Рабыня эльфийского принца, или Отверженная Истинная Пара

Глава 50 Во имя Варвары

Служанки вошли ко мне после непродолжительного стука. Все они были людьми, но на лицах застыло настолько ледяное выражение, что я нахмурилась.

Девушек было трое. Они молча принялись убирать в спальне, перестилать постель, менять букеты цветов на столе.

Одна из них, не поднимая лица, предложила помочь одеться, но я отказалась. Правда, вскоре пожалела об этом, потому что эльфийское платье, которое Мираль прислал для меня, застегивалось слишком мудрено.

В итоге, я была вынуждена попросить о помощи, но остро ощутила, что служанки откровенно… недолюбливают меня.

Это казалось странным. Я отчаянно боролась за права таких, как они, поэтому столь непонятное отношение огорчало и настораживало. Наконец, они доделали свои дела и молча выскользнули в коридор. Любопытство потянуло меня следом, и я прильнула ухом ко входной двери.

— Какая она… некрасивая… — услышала раздраженный девичий голос. — Как только Его Высочество мог с ней…? Ох, я не могу этого понять! Ладно, солдаты иногда по углам развлекаются, но наш принц всегда был таким порядочным и воспитанным и вдруг завел себе любовницу из людей!

— Да уж, это просто низость… — поддакнула другая. — Скоро разразится ужасный скандал. Ведь Его Высочество даже не скрывает их отношения. О чем он вообще думает?

— Местом ниже пояса он думает! — зло огрызнулась третья. — Возможно, эта рыжая умеет ублажать так, как никто. Вот он и соблазнился…

— Ужас какой! Может нужно рассказать кому-то?

— Ага, хочешь в темницу попасть⁇ Думаешь, принц за это тебе орден выдаст??? Если он сошел с ума, пусть и выпутывается сам…

Я была настолько шокирована, что даже не стала выскакивать в коридор, чтобы высказать этим сплетницам всё, что они заслуживают.

Так, Варвара Соболева! Надо быть готовой ко всему. Девчонки выросли здесь. У них эльфийские законы в крови. В такие моменты кажется, что изменить порядки этого места просто невозможно. Может, зря я ступила на такую дорожку? Может нужно было не отсвечивать и просто искать возможность слинять? Но я не могла. Борьба за справедливость — в моей крови!

Мираль, нам с тобой будет тяжело…

При воспоминании о принце на руке потеплела метка, а в душе разлилась нежность. И все-таки я действительно его люблю. Кто бы мог подумать!..

На следующий день после стука в дверь в комнату вошла… Мари.

Я ошарашенно отложила эльфийскую книгу, которую пыталась читать, а потом с радостным визгом бросилась бывшей подруге на шею.

— Мари! Это правда ты??? Как я рада!!!

Женщина обняла меня и всхлипнула. Кажется, она тоже привязалась ко мне. В носу защипало. Вот это я расклеилась!

Несколько часов мы болтали, попивая травы и наслаждаясь нежнейшими пирожными — самыми изысканными сладостями эльфийской кухни.

Мари рассказала о том, что в последнее время принцесса Арисса очень встревожена.

— По дворцу ползут слухи, — объяснила она. — О вас с принцем! Скажи, а он правда… взял тебя в любовницы?

Я недовольно поджала губы.

— Мы не любовники, — проговорила я твердо. — Мы — пара!

И показала ей запястье, блеснувшее меткой парности.

Мари шокировано распахнула глаза.

— О небо! Но как такое возможно???

— Как видишь… мы, люди, не так уж просты! — улыбнулась я. — Мы не животные, не мусор, не ошибка природы! Люди тоже могут обладать магией, — я тут же зажгла на ладони небольшой огонек. Научилась этому фокусу буквально вчера: Мираль показал.

Мари, увидев, что я магичу, испуганно вскрикнула и зажала рот руками.

Я усмехнулась.

— Ну что за реакция? Это просто магия! Моя собственная! Как видишь, люди не хуже эльвов, и я хочу это доказать абсолютно всем!

— Ты сошла с ума… — прошептала Мари и удрученно покачала головой. Она не верила в то, что у меня хоть что-то получится. Я бы тоже не поверила на её месте. Но… я не на её месте, а на своем.

И я верю!!!

Королевский сад…

Сад был наполнен прекрасными ароматами магических цветов. Повсюду порхали бабочки, на деревьях распевали птицы, но по окрестностям разносился звон скрещивающихся клинков. Данэй атаковал Мираля с силой и ловкостью, присущей только великим воинам, но и наследный принц был не лыком шит.

Они просто тренировались, хотя их движения отражали обоюдную взвинченность и тревожность.

Волосы обоих — не подвязанные и очень длинные — взметались вверх, как и длинные одеяния. Капельки пота выступили на висках.

Данэй казался ангелом смерти и возмездия. Он был хмур, сосредоточен, а иссиня-черные волосы его поблескивали холодным металлом. Мираль же, наоборот, выглядел ангелом мира и величия — светлый, пронзительно быстрый и глядящий на противника торжественно и победно.

