Папа напрокат

Глава 14

Даша

После принятия душа я чувствую себя значительно легче. Войдя в комнату, замечаю Игоря, стоящего над Ульяной.

— Ты менял ей подгузник? — удивляюсь я.

— Она кричала, я не сразу сообразил, что надо делать, но твой отец подкинул хороший совет…

— Подожди-подожди! Мой папа? Ты разговаривал с ним?

Мне только предстоит привыкнуть к глобальным изменениям в моей жизни: дочь, проживание с мужчиной в одной квартире, обман отца. Поверит ли папа в мой спектакль?

Но больше всего меня поражает сам Игорь: лёгкий на подъём и очень отзывчивый. Он даже полез менять Ульяше подгузник, пока я мылась в душе. Не каждый мужчина на такое способен.

— Спасибо, — тянусь к локтю, погладив горячую, золотистую кожу. В ответ Игорь обвивает меня за плечо одной рукой и прижимает к себе. Мне хочется уткнуться лицом в его внушительную грудь и потереться об неё носом, впитывая пряный, мужской аромат.

— Кстати, подгузник нужно было повернуть другой стороной, но это мелочи. Я хотела искупать Ульяшу. Снимешь это для архива? — прошу с надеждой.

— Да без проблем, — соглашается он.

Ванная комната в доме Игоря очень просторная, не нужно толкаться локтями, как в хрущёвке. Хватает места и для меня с Ульяшей, и Игорю, вольготно расположившемуся на низком пуфе. Он снимает на g0-Pro, подшучивая, что быть родителем — это самый экстремальный вид спорта, в котором он принимал участие.

Мне хочется расспросить Игоря о личной жизни подробнее. Не для того, чтобы чётко ответить на папины вопросы, которых, вероятно, будет очень много. Но для себя. Я хочу узнать этого мужчину поближе…

После купания смахиваю тыльной стороной ладони пот со лба. Я боялась сделать что-то не так. Но малышка почти не кричала, смешно двигала крохотными кулачками и дёргала ножками. Я рада обществу Игорю. Он с любопытством наблюдает за моими действиями и подбадривает. Не знаю, чтобы я без него делала.

Когда я собираюсь прикладывать дочку к груди, Игорь удаляется на кухонную зону, разговаривая по телефону вполголоса. С удивлением замечаю, что уже довольно поздно. Дочка уснула, я укладываю её в кроватку и не знаю, чем себя занять. Вспоминаю о бардаке на полках с нижним бельём и занимаю себя этим, коротая время.

— Она такая спокойная! — удивляется вполголоса Игорь, стоя над детской кроваткой. — Кажется, те, кто жалуются на младенцев, просто преувеличивают!

Его оптимизм служит той самой зарядной батарейкой, которой так не хватает в моей ситуации.

— А какая у тебя история, Игорь?

— Что?

Его решительное лицо становится жёстче и взрослее за пару секунд. Парень отрицательно качает головой.

— У меня нет особой истории. Кроме того, что я был женат…

— Да, я знаю, ты говорил, что разведён. А причина?

Я начинаю расправлять ладонями складки на постельном белье. Хмурюсь. Отец сделает замечание, что я не слежу за домом должным образом. Прошу Игоря дать мне утюг.

— Обойдёмся без пыток, Дарья, — усмехается Игорь, переводя всё в область шутки. — Просто мы с бывшей не сошлись характерами. Такое бывает. В следующий раз я не буду торопиться с женитьбой…

— И всё-таки мне нужен утюг. Надо погладить постельное бельё.

— Уже поздно, — качает головой Игорь, доставая матрац и бросая его на пол. — Тебе лучше лечь отдохнуть.

— Но папа сделает мне замечание, что постель плохо проглажена…

— Если он сделает тебе замечание, скажешь, что я запрещаю тебе махать утюгом на ночь глядя, — обрывает Игорь, укладываясь на матраце. — Я тоже могу быть диктатором, как твой отец.

— О чём вы говорили? — осторожно интересуюсь я.

