Очарованные миражом

Глава 15. Рейд

Планер чёрным лепестком скользнул над прибрежным мелководьем и, вздыбив фонтан брызг, уткнулся носом в гальку. Амортизационные кресла приняли на себя остаточный удар, обеспечив мягкую посадку. Пока крыло не распахнулось над океаном, не верилось, что оно сможет погасить скорость, набранную при падении со стокилометровой высоты. Арман отстегнулась и, буркнув вполголоса «Пошли!», выпрыгнула наружу. Непривычно всё-таки без фонаря луны над головой. И «ночник» сейчас плохой помощник — специальное покрытие скафандров делает ребят невидимыми в инфракрасном диапазоне. Поэтому нашли другое решение, более гибкое: капли для повышения светочувствительности сетчатки. Будем надеяться, Янек не забыл, чему в медуниверситете учился, точно дозу рассчитал, чтобы эффекта до восхода хватило. Сутки на Горгоне короткие, через три часа выглянет солнце из-за горизонта. К этому времени они должны успеть добраться до станции.

Корпус планера начал оседать — гидропластик быстро распадался, попав в воду. Пройдёт полчаса, и никаких следов высадки не останется. Господин Корриган дал пять часов на размышление и тут же попытался уничтожить «Солнечный Ветер». Теперь наверняка ждёт ответный удар. А будет сюрприз, господин «сапиенс»!

Космодесантница сверилась с компасом: самый надёжный инструмент в их положении — стрелка указывает прямо на цель. Перевела взгляд на часы. Главное — выдержать синхронность действий всех групп. Пока не проникнут внутрь станции — никакой связи с кораблём. Иначе противник мгновенно засечёт, тогда всё насмарку: и планер-невидимка, и ночной марш-бросок. И главный аргумент.

— Так что, командир, идём? — Седрик нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Успеем. Нам всего-то двадцать три километра пробежать.

— Но ведь в темноте и по незнакомой местности, — Алези покачал головой. Не удержавшись, добавил: — К тому же у вас нет опыта длительного пребывания в скафандрах.

— Ладно тебе, «опытный»! — отмахнулась Диана. Обвела взглядом товарищей: — Готовы? Тогда пошли. Далеко друг от друга не отрываться. В темноте потеряться — раз плюнуть, а радиосвязи у нас нет, не забывайте. За мной!

Бежать было легко, скаф почти не ощущался, не зря Георгий безжалостно гонял их в тренировочном лагере. Но это только первые метры, расслабляться нельзя. И нельзя выкладываться полностью на марш-бросок, нужно сохранить силы для боя. План захвата станции был прост, за исключением одного сюрприза. На рассвете «Солнечный Ветер» подойдёт к станции с противоположной, южной стороны, от горного хребта. Внезапно снизившись перед самой грядой, он начнёт обстрел купола, стремясь подавить огонь лазерных пушек противника. Одновременно Тагиров с группой попытается прорваться на шлюпке в мёртвую зону, взорвать аварийный выход и захватить станцию. Если верить в продемонстрированное сегодня «мастерство» стрелков, вероятность успеха операции — процентов девяносто - девяносто пять, Георгий ведь пилот экстра-класса. Но! Во-первых, стрельба по шахидке была показушной, во-вторых — внутри станции соотношение сил будет один к десяти как минимум. Поэтому рейд Тагирова — лишь отвлекающий манёвр. Группа захвата к тому времени будет в мёртвой зоне у центрального входа, отлично укреплённого, неприступного… и открытого — Марина откроет его изнутри. Группе останется нейтрализовать дежурную охрану и кратчайшим путём пройти в центр управления, где сидит господин Корриган. Сюрприз!

Прибрежная полоса сменилась склоном невысокого плато. Три километра подъёма — ерунда, уклон не больше двадцати градусов. Главное, поверхность ровная, хорошее место для высадки выбрали. Молодец, командир Круминь, скрупулёзно свою работу выполнил, хорошие карты составил. Диана невольно улыбнулась, вспомнив, что Круминь — отец Марины. И она девчонка, кажется, неплохая. Немного самоуверенная, но это от молодости.

— Чтоб тебя!

Арман обернулась. Ламонов поднимался, на ходу забрасывая упавший бластер за плечо. Виновато развёл руками:

— Темно.

— Будь внимательнее!

— Командир, можем медленнее двигаться, — предложил Шпидла. — Скоро ровная местность начнётся, там наверстаем. А то действительно ноги покалечим.

— Хорошо, быстрый шаг, — согласилась Диана.

Конечно, Янек прав. Его следовало ставить во главе рейда, он опытнее, старше, выше по званию. Он всё сделал бы лучше. Но руководит операцией она, потому что одна из всей группы знает, что именно скрывается под серым колпаком станции.

