Секретарь Рая

Глава 17.

Где-то внутри слабого и хилого человеческого тела шла яростная борьба облегчения с негодованием. Победил, как ни странно, здравый смысл.

- Ну какой же человек не мечтает о вечной жизни? – спокойно и с ноткой самоиронии осведомилась я. - Не вижу ничего плохого в том, чтобы поинтересоваться вопросом. Разве это преступление?

Какое счастье, что Мик подумал, будто бы я мечтаю о бессмертии (хотя какое может быть бессмертие, если Смерть мой работодатель?). Если бы он узнал о Марти, я бы так легко не отделалась.

Напомнив, что вечерние загулы и посещение мероприятий, на которые меня никто не приглашал, не являются оправданием для опозданий, Мик исчез. Искра понимания и даже (чем черт не шутит?) дружелюбия проскользнула между нами и исчезла.. Растворилась с легким шипением в водах подозрительности и нелепых обвинений. Все же со Смертью очень трудно дружить. Только мне показалось, что мы продвинулись куда-то дальше холодных взглядов и сухих приказов, как все возвращается на круги своя. Наверное, будь моя совесть чиста, я смогла бы лучше оправдаться и доказать Мику, что его знание человеческой натуры не значит, будто он знает конкретного человека – меня.

А в стенах квартиры меня уже поджидали.

- Вернулась, да? Я тут, значит, переживаю, думаю, как там Рая, не съели ли волки, все ли хорошо, а она со Смертью у подъезда болтает! – раздался голос из темноты.

Неделей раньше в такой ситуации я бы схватилась за сердце или за сковородку. Теперь же меня вполне можно назвать тертым калачом. А посему я включила свет в прихожей, аккуратно сняла ботинки и пальто, положила сумочку на место. Затем прошла в спальню, по дороге поздоровавшись с Марти, мирно дожевывающим моего сувенирного слоника из яшмы, достала из шкафа пижаму и переоделась.

После этого я направилась в кухню, где извлекла из холодильника кусок мяса.

- Рая? Ты в порядке вообще?

Проигнорировав вопрос, я мирно достала самый большой нож, имеющийся в моем арсенале, и принялась нарезать мясо. Приготовлю отбивные. Просто и вкусно. То, что нужно, чтобы сгладить этот паршивый-препаршивый вторник.

- Рая? Ты меня пугаешь! Ты себя плохо чувствуешь?

- Да! – рявкнула я, отрываясь от медитативной нарезки мяса. Довольно успокаивающее занятие, особенно, если представить себе чье-то нахальное лицо. – Очень плохо! Конечно, у меня были неудачные сви.. мероприятия, но не до такой же степени!

- Так, я понял, ты расстроена. Давай уберем подальше острые предметы и поговорим.

Нож дернулся пару раз и аккуратно выплыл из моей руки.

- Да забирай! – отмахнулась я. – Он мне уже не нужен.

Сердито хлопнул ящик стола. На свет божий показался молоток для мяса. Я крепко сжала его в руке и подступила к объекту.

- Давай обсудим причины твоего плохого настроения.

- Бам! Бам! Бам! – мерно избивала я свой будущий ужин.

- Тебя огорчила моя реплика про Смерть? Я ведь просто пошутил.

- Эктор, - я угрожающе взмахнула молотком. – Сделай одолжение, уйди с глаз моих долой.

А я ведь даже не сердилась на него. Точнее, была рассержена, но не слишком сильно. Да, бросил на растерзание Всадникам Апокалипсиса, а сам умчался на работу. Но ведь Всадники оказались очень милыми и дружелюбными ребятами. И я бы даже согласилась забыть и замять этот досадный инцидент, вычеркнуть его из наших отношений, но черт бы тебя побрал, Эктор! Приходить к девушке домой и делать вид, что не обошелся нынче вечером с ней, как последняя свинья, это еще большее свинство! По какой-то причине это привело меня в жуткую ярость!

