Проспорь свое сердце

Глава 12

Оставалось только надеяться, что Влад ее не убьет… Надежда была призрачная, но Ника все-таки рискнула. Вчера они с Улькой перетряхнули весь Пашкин гардероб, взяв оттуда самое стильно-несуразное, в обед она сбегала, прикупила еще пару вещичек… На пакость ей даже не жалко было тратить собственные деньги. Теперь осталась самая малость — уговорить босса это напялить. Оставалось лишь надеяться, что подойдет по размеру. Главное, сильно не ржать и успеть убежать, если ее все-таки решат выпороть.

Утром, к счастью, ей удалось отвязаться от вопросов Дангулова. Очень удачно (для нее) в кабинет заглянул Максим с алой розой на длинном стебле в руках. Почему-то это очень не понравилось шефу, и следующие десять минут финдир был вынужден выслушивать кучу «срочных» заданий, которыми он должен заняться вместо того, чтобы шляться по бабам. На этом моменте вышеупомянутая «баба» таки не выдержала и «совершенно случайно» столкнула со стола чашку с горячим кофе, заставив шефа отпрыгнуть в сторону и выругаться. И только потом возмущенно посмотреть на девушку:

— Вероника, что это было?

— Владислав Олегович, я вам не баба, — кротко отозвалась Ника, с невозмутимым видом записывая что-то в ежедневник.

— Ты вообще-то моя помощница, — напомнил ей начальник, но если рассчитывал, что ее это смутит, то глубоко ошибся.

— Помощница, а не рабыня. Это не отменяет правил вежливости. То же самое относится и к Максиму, — продолжала отчитывать Вероника, умом прекрасно понимая, что «спасибо» ей за это не скажет никто… Но остановиться не могла. Уже и Максим настороженно на нее косился, и Дангулов по цвету почти сравнялся с помидоркой, но тормоза все не находились. Даже вредный внутренний голос куда-то подевался.

— Вероника, — на удивление спокойно произнес Влад, предварительно глубоко вздохнув. — я, конечно, могу перед тобой извиниться…

— Но не буду, да? — съехидничала Ника, но он словно ее не услышал.

— Но данная ситуация не повод меня отчитывать при моем друге и подчиненном, — ровно произнес Влад. — Надеюсь, ты сделаешь из этого выводы.

— Ребята, а я вам не мешаю? — вмешался в перепалку Максим, о присутствии которого все благополучно позабыли. — Так я могу выйти. А то у вас такие интересные отношения, — и он хитро подмигнул, с намеком на них косясь.

— Ты еще здесь? — мрачно покосился на него Дангулов, и спустя мгновенье подчиненного как ветром сдуло. Впрочем, розочку у Ники на столе он оставил.

А Вероника была только рада — шеф благополучно забыл ее расспросить, в какой же клуб они идут вечером. В целом, день прошел как обычно, разве что еще пару раз заглянул Максим, но у Влада на него словно маячок был установлен — стоило тому появиться, и босс его благополучно выпроваживал куда подальше.

Вечером в пятницу задерживаться ни у кого не было желания, и большинство сотрудников быстренько сбежали из офиса. Когда часовая стрелка подходила к половине седьмого, помещения были уже пусты, и Ника с довольной физиономией и огромным пакетом направилась в кабинет Дангулова. Увидев ее, Влад тихо сказал:

— Подожди, пожалуйста, я сейчас закончу смотреть предложения по новому маршруту и буду весь в твоем распоряжении.

— Весь? — кровожадно усмехнулась девушка. — Отлично.

Она уселась на стоявший в кабинете диванчик и принялась ждать. При этом у нее был такой невинный вид, словно не она притащила сюда вещи, от которых спустя пару минут босс будет шарахаться и громко материться. Но вместо предстоящей каверзы почему-то размышляла совсем о другом. Они провели вместе три вечера. Почему за это время Катя ни разу ему не позвонила? Странная какая-то у него девушка. Любая другая на ее месте уже десять раз бы ему написала, позвонила, потребовала свидания.

А, может, она и пишет? — тут же возразил ее внутренний голос. — Ты же не заглядывала, кому он там на сообщения отвечает и отвечает ли кому-то вообще. А что, так любопытно? Отвлеки, выкради на минутку телефон и посмотри.

