Майкл
Я откусываю больше, чем могу проглотить.
Вся эта толпа «тортовых зомби», что выстроилась вдоль улицы, теперь стоит у моей калитки.
Какого чёрта я наделал?
Кара видит, как я подглядываю через жалюзи, и стоит там, положив руку на выпяченное бедро, выглядя слегка дерзкой и удивлённой.
Я знаю эту девчонку с младенчества — с тех пор, как Билл, Коринна и я вместе поступили в колледж. Вторая по старшинству дочь Билла не живёт с ним и Коринной с тех пор, как уехала в университет. А теперь она вернулась домой, и я сейчас втяну нас обоих в неприятности.
Вселенная разыгрывает надо мной какую-то жестокую шутку в наказание за то, что я не хожу на свидания. Я был однажды помолвлен, и после той катастрофы у меня случались лишь новые катастрофы из-за… определённых потребностей.
И теперь мой добровольный целибат заставляет меня смотреть на человека, которого я знаю, в совершенно ином свете, и это несправедливо по отношению к ней.
Это моя вина, что я не присматривал за этими девочками как следует. Если бы я больше общался, уделял больше внимания друзьям, то не хотел бы эту женщину, которая вдвое моложе меня.
Вопреки всякому здравому смыслу я открываю дверь. По их взглядам, у них могли бы быть вилы и факелы.
— Чем могу помочь, добрые люди?
— Мы хотели купить эти торты.
Диана протискивается мимо них с тележкой, полной кондитерских коробок.
Мужчина в начале очереди говорит:
— Мы слышали, что эти торты пожертвовал сам Филлип Уайлдвуд.
Имя звучит знакомо, и я понимаю, что это тот самый знаменитый британский пекарь, который женился на старшей дочери Билла в прошлом году. Помню, как поручил своему ассистенту выбрать подарок из свадебного реестра и отправить его. Благодарственная открытка со свадебным фото висит у меня на холодильнике. Идеальный обмен любезностями для меня. Мне не пришлось ехать на свадьбу, а они получили комплект простыней высокой плотности.
— Насколько сильно Вы их хотите? — спрашиваю я мужчину, в то время, как Диана въезжает с тележкой тортов на мою кухню и начинает разгружаться. Кара следует за ней с другой тележкой, битком набитой коробками с тортами.
— Что?
— Сколько Вы заплатите за один из этих тортов? — переспрашиваю я мужчину во главе толпы.
— А что, Вы хотите взвинтить цены? — спрашивает он.
— Нет, но Вы пришли сюда покупать торты. Любую сумму, которую Вы захотите мне заплатить за торт, я пожертвую обратно в школу.
И вот так я провёл остаток субботнего утра: продавая торты из своего чёртова дома в пижамных штанах.
Это наказание от вселенной за вожделение к 23-летней дочери моего лучшего друга.