В конце концов, я что, себя на помойке нашла?! Я заслуживаю большего, чем коллега, зовущий меня на свидание и бросающий посреди вечера! И ведь он даже не подумал, как я доберусь домой, и не растерзают ли меня Всадники за проникновение на их совет! Нет, спасибо, взаимоотношения, в которых меня ни во что не ставили, у меня уже были! Довольно!

- Изыди, демон! – отрезала я и молотком недвусмысленно указала на дверь.

Демон исчезать не пожелал. Ну что же, придется, разъяснить ему причины моего недовольства.

- Ты бросил меня там! Пригласил, заверил, что все будет хорошо, и бросил! Меня могли убить или, что еще хуже, уволить! И вот сейчас, когда я возвращаюсь домой, уставшая и обессилевшая после длинного дня – напоминаю, вторник – приемный день у Смерти, я сегодня таких чудиков видела, что Кащенко и не снилось – ты стоишь посреди моей квартиры и имеешь наглость отпускать сомнительные шутки! Достаточно прозрачно или еще растолковать?

Я, конечно, не психолог, но о трансакционном анализе немного слышала. И сдается мне, что сейчас мой внутренний Родитель и Взрослый сидят где-то в глубине сознания и гоняют чаи, передав бразды правления Ребенку. Находясь в эго-состоянии Ребенка, мне хотелось швыряться тарелками, топать ногами и вопить на окружающих, начиная с Эктора и заканчивая… Хмм… Заканчивая, в общем-то им же. Даже в состоянии крайнего бешенства я осознавала, что Марти ни в чем, кроме неуважения к чужим сувенирам, не виноват. И потом, обижать существо с таким взглядом мне бы совесть не позволила.

Эктор смахнул пылинку с рукава пиджака и сказал, глядя мне прямо в глаза:

- Рая, я понимаю, твое негодование и осознаю, что у тебя есть причины сердиться, но прошу, выслушай. Уверяю, я все могу объяснить.

Я скрестила руки на груди и недоверчиво хмыкнула.

- Ну, хорошо. Говори. Только не слишком долго, завтра рано вставать.

Да, я вела себя, как капризное дитя, но никаких сил быть взрослой серьезной и понимающей женщиной уже не оставалось. К черту все это! Раз уж вломился в мой дом, то уж будь любезен, извинись или хотя бы сделай вид, что сожалеешь о том, как прошел сегодняшний вечер.

С мягким выражением лица демон осторожно, может, даже слишком осторожно, вынул из моих рук молоток для мяса.

- Словно с диким зверем обращаешься, - фыркнула я. – Никаких резких движений и громких звуков.

- Просто знаю, на что способна разъяренная женщина, - краешком рта улыбнулся Эктор. – Ты бы видела, что творилось в Аду во времена становления отношений Людо и Таши. Чуть не разнесли всю преисподнюю.

- Охотно верю, - все еще сердито, но уже чуть мягче, сказала я и позволила демону усадить себя на стул.

- Рая, прежде всего хочу выразить свое сожаление относительно твоих предыдущих отношений, - проникновенно произнес демон, усаживаясь рядом.

- Что?! – подскочила я. Нет, он издевается! Этот упырь проник в мою квартиру, просиживает мои стулья, дышит моим воздухом и еще имеет наглость отпускать подобные замечания!

Меня нежно, но настойчиво усадили обратно на стул.

- Рая, такое впечатление, что опыт предыдущих отношений переносишь на настоящее. Прошу прощения, если ошибочно приписал тебе неверную поведенческую схему. Хотя может быть, так проявляется подсознательная зависть к тому, что у меня есть пенис, а у тебя нет.

- Прости, что? – тот случай, когда не хочется верить своим ушам.

- Общался с одним мертвым австрийцем, он поведал, что такое частенько бывает, - не моргнув глазом, пояснил демон. Кажется, догадываюсь, с кем там беседовал Эктор*. – Суть вот в чем: мне очень жаль, что сегодняшний вечер закончился именно так, но, уверяю тебя, в этом не было моей вины.