Подъём закончился, впереди лежали тринадцать километров базальтовой равнины. Арман оглянулась. Все трое рядом, вытянулись в цепочку, никто не отстал. Бросила «бегом!» и устремилась вперёд.

Раз-два, раз-два. Это даже не марафонская дистанция. Вес скафандра не ощущается, наоборот, он помогает бежать. Бластер за спиной тоже не ахти какая тяжесть. Всё рассчитано верно, добегут без лишних усилий. Раз-два, раз-два. Диана неожиданно вспомнила, как два года назад они с Ленкой бежали к посёлку. Разумеется, она её испытывала. Не выносливость — в том, что косморазведчица в состоянии преодолеть дистанцию, никто не сомневался. Интересно было посмотреть, КАК она будет бежать, и КАК поведёт себя после пробежки. При больших физических нагрузках у человека не остаётся сил на игру, притворство. Ленка оказалась молодцом, так старалась, что Арман с удовольствием уступила ей победу, хотя ничего не стоило прийти первой.

Раз-два, раз-два. Два года назад не думалось, что им ещё раз придётся посоревноваться. Но приз стал значительнее. И преимущество на стороне соперницы, несмотря на фору в полгода. Да, теперь они поменялись местами. Ой, прочь из головы дурацкие мысли! Есть дела поважнее, чем выяснение личных отношений. Диана взглянула на часы. Они вошли в пресловутое «Кольцо». Подумать только — под ногами лежит наследие цивилизации, господствовавшей в Галактике миллионы лет! Обидно уничтожать. Овладей люди малой долей тех знаний, какой рывок бы сразу сделали. Однако некоторые знания могут оказаться опасными. Долго бы просуществовала земная цивилизация, попади в руки средневековых алхимиков брошенная кем-то установка по обогащению урана? Отец здорово высказался однажды: «Человечество подошло к самому краю пропасти. А знания, добытые на Горгоне, позволят нам сделать очередной шаг вперёд». Да он всё правильно говорит. И делает правильно. Самой бы так научиться… Ладно, проехали!

Раз-два, раз-два. Под ногами растрескавшаяся базальтовая корка. Нельзя отвлекаться, очень легко споткнуться. Удар от падения не страшен, скафандр защитит. Но если нога попадёт между камнями, то от вывиха ничто не спасёт. А бегать с вывихнутой ногой — удовольствие сомнительное.

— Шагом, — скомандовала Диана.

Ян поравнялся, спросил:

— Не пора ли поменяться? Ты ведёшь группу сорок минут, передохни.

Она вновь согласилась с ним:

— Влад, давай вперёд. И внимательнее!

— Понял, командир.

Гигант обогнал друзей, занял место во главе небольшой колонны. Они снова перешли на бег. Раз-два, раз-два. Бежать за широкой спиной Влада было легче.

— А забавно бегать в этом костюмчике, — Ян всё ещё бежал рядом. — Пот не мешает, уровень кислорода регулируется. Даже водичку при желании можно потягивать. Хотя «Праздрой» был бы приятнее, не находишь? В следующий раз нужно попробовать. Так, чтобы Георгий не узнал.

В следующий раз… Не у всех этот следующий раз будет. А если операция сорвётся, то ни у кого.

— Какая романтическая прогулка при луне! — продолжал болтать Янек.

— Где ты луну увидел?

— Это я так, образно. Хорошо мы отмахали, такими темпами раньше времени придём.

— Не обольщайся, это до кратера бежим. Дальше будем пробираться осторожно как мыши.

— Плохое сравнение. Лучше — как кошки.

— Мыши тебе чем не нравятся? У тебя на них что, аллергия?

— Не аллергия, а ассоциация. Куда мыши за сыром приходят.

— Типун тебе на язык! — оглянулся через плечо Ламонов.

— Ты беги, беги! Дин, знаешь, что пришло сейчас в голову? С нашей работой забудешь, как родная планета выглядит. Как вернёмся — возьму отпуск на неделю… нет, на две! И махну куда-нибудь в горы. Составишь компанию?

Предложение прозвучало неожиданно. Диана покосилась на майора.

— Вот уж не думала, что ты подружку найти не можешь. Мне всегда казалось, что у тебя с девушками проблем нет.

— При чём здесь девушки? Я тебя как друга приглашаю.

— Пригласи меня. Как друга, — опять встрял Ламонов.

— Влад, ты мне на службе надоел!

— Влад, Янеку девушки больше нравятся, — обозвался сзади Седрик. — Как друзья.

Раз-два, раз-два. После Ламонова группу вёл Алези. Затем Шпидла. Казалось, каменная пустыня никогда не кончится, и они вопреки показаниям компаса потеряли направление. Конечно, это был полный бред, вызванный монотонным бегом. Раз-два, раз-два.

