Щекоты и дворник Чайников: Ночная бригада по спасению скучных вещей

Весна пришла в Химмашевский парк не с громом и грозами, а с тихим шепотом, капелью и… обещанием цвета.

— Ну что, Василий, — сказала Марина Сергеевна, выглядывая из норки, — пора выполнять обещание. Весна наступила. Значит… красим дождь.

— Ага! — Василий уже прыгал на месте. — Я всё продумал! Нам нужно:

→ Поймать радугу,

→ Засунуть её в банку,

→ Смешать с дождевой водой,

→ И… брызнуть в небо!

— …Ты серьёзно? — Марина Сергеевна прищурилась. — Поймать радугу?

— Конечно! — Василий гордо выпятил грудь. — Кармелита сказала — это легко. Надо только встать под радугой с банкой и сказать: «Радуга, залезай!»

— И что она сказала потом?

— Потом она сказала: «За три булочки я скажу, как это сделать. За пять — расскажу, почему это невозможно».

— И?

— Я выбрал три.

Марина Сергеевна вздохнула — но не стала спорить. Потому что… а вдруг получится?

Так началась Операция «Радужный Дождь».

Первый этап: ловля радуги.

Щекоты дождались первого весеннего дождя с солнцем — и выскочили на поляну с банкой из-под варенья (чистой, с этикеткой «Малиновое волшебство»).

— Готов? — спросила Марина Сергеевна.

— Готов! — Василий встал под радугой, поднял банку вверх и громко крикнул: — РАДУГА, ЗАЛЕЗАЙ!

Ничего не произошло.

— Может, тише? — предположила Марина. — Вежливее?

— Радуга… пожалуйста… залезай? — пробормотал Василий.

Радуга только блеснула — и начала исчезать.

— Быстрее! — крикнула Марина Сергеевна. — Она уходит!

Василий запрыгал, размахивая банкой, как дирижёр.

— Эй! Подожди! У нас тут операция! Мы же художники! Мы… друзья цвета!

И… вдруг — что-то блеснуло в банке.

Не вся радуга.

Не даже половина.

А… одна полоска. Голубая.

— Получилось! — закричал Василий. — Я поймал кусочек!

— Один кусочек — это не краска, — сказала Марина Сергеевна. — Нам нужно все семь цветов!

— Значит… будем ловить по одному!

Три дня подряд щекоты выходили под дождь с солнцем — и ловили радугу.

→ В понедельник — красную полоску (Василий кричал: «Это твой цвет, Марина! Лови!»),

→ Во вторник — оранжевую (Марина Сергеевна поймала её первой — «потому что оранжевый — это почти красный»),

→ В среду — жёлтую (попалась случайно, когда Василий чихнул),

→ В четверг — зелёную (Василий расплакался от счастья),

→ В пятницу — синюю (Марина Сергеевна сказала: «Это тебе, Зима, спасибо»),

→ В субботу — фиолетовую (попалась на бантик от булочки — «видимо, Зима помогла»).

К воскресенью в банке переливалась целая мини-радуга.

— Осталась только… бирюзовая? — спросил Василий.

— Это не цвет радуги, — сказала Марина Сергеевна. — Это… твой цвет.

— Значит, добавим от себя! — Василий плеснул каплю своей бирюзовой краски — и банка засияла так ярко, что проснулись улитки.

— Готово, — прошептала Марина Сергеевна. — Теперь… дождь.

Но тут началась вторая часть операции — самая опасная.

Нужно было подняться на самое высокое дерево в парке — старую берёзу у фонтана — и вылить радужную смесь в облако, когда пойдёт дождь.

— А если мы упадём? — спросила Марина Сергеевна, глядя вверх.

— Не упадём! — Василий уже карабкался. — У меня есть план! Мы возьмём… зонтик!

— Зачем зонтик в облако?

— Чтобы… приземлиться мягко!

— Василий, зонтик не парашют.

— А если добавить блёсток?