- То есть ты просто взял и случайно перенесся из зала совета Всадников Апокалипсиса. Оно само как-то получилось, да? – источая сарказм, осведомилась я.

- Почти. Меня… ну, можно сказать, что похитили.

- Похитили? Тебя? Демона. Правую руку Смерти. Вот так взяли и похитили? Сунули в автомобиль без опознавательных знаков и увезли в неизвестном направлении?

- Не совсем. В общем, есть одно давно забытое заклинание, способное призвать меня. Заклинание, в котором зашифрованы все мои имена.

- И? Какие-то отчаянные сатанисты нашли это заклинание, начертили пентаграмму, насыпали круг из соли и что там еще полагается, прочли заклинание и призвали тебя?

Воображение охотно и быстро набросало мрачную картину призыва: темное подземелье или подвал, размеренный стук капель и влажные от сырости стены, несколько фигур в черных плащах с капюшонами, древние манускрипты и оплывшие свечи.

- Э-э-э.. –демон теребил запонку. – Ну, почти. Это были довольно опасные люди, хотя и не совсем сатанисты.

- Так кто же сумел призвать демона твоего уровня? И откуда они взяли заклинание?

- Они не то чтобы раздобыли его где-то, скорее случайно.

- Разве такие вещи могут произойти случайно? – демон явно что-то утаивает. Или вешает мне лапшу на уши насчет похищения, или что-то скрывает.

- У них могут. Это вроде как были студенты.

- Студенты? – прыснула я. Так нелепо и неожиданно, что сдержаться было почти невозможно.

- Студенты-медики, - мрачно сказал демон. – Перечитывали конспекты по латыни. Был почерк больно неразборчив, они и перепутали слова.

Кажется, демон принимает меня за законченную идиотку. Так, пора заканчивать спектакль, иначе он договорится до еще большего бреда. Ситуация и так начинает напоминать классические комедии. Что-то среднее между Лопе де Вега и Шекспиром.

Призвав на помощь все спокойствие, имевшееся в моем арсенале (признаться, не так уж много его осталось после суматошного дня, полного нелепых обвинений Смерти, попыток спрятать Марти, новых знакомств с древними, как мир, Всадниками Апокалипсиса и правонарушений), я предложила:

- Послушай, Эктор, я поняла, ты не хотел оставлять меня там одну. Давай уже закончим этот разговор, сегодня был длинный день. Иди домой и хорошенько отдохни. Нам обоим это не помешает.

Признаться, я надеялась, что демонюга поймет не слишком-то прозрачный намек и отчалит восвояси, но видимо, когда преподавали искусство этики, он в соседней аудитории слушал лекции по назойливости.

- Так, кажется, есть только один способ доказать свою невиновность и вернуть доверие прекрасной дамы, - решительно сказал он. Ох, ну за что мне все это? Признаю, погорячилась, больше не злюсь, только пустите в кровать! - Дай руку.

Не размениваясь на дальнейшие разъяснения или оправдания, демон взял меня за руку, привычное затемнение картинки и…

- Ты куда меня притащил? – я удивленно разглядывала захламленную комнату.

Повсюду разбросана одежда, книги и тетради. Обе кровати, и двухъярусная, и обычная, завалены разнообразным барахлом. И среди всего этого безобразия восседают, за столом, на постели и на подоконнике у раскрытого окна, три молодых человека крайней степени утомленности.

- О, мужик! Опять ты? – без особого удивления поинтересовался один из них, с вороньим гнездом на голове и живописными кругами под покрасневшими глазами.

- Халява, приди! – кричал в это время другой, высунувшись из окна практически по пояс.

- Господа, я бы хотел представить вам свою спутницу – Раису Яблокову.

- Ну, круто, - не впечатлился третий. – Я Никита, а это Даня и Даня. Прошу не путать, один Данил, а другой Даниил.

- Мужики, я вам говорю, это глюки от недосыпа точно. От просрочки такого не бывает, - монотонно заметил какой-то из Дань.

