Серж. Книга 1

Глава 4

Каждый день Сергей встречался с Наташей. Они бродили по улицам и набережным города, а девушка показывала и рассказывала про Москву, которую Сергей совсем не знал. Ему казалось, что он заново открывает для себя город, в котором родился и жил. Гуляя, Сергей любовался Наташей и уже не мог представить, что настанет время, когда он её не увидит.

Спустя пару недель молодые люди наконец перешли на «ты». Но отведённый месяц подходил к концу, да и Наташе скоро предстояло отправиться на учёбу.

Они шли по аллее парка «Сокольники». Наташа рассказывала, что в XVI–XVII веках это были лесные угодья, где проводились царские и великокняжеские соколиные охоты, поэтому современный парк и получил такое название.

— Ты меня не слушаешь? — Наташа остановилась.

— Наташа, когда ты уезжаешь? — вздохнув, тихо спросил Сергей.

— Через пять дней…

— Можно, я тебе буду писать? — Сергей смотрел в глаза девушке.

— А ты умеешь? — улыбнулась Наташа, чуть наклонив голову.

— Немного. И даже на четырёх языках, — вздохнул Сергей.

— Ты же, наверное, тоже уедешь? Или останешься работать в Москве?

— К сожалению, уеду. Правда, пока не знаю, как всё сложится.

— И куда? Если, конечно, это не секрет.

— Наташ, тебе действительно интересно? — Сергей смотрел на улыбающуюся Наташу.

— Конечно, интересно… — с теплотой произнесла девушка. — У меня же никогда не было знакомых, окончивших столь престижный вуз, — засмеялась Наташа.

Сергей вздохнул, глядя на неё. Держа в руках опавшие листья, Наташа посмотрела на его серьёзное лицо, подбросила их вверх и закружилась. Молодой человек улыбнулся и снова вздохнул.

— Меня отправляют в Йемен…

Наташа перестала кружиться, улыбка исчезла с её лица, и она испуганно посмотрела на Сергея.

— Это же очень далеко… Там ведь война… Тебя надолго?

— Наташа, я не знаю… Я очень многого не знаю… Я был лучшим на курсе, мечтал работать в дипмиссии в Штатах или в Европе, а меня распределили… — Сергей замолчал, подбирая слова. — В общем, на край географии.

— Сереж, а может, тебя как раз и отправили туда, где трудно, потому что ты лучший?

— Лучших отправляют в цивилизацию, а не на Аравийский полуостров, где пустыня, невыносимая жара, нечеловеческие условия жизни…

— Когда летишь? — взволнованно спросила Наташа.

— Пока не знаю. Мне сначала нужно пройти дополнительную подготовку, и только потом — Йемен.

— Сережа, ты напиши, как всё пройдёт…

Кивнув, молодой человек вздохнул, погружаясь в свои мысли. Все эти дни, пока он был с Наташей, он ни разу не вспомнил о распределении и о том, что его ждёт впереди. Он жил здесь и сейчас, ему нравилась эта девушка, и он не хотел думать о будущем. Но время неумолимо бежало, и наступил момент, когда нужно было спускаться на землю.

— Ты не ответил, — Наташа смотрела на Сергея.

— Прости, — молодой человек вздохнул. — Обязательно, обязательно напишу. Только оставь мне адрес, а то боюсь, что «на деревню дедушке» письмо не дойдёт, — грустно улыбнулся Сергей.

Сидя на кухне, Сергей улыбался, вспоминая прошедший день и Наташу: её лицо, улыбку и то, как она на него смотрит… Из прихожей донеслись звуки открывающейся двери. Поднявшись, Сергей вышел из кухни. Отец, войдя в квартиру и увидев сына, улыбнулся, покачав головой.

— Привет! — прислонившись к косяку кухонной двери, Сергей улыбался, глядя на отца.

— Прямо примерный сын встречает уставшего отца! — засмеялся мужчина.

— Ужинать будешь?

— Сереж, ты меня пугаешь! — засмеялся мужчина. — И что ты можешь предложить?

— Пюре и гуляш…

Мужчина смотрел на сына, будто видел его впервые. Потом тряхнул головой и улыбнулся.

— Прости, честно говоря, неожиданно… Конечно буду! А ведь ты впервые приготовил ужин… Такое пропустить нельзя. Только переоденусь. — Он направился к своей комнате, но, остановившись, повернулся к сыну. — Ты полон приятных сюрпризов! И знаешь, меня это радует!

Спустя десять минут отец, сидя за столом, с удовольствием поглощал на удивление вкусную еду.

