Развод. Отпускаю тебя

Глава 26

Ирина

Мне кажется, этот разговор уже похож на издевку. И если я сейчас не уйду, то просто сойду с ума от головной боли.

- Так, хватит! - повышаю голос. Все смотрят на меня. - Подписывай мое заявление, все остальные разборки без меня.

- Ир, а две недели отработать? Так, даже крысы на корабле не поступают так! Ты не можешь сейчас уйти! - Миша идет за мной, хватает за руку. - Я тебя отказываюсь увольнять! Я тебе прогулы влеплю, а потом по статье. Хочешь?

- Не буди лихо, пока оно тихо. Не забывай, я знаю, сильно больше, чем твои подчиненные и даже твои подстилки. Не надо мне угрожать... Не боишься, что я пару циферок местами поменяю, а отвечать тебе, - ехидно улыбаюсь. Внутри все клокочет. Если я приложу его разочек о дверной косяк, интересно, долго за это отвечать буду? Жаль, на кофейном столике нет красивого сервиза, сейчас бы эффектно запустила его ему в башку.

- Да блин!

Муж похож на обиженного ребенка, который топает ножкой и ждет, что по его требованию все сразу разрешится.

Медленно поднимаю руку, сжимаю ладонь в кулак и оттопыриваю средний палец. Кажется, это мой первый фак за всю жизнь.

Представляю, как с удовольствием буду наблюдать за тем, как развалится его империя, а я еще бензинчику в его пожарище подолью. И на пепелище танцевать буду.

Фу! Или нет! Я себя такой не знаю, но мне нравится мои изменения. Кажется, я только начинаю жить.

Тошнит от головной боли. Сажусь за руль, надо доехать домой, таблетку, темноту и никаких звуков.

Еду с черепашьей скоростью. В комнате все окна нараспашку, в горячую ванну и кипяток на затылок. Доползаю до кровати. Уснуть не могу, лежу и скулю. Что-то так себя жалко стало. Еще и Акела подвывает, гулять хочет. Странные мысли лезут в голову - когда я была готова голову свернуть ради семьи, даже при сильной головной боли, я делала все, чтобы им было хорошо. А теперь расслабилась, попробовала поставить себя на пьедестал, и боль усилилась, или я просто начала ее замечать.

Таблетки медленно начинает действовать, и собака молчит, видимо, перестала надеяться. Встаю, плетусь на кухню. На столе забытый телефон. Шестьдесят два пропущенных. Миша, Артем, коллеги по бухгалтерии. За три часа я понадобилась сразу всем. Но у меня сегодня другие планы, никаких ответов. Что нового мне скажут? Что документы не все нашли, счета не поймут, как оформить, в таблице формула слетела. Меня это теперь не касается.

Собираюсь на прогулку. Телефон с собой не беру, только бутылку воды и собаку.

- Акела, пойдем? - открываю вольер. Ощущаю, как большие лапы приземляются на плечи. - Тебя мыть пора, совсем псиной стала вонять.

Холодный нос упирается в щеку, вот кто в нашей семье поистине благодарен. Беру за ошейник, идем на площадке погуляем, потом в лес сходим, всю дурь там оставим.

Топаем, голове немного легче. Акела виляет хвостом. На нашей территории снова кто-то пасется. Странно, раньше только мы здесь гуляли, остальное владельцы собак ходят или в лес, или выгуливают рядом с домом.

- Добрый день, - мужик с пекинесом кричит и машет рукой. - Мы вам не помешаем?

Если трогать меня не будете, гуляйте на здоровье, ворчу себе под нос. Интересно, это к кому родственник приехал. У нас тут частный сектор, уж если не по именам, то в лицо точно всех знаю.

Мужик берет собаку на руки, идет ко мне.

- Муха, вот это собака, а ты так, - чешет пекинеса за ухом.

- А зачем тогда заводили, если вам кажется, что ваш пес недостоин гордого имени “собака”, - включаю зануду. Не хочу общения, прям копчиком чувствую, что сейчас мне будут втирать, все бабы дуры, а нормальная собака, та, что выше колена.

- Муха - любимица нашей семьи! Ее внучка завела, потом у нее кружки, у родителей работа с утра до ночи, а собакен скучает. Вот мне ее и отдали. Я теперь официально пенсионер, видимо, дети считают, что я заржаветь могу, а тут придется шевелиться.

Смотрю на мужчину, никак к нему “пенсионер” не липнет. Понимаю, что на определенной работе и в тридцать можно уйти на покой. Но все же... Высокий, седой, коротко стриженный. Судя по фигуре спортом всю жизнь занимался или генетика хорошая.

- То, что любимица, это хорошо!

- А я вот там живу, - показывает на соседнюю улицу. - Меня Андрей зовут, я так называемый “северный”. Нижневартовск, Никель, Нефтеюганск, а теперь ближе к теплу.

Акеле все не терпится подойти к новой подружке. Пекинес не горит желание общаться, притихла на руках, изредка похрюкивая.

- Не буду вам мешать. Хорошей прогулки.

Едва он выходит из ограждения, спускаю собаку с поводка. Пока она гоняет кругами, сижу на скамейке, проветриваю мозги. Так хочется большое фисташковое мороженое и капучино с сиропом.

Не пойму, почему я веду себя, как мямля. Почему не могу включить зверюгу, поставить всех на свои места. Смотрю на свою огромную дурысю, которая только зализать до смерти может, Акела абсолютно лишена злости и агрессии. Мы в этом похожи.

- Акела, место! - жду, что она прибежит и сядет рядом. Ага, конечно, повела ухом, а с места не двинулась. - Пойдем домой.

Выходим из-за угла. Машина Миши около гаража. Быстро он сегодня наработался.

Замедляю шаг. Надо что-то с жильем думать, не дело в одном доме жить, только свою нервную систему расшатывать.

Открываю ворота. У крыльца на лавке сидит муж. Подвыпивши, вижу по покрасневшим щекам.

- Вот что ты творишь? Ты как меня сегодня перед подчиненными выставила? - в голосе претензия. - Я для них главный, ты-то рот зачем открыла? Забыла, кто в доме хозяин?

- Мы с тобой все решили, со мной больше разговаривать не надо, - говорю максимально спокойно.

- Недоговорили, если ты по поводу Вики паришься, то зря. Не было у нас ничего, ну заглянул ей под юбку, за грудь потрогал еще до того, как их с Темкой свел. Грешен, - театрально опускает голову. - Прости дурака. И Аллочки больше не будет. Возвращайся, я тебе обещаю, все будет лучше, чем было.

Миша встает и идет на меня. Медленно, но мне почему-то страшно. Под рукой ничего, только поводок. Спускаю его, как будто в руках скакалка. Подойдет ближе - хлестну.

- Я тебе сказал, иди сюда, - зло кричит, выражение лица меняется.

- Рррррр, - Акела выходит вперед, садится рядом, скалится и рычит.