- Всё твое варенье! Говорил же, нельзя его есть, испортилось давно! – зашипел второй Даня (Данил? Даниил? Впрочем, какая разница, тут что совой об сосну, что сосной об сову) и засунулся, наконец, обратно в комнату.

- Именно к этим молодым людям, в их… - Эктор немного замялся, - Гостеприимное жилище меня перенесло из зала совета Всадников Апокалипсиса.

- А глюк-то, кажется, сам ловит глюки, - отметил тот из Дань, что щеголял растрепанными, никогда не знавшими расчески, волосами.

- Ты учи лучше, балбес, - ласково посоветовал ему Никита. – Завтра латынь сдаем, Горыныч нас сожрет, если хоть на один вопрос не ответим.

- Господа, вы подтверждаете, что в девятнадцать часов восемь минут сего дня призвали меня, демона высшего звена, правую руку Смерти всех миров, в эту комнату?

- Знаете, мне начинает казаться, что это не глюк, - прошептал Даня.

- Да, из собственного воображения я выжал бы больше, - согласился Даня.

- Например, жаркий, страстный, практически непристойный.. сон, - подхватил Никита и заржал.

Хмм, сдается мне, демон, враг рода человеческого все-таки правду сказал.

- Признавайтесь, кто из вас, балбесов, вызвал демона? – поинтересовалась я, смахивая ворох грязных носков со стула. Ноги все же устали за день.

- Ой, сгиньте, пожалуйста, - вежливо попросил студент. – У нас экзамен завтра. Если латынь завалим, то попрут из университета.

- Да уж, будущее современной медицины, - со вздохом пробормотала я и обратилась к Эктору, брезгливо оглядывающему комнату: - Можешь что-нибудь сделать?

- Например? Обратить их в жаб?

- Ну, они же тебя вызвали. Разве ты не должен исполнить желание и все такое?

- Путаешь меня с джинном. Я желаний не исполняю. А эти бездари даже защитный круг не начертили и вообще, призвали случайно. Я им ничего не должен, кроме, пожалуй, адских мук. Впрочем, это еще не поздно устроить.

- Мужик, ты студентом когда-нибудь был? Адские муки это наша реальность. Я не спал уже неделю. Не уверен даже, точно ли ты мне не привиделся.

- А если латынь завалим, то Горыныч нам с удовольствием организует любые адские муки на свой выбор. Плюс отработки, чтобы жизнь малиной не казалась, - поднял голову от исписанной тетради Даня.

- Давай же. Если не им, то мне ты точно должен. За то что бросил на растерзание Чуме, Голоду и Войне и за чрезмерно длинный вечер. Я, может, планировала выпить стакан теплого молока и лечь спать, а ты потащил меня знакомиться с фауной студенческих общежитий. Вон там таракан ползет, видишь? Моя нежная психика с трудом выносит подобные испытания. Ты ведь не допустишь, чтобы дама провела с тобой вечер и ушла крайне разочарованная?

Я бессовестно давила на жалость, самолюбие и все, что там еще у демона есть. Будем считать, что это его доброе дело на сегодня. Тимуровец такой. С моих губ едва не сорвался смешок при мысли об Экторе, помогающем старушкам носить сумки и рубить дрова в этих своих костюмах от Канали, но колоссальным усилием воли удалось сдержаться.

- И что ты предлагаешь? Этого, как его.. Горыныча в жабу превратить?

- Не поможет, - твердо заявил Никита. – Он, по-моему, уже.

На самом деле, вариант не такой уж плохой, если поразмыслить. Студенты избавятся от злобного препода (не похоже, чтобы Горыныч пользовался особой любовью в здешних кругах), а Брунгильда в кои-то веки сможет пообщаться с жабом. Авось на людей перестанет бросаться со своими розыгрышами. Воображение охотно нарисовало сияющую жабу, держащуюся за лапки с бывшим преподавателем:

- Это я раньше почему такая была? Потому что у меня кавалера нормального не было.

__________________________________

* Да, конечно, это австрийский психиатр и отец психоанализа Зигмунд Фрейд.