Санта со шпорами

Глава 5

У О'Коннелла вышибло воздух из лёгких, когда он посмотрел в глаза, точно такие же, как его собственные. Личико девочки было точной копией Кэтрин — вплоть до тёмно-каштановых кудрей, рассыпавшихся по руке Пита.

Майкл сразу узнал в ней свою дочь.

Безудержно рыдая, девочка посмотрела на Кэтрин:

— Помоги мне, мамочка! Заставь злого дядю отпустить меня!

Кэтрин шагнула к дочери, но О'Коннелл схватил её, останавливая.

К его брату нельзя было приближаться. Слишком трудно было предугадать, что сделает Пит, если Кэтрин попытается забрать малышку.

— Отпусти её, Пит, — сказал Майкл. Его спокойный тон совершенно не передавал того волнения, что царило внутри.

Пит снова злобно ухмыльнулся.

— Я же говорил тебе ещё в Оук-Ривер, что от меня не сбежишь, малыш. Я снова спрошу: ты пойдёшь со мной или как?

— Оук-Ривер? — испуганно переспросила Кэтрин.

Именно там он оставил её. Тогда Пит использовал Кэтрин. Майклу оставалось либо отправиться на ограбление банка вместе с братом, либо Кэтрин пострадала бы.

После ограбления О'Коннеллу не хватило смелости вернуться к ней. Он не мог смотреть ей в глаза после того, что они с Питом сделали. Хуже того — Майкл знал, что рано или поздно Пит объявится снова, с теми же угрозами.

Ему совсем не хотелось убивать брата за то, что тот угрожает его жене.

Но пока дышит, он будет защищать свою Кэтрин.

«Ты — мой второй шанс», — сказал ей О'Коннелл в брачную ночь.

Кэтрин не осознавала тогда, насколько он был серьёзен.

Он говорил чистую правду.

Какое-то время он был настолько наивен, что продолжал в это верить. Но вторые шансы — только для глупцов.

И Кэтрин уже никогда не будет его.

— Я пойду с тобой, Пит. Только отпусти её.

Пит кивнул.

— Молодец. Я знал, что ты меня поймёшь, когда снова увидишь их.

Он потискал девочку за щёки и приподнял её голову, чтобы заглянуть ей в лицо.

— А она довольно милая, не находишь?

Ярость наполнила каждую клеточку души О'Коннелла.

— Убери свои руки от неё, Пит, или я убью тебя.

Они встретились взглядами и несколько секунд смотрели друг на друга с немым пониманием.

— Знаешь, малыш, я тебе верю.

— Да уж поверь.

О'Коннелл не дышал, пока Пит не опустил его дочь на пол. Диана тут же бросилась в распахнутые объятия матери.

Пит посмотрел на Кэтрин и маленькую девочку.

— Сейчас Рождество и всё такое… Я дам тебе пять минут. Жду тебя снаружи, возле лошадей.

О'Коннелл дождался, пока ублюдок выйдет, затем посмотрел на Кэтрин, прижимающую девочку к груди.

«Моя… нет, наша дочь».

Майкл почувствовал такую гордость и радость, что сердце едва не разорвалось. Но радость тут же угасла, стоило ему вспомнить о брате, ждущем снаружи.

О'Коннелл протянул руку и дотронулся до тёмных кудряшек. Мягкость волос дочери задела глубинные струны его души, пробравшись прямо к сердцу.

— Она прекрасна, — выдохнул он.

Кэтрин увидела боль в его взгляде и заметила, с какой нежностью он гладит волосы дочки.

— Её зовут Диана.

Майкл горько улыбнулся.

— Назвала в честь матери?

Она кивнула.

— Почему ты не рассказала о ней в Неваде? — спросил О'Коннелл. Его глаза увлажнились.

— Я узнала о беременности уже после твоего ухода, — Кэтрин пристально посмотрела на него, осознавая всё произошедшее. — Ты бросил меня из-за него?

— Он мой брат, — только и сказал Майкл. — У меня не было выбора.

— Выбор всегда есть.

Майкл покачал головой.

— Нет, не всегда. Ты не знаешь, что за человек мой брат, а я знаю. Он жесток, но я у него в долгу. Если бы не Пит, я бы не выжил после смерти родителей. Пит суров, но жизнь вынудила его к этому.

— Он суров, потому что он…

О'Коннелл остановил Кэтрин, приложив палец к её губам. Его сердце разрывалось на части. Он нежно поцеловал её и прошептал:

— Я буду помнить тебя до конца моих дней.

