Первые строки

Три дня полощет дождь дороги

И стройку режет без ножа,

И от конторского порога

Не добрести до гаража.

Погода где-то задержалась,

И даже в кабинете грязь,

И безработная усталость

Гнетет,

на плечи навалясь.

Конечно,

сводки очень надо

Подать в строительный район.

Но что они дадут бригадам,

Когда заданье —

миллион.

И ты глядишь на цифр колонки,

И злость на всех сорвать готов…

Но вдруг звонок,

тревожный,

тонкий,

И трубка к уху.

Пара слов,

И в плащ ты влазишь торопливо:

Ты снова командир-прораб!

На тридцать пятом путь размыло,

Пока ты здесь, в конторке,

Зяб.

— Бригаду вызвать!

Фоминова, —

Команду мастеру даешь,

И слышишь:

— Вызвана.

Готова.

Дверь настежь.

Ты опять живешь.

Огнями вспыхнул вечер синий,

И радость встреч дарит весна.

Да, жизнь не в том, что ты красивый

И девушек лишаешь сна.

Ты покажи в мозолях руки

Иль план, рожденный в ночь без снов,

И вот поверить я готов,

Что ты живешь,

не зная скуки,

Что хороша сирень в цвету,

Что милой счастье ты добудешь,

Любви сердечной красоту

Не высушишь

и не остудишь.

Поверю я, что в вечер синий

Вам радость встреч дарит весна.

Жить —

значит быть душой красивым,

Чтоб девушки лишились сна.

В окна смотрит лиловый рассвет,

Ветер ищет в сугробах весну.

Словно радость безоблачных лет,

Я тебя вспоминаю одну.

Наше утро, рассветный наш час

Я и в дальней дали не забыл,

Я тебя вспоминаю сейчас

И люблю, как и прежде любил.

Помню, золото пышных волос

На подушке блестит голубой,

В завитках разметавшихся кос

Бродит солнечный луч как живой.

Поцелуем коснувшись волос,

Я тебя ото сна пробудил,

Помню глаз твоих нежный вопрос

И объятий взволнованный пыл.

По сплетеньям безвестных дорог

Я полмира уже исходил,

Но забыть о тебе я не мог

И люблю, как и прежде любил.

В окна смотрит лиловый рассвет,

Ветер ищет в сугробах весну.

Я смотрю на предутренний свет

И тебя вспоминаю одну.

Север холодом лютым сжигает,

Вьюги грозные песни поют,

Буйный ветер на нас налетает.

И стучится в полярный приют.

С пересвистом врывается в щели,

В проводах, надрываясь, гудит.

И в неистовом вое метели

Он в окошко костями стучит.

В небо ринулось снежное море,

И сугробов седые валы

Захлестнули нас в диком просторе

Под напев торжествующей мглы.

Пусть бушует пурга, веселится,

Заметает трубу и окно.

Пусть не просто с буранами биться, —

Север мы победим все равно.

Стеклянный воздух, снег искрится,

До боли ярок шар луны,

И словно хочет раствориться

Гора в свеченье белизны.

Переливается огнями

Сиянье Севера, горит,

И голубеющее пламя

О жизни вечной говорит.

А в светлых сумерках долины

Наш город дремлет между гор.

Гудок протяжный, посвист длинный

Вдруг в лунный врежется простор.

Да где-то мерное дыханье

И стук машины буровой,

Да еле слышно содроганье

Земли под чуткой мостовой.

Да всюду огненные нити,

Ряды сверкающих огней,

И даже в тундре — вы взгляните!

Как будто сделалось светлей.

Здесь непреклонность трудовая

Отодвигает вечный лед,

Стучит машина буровая,

В земные недра тяжко бьет.

И, даже ночью не смолкая,

Когда полярный город спит,

Стучит машина буровая —

К сокровищам земли стучит.