Огнеслава (СИ)

Глава 3 Суженый-ряженый

Зоряница без конца вертелась у зеркала, примеряя на себя уборы сестры. Огнеслава весело смеялась, слушая её рассказы о поездке к родичам в Залесье. Приближался вечер и вот-вот должны были привезти гадалку, за которой послали, а пока сестры развлекали себя беседами, да примеркой нарядов.

— Так вот, и тут они мне говорят, дескать, охота не женское дело и чтобы я шла за вышивание да ткать! — примеряя украшенный речным жемчугом венец, рассказывала Зоряница. — Да мои собаки зайца на ста шагах берут! И в седле я не хуже братьев держусь!

— И как ты ответила? — любопытствовала Огнеслава.

— Взяла лук, да шапку его слуги к забору пришпилила! — гордо заявила она.

— Неужели? — ахнула княжна.

— А что мне стоит, меня отец вместе с братьями из лука стрелять учил, — самодовольно проговорила сестрица.

— Я тобой восхищаюсь! И батюшка у тебя, само великодушие, все тебе позволяет, не то что мои родители, — вздохнула Огнеслава. — Мне только и говорят, что то нельзя и это нельзя, и вообще ничего нельзя…

— Ты будущая княгиня, с тебя и спрос другой, — отмахнулась Зоряница — Зато будешь править государством. Добрыня — дурак, так что тебе править придется, коли за него пойдешь. А мне терять теперь нечего, к зиме обвенчают меня со старым боярином Златогостом. Одна надежда, если помрет скоро, то буду богатой молодой вдовой, детей у него нет, да и родственники только дальние.

— Ну что ты такое говоришь? Нельзя так! — шикнула Огнеслава.

Стук в дверь прервал разговор.

— Войди, — приказала Зоряница.

— Княгиня приехала, мрачнее тучи. Скоро будет здесь, — быстро прошептала в приоткрытую дверь молоденькая челядинка.

— Матушка твоя приехала. Что-то случилось не иначе! — сказала Зоряница, быстро снимая сестрин венец.

Сердце почуяло неладное. Мать сама велела никак не проявлять себя и уж точно не должна была приезжать так, что все увидели бы. Похоже, планы родителей изменились, либо случилось нечто нежданное. Когда княгиня появилась на пороге светлицы, Огнеслава подумала, что произошло что-то совсем страшное. На матери лица нет, а глаза заплаканы.

— Что случилось? — только и смогла вымолвить княжна.

— Зоряница, выйди, — сурово приказала княгиня и племянница повиновалась.

Некоторое время мать ходила по светлице, словно подбирая слова, но вскоре взяла себя в руки и начала разговор.

— Прости нас, милая. Не уберегли мы тебя, — сказала княгиня — Только хуже сделали. Помни, мы с отцом всегда лишь добра для тебя желали. Но должно думать и о народе, и о твоих младших брате с сестрой. Мы не можем подвергнуть опасности людей и земли княжества, даже если всей душой желаем спасти тебя.

— Мамочка, да скажи ты, наконец, что случилось? — всё больше ощущая трепет в душе, выдохнула Огнеслава.

— Свадьба с Аскольдом, молодым князем Зеяжска, будет, — дрожавшим голосом сказала княгиня — Есть и еще одна странность, нужен им ларец твоей прапрабабки, княгини Огневицы. Зачем не знаю, но это пугает меня больше всего. Ларец проклят и никому счастья не принесет.

— Это тот ларец, что по слухам хранится в подземелье, в железной комнате? Я думала это легенда.