В последний раз он провёл ладонью по волосам Дианы, повернулся и пошёл прочь.

О'Коннелл увидел Пита возле пегого жеребца, которого тот уже оседлал. Пит был светловолосым и светлокожим, а Майкл — тёмноволосым и смуглым. Они почти во всём были противоположностями. Даже глаза Пита имели коричневато-зелёный оттенок.

Майкл ещё никогда не испытывал столько ненависти и злобы к брату, который когда-то защищал его.

— Почему ты не можешь меня отпустить? — спросил он Пита. — Я расплатился с тобой тысячекратно.

Пит окинул его хмурым взглядом.

— Мы же семья, малыш. Нравится тебе это или нет, но нас только двое, — он лукаво ухмыльнулся. — К тому же только ты один способен подорвать сейф и не спалить половину денег в нём.

— Не смешно.

Пит хлопнул его по плечу.

— Ну же, не сердись, малыш. Ты найдёшь себе кого-нибудь получше, чем она. Я уже говорил тебе: она далеко не так красива, как ты заслуживаешь.

Майкл схватил Пита за рубашку.

— Я больше не ребёнок и не боюсь тебя. Кэтрин — моя жена и заслуживает уважения. Если ты ещё хоть раз скажешь о ней хоть слово, Богом клянусь, я с тебя шкуру спущу.

Впервые в жизни Майкл увидел страх в глазах брата.

— Да ладно, малыш. Как скажешь.

О'Коннелл отпустил его. Едва он сделал шаг, как входная дверь пансиона распахнулась.

На крыльце стоял маршал с двумя помощниками. Все трое держали ружья. По ухмылкам на их лицах О'Коннелл понял, чего они хотят.

Его. И Пита.

Кровь в венах похолодела.

Маршал смотрел на Пита, направляя на него ружьё.

— Пит О’Коннелл, — медленно произнёс он. — Вот уж не ожидал такого рождественского подарка. Только представьте: братья О'Коннелл у меня в руках.

Пит выругался и потянулся к пистолету.

Майкл не думал. Он просто действовал. Он устал от проделок брата и от того, сколько жизней тот отнял без причины.

Настало время положить этому конец.

Майкл схватил пистолет брата, и мужчины сцепились, борясь за оружие.

Кэтрин наблюдала за дракой из окна гостиной. Отправив Диану наверх вместе с Ребеккой, она пошла искать маршала, чтобы предупредить его о возможной опасности.

В ужасе она прижала ладонь к губам, глядя, как мужчины борются за пистолет.

«Что же я натворила?»

Прогремел выстрел.

Кэтрин перестала дышать. Майкл и Пит замерли, глядя друг на друга. Казалось, время остановилось.

«Кто же ранен?»

Майкл отшатнулся. Кэтрин успела увидеть красное пятно на рубашке мужа, прежде чем он рухнул на землю.

— Нет! — закричала она, слёзы хлынули из глаз.

«Только не Майкл. Только не он».

Пит невозмутимо смотрел на брата.

Сбросив шаль, Кэтрин выбежала из дома, вниз по лестнице, через двор — к Майклу.

Его брат хладнокровно стоял в стороне, пока маршал и его люди надевали на него наручники.

Рыдая, Кэтрин опустилась на колени рядом с Майклом. Дрожа, она коснулась его холодного лба.

— Майкл? — выдохнула она.

Он открыл глаза и посмотрел на неё. В его взгляде светилась любовь. Он попытался заговорить, но Кэтрин прижала палец к его губам.

— Побереги силы, — прошептала она.

Кэтрин подняла взгляд на маршала Макколла, яростно уставившегося на Пита.

— Я слышал, что ты жесток, но, чёрт возьми, выстрелить в собственного брата на Рождество? Ты просто псих, О'Коннелл, — сказал маршал Питу.

Пит с каменным выражением лица посмотрел на Майкла и Кэтрин, затем перевёл взгляд на маршала.

— Ты что, идиот? Мы разве похожи на братьев? — медленно протянул он. — Моего брата застрелили в Шийлоне во время нашего последнего ограбления. А это — просто тупоголовый олух, возомнивший себя крутым охотником за головами. Он неделями преследовал меня. Я даже не знаю, как его зовут.

Пит посмотрел на Кэтрин.

— Кажется, эта дамочка его знает. Спрашивай у неё, кто он такой.

Маршал пристально взглянул на неё.

— Это правда, мисс Кэтрин? Вы знаете этого мужчину?

