Счастье по наследству

Глава 9

Soundtrack Can't Pretend by Tom Odell

Машина глохнет в двух кварталах от офиса. Я не опаздываю, поэтому довольно спокойно включаю «аварийку» и с помощью остановившегося за мной водителя такси отгоняю «бьюик» к ближайшей обочине.

Как итог — грязное пятно на юбке, растянутое запястье и потные подмышки.

Да, принцессы потеют. Ещё как потеют. И тушь у них течёт. И помада съедается.

Ещё у них бывают месячные, и в эти дни они особо раздражительны. А если глохнет машина — так тем более.

Боюсь, моё ответное «привет» лишено привычной теплоты, и всё же Коре хватает такта это проглотить.

— Тяжёлое утро?

— Не спрашивай!

Кора и не спрашивает. Лишь перехватывает у меня пиджак и протягивает первую из трёх чашек кофе, которые составляют мой обычный дневной рацион.

— Спасибо. Ты чудо!

Эту фразу я говорю с большей теплотой, а сделав первый глоток, даже позволяю себе улыбку.

Коре этого достаточно.

— Окей. Расписание у тебя на почте. Если надо внести изменения, скажи.

— Во сколько встреча с Бьюкенненом?

— В четыре тридцать.

— Попробуй перенести на три.

— Не получится. Мистер Делейни трубит общий сбор. В два в конференц-зале встреча с новым клиентом. Какая-то важная шишка из нью-йоркского офиса будет его представлять.

Чёрт! Как не вовремя. Нью-Йоркская ли шишка или из Анкориджа — представляю, что это будет за мероприятие. Мистер Делейни ковром выстелется перед всяким, кто упомянёт перед ним головную контору. А уж для их клиента в лепёшку расшибётся. Заодно расшибёт и нас.

Профессионал внутри меня раздувает щёки. Передача клиента в руки филиала — дело уникальное. Уинстону Делейни удалось собрать у себя поистине хороших специалистов, раз головное отделение решилось на подобный шаг.

«Смарт аккаунтенси» входит в двадцатку лучших бухгалтерских фирм Северной Америки. Львиную долю прибыли на рынке бухгалтерских услуг приносит оформление налоговых декларации и дальнейшая подача их в региональное налоговое управление. Лишь немногие занимаются консультированием, финансовым и инвестиционным планированием, управлением бюджетом. «Смарт Акк» стала одной из первых, кто предложил своим клиентам полный пакет услуг — от составления отчётности до ревизии и полного аудита.

В большинстве своём это работа на аутсорсинге. Чтобы не держать в штате высокооплачиваемых специалистов, компании нанимают бухгалтерские фирмы для составления первичных отчётов, начисления заработной платы, оценки рисков при совершении сделок путём внутреннего и внешнего аудита и других мероприятий, требующих специальных знаний.

Последним я как раз и занимаюсь — аудитом.

Два года в колледже и ещё два в университете, несколько месяцев подготовки на специальных курсах, экзамен длиною в шесть часов — и мечта Сеймура исполнилась: внучка — сертифицированный бухгалтер.

Ещё к окончанию колледжа я «подмяла» под себя всю бухгалтерию «Зелёного камня». Не имея сертификата, я могла только готовить документы для отчётности, а вот представлять её в налоговых органах и подписывать — с этим Сеймур обращался к профессионалам из «Смарт Акка».

Дед всегда был законопослушным, правильным до икоты и всегда требовал этого от меня. По крайней мере, с того момента, как мы стали жить вместе.

Враньё изначально мне претит. Как в том новом детективном фильме, где героиню буквально выворачивает наизнанку от лжи. Меня не выворачивало. Однако я никогда не понимала, в чём кайф изворачивания.

Эрик врал мне, что женат. Вернее, он не говорил правду. Внушил мне, что я для него единственная. Центр мира. Кто бы отказался в восемнадцать быть чьим-либо центром мира? Неважно, что вы об этом мире почти ничего не знаете, а того, что знаете, явно недостаточно, чтобы выжить.

Выживание — это игра и умственные хитросплетения. Как в налоговом законодательстве штата Вашингтон. Обрядив на работу с цифрами, Сеймур, тем самым, записал меня в стан врага. Я узнала множество ходов и лазеек, множество потайных троп, через которых уплывают грязные деньги и нечистые на руку мужчины. Бухгалтерский учёт — те же отношения: пока ты на виду, с тебя взятки гладки. При теневом спросе ты обрастаешь аурой неприкосновенности, зачастую ложной, но приятной самому себе до первого разоблачения.

— Твои контрацептивы оказались недейственны. На твоём месте я бы подал в суд на врача.

Повестка в суд о неуплате налогов покажется замечанием в школьном дневнике после такого заявления. Мне посчастливилось пережить и первое и второе.

Про контрацептивы оказалось больнее.