— Нет, это не легенда, а бремя, передающееся от поколения к поколению. Скажу тебе только то, что мне рассказала твоя бабушка, когда я вошла в этот род. Княгиня Огневица завещала этот ларец своим потомкам по женской линии и велела никогда не допускать к нему мужчин. Почему, не спрашивай, я не знаю. Помнишь рассказы о войне со змеем? Так вот, по преданию, именно Огневица похитила великую силу царя змей. Она спрятала её в ларец и наложила проклятье. Никто, кроме её кровных дочерей не сможет открыть или распоряжаться им. Считается, когда откроют ларец, нарушится мировой порядок. Змеи, которые ушли после той войны, вновь вернуться в наш мир. Когда-то таких змеев, как Горан было множество, целое полчище. Представь, какая беда может случиться, если содержимое ларца попадет не в те руки. Аскольд требует, чтобы ты привезла его, как приданое. Мы не можем перечить, нет у нас такой силы, чтобы пойти против воли Зеяжска. Когда окажешься в доме мужа, надежно спрячь ларец, так, чтобы ни одна душа его не нашла. Хотя, что я говорю… В самое логово змея дитя отправляю… Пообещай мне, что будешь хранить его и сделаешь всё для защиты мира от чудовищ. Это твой долг.

— Но почему я? — с трудом вымолвила Огнеслава.

— Ты первая девочка, родившаяся в роду, со времен Огневицы. Она была искусной ворожеей, настоящей защитницей нашей земли. Думаю, имя, которое выбрано для тебя волхвами не случайно оказалось похожим. Ты следующая хозяйка ларца. Я, твоя бабушка и другие женщины семьи не были потомками княгини, мы лишь жены её сыновей. Поэтому только передавали из уст в уста завещание. К слову, я ларец даже не видела никогда, он заперт в подземелье давным-давно, — ответила мать.

— А Весемира? Она ведь тоже потомок Огневицы, как и я?

— Да. Но ты старшая сестра, поэтому именно тебе придется нести это бремя.

— А если, когда я приеду, они отберут у меня ларец и откроют его?

— Не отберут. Любой, кроме хранительницы, кто хоть дотронется до ларца с дурными мыслями, умрет в муках. А открыть ларец может только та, в чьих жилах течет кровь потомка, остальным смерть. Старая княгиня знала толк в магии.

— Что-то мне даже самой боязно, матушка.

— Не бойся. Случайно никто не погибнет, чистый душой никогда не пострадает. Ты же скорее будешь в безопасности с ларцом, чем без него.

— А что сказал княжич Аскольд?

— Когда наш подлог вскрылся, княжич разозлился. Отец предложил им дары, чтобы загладить вину. Он не ожидал, что потребуют ларец Огневицы. Попытка отказать ещё больше разозлила их. Княжич уехал в гневе. Вот так всё обернулось, придется тебе отправляться в Зеяжск одной. Свадьба будет там и нас, как позднее сообщили, на ней видеть не хотят, — смахнув слезу, проговорила княгиня.

Мать поискала что-то в сумочке, что была одета на ее поясе, и обернулась к Огнеславе. Она протянула дочке кольцо.

— На вот, надень. Теперь ты невеста, — тихо прошептала она.

Княгиня заплакала и Огнеслава, обняв мать, тоже залилась слезами. Княжич — видный жених, но из-за обмана родителей он может её возненавидеть. Как она будет жить, одна одинешенька, в чужом государстве, в чужом доме и никого из родных не будет рядом. Это лишь малая часть мрачных мыслей, что гнездились сейчас в красивой головушке Огнеславы. Они с матерью проплакали почти весь вечер, а после княгиня отправилась домой, собирать дочь в дорогу. Огнеслава же уговорила мать, что явится завтра утром, а эту ночь проведет с сестрой здесь. Ей не хотелось сейчас ехать в дом, где все будут её жалеть, хотелось побыть одной и самой пережить это неожиданно свалившееся горе. Горе или радость, попробуй, разбери…

Когда мать ушла, Огнеслава еще долго сидела одна, прежде чем в дверь тихонечко постучали.

— Войди — отозвалась княжна.

В комнату проскользнула Зоряница.

— Ты как? — поинтересовалась сестра.