— Сын, что случилось? Меня, конечно, радует, что ты меняешься, но, честно говоря, я иногда не знаю, как реагировать. Раньше мы с тобой толком и не общались, а теперь ты даже спрашиваешь совета.

— Наверное, учусь слышать окружающих, — улыбнулся Сергей. — А твои советы неоценимы! Честно говоря, даже жалею, что раньше не хотел тебя слушать.

— Рассказывай… — отец внимательно смотрел на сына.

— О чём?

— Тебя что-то беспокоит. Вот об этом и расскажи. Попробуем вместе разобраться.

Сергей поднялся из-за стола, налил две чашки кофе и поставил на стол. Тот кивнул в знак благодарности и продолжил наблюдать за сыном.

— Время «Ч» уже близко…

— И что?

— Ну, ясности нет… И это, честно говоря, сильно напрягает, — вздохнул Сергей.

— Тебе что сказали на распределении?

— Прибыть в университет в назначенный день и получить дальнейшие указания.

— Ты как-то говорил, что объяснишь, что такое доподготовка, — Сергей пристально смотрел на отца.

Мужчина отставил в сторону опустевшую тарелку, вытер рот салфеткой, достал сигарету, прикурил и сделал глоток кофе.

— Конечно, точно сказать, что тебя ждёт, я не могу. Возможны несколько вариантов. Какой предложат — узнаешь на месте. Первый: ты пройдёшь подготовку по специальной программе как военный переводчик. Тут всё не так сложно, как может показаться. Фактически — курс молодого бойца: освежишь в памяти стрельбу из пистолета и автомата, научишься определять мины по косвенным признакам. Ну и, конечно, языковая подготовка.

— Отец, у меня английский и испанский на уровне носителя, а арабский я изучал факультативно. Преподаватели хвалили.

— Серега, не перебивай. Дебаты — после изложения всех вариантов. Договорились? — мужчина строго посмотрел на сына. — Второй вариант: специальная подготовка по работе с секретными документами. Ты будешь трудиться в дипломатическом представительстве с соответствующим допуском. — Он глубоко затянулся и выпустил густой дым. — Третий вариант сложнее: ты проходишь спецподготовку и становишься военным специалистом со знанием трёх языков. Тут возможны разные сценарии, но гадать бессмысленно — данных мало. Теперь можно обсудить.

— Мне непонятно, почему Йемен. Арабский у меня слабее всего, там куча диалектов…

Отец внимательно посмотрел на сына, потушил сигарету и прикурил новую.

— Сережа, смотри шире. Могли назвать Йемен для отвода глаз, заодно проверить, как ты воспримешь такой поворот. На факультете знали, куда ты стремился.

— Не понимаю… Что значит «проверить»?

— Ты вообще слушал, что я говорил? Хватит цепляться за несбывшуюся мечту. Её больше нет. Думай о реальном.

— Не совсем понимаю, к чему ты клонишь. — Сергей потер виски.

— Третий вариант…

— Ты хочешь сказать, что это не дипломатия?

— Серега, ты меня удивляешь! Умный парень, престижный вуз окончил — и не видишь очевидного. Как ты на дипломата учился?

— Отец, ты о разведке?

— Такой вариант исключать нельзя. Ты подходишь по многим параметрам.

— Интересную перспективу ты мне обрисовал… — Сергей покачал головой.

— Но можешь отказаться и поехать по распределению, — усмехнулся отец.

— Спасибо, утешил…

— Как у тебя с девушкой? — отец с теплотой посмотрел на сына.

— С чего ты взял, что что-то есть?

— Ты свою физиономию видел? Сходи в зеркало посмотрись! — засмеялся отец. — Рад, что ты встретил ту, которая тебя зацепила…

— Она скоро уезжает, — вздохнул Сергей. — Учёба.

— Далеко?

— В Питер. Она на четвёртом курсе Военно-медицинской академии.

— Серьёзная барышня! — улыбнулся отец. — Познакомишь?

— Нет, у нас ничего…

— Вот потому и хочу на неё посмотреть. Раньше твой круг мне был известен и все твои подружки быстро оказывались в твоей постели. А тут ты столкнулся с чем-то другим — настоящим. Зацепила тебя девочка крепко…

— Извини, пока рано вам знакомиться. Впереди неизвестность.

— Адрес в Питере возьми. Мало ли, подвернётся оказия.

— Обязательно… Обещал писать ей.

Отец посмотрел на сына и улыбнулся. Потушил сигарету и встал из-за стола.