— …Всё равно не парашют.

Тем не менее, они взяли детский зонтик с единорогом (оставленный кем-то на скамейке — «временный заём, потом вернём!»), банку с радугой — и полезли.

На середине пути пошёл дождь.

Не просто дождь.

Ливень.

— О нет… — прошептала Марина Сергеевна. — Мы промокнем! И банка выскользнет!

— Держись! — крикнул Василий. — Осталось немного!

Но в этот момент — банка выскользнула.

— НЕЕЕЕТ! — закричал Василий — и бросился за ней.

Он поймал банку — но соскользнул с ветки.

— ВАСИЛИЙ! — вскрикнула Марина Сергеевна — и бросилась следом.

Они падали — вниз, в лужу, в капли, в панику —

→ Василий с банкой,

→ Марина с зонтиком,

→ И… вдруг — раскрылся зонтик.

Не потому что его открыли.

А потому что… ветер дунул.

Зонтик с единорогом распахнулся — и… замедлил падение.

Они мягко приземлились прямо в лужу — но банка не разбилась. И краска не пролилась.

— Мы… живы? — прошептал Василий.

— Живы, — кивнула Марина Сергеевна, отряхиваясь. — И… у нас всё ещё есть радуга.

— Значит… операция продолжается!

Они добрались до верхушки — промокшие, грязные, но счастливые.

Дождь лил.

Облако висело низко.

И… они вылили банку.

Не просто вылили.

Выплеснули радугу в небо.

И… дождь стал цветным.

Не сразу.

Сначала — одна капля розовая.

Потом — бирюзовая.

Потом — золотая.

А потом — весь дождь пошёл радужными струями.

— Получилось… — прошептала Марина Сергеевна.

— Получилось великолепно! — закричал Василий, танцуя под дождём.

Внизу, в парке, начался переполох.

→ Дети кричали: «Смотрите! Цветной дождь!»

→ Взрослые тыкали в телефоны: «Это инсталляция? Химическая атака? Чудо?»

→ Блогеры визжали: «Я ПЕРВЫЙ! Я СНЯЛ! Я В ИСТОРИИ!»

→ А мэр, вышедший погулять с зонтиком, просто остановился — и улыбнулся.

— Чайников, — сказал он, — это… снова вы?

— Так точно, Иван Абрамович, — кивнул Чайников, стоя под радужным дождём без зонта. — Программа «Парк улыбается» вышла на новый уровень.

— А можно… это оставить? Навсегда?

— Нет, Иван Абрамович. Волшебство — оно как дождь. Приходит. Дарит радость. И уходит. Чтобы мы ждали его снова.

Мэр кивнул — и пошёл дальше, подставив лицо под радужные капли.

Вечером, когда дождь стал обычным, щекоты сидели у норки — уставшие, мокрые, но счастливые.

— Мы покрасили дождь, — сказала Марина Сергеевна.

— Мы подарили дождю цвет, — поправил Василий.

— А зонтик… надо вернуть.

— Завтра. С запиской: «Спасибо, единорог. Ты — герой».

Чайников принёс им чай с малиной — «чтобы не простудились» — и булочки.

— Ну что, художники… что дальше?

— Лето, — сказал Василий. — Надо научить красить… ветер.

— Ветер?! — Марина Сергеевна чуть не поперхнулась чаем. — Как?!

— Не знаю! — Василий сиял. — Но придумаем! У нас же есть клуб! И дети! И Кармелита! И… ты!

Марина Сергеевна посмотрела на него — и улыбнулась.

— Ладно. Ветер… почему бы и нет.

А где-то наверху Кармелита смотрела на радужные лужи — и ворчала:

— Восемь булочек.

…Нет. девять.

…Потому что я чуть не упала со смеху, когда вы летели на зонтике.

…Потому что дождь стал красивее.

…И потому что…

…я, кажется, тоже хочу покрасить ветер.

…Тссс. Это между нами.

{{🎨}} P.S. Для читателей