя находящимся выше дроном, чтобы спасти нижний.

4.2.8. Наведение дронов с сеткомётами на наблюдательные дроны противника осуществляется в том числе с помощью визуального обнаружения. Наземные войска, когда слышат дроны в определённом районе, передают информацию об этом по рации расчётам ПЗРК.

4.2.9. Против дронов с сеткомётами используют тактику заманивания. Дрон-приманка маневрирует рядом с сеткомётным дроном, но не позволяет сделать по нему прицельный выстрел сеткой. При этом дрон-приманка постепенно смещается поближе к позициям, где ждут расчёты РЭБ. Там сеткомётный дрон теряет управление.

4.3. При использовании тележек для подвоза грузов и вывоза раненых с передовых позиций установлено преимущество применения одноколёсной схемы тележки над двухколёсной схемой. Пути подвоза обнаруживаются противником, и на них часто рассыпаются мины типа «лепесток». При одноколёсной схеме существует возможность избежать подрыва, двигаясь по тропе разминирования, которая стандартно составляет чуть более 40 сантиметров. При двухколёсной схеме подрывы неизбежны, так как практически широкую полосу разминирования в лесополосах не делают.

4.4. Ведение войны за свой счёт, когда основные расходники приходится закупать самим солдатам из собственных зарплат, негативно влияет на психологическое состояние военнослужащих. Они чувствуют себя обманутыми.