— Лучше не спрашивать, — ответила Огнеслава и продемонстрировала колечко на своей руке — Видишь, всё решилось само, теперь я невеста Аскольда. Если по чести ответить, мне ужасно страшно. Это постыдно да?

— Нет. Люди всегда боятся того, о чем не ведают, — пожала плечами Зоряница.

— Скажи, а эта гадалка, о которой ты говорила, она здесь?

— Её отвезли домой. Я думала ты уедешь с матерью.

— Далеко она живет? — подняв на Зоряницу горящий взгляд, поинтересовалась Огнеслава.

— Да не так уж и далеко, если верхом, только ночь на дворе…

— Поедем! — взяв сестру за руку, пылко произнесла княжна. — Поедем к ней сами, прошу.

— Огнеслава, как ты это себе представляешь? — удивилась Зоряница.

— Давай что-то придумаем. Давай тайком, — умоляла Огнеслава. — Хоть малость о грядущем узнать, хоть что-то да расскажет…

— Ладно. Жди здесь. Я постараюсь устроить, — сказала Зоряница и вышла за дверь.

Она вернулась спустя почти час, но с довольным лицом. Подав Огнеславе в руки длинный плотный плащ, просияла довольной улыбкой.

— Я все сделала. Едем, — заговорщицки сообщила она.

— Ты самая лучшая! Благодарю! — воодушевилась княжна, облачаясь в неприметные одежды.

В дверном проеме показалось круглое личико всё той же челядинки.

— Никого? — кивнула ей Зоряница.

— Да. Можно идти, — прошептала в ответ девчушка.

Сестры покинули светлицу и темными коридорами, да переходами добрались до конюшни. Молодой парнишка-конюх воровато озираясь вывел им подседланных лошадей. Обе девицы отлично ездили верхом, поэтому тут же оказались в седлах. Вдруг со стороны амбаров раздалось мерное постукивание подков еще двух лошадей, княжна испуганно обернулась.

— Успокойся, это с нами, — пояснила Зоряница. — Люди брата будут нас сопровождать.

— Им можно доверять? — шепотом спросила Огнеслава, поглядывая на хмурых молчаливых мужиков.

— Этим можно, — подмигнула сестрица — Я и письмо выпросила, чтобы нас на заставе не задержали. За братиком должок, вот и расстарался. Только он не знает, что со мной ты, а не прислуга поехала, поэтому помалкивай.

Спустя некоторое время, четыре всадника, выехав из города, уже мчались по пыльной дороге, освещаемые полной луной. Синяя ночь окутывала тишиной округу. Проехали засыпающую деревню, где в приземистых окнах тускло мерцал свет от лучин. Несколько дворовых псов возвестили о всадниках, но никто не вышел на их зов. Деревенские ложились рано, в ночи лишний раз за околицу не ходили. Опасно.

Вот и маленькая избушка на самой окраине деревни. Зоряница дала знак охране ожидать у забора, а сама спешилась и привязала лошадь. Огнеслава последовала её примеру. Мимо пролетела сова. Княжна охнула, отскочив. Зоряница приложила палец к губам, призывая молчать. Сестры поднялись на крылечко. Постучали. Дверь отворилась.

— Входите, — услышали они голос старой ведьмы.

Следом за Зоряницей Огнеслава робко переступила порог. Старуха сидела на лавке, поглаживая лежавшего на коленях черного кота.

— Здравствуй, бабушка. Уж прости, что беспокоим тебя сегодня. Мы пришли… — начала говорить Зоряница.

— Знаю я зачем вы пришли, — проворчала старуха. — Точнее она пришла, а ты подожди за дверью.

Зоряница глянула на Огнеславу, та кивнула. Сестра вышла вон. Княжна осталась одна.

— Ну, говори, княгиня, так не терпится будущее знать, что тайком ночью в лес сбежала? — спросила старуха.

— Я ещё не княгиня, — оробела Огнеслава.

— Вскорости будешь, какая разница, — буркнула ведьма. — Зачем тебе знать будущее?