Шпидла замедлил шаг.

— Кажется, пришли.

Впереди на расстоянии двух сотен метров угадывалось круто поднимающееся вверх препятствие. Кратер, как назвали его разведчики «Христофора Колумба». А на самом деле кольцевая гряда, опоясывающая точку выхода гипертоннеля. Промежуточный финиш их марш-броска. Диана остановилась у высокого, в два человеческих роста, валуна, сверилась с хронометром и махнула рукой. Минут пятнадцать у них оставалось в запасе. Как раз, чтобы сделать привал. Космодесантники опустились на камни, давая мышцам короткую передышку.

— Влад, ты чего мнёшься? — поинтересовался Седрик. — Какая-то неполадка со скафом?

Арман оглянулась на товарища. Ламонов, и правда, казался сконфуженным. Но от ответа попытался уклониться:

— Всё в порядке.

— Пузырь поджимает? — догадался Седрик. — Так чего ты терпишь? В скафе это предусмотрено, отливай, не стесняйся.

Ламонов насупился. Но Диана поддержала Алези:

— Влад, Седрик прав. Впереди бой и подготовиться к нему надо во всех отношениях. Чтобы ты делал, находись мы на Земле?

— Ясно что! — Ламонов кивнул за нависающий над ними валун.

— Так и сделай.

— Только ширинку не расстёгивай! Вспомни памперсы, — ехидно посоветовал Алези поднимающемуся гиганту.

— Отстань, умник!

Диана улыбнулась. Человеку, далёкому от космоса, и в голову не придёт, что среди всего прочего космонавтам нужно уметь «ходить под себя». Мелочь, а для Влада, поди ж ты, обернулась настоящей бедой. Но в их операции даже мельчайших заминок не должно возникать. «Если всё происходит согласно составленному плану — будет победа, если нет — поражение». Так учил Бусидо, и она привыкла доверять его мудрости.

Северный океан медленно поворачивался на обзорном экране. Елена взглянула на хронометр, затем на сидящего рядом пилота. Вся операция теперь зависит от того, насколько синхронно они будут действовать. Марина заметила её взгляд, улыбнулась.

— Ты что, совсем не волнуешься? — не удержалась Пристинская.

— Я фаталистка. Случится то, что должно случиться.

Что тут ответить? Не будешь же спорить с человеком, способным чувствовать будущее? Да и нет времени на философские диспуты. Для группы захвата операция уже началась. Как они там? Что ждёт их внутри таинственной, но однозначно враждебной станции? Десятки вооружённых до зубов безжалостных монстров?

Дженнифер Рейнфорд не походила на монстра. Не фанатичка, не психопатка, обычный работник Дальнего Космоса, ничем не отличающаяся от десятков девушек, с которыми Елене приходилось встречаться в Управления, на Лунной Базе, в тренировочных лагерях, на «Каледонии». В компании «Сталекс», наконец.

«Сталекс»… Альментьев… Ангел… Образы строились в цепочку. Да, Ангел тоже выглядела самой обычной девушкой. Несколько экстравагантной и взбалмошной, но в глазах окружающих вполне соответствующей образу дочери мультимиллионера. А оказалось, это лишь оболочка, скрывающая созданную для сексуальных утех живую куклу. И ведь сама Ангел не осознаёт, что живёт по заложенной в неё программе. Получается, эта Дженнифер такая же кукла, только с более универсальной программой? И остальные сотрудники станции? Почему нет? Значит монстр, по крайней мере один, на станции есть. Её начальник. Нет, два монстра — Марина говорила, двое опасны. Кто второй? Она знала ответ. Память услужливо рисовала фигуру в небрежно наброшенном белом халате, круглое, почти детское личико, так похожее на лицо Мати.

Пристинская вспомнила сегодняшний сеанс связи. Сегодняшний?! Пяти часов не прошло, а ощущение, что начатая ими операция длится вечность. Скорее бы и «Солнечному Ветру» пришло время действовать! Остановить этих самодовольных подонков, возомнивших себя сверхлюдьми, «сапиенсами».

А почему, собственно, они подонки? Не стоит так поспешно развешивать ярлыки. Корриган несомненно выдающийся человек, своего рода «советник Берг» «Генезиса». Если подумать, и цели его ничем существенным не отличаются от целей Берга. Он ведь тоже опасается за будущее человечества и старается сделать его Властелином Вселенной.

