Проспорь свое сердце

Глава 27

Работа помогла успокоиться. Впрочем, как могло быть иначе, если ее привезли, сгрузили на стол кучу договоров, велели изучить и подготовить презентацию. Чмокнули на прощание и свалили по делам. А Ника осталась наедине с кипой договоров, за которой ее и видно-то не было толком. А уж когда девушка уронила ручку, которой машинально постукивала по столу, и была вынуждена за ней полезть! В это время как раз «удачно» заглянул в приемную Максим и, никого не увидев, крадучись направился к столу

В первый момент Вероника хотела вылезти и спросить, с какого бодуна финдир приперся в ее скромную обитель, да еще и изображает из себя ниндзя. Вот только вспомнился разговор с мужчиной о промышленном шпионаже, к тому же смутила эта его таинственность. В общем, Вероника решила не трепать себе нервны, да и под столом было очень даже неплохо. Тихо, спокойно, никто ни в чем не обвиняет, еще и убираются регулярно. А самое главное — документы по полу не разбросаны.

Максим постоял несколько минут возле стола, судя по звукам, он перекладывал и просматривал договоры. Представив, какой хаос парень наведет в разложенных бумагах, Ника испытала рьяное желание сделать какую-нибудь подлость. Ну, например, взять и укусить его, чтобы лучше сорок уколов от бешенства в больничке делал, а не глупостями занимался.

Через еще пару минут, Северцева поняла, что с выводом насчет хорошей уборки она поторопилась. В носу начала свербеть, вот-вот чихнет и выдаст свое присутствие. И окажется в чертовски глупом положении.

Ника уже начала злиться. Ну что ему не работается нормально, как всем обычным людям? Что он тут торчит? После их последнего разговора им, кроме работы, точно не о чем общаться. Обид девушка не прощает. Черт, как же хочется чихнуть. Ника надавила на переносицу, пытаясь прогнать это дурацкое желание.

Тут на ее счастье раздались шаги, и вскоре послышался негромкий голосок Алины:

— Максим? А Ники нет? Вот жалко-то, я как раз хотела у нее кое-что уточнить по договору. А давно она отлучилась?

— Минут пять уже нет, — задумчиво ответил финансовый директор. — Ладно, пойду я тоже, дел полно. Кофейком не хочешь угоститься, красавица?

И он под веселый смех девушки наконец-таки удалился из комнаты. Вероника уселась прямо на пол, прислонилась к столу и с удовольствием чихнула. Господи, какое же это наслаждение, больше не сдерживаться! Настолько, что не выдержала и еще раз пять чихнула. Эпидемия, не иначе. Или все-таки стоит попросить убраться под ее столом.

Так, надо работать. Ника решительно встала и отряхнула юбку, стирая пыльные следы и искренне надеясь, что параллельно не словила паутинок с их создателями в волосы. И почему у нее вечно все так по-глупому получается?

Решив не рефлексировать, Вероника осмотрела стопки бумаг на предмет порядка и облегченно вздохнула. Вроде бы Максим не перепутал ничего. Можно продолжать работать,

— А вот это здесь уже явно лишнее, — пробормотала Вероника, увидев, что под одной из стопок скрывается роза нежно-сиреневого цвета, а рядом лежала шоколадка — ее любимая, в которую было добавлено немного соли и которая за счет этого имела неповторимый привкус.

Получается, финансовый директор приходил подлизаться? Точнее извиниться после того не слишком приятного разговора? Все чудесатее и чудесатее, как говорила Алиса. А что в следующий раз будет? Серенаду споет? Еще не хватало.

Телефон тем временем завибрировал на столе, и Ника переключила свое внимание на него. Звонило блудное начальство.

— Да, Владислав Олегович, я вас внимательно слушаю, — нарочито чопорно произнесла Ника.

— Еще бы ты меня слушала невнимательно, солнышко, — хохотнул Дангулов, — я ж и наказать могу. Сильно-сильно, — и, вдруг резко сменил интонацию, посерьезнел. — У тебя все в порядке?

— В полном. А что, что-то случилось? — насторожилась Ника. Раньше ей с такими вопросами особо не звонили, да и в последнее время она то и дело видела во всем подвох.

— Я с Родионом Константиновичем говорил. Его люди сейчас по цветочным магазинам бродят, пытаются найти тот, в котором были проданы цветы. Он еще подкинул мне мысль поискать среди групп в соцсетях и прочего, сейчас многие на дому работают. Я же знаю, ты у меня неугомонная. Так что вечером этим займемся с тобой. Хоть отвлечешься.