— Чтобы сердце успокоить? — ответила девица.

— Успокоить? А почему ты думаешь, что успокоишь его? — засмеялась старуха и в её глазах сверкнули устрашающие зеленые искорки — Знание будущего скорее омрачает жизнь, чем приносит спокойствие. Живи тем, что у тебя есть.

— Не могу я. Боюсь, что стану причиной большой беды, — простонала Огнеслава.

— Станешь. И что? Это судьба, деточка, — усмехнулась ведьма.

— Но как, как мне спасти себя и других? — дрожащим голосом спросила княжна.

— Глупое дитя, кого ты собралась спасать? Ты сначала определись, кого спасать будешь, потом вопросы задавай, — отмахнулась от нее ведьма.

— Ты не хочешь отвечать мне?

— Чтобы получить ответы, научись задавать вопросы, — прошипела старуха.

— Хорошо. Как сложится моя жизнь с Аскольдом? — взяв себя в руки, уверенно произнесла Огнеслава.

— Никак. С Аскольдом ты жить не будешь, — зевнула ведьма — Я думала, тебя что другое интересует. А ты как все девицы!

— Никак? Но я ведь должна выйти за него замуж.

— И выйдешь. Но настоящим мужем тебе он так и не станет, — скривилась ведьма. — Предашь ты его и погубишь в итоге! Может, у тебя есть действительно важный вопрос?

— Какой?

— Ну я не знаю, вопросы ты должна задавать, — весело оскалилась бабка. — Говори, чем томишься.

Огнеслава стояла посреди избы, судорожно пытаясь сформулировать свои страхи, но молодой княжич никак не шел у нее из головы.

— Деточка, мне надоело ждать. Спрашивай или уходи, — вывела её из оцепенения ведьма.

— Будет ли в моей жизни любовь? — Огнеслава хотела спросить что-то про ларец и проклятье, но вылетело из уст то, что было на уме.

— Будет. И из-за нее, из-за любви, будут все твои терзания и страдания.

— Как это?

— Станешь ты причиной большой беды, много жизней погубишь.

— Я не понимаю. Причем здесь любовь и беда?

— Выбор. Все мы делаем выбор. Раз ты пришла сегодня сюда с вопросом, значит, хочешь иметь возможность выбирать. Ты в шаге от выбора, который запустит тот ход событий, который тебе предначертан. Скажи мне, что ты хочешь в будущем, а я подскажу тебе дорогу.

— Я хочу, чтобы в моей жизни была любовь, семья, дети. Хочу, чтобы был мир, и все были счастливы.

— Чтобы все были счастливы, о Боги, какую чушь ты несешь! Это невозможно! Ибо счастье одних, зачастую оборачивается несчастьем для других.

— Хорошо, скажи мне тогда, как избежать большой беды, причиной которой по твоим словам я буду?

— Вот это уже больше походит на правильный вопрос! Слушай меня внимательно. Сейчас ты ещё можешь изменить судьбу. Можешь спасти много людей, можешь избавить себя от страданий. Возьми этот клинок — ведьма говорила медленно, чтобы смысл каждого слова дошел до девицы, неспешно доставая из-под лавки миниатюрный кинжал в изысканных ножнах. — Когда ты встретишь человека с кольцом в виде стальной змеи, не говори с ним, не смотри в глаза, а сразу вонзи ему в сердце кинжал. В сердце, это вот сюда.

Ведьма показала на себе нужное место, а Огнеслава вздрогнула.

— Я должна убить незнакомого мне человека просто так? — ужаснулась девица.

— Да. Иначе судьбу не изменить. Для большого дела нужна большая жертва.

— Я не смогу, — проговорила Огнеслава. — Скажи мне, в чем вина этого человека, чем он мне угрожает?

— Ты действительно хочешь знать это?

— Да.

