Глава 26. Черт засмеялся, и бог не спас

За завтраком я с ужасом повторяла про себя последние слова подруги. Осталось трое подозреваемых, и один из них — Митя. Неужели он убийца? Нет, неправда! И в то же время сомнение грызло меня изнутри. Я не могла с чистым сердцем утверждать, будто Митя невиновен. Было в нем нечто, мешающее такому утверждению. Некий второй план, явно мне недоступный, однако однозначно существующий. Некая фальшь, резкая нота, диссонансом врывающаяся в гармонию жизни. Возможно, данная нота даже прибавляла ему притягательности в моих глазах, создавая ореол необыкновенности, но она же мешала просто и безоглядно верить. Я терялась. Мне очень хотелось вспомнить хоть мелочь, хоть маленький эпизод, оправдывающий любимого человека пусть не с точки зрения логики, а хотя бы в моей душе. Безуспешно! Почему-то перед глазами упорно вставала одна и та же сцена. Пресловутая драка закончена, местные убежали. Леша отдал себя в нежные руки Ирочки, Лида хлопочет над Петром Михайловичем, Вадик выслушивает спокойный выговор отца. И тут появляется Митя с миской свежевымытых персиков в руке и спрашивает: «Кто эти парни? Что случилось? Что с тобой, Лешик?» Он жил в одной комнате с Петром Михайловичем, а спросил про Лешу, называя его Лешиком. Тут же с противоположной стороны появился Руслан и задал в точности те же вопросы. Впрочем, для него как раз естественно поинтересоваться именно своим начальником и другом, а не кем-то еще.

— О чем задумалась, русалочка? Где ты витаешь?

Я вздрогнула. Губы Мити улыбались, а глаза смотрели настойчиво, почти требовательно. Я всегда теряюсь от чужой настойчивости, поэтому честно призналась:

— Я витаю в прошлом. Почему-то так и вижу ту самую драку, с которой все началось. Вижу так, будто она происходит сейчас.

— Так-таки и видишь? И что ты видишь, рассказала бы! Я ведь при драке не был.

— Ну, — пошла на попятный я, — драку я описать не сумею. Дрались, и все.

А вот то, что потом, помню до мельчайших деталей.

Глаза напротив стали еще более настойчивы, и я рассказала. Только факты, разумеется, без выводов, но выводы, похоже, Митя сделал сам. Брови его слегка сдвинулись, лицо помрачнело. До конца завтрака он время от времени кидал на меня быстрые взгляды, однако молчал. Зато без умолку болтала Света, не придумавшая ничего умнее, как продолжить обсуждение недостатков уехавшей вчера Анастасии. Очевидно, Света сочла, что я в качестве соперницы стала неопасна, и направила свою тяжелую артиллерию на новый объект, я же из врага превратилась в союзницу. О последнем сужу по обращенной ко мне игривой фразе:

— Ну, она и мерзкая особа! Она ведь даже снилась тебе в ночных кошмарах, правда? Мы, женщины, очень тонко чувствуем других женщин. У нас удивительно развита интуиция.

Не знаю, насколько удивительна моя интуиция, только вся она была посвящена сейчас совсем не Анастасии. Моя интуиция устремилась к человеку, сидящему напротив, и отметила, как вздрогнул он после этого дурацкого сообщения и моего обтекаемого ответа, как затрепетали его ресницы. Почему? Неужели он всерьез любит Лешину жену… теперь вдову… свободную, богатую, красивую женщину? О боже, за что я так наказана?

После завтрака Бэби временно позволила мне отдохнуть.

— Митя удрал в город, ему якобы надо позвонить. Юрий Андреевич смотрит на меня волком, Руслан уехал. Ладно уж, устроим пока передышку, но к вечеру я обязательно что-нибудь придумаю!

Поэтому мы отправились на пляж, купаться и загорать. А за ужином произошло непредвиденное. То есть оно не произошло, а обнаружилось. За ужином отсутствовал Митя.

— А где он? — не выдержав, обратилась ко мне возмущенная Света. — Он тебя не предупредил?

— Нет, — ответила я, — но он ведь и не должен предупреждать. Кто мы ему такие?

Не появился он и поздно вечером. И ночью. Все терялись в догадках, поскольку Митя даже не намекнул никому на свое возможное отсутствие, и все сходились на том, что хотя он взрослый мужчина и имеет право на личную жизнь, не мешало бы что-нибудь сообщать соседям, дабы не волновались. Совершенно на Митю не похоже, ведь он — воплощенная интеллигентность! Таково было общее решение.