Свое вредное второе я Вероника тут же послала ко всем чертям, но была вынуждена признать, что мысль действительно крайне соблазнительная. Как бы ее не ужасало это внезапное желание знать о личной жизни Влада. Но девушка быстро нашла себе оправдание — а вдруг он и есть тот придурок, что сегодня ее пугал?

Воспоминания о прошлой ночи настроение не подняли. Псих психом, но приятного в ситуации мало. И так ей по дороге на работу казалось, что она затылком чувствует чей-то противный, липкий взгляд. Наверное, так и начинается мания преследования. Ничего, теперь этот человек в черном списке, кем бы он ни был, значит никаких сообщений. А потом Вероника и вовсе забудет о дурацких сообщениях и перестанет в каждом встречном видеть опасность.

Нике и самой странно, что она так отреагировала. Пугливой девушка не была, но тут словно интуиция ей нашептывала, что от данной ситуации ничего хорошего ждать не приходится.

— Я закончил, — Владислав захлопнул крышку ноутбука. — Что там у тебя?

От неожиданности Вероника подпрыгнула — она так задумалась, что даже забыла, где находится. Ущипнула себя за запястье, чтобы не отвлекаться. И лучезарно улыбнулась.

— А у нас, дорогой Владислав Олегович, сейчас открывается салон красоты, — подошла к нему со спины и заботливо стряхнула невидимые пылинки с плеч. — Вы же не хотите быть немодным в клубе? Я сейчас создам вам поистине феерический образ.

Показалось или плечи под ее ладошками действительно замерли и словно окаменели? Неужели испугался?

— Только не говори, пожалуйста, что ты меня сейчас будешь красить, — с насмешкой произнес Дангулов, поворачиваясь к девушке лицом и зачем-то ловя пальцами ее запястье.

— Ну… — захлопала ресницами Вероника. — Разве что самую чуточку. Но сначала раздевайся.

— Вот так вот сразу? И без прелюдий? — большой палец слегка поглаживал тонкую кожу запястья, заставляя мысли в панике разбегаться. — Так с этого и надо было начинать…

— Ты это о чем? — нахмурилась Ника, пытаясь отловить наглых предателей. С трудом, но получилось. — Ты что опять подумал, извращенец? — уже веселее спросила она, а сама мысленно рассмеялась — да уж, слово «извращенец» как нельзя лучше подходило к его сегодняшнему образу. Бедный, он еще не представляет, ради чего ему предстоит раздеться.

— О том, что понял давно, — нахально ухмыльнулся Влад. — Ты ко мне неровно дышишь, крошка.

Нику тут же бросило в краску, хотя умом она понимала — парень шутил. Ну, во всяком случае, в большей степени. Правда в этом все-таки была, но сейчас ей стоило только подыграть:

— О да, я просто задыхаюсь без тебя, — промурлыкала Вероника. — Жить не могу. И сейчас я покажу, насколько.

Получила заинтересованный взгляд со стороны босса и едва сдержала хохот. Да, сейчас она ему покажет. Пусть только потом не жалуется.

— Иди ко мне, — скомандовала Вероника, отодвигаясь от него на несколько шагов ближе к дивану — туда, где лежали вещи. — И снимай рубашку.

В ее недвусмысленные намерения Влад не верил от слова совсем. Но нарочито медленно начал расстегивать пуговицы, рассчитывая, что вот-вот она смутится и отвернется. Раньше, когда дело доходило до таких вот пикантных ситуаций между ними, Ника постоянно давала задний ход. Но не в этот раз. Спокойно, не отводя глаз, девушка следила за его движениями. И лишь она сама знала, насколько тяжело ей далась эта невозмутимость, потому что к Владу ее тянуло с первого дня знакомства. Вот только тогда помешал договор с Даном, потом ее собственный характер, а теперь еще и Катя.

Вот, умница, про девушку его вспомнила. Дышим спокойнее, вспоминаем таблицу квадратов чисел. Сколько там у нас двенадцать на двенадцать? Какие сто сорок два, дурында? Четыре! Четыре! Все, разделся, я умолкаю. Можешь пихать ему рубашку.

— И что дальше? — поинтересовался Дангулов. — Брюки?

— Нет, брюки уже без меня, стриптиз не впечатлил, — поморщилась Вероника. — В спортзал чаще ходить надо. Но, думаю, впечатлишь кого-то другого. Одевайся! — и протянула ему рубашку из нежно-розовой, трогательно-поросячьего оттенка, ткани.

— Это что? — оторопело посмотрел на вещь Влад. — Я тебе что, гей?