— Этот человек неестественное создание, он результат извращенной магии и жажды власти. Он причина страха, в котором живут сотни людей. Он и сам это понимает, а значит, его душа не будет мстить тебе. Считай, что избавишь калеку от страданий, а мир от страха. Сделаешь это, ине придется ехать в Зеяжск. Останешься дома, выйдешь замуж за княжича Добрыню, и жизнь твоя пройдет тихо без потрясений. Всё сложится, так как хочешь, до конца дней проживешь в достатке и уважении, рядом с любящим супругом и толпой ребятишек. Просто вонзи клинок и измени будущее, пока оно не стало неизбежным, либо прими свою судьбу, и более роптать на нее не смей.

Огнеслава с ужасом смотрела на кинжал. Все, что происходило, казалось дурным сном.

— Что окаменела? — рявкнула на нее бабка — Бери и уходи. Ничего тебе больше не скажу.

Огнеслава как завороженная взяла клинок и вышла за дверь. Она очнулась только возле лошади, когда к ней подбежала Зоряница.

— Ну что? Что она сказала? — с блеском в глазах поинтересовалась сестра. — О Боги, что за несчастный вид? Неужто горе какое предсказала?

— Потом, — тихо проговорила Огнеслава, забираясь в седло.

— Эй, едем домой! — скомандовала Зоряница.

Лошади устремились в обратный путь. Дорога назад, казалось, заняла меньше времени. По возвращении, Зоряница выдала мужикам увесистые кошели, после чего деловито отправилась на конюшню. Видимо, сестра собиралась вознаградить всех, кто прикрывал их ночную прогулку.

Огнеслава же, чтобы не привлекать лишнего внимания, осталась ждать её во дворе. Погруженная в свои мысли, брела куда глаза глядят и оказалась в саду. В руке она сжимала тот самый кинжал, что дала ей ведьма. Тишина теткиного сада, всегда успокаивала её. Сад был большим и тенистым, он тянулся до самого берега реки, откуда были сделаны водоотводы в небольшие пруды для выращивания рыбы. Помимо плодовых деревьев, здесь было много кустарников и цветов. Огромная полная луна освещала землю. Вокруг терема и вдоль главной аллеи сада, ведущей к прудам, стояли небольшие чаши с горючей жидкостью. Когда-то кто-то из колдунов сказал тетке, что они отпугивают нечистую силу. С тех пор их всегда поджигали вечерами. Княжна побрела по аллее и тут в тени дерева она заметила человека. В саду не могло быть посторонних, поэтому девица насторожилась. Он стоял не двигаясь, то ли в надежде, что его не заметят, то ли ожидая ее реакции.

— Кто бы ты ни был, покажись, — громко сказала она, судорожно сжимая рукоятку кинжала, спрятанного в складках одежды.

Человек подчинился. Когда он вышел на дорожку, девица оторопела. Она увидела своего жениха. Что княжич Аскольд делает здесь в такое время? Да и вообще, что он тут делает? Все говорили, будто в Зеяжск уехал. Он не должен быть здесь сейчас. Как неловко, одна без сопровождения! Боги пресветлые, он ведь не знает, что она и есть княжна Огнеслава. Стоит ли назваться кем то еще?

— Прошу прощения за грубость. Вы меня напугали, — проговорила Огнеслава, пытаясь вернуть самообладание.

— Княжна Огнеслава Яросветовна? — подходя ближе и внимательно всматриваясь в ее лицо, проговорил княжич.

— Да. Но откуда… — удивилась она.

Он не ответил, а лишь поднял руку, показав на тот палец, на котором красовалось подаренное колечко.

— Ах, да, — смутилась девица и покорно склонила голову — Аскольд Буеславович, примите мои искренние сожаления, прошу прощения за мою родню. Поверьте, они не со зла, — осторожно подняв глаза, увидела улыбку. Осмелев, увереннее взглянула на жениха и с подозрением спросила — Как вы здесь оказались? Магия? Вы колдун?

