Он мой Июль

Глава 12 Таня

Брат Рената, правда, крупный и, несмотря на возраст, уже лысеющий. С сигаретой в зубах. Он смотрит так, будто я не человек, а мясо на рынке.

Затягивается. Сбрасывает пепел на пол.

Замираю.

— Ну что, братишка, красивая Таечка? — Ренат ухмыляется и хлопает меня по спине, как будто мы старые друзья.

— Самое то, — отвечает тот. Вновь густо втягивает дым и не сводит с меня масленых глаз.

— Тай, поиграем? Втроём? — горячее дыхание обжигает затылок.

У меня сжимается живот. Хочется вырваться, но я стою. Потому что понимаю: начну истерику и будет хуже. Их двое — я одна. И наши силы совсем неравны. И что-то мне подсказывает, даже если сорву от крика голосовые связки, никто из гостей мне не поможет.

— Ренат… мне это не нравится, — тихо говорю. Голос дрожит. — Я хотела… Ты говорил, что покажешь что-то, но…

Он прижимается к моей спине. Тянет носом воздух над моей головой. Целует в макушку.

— Я и показываю. Мы с братом хотим развлечься. А ты вроде как девочка понятливая, на опыте, — в его голосе появляется снисходительная, скользкая нежность. — Или ты правда решила, что я тебе тут буду показывать… а что, кстати?

Чёрт. Что же я натворила! Я одна. И никто не знает, где я. А ведь у меня был шанс, когда звонил Илья.

— Ренат… не хочу, — говорю уже громче. — Я не про это, мне кажется, вы ошиблись.

— Не про это у неё, слышал? — ржёт его брат.

— Да брось, Тай. Ну мы же взрослые. Ты ведь не девочка-припевочка и точно не целка. Проститутка — она и есть… — Ренат не успевает договорить.

Я оборачиваюсь, смотрю на него и улыбаюсь. Да, именно так. Улыбаюсь. Выпрямляю спину, убираю с лица прядь волос. И говорю почти весело:

— Ты прав. Давайте поиграем.

Внутри всё трясётся, словно желе, но внешне я лёгкая, пьяненькая, согласная… и уже не тарелочница, как любил называть меня Заиграев. Упала ниже.

— С чего начнём? — оборачиваюсь на Рената.

Его руки ложатся на мои плечи, скользят вниз, затем к груди. Я стою, закусываю губу, чтобы не заорать, и просто стою.

— Я буду брать тебя, пока мой брат смотрит.

— У него что, проблемы?.. — неосознанно вырывается из меня.

Наступает тишина. Секунда. Две. А затем сильный шлепок по моим ягодицам.

— Прикуси язычок, Таечка.

— Д-да, простите… я не хотела, — тараторю, еле сдерживая от боли поток слёз. — М-можно мне… В туалет и душ, я хочу быть готовой. Чистой…

Они ржут. Но потом Ренат морщится и убирает от меня руки.

— Иди подмойся, — кивает его брат на выход. — Туалет на первом этаже.

Выскальзываю из комнаты, слышу, как этот здоровяк говорит: «Иди за ней. Проследи» и тут же ускоряюсь, почти бегу по лестнице вниз, держась за перила. Не оглядываюсь.

Радуюсь, что вся территория вокруг дома занята людьми. Легче затеряться и сбежать. Так и поступаю. Прячусь в толпе, достаю телефон. Руки дрожат. В списке звонков тот самый — неизвестный номер.

Нажимаю вызов.

— Где ты? — Илья отвечает сразу. Голос резкий, напряжённый.

— Забери меня, — шепчу и начинаю плакать. — Пожалуйста. Мне страшно. Я… не знаю, где я.

— Так, успокоилась. Ты на улице? Если да, посмотри, что вокруг.

— Я… за городом. Примерно полчаса езды от ресторана.

— Карту посмотри, своё местонахождение.

— А, да… Сейчас… Я посмотрю.

Открываю карту. Нажимаю на стрелочку, чтобы определить место, где я нахожусь. С трудом выговариваю адрес.

— Всё, еду, — говорит он. — Будь на связи, если что звони в полицию.

Замечаю вдали маленькое сооружение, похожее на бытовку, и припускаю к нему. Но внутрь заходить боюсь, что если оно и окажется моей клеткой. Обхожу его, прячусь за задним фасадом. Но то и дело выглядываю, выискивая: где Ренат и его брат.