В ответ услышал лишь тишину. И это молчание говорило куда больше, чем долгий пересказ всех планов Ники.

— Вероника! — практически прорычал он. В ответ — милая улыбка и трогательные похлопывания ресницами. — Не прикидывайся дурочкой! Как, ты говоришь, называется клуб?

Да, наверное, стоит сказать ему сейчас сказать. Пусть морально подготовится.

— Я не говорила, но «Голубая лагуна», — невозмутимо сообщила она.

— Никуля, солнышко мое, рыбонька, птичка моя, бабочка порхающая, — начал вдруг ласковым тоном Влад, и от этих перечислений становилось как-то…страшно, что ли? — Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю?

— Понятия не имею, — ровно отозвалась девушка, мысленно прикидывая пути отступления. Что-что… Ничего хорошего, точно.

— Я тебя сейчас, милая моя, чуточку придушу, чтобы глупости не несла, — наступал на нее Владислав, смяв рубашку в комок и отбросив на диван. Северцева, в принципе, предвидела такое развития событий — не зря же приобрела вещи из немнущейся ткани.

— Я хомячков не боюсь! Даже зубастых! — гордо задрала нос девушка. — Ну что тебе стоит сходить в этот клуб? Боишься? Или слабо?

Она знала, на что давить. Ни один мужчина никогда в жизни не признается, что боится кого-то…не самой традиционной ориентации. Они же орлы, птицы гордые, летают даже без пинков. Вот и сейчас, услышав ее вопрос, Влад остановился:

— Но ведь это не все?

Как в воду глядел — Ника же не зря до утра не спала, прикидывая варианты, как лучше поступить. Вот только за вариант «стрельнуть у кого-нибудь телефончик» она точно схлопочет ремнем. Поэтому пришлось меня планы на ходу:

— Сделаешь так, чтобы кто-нибудь из посетителей-мужчин заплатил за твою выпивку. И, да, пофлиртуешь немного.

Вдох. Глубокий. Один-второй-третий. Сжатые-разжатые кулаки. И только потом негромкое:

— Хорошо. Договорились. Это месть за вчерашнее?

Вопрос прямо в цель. Впрочем, Ника и не собиралась этого отрицать:

— Возможно. Что, тоже будешь теперь мстить?

— Возможно, — в тон ей ответил Дангулов.

— Но это будет уже… Кстати, а мы выходные учитываем? — вспомнила Вероника о возникшем вопросе.

— В эти, думаю, можно отдохнуть. А дальше посмотрим. Так что у тебя есть шанс, что до понедельника я остыну, — подколол ее Влад. — Эту рубашку надевать обязательно? — скривился он, разворачивая ткань. Получив утвердительный ответ, обреченно вздохнул. Когда получил еще узкие джинсы в облипочку, выругался, но больше прибить не грозился. Ника продолжение стриптиза решила пропустить и, когда вернулась через минуту, едва сдержалась, чтобы не заржать, увидев выражение лица шефа. Так, последние детали. Яркий французский шарфик на шею придал Дангулову немного утонченности, уложенные при помощи геля волосы — томности. Но от последнего штриха Влад буквально отшатнулся.

— Ты что, реально меня красить собралась?

— Самую чуточку! — умоляюще посмотрела на него Ника.

— Но не на работе же!

— Хм… Ты прав, — согласилась девушка. Вряд ли охранник оценит директора компании с помадой на губах. Хотя… Кто его знает? Но этот штрих она все-таки добавила уже сидя в машине возле клуба — легонько прошлась кисточкой по его губам, придавая им более темный, но естественный оттенок. Конечно, знатоки сразу распознают, но ей ведь это и надо.

— Какая ж ты все-таки вредина, — пробормотал Влад, пока его разукрашивали.

— Не вертись! — Ника подняла на него серьезный взгляд. — А то помада еще на щеках окажется.

И сама слегка смутилась. Их разделяло буквально сантиметров десять, и Вероника явственно видела собственное выражение в синих глазах. Темные, бездонные, окаймленные черными ресницами, она искренне считала их преступлением против природы — не должно быть у парня таких глаз. Не должно и все.

— Ника-Ника, — покачал головой Дангулов, и девушка словно очнулась:

— Ну что, красавчик? Теперь ты готов покорять мир! Этот клуб уж точно, — подмигнула она и услышала в ответ лишь обреченный стон.