— Он скоро приедет и преподаст нам урок родительского мастерства, — зевнув, отвечает Игорь.

— Ох, кстати о папе. Он же у меня военный и спрашивал, служил ли в армии? — спрашиваю я. — Для папы это очень важно!

— Служил, — усмехается Игорь. — Где-то на полках пылится дембельский альбом. Ох, блин. Хорошо, что напомнила. Пойду и вытащу его на божий свет, отряхнув от пыли.

Игорь легко поднимается и через некоторое время ставит на видное место полки армейский фотоальбом.

— Отец не говорил, надолго ли он приезжает? — уточняет Игорь. — Надеюсь, что он не будет настаивать на знакомстве с моими родителями. Потому что я не готов втягивать в обман свою семью…

На мгновение сердце остро колет. Причина мне не совсем ясна. Игорь — отличный семьянин и прекрасный мужчина. Понятно, что он не хочет лгать родителям и другим близким.

— Нет, папа ничего не говорил о сроках.

— Хорошо. Просто предупреждаю, что я не буду знакомить твоего отца со своей мамой, — качает головой Игорь. — Не хочу погружаться в ложь настолько сильно.

— Да-да… Конечно. Я всё понимаю. Ещё раз спасибо, что согласился мне помочь.

— Прекрати благодарить, а то откажусь помогать, — пригрозил Игорь.

Уставший мужчина засыпает почти мгновенно, едва смежив веки. Я засыпаю не сразу. Но едва сомкнув глаза, понимаю — Игорь преждевременно обрадовался тому, что Улечка спокойная.

Мне кажется, я встаю каждые полчаса. Уля берёт грудь, но совсем понемногу и засыпает на руках. Но стоит мне уложить её в кроватку, она снова начинает похныкивать и требует тепла моих рук. Мне удаётся оставить малютку в кроватке лишь минут на пять или десять, не больше того. Потом начинается детский плач.

В очередной раз на требовательный крик Ули поднимается и Игорь. Мне становится совестно. Я понимаю, что у него тоже не получается заснуть. Игорь прикрывает зевок кулаком.

— Я не специалист, конечно. Но мне кажется, что Ульяше хочется чувствовать твоё тепло. Положи её рядом с собой на кровать, — советует мужчина.

— Я хочу, — признаюсь шёпотом. — Но боюсь. Здесь всего одна подушка и простыня очень тонкая. Я даже не смогу скатать валик. Вдруг я буду спать так крепко, а малышка упадёт с кровати?

— Она же ещё не ползает, — хмыкает Игорь.

— А вдруг я буду неаккуратна во сне и как-нибудь подвину её рукой?

— Надо подумать. Ограничители. Блокираторы… Границы… — думает вслух Игорь. — Чёрт. Всё не то. Ладно, давай завтра на свежую голову изучим этот вопрос… Нужно будет купить специальную подушку или что-то в этом роде…

От недосыпа и усталости я уже почти ничего не соображаю и смотрю на мужчину с надеждой, признавая, что у него с логикой и решением проблем дела обстоят намного лучше, чем у меня.

— Ложись, — командует Игорь. — Я лягу с другой стороны. Уля будет посередине.

— А вдруг мы раздавим её?

Боже, это звучит так глупо, но я действительно боюсь навредить малышке, которая не хочет спать в своей кроватке.

— Мы выложим границу погремушками. Твои подруги подарили целую гору бренчащих игрушек! Если мы заденем эту границу, сразу проснёмся.

— Точно?

— У меня чуткий сон. У тебя, как у ответственной мамочки, тем более. Всё, ложись, пока Уля спит.

Игорь движется в темноте, словно ниндзя. На губах расползается улыбка, когда я вижу, как сосредоточенно он раскладывает «звуковые снаряды» по обе стороны от Ульяны. Сейчас Игорь напоминает сапёра на минном поле. Закончив, он ложится и салютует мне большим пальцем, показывая, что у нас всё получится. Я нахожу руку Игоря своей и сжимаю сильные пальцы, чувствуя, как усталость берёт своё.

— Спасибо…