На самом деле у нас с Корой одинаковые должности. Специалисты отдела внутреннего аудита. У нас одинаковые функции, одинаковые обязанности и оплата у нас по одному тарифу. Наш кабинет — комната размером с птичью клетку с единственным окном на уровне потолка. Но к делу своему мы относимся по-разному и понимаем его по-разному. Именно поэтому Кора носит мне кофе, а я могу иной раз попросить её заняться моей заглохшей машиной.

По своей инициативе она записалась в мои помощники, что очень облегчает нам жизнь: я успеваю сделать работу за двоих, пока Кора решает административные вопросы, что при любви нашего руководства к формализму ценится гораздо больше. До того, как мы стали работать вместе, я половину утра могла провести, разгребая электронную почту. Мы ровесницы, но в чём-то Кора явно взрослее меня, и я, безусловно, отдаю должное её умению справляться с бытовыми трудностями.

В конференц-зал я вваливаюсь без пяти два под аккомпанемент двух таблеток тайленола, что растворяются в моей крови. Первый день цикла всегда самый болезненный. Когда он выпадает на выходной, я отправляю Лекса Сеймуру, а сама лежу пластом на диване, объевшись обезболивающим. На работе я стараюсь меньше выходить из-за стола и тихо страдаю, укрывшись за экраном монитора.

Сегодня такой милости я лишена.

Директор нашего филиала появляется в сопровождении двоих мужчин, от которых так и веет Пятой авеню и настоящим «Саксом» — совсем не тем, что встречается в каждом городе-миллионнике. Уверена, их потёртые кожаные портфели потёрты специально и стоят, как мой приказавший долго жить «бьюик».

Они садятся по обе стороны от мистера Делейни и синхронно кладут портфели на стол. Звякает пряжка замка, и на свет вытаскиваются бумаги.

Обращение директора звучит как закадровая музыка, хотя должно быть наоборот.

— Нью-йоркское отделение «Смарт аккаунтенси» в лице её главного аудитора мистера Клеменси и его помощника мистера Робишо начинает финальный этап работы с «Текникс венчур». К клиенту мистера Клеменси обратился владелец данной компании с предложением выкупить у него большую часть активов «Текникса». Джентльмены самолично займутся аудитом, но для налаживания взаимосвязей с местными надзорными органами им понадобятся помощники.

Я смотрю на вытянувшуюся в струнку мисс Пибоди — мою непосредственную начальницу — и понимаю, что только католическое воспитание не даёт ей как Ослу из «Шрека» запрыгать по залу с воплем «Я! Я! Возьмите меня!».

Урсула женщина неплохая. Но уж очень старается выслужиться. Требует того же от подчинённых, но мы с Корой придерживаемся своей веры и просто исполняем свою работу.

Окей, я исполняю.

Уинстон обращает взор на Урсулу, и та едва не выскакивает из своих штанишек от «Макс Мара», с подобострастием уставившись в узкое скуластое лицо главы филиала. Я давно подозреваю, что между ними что-то есть, но оба достаточно профессиональны, чтобы не светить своими чувствами перед подчинёнными.

— Надеюсь, вы правильно понимаете важность этого проекта для фирмы в целом и даёте объективную оценку своим силам. Прошу вас задействовать любые ресурсы в исполнении возложенных обязанностей. В том числе, и людские. Подробные сведения о «Текникс венчур», а так же о компании, которая станет её совладельцем, расскажет мистер Робишо. Прошу для начала ознакомиться с информацией в файлах.

Мистер Делейни указывает на чёрные кожаные папки, лежащие перед каждым, кто сидит за столом. Младший персонал в виде меня расположился на стульях, стоящих по периметру комнаты, и такие же чёрные папки нам споро разносят два администратора из приёмной.

Мистер Робишо, высокий лысоватый блондин, поднимается со своего кресла и обводит взглядом всех присутствующих. Убедившись, что папки в руках, он дёргает вверх подбородком, давая команду их открыть.

На первом листе я вижу стандартную выписку из реестра с наименованием организацией, банковским балансом и остальными цифрами, не представляющими пока особого интереса. Листаю дальше — цифры-цифры-цифры — пока не упираюсь в смутно знакомую аббревиатуру.

«БМИ лтд». Откуда мне известно это название?

Я просматриваю папку дальше в надежде найти ответы.

Слух цепляется за знакомую фамилию, и я впервые обращаю внимание на то, что говорит представитель нью-йоркского отделения.

— Инвестиционный портфель «Броуди Мьючуал Инвестментс» заметно расширится с выходом компании на инновационный рынок Западного побережья. Консультации ведутся в онлайн режиме. Глава «БМИ» выразил желание проинспектировать предприятие самолично, потому нам понадобятся несколько толковых служащих, способных за короткий период времени…

Броуди.

Мать его, Броуди!

«БМИ». «Броуди Мьючуал Инвестментс». Инвестиционная корпорация, названная по имени её основателя — Виктора Броуди, во главе которой — ну, кто бы сомневался! — стоит его сын Марк, чьё имя я вижу на следующей странице розданных всем файлов.

Чёрт. Чёрт! Чёрт!!!