— Я боюсь, что это тухлый номер, — призналась Ника, просматривая тем временем договоры. Почему-то возникало ощущение, что чего-то не хватает. — Сейчас очень много частников, всех не отследишь.

— Но и черные розы не самый ходовой товар, — возразил Владислав. — Так что не упрямься, будем искать. Тем более сейчас это единственная ниточка, не считая номера телефона, который все-таки зарегистрирован на левое лицо.

— Как…ожидаемо, — скривила губы в усмешке Ника, перебирая договоры и буклеты. Так, странно. А куда делся договор с «Южной ночью» — одним из успешных отелей?

— Ты, кстати, придумала насчет желания? — вкрадчиво осведомился Дангулов, перескакивая на другую тему.

Уж не Макс ли прихватил с собой договор? Но на кой черт он ему? За этими рассуждениями вопрос до Ники дошел не сразу.

— Желание? — рассеянно переспросила Вероника. — Да, придумала. Берегись, подлый трус.

Последние слова относились не столько к Владу, сколько к другому начальнику. Пусть побережется, если сможет. Желание Ника придумала. Кто не спрячется — она не виновата.

— Прямо-таки берегись? — по голосу Ника слышала, что Влад улыбается. — Что ты там придумала?

— Приедешь — узнаешь, — отрезала Вероника. Дангулов решил не испытывать судьбу и не злить ее дальше и положил трубку. А девушка призадумалась. Как бы ей проверить, действительно ли Максим утащил договор? Если да, то зачем? У него, как у финансового директора, и свои экземпляры имеются, все равно все договоры проходят через его загребущие лапки. Что-то она ничего не понимает уже…

Стоп, он же уходил с Алиной! Наверняка, она заметила, если бы у него в руках были бумаги. И тем самым шпионом Максим тоже вряд ли является. Тогда зачем устраивать этот допрос для Ники? Чтобы отвести от себя подозрения? Глупо, тупо и нелепо. О, получается, сам заострил на этом ее внимание. И действительно ли он считал, что она шпионка? Господи, у нее уже ум за разум заходит. Чертовщина какая-то! Со всех сторон. Но думать о Максе и всей этой катавасии гораздо приятнее, чем о ее ночном маньяке. Поэтому лучше она будет разбираться.

Так… Сначала, надо спросить Алину. Тем более, она явно за чем-то к ней заходила. Вот и спросим. Главное, не спалиться и не показать свою осведомленность. Да и перерыв как раз можно сделать.

— Линчик, привет, — подсократила имя девушки Ника. — А у тебя чаю не найдется? А то уже голова пухнет от этих бумаг.

— Да? — насмешливо поинтересовалась та. — А куда ж ты минут десять назад пропадала тогда? Я к тебе заходила, тебя не было. Тебя еще Максим ждал.

— Не поверишь, — доверительным шепотом сообщила Ника, — я сбежала. В туалет.

Алина весело рассмеялась:

— Ну да, наш туалет — наша крепость!

Сомнительный, конечно, афоризм, но что поделать, как говорится, у всех девочек свое укромное место — попереживать, поплакать, в крайнем случае, подремать. Так что почему бы и нет?

— А то. Максим, говоришь, ждал? Странно, что ему надо было? — притворилась, что размышляет Ника.

— Не знаю, возможно, договор какой-то для Влада принес. У него в руках был, — бесхитростно сообщила менеджер.

Договор, значит? Черт, чем дальше в лес, тем, получается, дурнее. Зачем ему договор, который Макс и так знает? Наизусть? Ника была на переговорах, слышала, как они с Владом бились буквально за каждую копейку. Или, может, в этом все и дело? Может, там суммы изменены, и она могла это заметить? На других-то переговорах ее не было.

Вопрос только, что теперь ей делать. Рассказать о договоре Владу? Выкрасть? Или что? Боже, какая глупость.

Хотя… Для начала стоит действительно убедиться, что договор у него. Блин, скорее бы пришел Влад. Он ей сейчас крайне необходим, чтобы проверить. Главное теперь, чтобы босс не убил ее, услышав желание. Но что поделать… Ладно, вечером она ему все компенсирует, подарит много тепла, покорности и нежности… Если он, конечно, не пошлет ее, услышав задание.

А пока надо делать презентацию. И Вероника погрузилась в работу. Очнулась она от недовольного голоса Дангулова.

— Так, я не понял. А это что еще за веник?

От неожиданно Ника даже подскочила, увидела нахмурившегося парня, а затем судорожно завертела головой в поисках того самого веника, что вызвал недовольство у босса. Вроде уборщица ничего тут не оставляла, да что там, она уже сто лет под ее столом не убиралась. Что тогда этого привереду не устраивает?

