Претендент

Глава 26

Визит в банк грозил затянуться.

Полчаса назад Николас прислал сообщение: «Лукаса забрал. Едем есть пиццу. Присоединяйся» и геометку, а Элис всё ещё ждала, когда освободится её кредитный контролёр. Она готова была заплатить штраф на месте, но только не терять времени в ожидании, когда ей об этом скажут лично.

Когда через час она вышла из банка, настроение было на нуле. Без штрафа не обошлось, но помимо этого пришлось ждать информацию из общей налоговой базы о том, что на ней не висит задолженность, что её доход стабилен и подобная задержка в выплате — всего лишь досадная случайность.

Презумпции невиновности в том, что касается финансовых отношений, не существует. Как и джентельменских договорённостей. Сконцентрировав в своих руках родительский бизнес, Элис перевела все плевки в раскрытую ладонь в правовую форму. Свято соблюдая условия контрактов, она требовала этого и от своих поставщиков. Без накладок не обходилось, особенно с сезонными товарами. В стремлении не только держаться на плаву, но и развиваться, необходимость кредитования становилась одной из основных составляющих бизнеса. Любой кредит — это обязательства, а свои обязательства Элис Манфреди привыкла выполнять — в срок и в полном объёме. И вот, промашка. Необходимость делегировать хотя бы часть полномочий становилась как никогда актуальной.

С тем темпом работы, который она взяла с самого начала и с которым жила уже больше семи лет, трудно было вписать в свой график что-либо ещё. Как туда поместился Лукас, до сих пор вызывало изумление не только у близких, но и самой девушки.

Последние месяцы беременности и первые со дня рождения сына Элис вспоминать не любила. Бывали дни, когда хотелось всё бросить, побыть просто беременной — покапризничать, подолгу поваляться в кровати, закидывая на кого-нибудь ноги, есть любимейшую на тот момент маринованную кукурузу, а не стоять за прилавком, упираясь в кассовый аппарат животом. Или же ворковать над малышом, играть с ним, а не скидывать после кормления на руки невесткам, потому что налоговый отчёт сам себя не сформирует. Было сложно, но сейчас становилось ещё сложнее, потому что Лукас вырастал, и с каждым днём Элис всё больше тосковала по времени, которое не провела с сыном и которое навсегда утрачено. Итальянские корни матери-наседки с настырностью ростка пробивали асфальт её американской независимости.

Элис нравилось быть мамой. Нравилось возиться с сыном и племянниками. Если бы в какой-то отрезок времени жизнь не свернула куда-то в сторону, она бы точно нашла себя в многодетном материнстве. Возможно, что и не сразу. Возможно, что и жалела бы о том, что не состоялась в чём-то другом. А, возможно, она всего лишь женщина, которая всегда в себе сомневается, от того и рвётся из стороны в сторону, пытаясь усидеть на двух стульях сразу: ребёнок и работа.

Трёх: ребёнок, работа, семья — родные и близкие.

Нет — четырёх: ребёнок, работа, семья и друзья.

На пятый стул её маленькой задницы может не хватить, и всё же Ник упорно втискивает его в их плотный кружок, даря надежду пусть на плохенькую, но личную жизнь.

С парковкой в деловой части города всегда было сложновато, и, собираясь в банк, Элис прихватила с собой пропуск на подземную стоянку в «Тринко». Мэтт говорил, что он бессрочный, и всё же она волновалась, когда подъезжала к огороженному электронным шлагбаумом въезду на парковку.

Всё получилось. Пропуск сработал, и на верхнем уровне быстро нашлось свободное место. До назначенного времени оставалось ещё минут сорок, потому её прогулка до здания банка была неспешной, что вполне соотносилось с образом деловой женщины, а точнее высоким каблукам, которые Элис нацепила под свой единственный деловой костюм — узкую юбку-карандаш и приталенный пиджак.

Сейчас же она спешила назад в «Тринко», потому что с Ником они договаривались максимум на час времени, которое Лукас должен был провести с ним, а прошло целых три. Её каблучки споро стучали по тротуару, пока она пыталась сообразить, сколько времени понадобиться, чтобы до них доехать.

Нажав на геометку, Элис с удивлением обнаружила, что находится всего в минуте от заданной точки. Минуте ходьбы. Навигатор вёл на противоположную сторону площади, туда, где за стеклянными дверями скрывался вход в здание «Неотека».

Ник привёз их сына к себе на работу.

Элис замерла на половине шага, в смятении уставившись на высокое здание и не представляя, что делать дальше.

Она уже давно смирилась, что её неудачный визит в дом Ника может оказаться единственным. Во всяком случае, с его стороны больше не было ни единого намёка, что он собирается впускать их с Лукасом в свою жизнь. Как бы ни хотелось ей обратного, но с данным фактом Элис почти смирилась. Их встречи всегда были либо на её территории, либо на нейтральной. С одной стороны, ей нравилось, что они с сыном что-то вроде его маленького секрета. А с другой…

С другой оказалось, что она совершенно не готова к «выходу в реал». Потому и стояла сейчас посреди улицы, грозясь быть сбитой с ног спешащими прохожими.

Пятница, разгар рабочего дня. За три часа любая пицца должна была быть съедена, и как сильно она отвлекла Николаса от дел, Элис могла только догадываться. Всё же надо было звонить Стеф, а не играть в благородство.