— Ужин был замечательным! Спасибо. Я очень рад, что ты встретил эту девушку.

Уворачиваясь от многочисленных пассажиров и провожающих, Сергей бежал по перрону Ленинградского вокзала, заведя правую руку с большим букетом цветов за спину, чтобы случайно их не поломать. Носильщики, покрикивая, толкали свои гружёные тележки; народ с чемоданами и сумками двигался вдоль состава. Наташа, стоя у вагона, осматривала перрон. Увидев бегущего Сергея, она опустила голову и улыбнулась.

— Прости, чуть опоздал… — Сергей протянул букет.

— Чуть — не считается… Спасибо! Я ждала, — девушка спрятала лицо, нюхая цветы.

— Наташ… Я это… Как разберусь, что и как, сразу напишу.

— Буду ждать, — Наташа посмотрела Сергею в глаза и улыбнулась.

— Гражданочка, в вагон проходим, через пять минут отправляемся! — произнесла проводница, недовольно посматривая на молодых людей.

— Мне пора, — вздохнула Наташа.

Привстав на цыпочки, девушка поцеловала Сергея в щёку и, развернувшись, быстро скрылась в тамбуре вагона.

Поезд дёрнулся и медленно пополз вдоль перрона. Сергей смотрел на мимо проплывающие вагоны, держась рукой за щёку, чувствуя тепло губ Наташи.

Открыв глаза, Сергей посмотрел на часы, перевернулся на спину и, заложив руки за голову, уставился в потолок. «Вчера он провожал Наташу… А что было бы, если бы он не подошёл тогда в сквере? Мы бы, наверное, так никогда и не встретились. Нет, даже думать об этом не хочется… Наташа!»

Улыбаясь своим мыслям, молодой человек поднялся, натянул спортивные штаны и, набросив футболку, вышел из комнаты. Отец, сидя на кухне за столом, пил кофе, курил и просматривал газету.

— Чего вскочил? — спросил мужчина, не отрываясь от газеты.

— В институт надо ехать, — вздохнул Сергей. — Велели прибыть не позднее десяти утра для получения дальнейших указаний относительно распределения.

— Вот сегодня и прояснишь свою дальнейшую судьбу. Хотя… — мужчина посмотрел на сына. — Может, и не прояснишь. Но кое-какое понимание появится.

— Да уж, определённости хочется, — вздохнул Сергей, стоя у плиты.

— Не торопи события, молодой человек. Полная ясность наступит не скоро. Думаю, сегодня тебе только приоткроют завесу. Главное — слушай, что говорят: в таком деле каждое слово имеет значение и вес. Хотя что я тебе объясняю? Ты и сам образованный, — улыбнулся отец.

Сергей повернулся, посмотрел на отца и, улыбаясь, покачал головой.

— Девочку проводил?

— Проводил, — вздохнул Сергей, наливая кофе из турки в чашку.

— Вот и поймёте, нужно ли вам дальше общаться.

— Так если уеду, то общаться сможем не скоро.

— Не беги впереди паровоза. Всё происходит тогда, когда должно происходить. Мы можем влиять на некоторые моменты, но не на ход событий в целом.

— Ты иногда так скажешь… — улыбнулся Сергей, присаживаясь за стол.

— Ты тоже научишься. Пока у тебя в голове только теория, но добавится практика — и всё станет ясно, как Божий день. Впрочем, головоломок в жизни тебе ещё предстоит немало. Ладно, мне пора собираться: работу пока никто не отменял. Вечером посидим, расскажешь, как прошло. Вместе разберёмся, что к чему, — отец улыбнулся и вышел из кухни.

Выйдя из вестибюля станции метро «Проспект Вернадского», Сергей посмотрел на голубое небо, вздохнув, направился в сторону Московского государственного института международных отношений. Молодой человек шёл медленно, будто стараясь оттянуть момент, когда ему объявят то, что услышать совсем не хочется. Перед широким крыльцом он остановился, посмотрел на знакомый вход в учебное заведение, глубоко вдохнул, поднялся по ступеням и прошёл в главный вход. Пройдя большой светлый холл, взбежал по лестнице на второй этаж и, подойдя к дверям кабинета, постучав, вошёл.

— Разрешите?

— Проходи, Сергей…

Произнёс незнакомый мужчина, сидевший за столом. Сергей внимательно разглядывал его: среднего роста, с короткой стрижкой, одетый в тёмно-серый костюм и чёрную рубашку. Чуть приспущенный галстук гармонировал с общим стилем.