— Какой еще веник? — не поняла Вероника.

— Вот этот, — Дангулов приподнял за длинный стебель розу, притащенную Максом. — Откуда?

— А что, не от тебя? — притворилась удивленной Северцева. — Я просто вышла, вернулась, а она у меня на столе лежит. Ну кто еще мне цветы дарить будет? Ты всех распугал.

И сам еще даже лепесточка не подарил. Вслух она этого не сказала, но намек явно дошел до Дангулова. И, судя по следующей его фразе, еще даже раньше.

— Раз не знаешь, тогда выкидываем, — решительно выдал он, втаскивая из вазы цветок.

— А ты не офигел? — возмутилась девушка. — Пусть и дальше стоит, меня радует.

— Лучше пусть тебя радует это, — и Влад положил перед ней букет тюльпанов, каждый из которых и по форме, и по цвету напоминал язычок пламени. — Увидел их и вспомнил о тебе.

— Какая прелесть, — улыбнулась Ника, вдыхая нежный аромат. — Но розу выкидывать все равно не буду. Вдруг у меня тайный поклонник тут, а я его обижу?

Выразительный взгляд Дангулова без всяких слов намекнул, что в противном случае несчастного мужчину обидит он. Вздохнув, девушка предложила хотя бы просто переставить цветок. В конце концов, бедные розы не виноваты, что их приносят всякие сомнительные личности (тут Ника не соврала не на мгновенье, Макс для нее сейчас был очень подозрительным). После полученного согласия Северцева чмокнула парня в щеку и уточнила кокетливым голоском.

— Скажи, дорогой, — буквально промурлыкала она, — а ты уже готов исполнять мое желание?

— К этому я не готов никогда, но выхода нет, — честно признался Дангулов. — А что, час икс настал?

Вероника кивнула и, приподнявшись на цыпочки, что-то быстро ему зашептала. С каждым ее словом Влад мрачнел все больше. Наконец он вздохнул и выдал:

— Макс меня убьет.

— Но это ведь тебя не остановит? — невинно захлопала глазками Ника.

— Конечно, нет, — скрипнул зубами Владислав. — Я же помню про наше пари.

Вероника скрыла довольную улыбку, уткнувшись в плечо парню. На это-то она и рассчитывала, гордый Дангулов никогда не пойдет на попятный. А Максим на такое зрелище точно не сможет не отвлечься…

На удачу Вероники, секретарь Максима куда-то отлучилась, и девушка проникла в кабинет без всяких препятствий. Хозяин кабинета внимательно вычитывал какой-то договор и что-то помечал в нем маркером, а второй рукой то и дело ерошил свои буйные кудри.

— Вероника? — удивленно воззрился он на девушку. После недавнего разговора он никак не ожидал увидеть ее в своем кабинете, да еще и в относительно неплохом настроении.

— Добрый день, Алина сказала, вы меня искали, — ровно произнесла девушка, подходя к его столу и ненароком пытаясь заглянуть, что же там вычитывал странный посетитель.

— Да, Ника, искал, — Максим отставил в сторону договор. — Сядь, пожалуйста, я хотел с тобой поговорить.

— О чем? — Ника послушно уселась на самый близкий к нему (и договору) стол.

Пока что все его действия соответствовали ее планам. Сейчас она потянет немного время, выждет, и заявится главный актер сего театра и, сам того не ведая, отвлечет внимание.

— В прошлый наш разговор получилось нехорошо, — признался Максим, не отводя, впрочем, глаз. — И я бы хотел извиниться за то, что так себя повел.

— Ты уже извинялся, — сухо ответила Ника.

— Но я прекрасно понимаю, что ты меня не простила, — прозорливо выдал финдир. — поэтому вновь поднимаю эту тему. Я надеюсь, со временем ты сможешь меня простить, и мы сможем снова стать друзьями.

— А мы что, ими были? — удивленно приоткрыла глаза Вероника. Максим ответить не успел. Дверь открылась, и в кабинет вошел Владислав Дангулов. Но в каком виде! В одной руке ведро, под мышкой швабра, а в другой — радужный пипидастр. А под нос себе сие чудо в дорогом деловом костюме мрачно напевает:

— Шагают легионы вперед, вперед, вперед. Когда уснут драконы, владычица придет,[2] — под столь веселый репертуар Дангулов обмакнул швабру в ведро и начал мыть пол, точнее елозить покрой губкой по поверхности. Учитывая его одежду и зажатое под мышкой орудие всех горничных, он выглядел весьма потешно. Вероника невольно закрыла рот рукой, чтобы не заржать в голос. Она, хоть и была готова к подобному повороту, но все равно сдержаться было тяжко. А вот Максиму пришлось еще сложнее.

