Развод. Отпускаю тебя

Глава 22

Ирина

- Папа Миша, ты с голоду не помрешь и даже не похудеешь, - смотрю на невестку. По выражению лица понятно, что меня она не ожидала увидеть.

Смотрит на стол, с которого тонкими струйками стекает кофе.

- Мамочка Ирочка, я подумала, не может же взрослый мужчина на сухомятке жить, - глаза огромные, и такие честные-честные. - Я потом зайду. Вижу, вам и без меня есть что обсудить.

Вика пятится назад. Только забегов наперегонки мне не хватало. Вижу, что Аллочку эта ситуация волнует еще больше, чем меня. Мне уже все равно,с кем кто спит, а вот что сын - великий рогоносец, мне не нравится. Хоть самому Артему, кажется, все равно.

- Ну, показывай, что принесла. Чем свекра кормить будешь? - Аллочка подходит к Вике, вырывает из рук пакет.

- Так, бабий батальон. Вы мне что тут устроили? - Миша немного растерян, вероятно, не каждый день три разной степени любимости женщины встречаются на одном мосточке.

Он на меня смотрит растерянными глазами, мокрые брюки добавляют трагичности и обреченности виду. Ждет, что я начну орать? Думаю, это тот случай, когда ожидание наказания, хуже самого наказания.

- А что? У нас тут очень рабочий лад. Весь ли гарем в сборе? - издевательское спокойствие в голосе. - Может, мы о ком-то не знаем? Расписание сделаем, у кого завтракаешь, у кого обедаешь, у кого ужин с продолжением. Девы мужей будут предупреждать, чтобы они в командировки быстрее собирались и уматывали. Меня из расписания сразу удаляй, я терпеть ненавижу людей с половой нечистоплотностью.

- Раньше же глаза на это закрывала, - Миша скалится. - Вот и сейчас позлишься и на задницу присядешь.

Если бы он мне это наедине сказал, я бы, может, и не отреагировала. А сейчас ощущение, что меня под дых ударили ногой... прилюдно. Дыхание сбивается... слышу, как пульс долбит в виски.

- Значит, на задницу сяду?

Один рывок к столу, мокрый ноутбук уже в моих руках. Замахиваюсь, понимаю, что не попаду. И бью ноутом об угол стола.

- Дура!

Кричит, но ближе не подходит. Думаю, со стороны я напоминаю сумасшедшую.

Оборачиваюсь, Аллочка игнорирует нас, вытряхивает все из пакета моей невестки на чайный столик. Два яблока, бутылочка питьевого йогурта, бутерброд в заводской коробке.

- Не, на таком рационе Миша точно долго не протянет, - скулит Аллочка.

Интересно, почему любовницу это волнует?

- Так, он у тебя подъедать будет. Ты его будешь кормить, а он ее будет трахать. Молодое, гибкое и выносливое тело всегда лучше. Прекрасный симбиоз, - рычу в ответ.

В голове зреет план, вызвать двух оленей-рогоносцев и выйти за клетку.

Стараюсь успокоиться. Хотя в “лучшем” виде я себя уже показала. От происходящего хочется помыть руки и надолго залезть в ванну с мочалкой, а потом накатить граммов двадцать успокоительной настойки.

Последней бессонной ночью я обещала себе, что больше никто и никогда не сможет вытереть об меня ноги. Теперь я буду “отстреливать” обидчиков на полете. Скорее всего, получится не сразу, но у меня столько лет впереди отшлифовать этот навык.

- Я вам еще раз повторяю! С Викой у меня только родственные отношения, никакой близости у нас нет и быть не может! - Миша повышает голос, смотрит на меня, как на самого большого врага. Переводит взгляд на Аллочку. - Ладно, Ирка совсем сбрендила. Но ты-то чего взъелась? Как в ваших башках такое могло родиться? Она мне как дочь!

- А малышка в курсе? Ты когда ей кофе варил, а она перед тобой в бельишке планировала выхаживать, новые правила родственных отношений? - подливаю масла в огонь.

Я уже готова оставить заявление на столе и уйти, не могу в голове уложить эти странные отношения. Я понимаю, что юридически инцест - это другое, но если исходить из нравственных сторон.

- Вик, ну тогда слово за тобой. Ты никуда не выйдешь, пока не расскажешь, что за странные поползновения в сторону этого старого, зажравшегося хряка. - Становлюсь в дверной проем, показываю, что выйти теперь можно только через окно.

- Он мне нравится. Как мужчина...

Блеет, не верю ни единому слову. И поведение не похоже на нашу храбрую девочку, она же обычно практически Ронни - дочь разбойника, готова ввязаться в любую передрягу, а еще отчаянно доказывать свою точку зрения. А сейчас она явно не договаривает.

- Вик? - рявкаю. Она не поднимает глаза. - Он тебя обидел?

Она отрицательно вертит головой. Миша причитает, что я идиотка, у меня паранойя и давно пора к психиатру.

- Да надоело мне с вами в эту херню играть. Вик, я звоню твоим родителям. Папа пусть приезжает, Артема сейчас вызвоню, вот потом и решайте, что у вас и с кем за привязанности и отношения. Если вы любовники - мне до этого больше дела нет, это Аллочка пусть ногти себе от ревности грызет. Но речь идет об обмане моего сына!

Оказывается, я в стрессе могу нормально соображать. Вытаскиваю из кармана телефон.

- Не надо никому звонить. И ваш сыночек не такой уж святой. Это он вовсем виноват...