— Простите, а вы кто?

— Я тот, кто будет курировать твоё дальнейшее обучение, — улыбнулся мужчина.

— Можно вопрос?

— Я бы рекомендовал переходить с гражданского языка на военный. Ты же окончил военную кафедру, но позволю себе напомнить: у нас говорят «разрешите». На первом этапе твоё «можно», конечно, будет прокатывать, но очень скоро начнёт раздражать твоих непосредственных начальников. И тогда… — мужчина усмехнулся.

— Что тогда? — Сергей тоже улыбнулся.

— Всё зависит от настроения того, кого твоё «можно» допечёт… Может, пробежишь кросс — недалеко, километров на двадцать. А может, раненого надо вынести — тоже недалеко… В общем, это зависит от настроения начальства, и от желания вбить в твою умную голову особенности обращения к старшим по званию. Но если будешь демонстрировать хорошие результаты, всё может измениться. Причём кардинально.

— Значит, меня ждёт карьера военного?

— Насчёт карьеры — это не к нам. У нас служат Родине. А за карьерой идут в другие места…

— Разрешите спросить по-другому: мне предстоит служить?

— Тебя это расстраивает?

— Да нет, но хотелось бы понять — в качестве кого? Военную кафедру я, конечно, окончил, но вы же знаете, что у нас она специфична.

— Всё немного сложнее… — задумчиво произнёс мужчина. — Для начала ты будешь просто курсантом. Знаю, что у тебя офицерское звание, но у нас в курсантах ходят и уже служившие офицеры. Пока что ты отправляешься в подмосковный город Балашиха, на двадцать пятый километр. — Мужчина посмотрел на Сергея. — В течение двух месяцев пройдёшь специальный курс подготовки. А дальше… — Он замолчал на пару секунд. — Дальше пока рано обсуждать. Так что мотай на ус: твоё будущее в твоих руках, и оно во многом зависит от этих двух месяцев. На время подготовки контакты с внешним миром будут исключены. Это значит, что покидать учебный центр категорически запрещено, и писать письма возможности не будет. За оставшиеся два дня реши все вопросы, предупреди родных — естественно, не называя места, где будешь находиться. Ровно через два дня, не позднее девяти утра, тебе надлежит прибыть на проходную, где тебя встретят. Вопросы?

— Их много… Но боюсь, вы на них не ответите, — вздохнул Сергей.

— Молодец! Ты можешь отказаться, — мужчина улыбнулся, глядя на него. — И отправиться в Йемен…

— Спасибо! Но, пожалуй, рискну принять первое предложение.

— Серёжа, о нашем разговоре никому рассказывать не надо, сам понимаешь. Все вокруг должны считать, что ты убываешь на Аравийский полуостров.

— Разрешите идти? — Сергей улыбнулся и изобразил строевую стойку.

— Молодец! Твой юмор высоко оценят инструкторы, — засмеялся мужчина. — Главное — не перестарайся. Увидимся через два дня. Да, чуть не забыл. В коридоре твой однокурсник. Насколько мне известно, вы особо не общались в период учёбы, а вот эти два месяца вам предстоит вместе проходить подготовку.

— Простите, вы об Игоре?

— Именно… — улыбнулся мужчина.

Сергей смотрел на сидящего за столом, быстро вспоминая, что знает о сокурснике, и понял, что почти ничего. Игорь учился хорошо, но не блистал и всегда держался в стороне. Да и в узкий круг друзей Сергея он не входил. Почему его отобрали для подготовки?

— Игорь учился неплохо, но, как говорится, звёзд с неба не хватал. Почему его тоже отправляют на доподготовку?

— А ты себя считаешь лучше Игоря? — Мужчина слегка наклонил голову, рассматривая Сергея. — Ты, извини, но ты мажор в классическом понимании — баловень судьбы, но в наличии мозгов тебе не откажешь… А Игорь — пахарь, который всего добивается упорством, и мозгами он тоже умеет пользоваться. Вы две противоположности, но, на удивление, у вас много общего. Потом поймёшь… А если нет, значит, ошибся я, и вы оба будете трудиться где-нибудь в другом месте. Всё, иди.

Сергей вышел из кабинета, прикрыл дверь, остановившись, взглянул на молодого человека, расположившегося у перил. Игорь, прислонившись спиной, читал книгу. Почувствовав на себе взгляд, он поднял голову. Их глаза встретились, с минуту они молча рассматривали друг друга, будто виделись впервые, а не учились много лет вместе. Затем оба кивнули…