Окончательное вхождение Марийского края в состав России произошло уже после 1557 г., в результате подавления народно-освободительного и антифеодального движения в Среднем Поволжье и Приуралье (Черемисские войны 1571–1574, 1581–1585, 1592 гг.)[941]. Процесс постепенного вхождения Марийского края в систему русской государственности длился сотни лет: в период монголо-татарского нашествия он замедлился, в годы феодальной смуты, охватившей Золотую Орду во второй половине XIV в., ускорился, а в результате появления Казанского ханства (30–40-е гг. XV в.) надолго приостановился. Тем не менее, начавшись еще до рубежа XI–XII вв., включение марийцев в систему русской государственности в середине XVI в. подошло к своей финальной фазе — к непосредственному вхождению в состав России.
Присоединение Марийского края к Русскому государству было частью общего процесса становления Российской полиэтнической империи, и подготавливалось оно, прежде всего, предпосылками политического характера. Это, во-первых, многолетнее противостояние между государственными системами Восточной Европы — с одной стороны, Русью, с другой стороны, тюркскими государствами (Волжско-Камская Булгария — Золотая Орда — Казанское ханство), во-вторых, борьба за «золотоордынское наследство» в завершающей стадии этого противостояния, в-третьих, обеспечение безопасности восточных рубежей Русского государства, в-четвертых, возникновение и развитие имперского сознания в правительственных кругах Московской Руси. Присоединение Марийского края и всего Среднего Поволжья к России было отчасти обусловлено и экономическими причинами.
Хозяйство марийцев было приспособлено к природно-географическим условиям, в целом отвечало требованиям своего времени. Из-за сложной политической обстановки оно в значительной степени было милитаризовано; правда, здесь свою роль сыграли и особенности социально-политического строя. Средневековые марийцы, несмотря на заметные локальные особенности существовавших тогда этнических групп, в целом переживали переходный период общественного развития от родоплеменного к феодальному («военная демократия»). Отношения с центральной властью строились преимущественно на конфедеративной основе.
Все группы марийского населения принимали участие в походах казанских войск на русские земли, что объясняется как взаимной заинтересованностью, так и зависимым положением марийцев в составе ханства. При этом из всех нетатарских народов ханства именно марийцы показали себя как самые активные участники русско-казанских войн. С марийцами приходилось считаться как казанским, так и московским правительственным кругам.
Задачу присоединения Среднего Поволжья к России удалось решить сыну Василия III Ивану IV (1533–1584) благодаря привлечению значительных сил страны, использованию новейших достижений военно-технической и военно-инженерной мысли, проведению умелой дипломатической работы. Казанское ханство фактически осталось в одиночестве в войне против Русского государства. В течение 1551–1552 гг. горные марийцы и остальное население Горной стороны Казанского ханства вынужденно, правда, без оказания сильного сопротивления присоединились к России. Распространенные тезисы о добровольном и мирном вхождении горных марийцев в состав Русского государства не находят своего подтверждения в источниках. Левобережные марийцы признали себя подданными Московского государства после беспримерной по своему накалу и масштабам вооруженной борьбы. То, что луговые марийцы были самыми бескомпромиссными и последовательными участниками движения сопротивления 1552–1557 гг., обусловлено, в первую очередь, особенностям общественного строя средневековых марийцев, значительным их военным потенциалом, относительно слабыми их связями с Русью в предшествующие годы, а также региональной природно-географической и хозяйственной спецификой. Датой присоединения левобережных марийцев в состав России следует считать не 1552 г. (тогда присягу русскому царю дали лишь приказанские луговые марийцы), а 1557 г., когда закончилась Черемисская война 1552–1557 гг. и были приведены к присяге представители всех групп левобережного марийского населения. В целом присоединение и горных, и луговых, и северо-западных марийцев имеет насильственный характер. Вместе с тем вследствие некоторой несхожести путей исторического развития, жестоких военно-политических потрясений и целенаправленной политики московского правительства горные и левобережные марийцы превратились по отношению друг к другу в противников. Если большинство горных марийцев сравнительно быстро и рано перешло на сторону Русского государства, одного из самых могущественных государственных образований Восточной Европы, то левобережные марийцы стремились сохранить прежнюю систему отношений с тюркскими государствами — Казанским, Астраханским, Крымским ханствами, Ногайской Ордой. Тем не менее, можно утверждать, что представители и тех и других по-своему боролись за счастье своего народа.
Значение присоединения Марийского края к Русскому государству невозможно определить как однозначно отрицательное или положительное. Как негативные, так и позитивные последствия вхождения марийцев в систему российской государственности, тесно переплетаясь друг с другом, стали проявляться практически во всех сферах развития общества (политической, экономической, социальной, культурной и других). Пожалуй, главный итог на сегодняшнее время — это то, что марийский народ сохранился как этнос и стал органичной частью многонациональной России.