— Немного, — уклончиво ответил княжич и подошел совсем близко. — Хотелось всё же увидеть вас настоящую, перед тем, как вернусь домой.

Мысли путались. Кровь бурлила от волнения. Чтобы успокоиться, Огнеслава снова опустила взгляд. И тут она отчетливо увидела на его пальце то самое кольцо, что ей описала ведьма. Холодок пробежал по спине, а в ушах зашумело. Ей, казалось, она слышит удары собственного сердца. Что за наваждение! Неужели это он? Но это не может быть он! Или может? Пальцы крепче сжали рукоятку. Второй рукой она схватилась за ножны. Нужно было решаться. Послушать старуху и изменить судьбу или оставить все как есть?

«Ударить прямо в сердце. Вот сюда» — повторила она про себя слова ведьмы и подняла на князя лицо полное решимости. Но что-то сломалось в ней, когда она взглянула на него. Он не ждал сейчас такой подлости. Не злился, а рассматривал её с восторгом и любопытством. Огнеслава прокляла себя за малодушие. Спрятав кинжал в ножны, она решила уйти. Спасаться бегством, единственное, что приходило сейчас в голову. Не разговаривать. Все обдумать и, возможно, потом она сможет… или не сможет сделать этого никогда. Но потом, не сейчас! Девица стремительно сделала шаг назад.

— Прошу прощения. Мне пора.

— Не уходите. Вам не за что извиняться, вы у себя дома, — проговорил княжич, его голос показался добрым и, наверное, даже ласковым. — Это я нарушил ваш покой. Тайком пробрался за чужой забор.

— Вы хотите, чтобы я осталась? — замерла на месте Огнеслава, хорошо, что неясный свет скрывает вспыхнувшие алым цветом щеки.

Глаза княжича завораживали, страх исчез, тревога таяла, всё происходящее казалось сном.

— Да, хочу, — проговорил он, подходя ближе — Прогуляетесь со мной?

— Мне нельзя, если родители или тетя узнают, они будут гневаться, — честно призналась девица, но не поверила сама себе.

— У вас весь плащ и подол в грязи, вы только что вышли из конюшни, явно вернулись с ночной прогулки верхом, однако ваши родичи ничего не имеют против. Что же плохого, чтобы погулять в саду? — оглядев её, лукаво проговорил молодец.

— Осуждаете? — тихо спросила девица.

— Отчего же? — немного поклонился князь, становясь рядом.

— Девице моего возраста и положения полагается сидеть в тереме и гулять только с подругами, — ответила Огнеслава.

— Так и есть, но тогда мы бы с вами не встретились сейчас.

— И то правда, — улыбнулась себе под нос княжна.

Они неторопливо пошли по тропинке. Огнеслава боялась поднять глаза. Одно только присутствие молодого князя рядом, заставляло её сердце биться чаще. Он был высок и строен. Она не могла не признаться себе, что никогда ранее не встречала более красивого юноши. Зоряница сказала, что он самый лучший из всех женихов, что к ней сватались. Что же, сейчас она охотно в это верила.

— Скажите, почему вы выбрали именно меня? Ведь есть красавицы, чей род и знатнее, и богаче? — решилась спросить Огнеслава.

— Какой ответ вы бы желали получить? — искоса взглянул он.

— Честный.

— Лично я вас не выбирал. Это не моя воля, — внимательно следя за выражением её лица, произнес князь.

— Конечно же, выбирали ваши родители, как я могла не подумать, — пристыженно проговорила княжна. — Простите. Пожалуй, мне все же пора идти. Нарушены уже все мыслимые запреты и правила. Не стоит усугублять.

— Нет. Не извиняйтесь, — сказал князь и взял за руку, она вздрогнула от прикосновения, — Красавиц много, согласен, но скажу вам не тая, вы прекраснейшая из них.

— Благодарю, — смутилась Огнеслава. Ей хотелось выглядеть безучастной, но осознание, что жених не только не злится, а еще и очарован ею, заставляло улыбаться.