Ожидание длится как вечность. Паника становится настолько дикой, что, заметив сбоку лестницу, я лезу на крышу этой бытовки и с неё перелезаю на забор. Спрыгиваю. Замираю на месте прислушиваясь. Нет, мне не становится спокойнее. Теперь я посреди ночного леса, и здесь уже нет людей, которые хоть как-то могли бы мне помочь.

Кажется, что ещё секунда и я просто сорвусь в истерику, но тут оживает мой телефон.

— Я на месте.

— Илья… обойди территорию, я где-то за забором.

Он скидывает звонок, но я всё ещё держу телефон у уха, боясь пошевелиться.

Вокруг темно. Только вдалеке, слабые огоньки, возможно, с трассы. Больше ничего, только моё сбившееся дыхание.

— Тань?

Вздрагиваю, чуть не роняю телефон. Поворачиваюсь резко, готовая биться за себя. Но это не те ублюдки. А он. Заиграев стоит в паре метров от меня.

— Наконец-то… — выдыхаю и бросаюсь к нему на шею.

Ловит меня, прижимает к себе. Молчит. Руки железные, грудь напряжена.

— Тебя тронули? — спрашивает. Голос тихий, мягкий, но я чувствую: за этим прячется гроза.

— Нет. Я… сбежала. Поняла, что… Они… Я не хочу говорить. Пожалуйста, просто увези меня, — начинаю дрожать, понимая, что сейчас сорвусь в истерику.

Он кивает. Берёт за руку и говорит:

— Машина рядом, идём.

Пробираемся сквозь кусты, я спотыкаюсь, он помогает. Его белый внедорожник стоит ближе к обочине, двигатель работает. Он открывает пассажирскую дверь и помогает мне устроиться на сидении.

Прикрываю глаза. Откидываю голову на подголовник. Его машина. Его запах. И меня окутывает чувством безопасности.

Илья занимает водительское место, но не трогается. Молчание.

— Убил бы их, — говорит спокойно. — Ты хоть понимаешь, что они могли с тобой сделать?

— Не хочу думать, — шепчу.

— Ну ты и дура. Я же предупреждал, что однажды всё может закончиться грязной канавой.

Не отвечаю. Просто киваю. Правда, ведь. Дура.

Илья тихо матерится и выводит машину на дорогу. Я не спрашиваю, куда он везёт меня. Вообще, ничего не спрашиваю. Просто прислоняюсь головой к боковому стеклу, вновь прикрываю веки и через несколько минут проваливаюсь в сон.

Открываю глаза, когда Илья укладывает меня на кровать. Темно, настолько, что совершенно ничего не видно. Пахнет не моим домом, и я понимаю, что нахожусь в его квартире.

— Проснулась? — раздаётся над ухом.

— Да.

Он садится на край кровати, и через пару секунд загорается свет. Оказывается, рядом находится тумба, на которой стоит ночник.

— Ты мне нравишься, Ильина, — устало произносит он. — Кажется, давно. Про поездку, которую ты планируешь, можешь забыть. Не отпущу.

Медленно моргаю, не веря своим ушам. Откуда он?.. Ах да… Так и думала: он следил за моей страничкой.

— Что? Я сейчас сплю? Или эскортник признал, что испытывает ко мне чувства?

— Не смешно, тарелочница.

— Я поеду в Дубай.

— Нет.

— А я сказала — да. Заиграев, я не знаю, что ты там себе придумал, но я не продаю своё тело.

— Тогда какого…

Не успевает договорить, как я перебиваю его:

— Я еду туда учиться. Понял? Недельный интенсив у одного из лучших визажистов. Я заплатила за это приличную сумму и не собираюсь упускать такой шанс.

Теперь настала очередь Ильи медленно моргать.

— Учиться? Ты?

— Да, я, что в этом удивительного?

Он долго сверлит меня взглядом, а затем внезапно улыбается. Широко и так искренне.

— Значит, решила завязать?

Опускаю взгляд и почему-то краснею.

— Да, мозги на место встали. Особенно сегодня.

Он придвигается ко мне ближе, сгребает в охапку и… целует. Долго и очень сладко. А когда разрывает наш контакт, говорит:

— А я решил свой бренд одежды запустить, — следит за моей реакцией и добавляет: — Поэтому встречался сегодня с Мари. Мы… не спим с ней. Никогда не спали, — зачем-то уточняет он.

Так неловко всё между нами. А ведь мы не дети. Отвожу в сторону взгляд, задерживаю его на одной точке. Поднимаю. Приоткрываю рот, чтобы хоть что-то сказать, но Илья опережает меня.

— У меня тоже. Мозги на место встали.