Папа напрокат

Глава 26

Небольшое отступление: у Даши пока не мастит, как многие подумали. Но лактостаз. Впрочем, в нём тоже приятного мало, и если не помочь, можно довести дело до мастита(Чего бы точно не хотелось.

Игорь

Я сажусь напротив Даши и тянусь к халату, чтобы окончательно откинуть в сторону ткань. Внезапно Даша дотрагивается до моих скул подрагивающими пальцами.

— Я прошу тебя об одолжении. Можно ты потом просто не будешь об этом вспоминать?

— Считай, что я уже забыл. И не… — давлюсь словами. Мой взгляд падает на упругую грудь Даши, ставшую ещё больше. Чёрт, она стала огромной! Собираюсь с мыслями, выдавая севшим голосом. — Не парься! Это просто моя работа.

Последнее говорю скорее самому себе, чем ей. Стягиваю халат по плечам и завожу ладони за тонкую женскую спину, чтобы расстегнуть тканевый бюстгальтер.

— Это обязательно? — тревожится Даша.

— Да. Я не смогу сделать массаж через ткань. Обязательно… — глажу её по щеке. — Закрой глаза, стесняшка. Так будет проще.

Мне тоже будет проще, если Даша не станет обжигать меня смущённым взглядом. К тому же так она не заметит, что я откровенно любуюсь и обгладываю взглядом её большую грудь.

Даша послушно закрывает глаза. Но девушка остаётся напряжённой. Я поглаживаю её плечи пальцами, обводя тонкие, выступающие ключицы.

— Расслабься. Подумай о чём-нибудь приятном.

— Мне и так приятно. У тебя очень сильные и умелые пальцы, — едва слышно выдыхает Даша.

Её бюстгальтер уже расстёгнут, но он всё ещё держится на её груди, как последняя преграда. Я отбрасываю его в сторону и едва сдерживаюсь, чтобы не присвистнуть, разглядывая упругие, высокие холмы её груди с напряжёнными пиками.

— Давно не кормила Улю, да? — спрашиваю шёпотом, медленно поднимая руки.

— Я должна была разбудить её или сцедить молоко раньше. Но вымоталась из-за простуды и крепко спала… Не смогла проснуться.

Хорошо. Пусть болтает. Так проще для неё. Я осторожно накрываю ладонями её грудь. Чёрт. Сделать массаж будет сложнее, чем я мог себе представить. Меня уже кроет и несёт не в ту сторону. Сжимая пальцами такую тугую грудь, помощь — последнее, о чём думаешь. Усилием воли заставляю себя вернуться на волну мышления о физиологии кормления. Стараюсь не думать ни о чём другом. Мягко начинаю разминать грудь, слыша шипение, испускаемое Дашей. Видимо, ей больно.

— Потерпи немного. Скоро станет легче, обещаю… — осторожно глажу пальцами, стараясь не давить слишком сильно, а всего лишь освободить застоявшиеся протоки.

Я словно сорвал джекпот, но не имею морального права его потратить. В штанах всё одеревенело в тот же миг, едва я подумал о массаже груди. Но сейчас всё стало только хуже. В определённых местах я кажусь себе дубом. Не иначе.

Стараюсь игнорировать плотские позывы. Это лишь дружеская поддержка. Я просто помогаю кормящей матери, чтобы не было застоя, лакто-чего-то там… Лактостаз, вот как это называется. Ничего сексуального.

Ага, ври больше, парень!

Пальцы начинают действовать усерднее. Подбираюсь к ареолам, надавливая понемногу. С губ Даши срывается лёгкий всхлип со стоном.

По моим вискам заструился пот, как будто меня окунули в котёл с кипящим маслом. Держись, Гарик! Если ты закончишь этот массаж и не заляпаешь свои трусы эякулятом, ты будешь считаться самым стойким из всех мужчин.

— Скоро станет легче, — говорю хрипло и едва сдерживаюсь, чтобы не смять эту упругую грудь сугубо по-мужски, обладая, ставя свою печать.

Но сейчас у меня другая роль. Роль помощника. Я пока ещё балансирую на этой тонкой грани, но чувствую, что долго не смогу стереть из своей шальной фантазии эту картину. Приоткрытые губы, испускающие тихие выдохи, упругие шары под моими пальцами и остервенелое желание взять девушку.

— Мммм… — сладко стонет Даша, видимо, желая, чтобы я окончательно чокнулся. — Так намного легче.

По пальцам начинает струиться тёплая жидкость. Грудь становится мягче с каждым движением. Я начинаю дышать чаще и уже выдыхаю через рот, сатанея.

Молоко стекает по груди и по пальцам, струйками на мягкий животик Даши.

— С-с-спасибо. Дальше я сама справлюсь, — благодарит Даша заплетающимся языком. — Игорь…

Я уже не могу остановиться, действуя, как заведённый. Больше всего хочется приникнуть ещё и губами.

— Игорь…

Даша останавливает мои движения, положив пальцы на запястья, немного царапает их ноготками, привлекая моё внимание.

Останавливаюсь. Воздух дрожит жарким маревом. Пульс набатом бьётся в висках. Мои руки всё ещё лежат на возвышенностях её груди.

— Достаточно, Игорь, — мягко говорит Даша. — Мне значительно полегчало. Спасибо большое.

— Да. Конечно…

Я медленно отнимаю ладони от груди Даши. Сладковатый запах молока пьянит ещё больше. Я заведён настолько, что хватит и пары движений, чтобы сбросить напряжение. Встаю на одеревеневших ногах, возвышаясь над Дашей, как великан. Стараюсь двигаться так, чтобы мои торчащие бугром спортивные шорты оказались вне поле зрения девушки.

Но она внезапно хватает меня за бедро и притягивает к себе. Обжигает обнажённый пресс быстрым поцелуем.

— Даша…

Прежде чем я успеваю сказать ещё что-то, она стягивает с меня шорты с трусами и подталкивает к себе, к своему рту, находящемуся как раз напротив.

— Ты… ты не обязана это делать… — хриплю, но внутри разрываюсь от желания и мысленно требую сделать поскорее.

Пальцы сами зарываются в её тёмные волосы, наматывая их на кулак. Не принуждаю, но подталкиваю. Просто не могу остановиться. Уже не могу. Чёрт… Это слишком.

— Не обязана. Но я сама хочу… — выдыхает она и утягивает меня губами во влажный и горячий рай.