Ноги сами понесли её вперёд, и только оказавшись внутри здания Элис опомнилась. Не было никакого представления куда идти дальше, а набрать номер Ника она отчего-то стеснялась. Потому и стояла в растерянности посреди огромного холла здания, не менее многолюдного, чем оставшаяся за вращающимися дверями улица.

- Мисс, вам помочь?

Элис дёрнулась, поворачиваясь к высокому широкоплечему мужчине в чёрном костюме. Не только типичная внешность, но и скученный проводок, идущий в его левому уху, выдавал в нём сотрудника службы безопасности, что почему-то ещё больше её смутило.

- Да, если можно. Я ищу Николаса Холланда.

- Ваше имя, мисс.

- Элис Манфреди.

- Прошу следовать за мной.

Диалог оказался коротким. Гораздо дольше она думала о нём, когда в сопровождении того же охранника шла к сокрытому за стальными панелями лифту, который тот открыл специальным ключом.

- Восемнадцатый этаж, мисс Манфреди. Вас встретят.

Подобная предупредительность окончательно лишила девушку самообладания, и когда спустя всего несколько секунд перед ней открылись двери в просторный светлый холл, Элис была на грани нервного срыва.

Пока на дрожащих ногах она выходила из лифта, к ней уже спешила высокая миловидная девушка. Улыбка на симпатичном, усыпанном веснушками личике была далека от дежурной. Как и интерес в ореховых, немного раскосых глазах.

- Здравствуйте, мисс Манфреди. Мы предупреждены о вашем приходе. Прошу за мной.

У Элис ни осталось шанса на ответное приветствие, так резво девушка рванула вперёд, задавая направление взмахом руки.

На самом деле, заблудится было сложно. Открытое, гудящее от голосов длинное помещение, сплошь заставленное столами с компьютерной техникой и небольшими островками реальной жизни вроде баскетбольного кольца, вмонтированного к колонну или бессистемно расставленных низких диванов, на одном из которых она заметила спящего человека.

Регулируемый хаос. Человеческий опен-спейс, без единой границы личного пространства.

Всё время, пока они шли, её сопровождающая говорила. Поражённая тем, что увидела, Элис не поняла и половину, кроме того, что у мистера Холланда сейчас селекторное совещание.

Они дошли почти до противоположного конца, когда, наконец, перед её взором предстала единственная в этом помещении дверь.

- Проходите, пожалуйста. Николас вас ждёт.

Элис так и осталась стоять в дверях, поражённая контрастом между опен-спейсом за спиной, и этим кабинетом — воплощением минимализма и функционала.

Ничего лишнего, никакого намёка на то, что она видела в доме Николаса. Ни расхлябанности, ни бильярдных столов. Ни намёка на «неожиданных гостей».

Святая святых. Логово.

Стол. Кресло. Два кресла поменьше в некотором удалении. Низкие закрытые стеллажи вдоль окон. Отдельно стоящий стол с несколькими мониторами, рядом с которым стоял хозяин кабинета.

Мужчина лишь отдалённо был похож на того Николаса, к которому она привыкла, от чего Элис оробела ещё больше.

Строгий тёмный костюм в тонкую, состоящий сейчас из брюк и жилетки, надетой на шёлковую небесно-голубую рубашку, галстук в тон и хорошо начищенные ботинки — классический образ успешного бизнесмена, который совершенно выбивался из уже привычного.

Ник стоял, заложив обе руки в карманы идеально сидящих брюк и, покачиваясь на носках, пристально смотрел в монитор, кивая, будто с чем-то соглашаясь. Лишь когда он повернул к ней голову, боковым зрением среагировав на движение, Элис увидела в его правом ухе гарнитуру беспроводной связи.

Встретившись с ней взглядом, мужчина замер. Его серо-зелёные глаза виделись ей почти чёрными, особенно, когда, прищурившись, Ник медленно оглядел Элис с головы до ног.

Ему не нужно было её касаться — достаточно взгляда, который рентгенил до самой души, и она точно была уверена, что однажды уже ощущала его на себе.

Однажды

Незадолго до того, как почувствовала себя центром вселенной.

До её взлёта к звёздам и опускание на дно глубокого колодца, где спрятано самое сокровенное.

И как она могла сомневаться, что это был не Ник?!

Он отвёл от неё взгляд лишь для того, чтобы снять наушник.

- Запомните, на чём остановились, Теренс. Продолжим позже, — было сказано в сторону экрана, а дальше…

А дальше Элис ни за что бы не вспомнила, кто первый сделал шаг навстречу — она или Ник. Они встретились на середине комнаты. Её руки легли на его грудь, будто делали это сотни раз. Его — взметнулись вверх, беря в ладони её лицо.

- Ты вспомнила меня, цветочек. По глазам вижу.

- Да. Это с самого начала был ты, правда?

- Правда. — Тёмно-серые глаза оставались серьёзными, наполняя её сердце теплотой, что под силу лишь самой искренней улыбке. — Я первым тебя увидел.

- Почему же?.. — начала было Элис, но Ник её остановил:

- Ничего больше не говори, Элли. Закрой глаза и чувствуй меня. Как тогда.

- Нет, — покачала она головой. — На этот раз я хочу тебя видеть.