Не появился он и к утру. Ночь я спала плохо, меня терзали кошмары. Я засыпала, падала в пропасть и в ужасе просыпалась. Удовольствие ниже среднего! Однако, помня свой вчерашний прокол с Бэби — я ведь тоже нафантазировала ерунды, а все оказалось в порядке — я ничего не предпринимала. Пусть решают другие!

Другим оказался Арсений.

— Оля, — обратился он ко мне сразу после завтрака, — ты абсолютно не в курсе, где Митя? Я тебя правильно понял?

— Абсолютно, — подтвердила я. — Я очень волнуюсь, но ты же знаешь, я люблю трепать собственные нервы.

— А я не люблю трепать свои, — вздохнув, ответил он. — Поэтому заявлю-ка я администрации. Все-таки почти сутки человека нет, а у нас были убийства. Не нравится мне это!

В результате через часок часов к нам заявился Толик Савченко, немного всех порасспрашивал и вскоре уединился со мной и с Бэби.

— У меня новость, — сообщил он. — Про Анастасию Крылову. Она тебе правильно снилась, Оля!

— Что значит — правильно? — изумилась я.

— Ну, Аня сказала мне, что она тебе снилась, да? Снилась раньше, чем сюда приехала. Я сразу удивился. Не верю я во всякие там чудеса! Думал-думал, и поехал сам в аэропорт. Эту Крылову хорошо запомнили, поскольку она в одни сутки и улетела, и прилетела, представляете!

— Объясни толком, — потребовала недовольная Бэби.

— Ну, утренним рейсом она улетела из Адлера в Питер, а вечером на том же самолете вернулась обратно. Причем все под собственной фамилией, вот дура-то! Просто раньше нам не пришло в голову просмотреть данные не только того самого рейса, но и предыдущих. Короче, она прилетела сюда тринадцатого, а шестнадцатого улетела и сразу прилетела обратно. Каково?

— Потрясно! — констатировала моя подруга. — Теперь все сходится. Ты, Олька, ее случайно встретила, но не обратила на нее внимание. То есть сознательно не обратила, а подсознание твое ее запомнило и выдало во сне. Элементарно! А я тебе почему-то не поверила и из-за этого попала в ловушку. Хорошо, хоть Толик оказался умнее.

— Потому что он меня не знает, вот и отнесся с полным доверием. А ты много раз сталкивалась с моими фантазиями, тебе было труднее. Слушайте, неужели вы считаете, она прилетала сюда специально, чтобы убить Лешу?

— А зачем еще? — возбужденно осведомился Толик. — Я, например, собираюсь сегодня же докладывать Ильину, потому что все сходится! Она тайком прилетела сюда, подкараулила, но по ошибке вместо мужа убила этого несчастного Кузнецова. Только она — дамочка не промах, она не испугалась! Подождала денек и снова за свое. А потом улетела, сразу вернулась обратно и принялась изображать безутешную вдову. За придурков нас держит!

— Не больно-то она ее изображала, — возразила я. — И прилетала под своим именем. Неужели она сделала бы это, если б собиралась убивать?

Бэби кивнула:

— Может, и не собиралась. Прилетала на тебя посмотреть. В смысле, решить, насколько у Леши все с тобой серьезно. Поняла, что серьезно, и убила. Стихийно.

— А откуда она вообще могла узнать?

— Руслан позвонил. Позвонил и накляузничал. Он ведь в нее влюблен, вот и захотел увести. Мол, муж тебя бросает, а я верно жду. А она, не будь дурой, предпочла не его, а денежки.

— Я не верю! Тогда она вела бы себя иначе.

— А в кого веришь? В Руслана? В Митю? В Юрия Андреевича?

Я не нашлась с ответом, вместо этого попросила:

— Толик, раз у меня правильные сны, давай сходим со мной в одно странное место. Митя очень его любил и часто там бывал. Это недалеко, в горах.

Я боялась, что не сумею найти то ущелье, куда однажды привел меня Митя, однако нашла. Во второй раз оно показалось мне еще красивее, чем в первый. Я заглянула в бездну, разверзшуюся под ногами.

— Толик, посмотри! Мне чудится?

Живое воображение часто шутит со мною, и я вижу человеческие фигуры вместо кустов или груд камней. Но теперь я не ошибалась. На дне лежало неподвижное тело.

Загрузка...