Цель одна, методы достижения разные. Берг стремится воспитывать новые поколения землян, постепенно меняя их мировоззрение, делая его гибче, терпимее. Корриган — провести сегрегацию, насильственно отобрать лучших по неведомому критерию. Креатрон Путников ценная находка для него, он уверен, что в ней залог будущего вселенского могущества человечества. А Берг уверен, что это — гибель. Кто прав? Или нет никакого противоречия? Старое человечество погибнет, но ему на смену придёт новое? Сверхчеловечество, где каждый индивид по своим способностям ни в чём не уступит сидящей в двух шагах от Пристинской девушке? И страхи Берга о мышонке, тыкающем розовым носиком в стальные стены, будут казаться глупым детским кошмаром...

— Лена, ты не заснула? — Марина кивнула на хронометр.

Да, времени на размышления больше нет. Руки привычно легли на панель управления. Пристинская нежно погладила голубоватый пластик. Сейчас, «Ветер», продемонстрируешь, на что ты способен. Сколько раз они проделывали этот манёвр на тренажёре! Но тренажёр есть тренажёр. Она взглянула на увеличивающуюся тёмную точку на боковом экране — «Химера» собиралась занять стратегическую позицию над планетарной станцией. Что за странное название придумали для гиперкорабля? Они узнали его из перехваченных сеансов связи. Что ж, ребята, на здоровье. Если всё пройдёт как рассчитываем, этот манёвр вам не поможет. Елена неожиданно для себя показала язык изображению чужого корабля и вновь взглянула на циферблат. Пора!

— Первая рубка, боевая готовность!

— Понял, командир! — Пиврон потянулся за шлемом.

Было бы спокойней, если бы Георгия прикрывал Шпидла, профессиональный снайпер. Но Ян нужен внизу. Ничего, прорвёмся! Пристинская мягко ударила пальцами по сенсорным кнопкам управления маневровыми двигателями.

Серебристая капля корабля, будто сорвавшись с невидимой туго натянутой нити орбиты, рухнула вниз, рванулся навстречу изгиб полуострова. Если бы не установка псевдогравитации, их бы расплющило в лепёшку. Пальцы пробежали по панели, завершая манёвр. И тут же подключился канал связи со шлюпкой.

— Шлюпка вызывает Вахту. Лена, я пошёл!

— Ни пуха, ни пера!

— К чёрту.

Тагиров дёрнул на себя рукоять. Изображение вздрогнуло — шлюпка катапультировалась. Пристинская перевела взгляд на внешний экран. Маленькая точка, отделившись от корпуса, быстро уходила вниз. Она прикусила щеку. Да, Марина говорила, что они с Георгием вернутся на Землю, и нет оснований сомневаться в её словах. Но сердце всё равно замерло от страха за любимого человека.

Обзорный экран заполняли отроги хребта. Где-то там внизу Георгий развернул машину и облетает горы слева, чтобы попытаться прорваться в мёртвую зону станции на бреющем. Сделать вид, что пытается прорваться. Потому как группа захвата уже вышла к главному входу… если ничего не сорвалось. Они просчитали все варианты, но от неожиданностей никто не застрахован!

На обзорном экране открылось плато. Как оно близко на этот раз! Вон и станция. Блики поднимающегося из-за гор солнца заиграли на куполе… Чёрт, какие там блики! Господин Корриган встречал гостей залпом. Елена рванула корабль в сторону, прочь из-под перекрестья огненных лучей. Один дотянулся, чиркнул по обшивке. Значит, мощность их пушек не меньше, чем у «Ветра». Шесть против двух. Против одной — Пиврон не сможет управлять сразу двумя, опыта нет. Стоило включить в экипаж стрелка космокрейсера, но теперь поздно мечтать.

«Солнечный Ветер» пошёл по кругу, поливая орудия противника огнём. Эшелоном выше их манёвр повторяла «Химера», не решаясь пока снизиться. А внизу, у самой поверхности, к станции рванулась большой металлической птицей шлюпка Тагирова.

Его заметили слишком быстро. Четыре из шести орудий перенесли огонь вниз, и Пиврон никак не мог этому помешать. Надо быть снайпером, чтобы попасть лучом с расстояния двух десятков километров в щель защитного колпака. Пиврон замечательный бортинженер, но не снайпер. А на станции стрелки отличные, задумай они в самом деле прорваться на шлюпке — шансов бы не было никаких. Елена взглянула на циферблат, затем, умоляюще, на Марину. Девушка поняла её взгляд, отрицательно покачала головой.

— Ещё пять минут.

Пять минут! А ведь ребятам вдобавок нужно время, чтобы проникнуть внутрь. Как Георгию продержаться под перекрёстным огнём? Она сильно прикусила щеку, но не почувствовала боли. Лишь следила, стиснув кулаки, как мечется на экране маленькая серебристая точка над кромкой кратера, дымящегося от лазерных ожогов.

— У тебя кровь на губе, — Марина поднялась с кресла. — Я пошла. Прощай.

— Почему прощай? — вопрос повис в пустоте.