Охваченная паникой, Кэтрин поняла: судьба Майкла сейчас в её руках.

Что ей сказать?

Майкл спокойно смотрел на неё. Он ожидал предательства. Она ясно прочла это в его глазах.

Он просто ждал, когда она осудит его.

Но она не могла так поступить. Пусть она знала далеко не всё, прежде чем сдать его маршалу, Кэтрин хотела получить ответы на давно назревшие вопросы. А их она не получит, если Майкл окажется в тюрьме.

— Это мой муж, — честно призналась она. — Майкл О'Каллаган.

Маршал недоверчиво посмотрел на неё.

— Мне казалось, ваш муж сбежал.

— Так и есть, — ответила Кэтрин, оглядываясь на Майкла. — Но он вернулся домой прошлой ночью.

— Фарли! — крикнул маршал своему помощнику. — Помоги мне занести мужа мисс Кэтрин внутрь. А ты, Тед, запри О'Коннелла.

Маршал помог Кэтрин подняться на ноги.

— Куда нам его отнести?

— В мою комнату, — ответила она, направляясь обратно в пансион.

Майкл О'Коннелл провёл остаток дня в молчании. Голова шла кругом от всего произошедшего.

«Зачем Пит солгал?»

Почему Кэтрин защитила его? Ведь она могла с лёгкостью отправить его за решётку на ближайшие десять, а то и двадцать лет.

Всё это не имело смысла. И что хуже всего — Кэтрин избегала его, и он не мог спросить у неё почему. Если бы мог, он сам отправился бы за ней, но у него едва хватало сил, чтобы просто дышать.

Дверь со скрипом приоткрылась. Майкл повернул голову и увидел маленькую тёмную головку, заглядывающую в щель.

Он улыбнулся, узнав в дверном проёме свою дочь.

Диана широко улыбнулась, заметив, что он смотрит на неё. Она толкала дверь туда-сюда, пританцовывая на пороге.

— Ты и правда мой папочка? — спросила она.

— А что сказала мама?

— Сказала, что Святой Николай привёл тебя ко мне прошлой ночью.

О'Коннелл усмехнулся, услышав её ответ, но на большее он был не способен — от боли перехватило дыхание. За эти годы Пита называли по-разному, но, пожалуй, впервые его «брата» назвали Святым Николаем.

— Ну да, — сказал он, поморщившись. — Можно и так сказать.

Отпустив дверную ручку, Диана подбежала к кровати и устроилась рядом с ним. Майкл поморщился, почувствовав, как пружинит матрас, но на самом деле ему было всё равно. Он вытерпел бы и большую боль, лишь бы его дочь была рядом.

— А ты очень красивый для мужчины.

О'Коннелл снова улыбнулся. Раньше ему такого не говорили.

Диана протянула маленькую ручку и коснулась его века.

— У тебя глаза и правда как у меня. Всё, как мамочка говорила.

Майкл погладил её мягкую щёчку, заворожённый лицом дочери. Было удивительно видеть, как его и Кэтрин черты переплелись в ней. Он никогда в жизни не видел девочки красивее.

— Мы унаследовали их от моей мамы.

— Она тоже была красивая?

— Как и ты, она была ангельски красива.

— Диана!

Майкл вздрогнул от укоризненного тона Кэтрин.

— Я же просила не беспокоить его.

— Прости, мамочка.

— Она мне не мешает, — сказал Майкл, убирая руку от лица дочери.

Но Кэтрин всё равно вывела Диану из комнаты. Майкл подумал, что она уйдёт сразу, однако Кэтрин задержалась в дверях.

— Почему ты не рассказал мне всю правду о себе? — спросила она.

Майкл пристально посмотрел на неё.

— Мне хотелось быть тем мужчиной, которого ты во мне видела. В твоих глазах я был порядочным человеком, а не никчёмным бродягой вне закона. Я боялся, что ты возненавидишь меня, если узнаешь правду.

— Поэтому ты солгал?

— Не совсем. Я просто не сказал всей правды.

Она покачала головой.

— Я всегда знала, что ты что-то скрываешь. Просто не понимала, что именно. Забавно… Я думала, дело в другой женщине, а не в сумасшедшем брате.

Майкл посмотрел на неё серьёзно.

— Я никогда не смог бы полюбить кого-то, кроме тебя.

— Честно?

— Клянусь жизнью.

Кэтрин наградила его одной из тех тёплых улыбок, что всегда согревали его в самые холодные дни.

— Итак, скажи мне, Майкл… что нам делать?