Когда Влад приподнял швабру и в очередной раз окунул ее в ведро, Максим подскочил со стула и направился в сторону друга.

— Влад, ты что делаешь? — остановившись от него в паре шагов, подозрительно осведомился он. На что Дангулов с поистине герцогской невозмутимостью пожал и плечами: «Ты что, не видишь, смерд?» и небрежно бросил:

— Убираюсь.

Обошел застывшего, как столб, финдира, попутно пройдясь по его начищенным и сверкающим черным туфлям не очень-то чистой шваброй. Этот жест заставил Веронику поперхнуться смехом — кажется, ее недопарень все-таки догадывается, откуда одиночный «веник» взялся в ее кабинете. Но что поделать? Черт, время же летит, нужно успеть, пока Макс не отмер. И девушка быстро и незаметно перевернула договор и придвинула его к себе. Так, совершенно верно, Макс за каким-то чертом выделял строки в договоре с Южной ночью. Но зачем? Что он там увидел? И стоит ли умыкнуть договор, пока есть возможность? Хотя тогда хозяин кабинета сразу догадается, куда он делся.

— В смысле — убираешься? — недоумевал тем временем Максимилиан. — У нас что, уборщиц нет? Ты что, чокнулся, Влад?

Дангулов тем временем слегка сменил репертуар на «Мы обречены, смешались реалии и сны»[3]. Да уж, как это в тему. Кто-кто, а Ника точно будет обречена расплачиваться за столь идиотское желание.

— С моим разумом все в полном порядке, — с прежней невозмутимостью ответил Влад и продолжил что-то напевать. Нике на мгновенье показалось, что начальник вошел во вкус. Особенно когда направился к шкафам с пипидастром в руках и с видом заправской горничной начал смахивать пыль.

Только передничка кружевного не хватает, — ехидно заметил невовремя проснувшийся внутренний голос.

— Дебилизм какой-то. Ты чего накурился? — кудрявая шевелюра Макса уже торчала во все стороны от попыток ее владельца поразмышлять. Тут он вспомнил, что в этом дурдоме является не единственным санитаром и повернулся к своей посетительнице. — Ника, ты не знаешь, что происходит с твоим руководством?

Девушка едва успела отстраниться от чтения договора, чтобы не попасться. Интересно, зачем Макс выделял пункты о финансировании и неустойки?

— Понятия не имею, — невозмутимо пожала плечами она и тут же хлопнула себя по лбу, словно что-то вспомнить. — Кажется, я недавно видела у него на столе книгу какого-то китайского гуру. Может, там написано, что, если убрать из окружающей среды лишний мусор, в мозгах наступит просветление?

Почему-то ее, в общем-то, невинное предположение заслужило аж два разъяренных взгляда. И с чего бы это? Следовать китайским учениям сейчас модно и, говорят, полезно. Человек находит гармонию с самим собой. Вот только Владислав Дангулов, направившийся в ее сторону с пипидастром в руках, явно решил найти гармонию в чем-то другом.

— Это что, радужное знамя? — растерянно буркнула она, мысленно проклиная себя за идею с пипидастром. Кажется, терпению Дангулова пришел… Нет, не конец. Скорее северный пушной зверек. Впору схватиться за голову и завопить: «Ай, попала я, попала!». Вместо ответа по ее волосам ласково прошлись пипидастром.

— Ты что делаешь? — возмутилась Вероника, а Макс заржал, глядя на это зрелище. Девушка попыталась перехватить орудие труда, но Влад оказался проворнее.

— У тебя таракашки запылились, — с все тем же невозмутимым видом откликнулся Дангулов и уточнил. — Так что мне сейчас стоит спеть?

— Он уже лежит на земле, гаснет свет в его глазах[4], - машинально пропела Вероника, вдохновленная репертуаром сообщника. И ойкнула.

— Тааак, — протянул Максим, складывая руки на груди. — Ничего не хотите мне сказать, господа уборщики?

— Я проиграл ей желание, — хмыкнул Дангулов, радуясь, что уже выполнил данное идиотское поручение. Ника скривилась.

— Какие у вас…любопытные отношения, — саркастически заметил Максим и внезапно добавил. — Ника, солнышко, высуни свой очаровательный носик из договора. Я как раз собирался об этом рассказать.

Вероника покраснела, мучительно придумывая, как бы ей оправдаться.