Кажется, их поединок означал гораздо большее, чем простую тренировку. Они выясняли отношения.

Это был танец тел, передающий глубинные эмоции двух душ.

Наконец, Данэй первым опустил свой меч. Несмотря на колоссальный боевой опыт, сегодня он изрядно устал и действительно уступил своему племяннику и воспитаннику.

— Вы проиграете, Ваше Высочество! — проговорил он хмуро, тяжело дыша. — Ваш отец никогда не согласится на реформы, а совет вам не продавить. Даже если вы заручитесь поддержкой половины знатных эльвов, что само по себе просто невозможно, у вас всё равно нет шансов: последнее слово будет за королем…

— Ты этого не знаешь… — парировал Мираль, тоже опуская меч. — Никто не знает! А я рискну! Больше я не буду плыть по течению, как дохлая рыба. Я добьюсь справедливости. Нас с Варварой связала магия, и пусть кто-то попробует мне в этом возразить!

— Её могут просто-напросто убить! — озабоченно проговорил Данэй. — Как говорится, нет человека, нет проблемы. Не рискуйте ею, прошу вас…

— Не посмеют! — зарычал принц. — Я не позволю!!! Не отговаривай меня, наставник! Я уже всё решил. Знаешь, у меня действительно открылись глаза. Раньше я никогда не воспринимал людей всерьез. Привык, что они — просто вещи и что их участь должна быть мне безразлична. Я жил с этим, я был уверен, что именно так и должен быть устроен мир, а потом появилась ОНА! Она — человек! И теперь, любя ее больше жизни, я понимаю, что остальные девушки с круглыми ушками совершенно не отличаются от моей пары. Неужели они тоже что-то чувствуют и хотят свободы? Неужели они тоже мечтают о справедливости и боятся смерти??? Я привык, что вещи ничего не ощущают. Я привык не видеть в людях живые души! А теперь вижу. И действительно больше не считаю, что между людьми и эльвами есть хоть какая-то разница…

— Ты глупец, Мираль! — зарычал Данэй отчаянно, резко перейдя на «ты». Кажется, в нем сейчас заговорил не наставник наследного принца, а любящий и страдающий родственник, дядя. — Веришь в сказки, мечтаешь о звездах с неба, а, пойдя такими путями, найдешь только смерть! Эльвы жестоки по натуре. Никто не послушает тебя. Будь ты хоть тысячу раз наследным принцем, если вздумаешь отнять у них тысячелетние устои, поплатишься и репутацией, и жизнью! Остановись, прошу! Ради памяти своей матери…

Миралю было тяжело слушать всё это, но он скрепился и с упрямо произнес:

— Теперь, когда я знаю правду о своем происхождении, я тем более хочу восстать против нашего слепого и испорченного общества. Моя мама… была бы счастлива узнать, что я не стыжусь принадлежности к ее народу и готов бороться за справедливость. Только не говори мне, что это не так! Ты до сих пор считаешь меня ребенком! Не веришь, что я воин, готовый пожертвовать чем угодно ради правды!!!

Данэй почувствовал опустошение, потому что вмиг сдулся.

— Ты так похож на свою мать! — простонал он отчаянно. — Она передала тебе свое ослиное упрямство и любовь к глупым подвигам. Но неужели ее судьба ничему тебя не научила???

Глядя в горящие болью и страданием глаза Данэя, Мираль почувствовал не меньшую боль. Шагнул навстречу, остановившись вплотную, и приглушенно произнес:

— Дядя, — он взволнованно сглотнул, впервые в жизни называя Данэя так, — я очень ценю твою заботу, и память о маме для меня священна, но… я не могу отступить. Потому что я люблю не только маму, но и Варвару тоже. Она для меня — всё, понимаешь? Я никогда не думал, что любовь — она такая. Мне и в голову не могло прийти, что однажды женщина сможет затмить для меня все прелести мира. Но это произошло. И я не отступлю. Прошу, поддержи меня! Ты ведь… мой единственный настоящий друг!

С этими словами Мираль шагнул еще ближе и заключил ошеломленного Данэя в свои объятья.

Дроу пару мгновений не двигался, не веря своим глазам и ушам. Его сердце, казалось, разорвется от страха за этого мальчишку и от переполнившей его нежности. Мираль назвал его дядей! Данэй никогда не думал, что однажды услышит это.

Наконец, темный обнял эльфа в ответ и мучительно закрыл глаза.

— Ты разбиваешь мне сердце, Мираль… — прошептал он. — Но я согласен! Хорошо, ты убедил меня. Буду с тобой до конца! Потому что у меня тоже нет никого ближе тебя, племянник.

Мираль заулыбался, пряча повлажневшие глаза.

— Спасибо! — прошептал он. — Я никогда не сомневался в тебе… Мы победим, я верю! Во имя мамы! И во имя Варвары тоже…

— Хорошо, — ответил Данэй, смиренно выдыхая. — Во имя Варвары! Да будет так…