Макарыч сидел на небольшом пеньке и лениво обмахивался свежесорванной веткой, отгоняя мух и слепней. Его шесть коров пощипывали траву в отдалении. В родную деревню Щекино вела раздолбанная во многих местах асфальтовая дорога из одной полосы. Макарычу было далеко за шестьдесят, и он уже больше сорока лет наблюдал за окрестностями, пася коров. Стояла привычная тишина. Пастух поднял глаза к небу, затянутому серыми тучами. «Скоро дождь начнется!»- лениво подумал старик. Он вновь посмотрел на разбитый асфальт. Никто не торопился в деревню, так же, как и покинуть ее. Щекино — тупиковое поселение. Шоссе через него не проходят, даже постоянного магазина нет. Был, да давно закрылся. Вместо этого в Щекино три раза в неделю стала заезжать продуктовая лавка на колесах. Тихая деревушка, в которой едва теплилась жизнь.
Макарыч посмотрел вдаль, где ближе к горизонту виднелась дырявая крыша полуразвалившегося свинарника. Когда-то в нем весело хрюкали поросята и барахтались в грязи огромные хряки, сейчас же дырявый ангар продувался всеми ветрами и пустовал. Макарыч отмахнулся от назойливой мухи и с удивлением уставился на дорогу. В его заброшенную деревушку пожаловали новые люди! Да еще сколько! Все на блестящих мотоциклах, в кожаных куртках и синих шлемах. Человек тридцать, не меньше. Он провожал взглядом гостей, пока те не скрылись за поворотом. Пастух еще больше удивился, когда понял, что мотоциклисты не поехали прямо в деревню, а свернули в сторону всеми забытого свинарника! А еще через пятнадцать минут Макарыч от удивления даже протер глаза тыльной стороной ладони теперь другая группа мотоциклистов, около двух десятков, тоже проследовали в сторону Щекино, а потом так же, как и ребята в синих шлемах, свернули к свинарнику. «И зачем выбирать место встречи в дырявом свинарнике? Может, они сектанты какие, как по телевизору показывают?»- подумал дед.
Пока Макарыч размышлял о «сектантах» в свинарнике, банды «Беркуты» и «Оборотни» выстроились друг напротив друга. «Оборотней» было больше, бойцы этой группировки выглядели мощнее и старше совсем молоденьких ребят из Шаповска. От шеренги «Беркутов» отделился вожак. Кожаную куртку он снял и теперь стоял в черных джинсах, заправленных в высокие армейские ботинки и черной же майке. Пока в свинарнике сохранялась тишина, но, когда навстречу Беркуту вышел его соперник, главарь «Оборотней» Стилет, обе противодействующие стороны удивленно загалдели. Дело в том, что и Стилет оделся на бой в черные кожаные штаны, армейские ботинки и черную майку. Оба вожака, не сговариваясь, выбрали одну и ту же одежду для схватки, это отчетливо бросалось в глаза. Члены обеих банд образовали своеобразную арену в форме круга, одну часть которой представляли «Оборотни», другую «Беркуты». Современные, дорогие и ухоженные мотоциклы подчиненных Стилета были припаркованы у северной стены ангара, а более простые, видавшие виды, но, несмотря на это, тоже весьма ухоженные «железные кони» «Беркутов» — у южной. Оба клана смотрели друг на друга с подозрением и злобой, каждый из бойцов чувствовал себя сжатым, как пружина, готовая в любой момент молниеносно распрямиться, вооружиться и вступить в жестокий бой с противником. Стилет выглядел выше и крепче Беркута. Последний больше рассчитывал на свою подвижность и ловкость, «прыгучесть», как называли стиль его драки члены банды. Парень непрерывно двигался в бою, быстро отскакивал назад при атаке и начинал кружиться по кругу, изматывая соперника.
Стилет разминал пальцы обеих рук, потом сжал ладони в кулаки. Он внимательно изучил образовавшиеся от постоянных тренировок и отжиманий наросты в виде мозолей на ударных костяшках обеих рук. Достаточно давно, один школьный боец по кличке Челси, который был значительно старше Стилета — тогда паренька по имени Дмитрий Ковыль — научил: если ты хочешь чувствовать меньше боли, если ты хочешь, чтобы твои суставы не ломались и не трещали при ударах о чужие головы и другие части тела, если ты хочешь, чтобы мягкие ткани кистей не отбивались и не травмировались при атаке противника или нескольких, то ударные части кулака следует тренировать как можно чаще, закаливать кости. Чтобы они стремились к крепости стали.
— Как же можно закаливать кости? — удивился тогда Дима Ковыль. — Закаляют металл, организм в ледяной воде, а тут ударные костяшки кулака!
— Как? — переспросил Челси и улыбнулся, — А ну-ка, парень, упал на пол и отжался тридцать раз!
Дима пожал плечами, присел, выпрямил тело параллельно полу и без проблем выполнил три десятка отжиманий.
— Легко? — ехидно поинтересовался взрослый боец по кличке Фотограф, бугай лет 30-ти.
— Легко! — самодовольно ответил подросток.
— А теперь сделай то же самое, только опираясь на сжатые в кулак руки. Так, чтобы ударные костяшки впивались в пол!
Пацан сделал так, как потребовал нежданный инструктор, и попробовал отжиматься на кулаках. После пятого раза Дима почувствовал сильную боль в руках, кожа на костяшках ужасно болела, к тому же на полу были микроскопические частицы песка с ботинок и кроссовок людей, что занимались в этом спортзале. Обучение происходило в коридоре спортклуба «Дэнни», прямо на полу. Этот уличный песок врезался в кожу рук.
— То-то же! — заявил Фотограф, — Делай по двести, нет, лучше по двести пятьдесят таких отжиманий в день, на кулаках. Например, пять подходов по пятьдесят раз. Потом, когда суставы, кости и ткани закалятся, можешь начинать перекатываться на всех восьми ударных костяшках обеих рук. Плюс к этому натирай запястья, ребро ладони и костяшки до тех пор, пока не увидишь на них огрубления в виде мозолей.
— А как же мне их натирать-то?
— Долби боксерский мешок без перчаток. Найди на балконе кусок доски. Откопай плоский камень и натирай руки об него. Потом о дерево, то есть доску. Потом мешок обстукивай слегка. Но мешок обстукивать, набивать о камень и дерево можно только после того, как возникнут мозоли от натирания и постоянных отжиманий. Закалив суставы и кости, твой кулак станет стальным, так сказать, и удар его будет разящим для противника. Тренируйся так каждый день, помногу раз. Вот такой мой тебе совет, парень! — резюмировал на сей раз Челси.
Стилет тогда поблагодарил старшего товарища, и взял этот метод на вооружение. Вскоре его мягкие, можно сказать рыхлые и холеные кисти, стали превращаться в «железные снаряды». После, он часто одерживал победы в уличных и спортивных столкновениях именно благодаря закаленным, как сталь, кулакам. Конечно, Ковыль Дима тренировал все свое тело, научился махать ногами, как ветряная мельница, владел искусством блокирования ударов, психологического настроя на победу. Но он сам считал, что тот мимолетный урок в неубранном коридоре спортзала «Дэнни» стал самым ценным в обучении рукопашному бою.