— Прекрасный выбор моих родителей! — улыбнувшись в ответ, проговорил он — А вы сами, вы рады этому выбору?

— Я? — Огнеслава не знала, как ответить на подобный вопрос.

Она остановилась в замешательстве и взглянула на суженого. В этот момент сзади раздались торопливые шаги. Пара обернулась. Из-за густых кустов вышла Зоряница.

— О боги! Огнеслава, смерти моей хочешь! Я тебя везде ищу… — гневно прошептала девица, но увидев рядом с сестрой княжича, испуганно сглотнула и быстро поклонившись проговорила — Если вас увидят, быть беде. Немедленно уходите!

Сестра права, это безрассудство. Почему она потеряла всякое благоразумие при появлении Аскольда? Бежать, срочно бежать прочь, чтобы сохранить хоть часть достоинства! Она не знала, как поступить, её накрыло сильное, доселе неведомое ей чувство. Разум отказывался служить, зато сердце стучало, как сумасшедшее. Хотелось, чтобы её суженый узнал об этом, но и откровенно сказать, даже намекнуть, язык не поворачивался.

Что же ей было делать?! В следующий раз они увидятся нескоро, скорее всего, уже в Зеяжске. Согласно церемониалу, встреч наедине не будет до самой свадьбы. Пора прощаться, но глаз оторвать она не в силах. Словно под дурманом, княжна приподнялась на цыпочки и быстро коснулась губами губ жениха. Мгновение. Глаза Зоряницы широко раскрылись. Не давая ей сказать ни слова, Огнеслава отскочила от князя и, схватив сестру за руку, побежала прочь.

Княжич проводил их изумленным взглядом. Когда сестры скрылись из виду, он неосознанно коснулся своих губ рукой и задумчиво свел брови. Он так и стоял глядя им вслед, пока легкие шаги девиц не стихли совсем. Вскоре стало тихо. Словно приходя в себя, он потряс головой и сказал сам себе: «Видимо, я перестарался!»

Молодец огляделся, собираясь идти, как вдруг неестественный блеск, в траве у дорожки, привлек его внимание. Он присел, чтобы лучше рассмотреть источник холодного голубого мерцания. Перед его ногами валялся маленький женский кинжал. Когда Огнеслава убегала, она обронила его, даже не заметив потери. Княжич нагнулся. Хотел было поднять клинок, но тут же отдернул руку, прикосновение к кинжалу обожгло его пальцы. Немного подумав, он достал из-за пазухи платок, аккуратно завернув в него находку, поднялся. С лица молодца исчезло изумление и улыбка, губы его плотно сжались, брови напряженно сошлись друг к другу, а глаза сверкнули опасным огнем.

Девицы тем временем уже вбежали в светлицу и закрыли за собой дверь.

— Что ты себе позволяешь? Ума лишилась? — гневно отчитывала сестру Зоряница — Я лишь хотела помочь тебе узнать судьбу, а не губить свою честь!

— Перестань. Я ничего такого не сделала! — торопливо меряя покои шагами, оправдывалась Огнеслава.

Сейчас у нее в голове будто бы туман рассеялся. Отвечая сестре, на деле, она пыталась осознать, как подобное могло случиться с ней. Почему она поступила так, словно это и не она вовсе?

— Ты его поцеловала! — не унималась Зоряница.

— Я поцеловала своего жениха. Что здесь такого? Не ты ли мне рассказывала, как в деревнях девки на свидания бегают?

— Но ты не девка, Огнеслава, ты будущая княгиня.

Да! Тысячу раз, да! Сестра права! Но что это было? Наваждение? Воля богов? Любовь?

Что бы ни было, назад не воротишь. Огнеслава знала, что Зоряница скорее умрет, чем проболтается, поэтому решила завершить разговор.

— Он мой будущий муж. Значит, ничего плохого я не сделала, — выдохнула она — Не кори меня, самой стыдно.

Зоряница только головой покачала.