Системный Боец

Глава 21

Я отразил удар Дерека, который прилетел слева, затем ещё один. Третьим ударом воин попытался меня обмануть, не докрутил дугу и описал ещё пируэт. Меч почти коснулся моего правого плеча.

Навыки Ворона молчали. Но изворотливость помогла мне. В последний момент я успел уйти с линии атаки. Деревянный клинок лишь чиркнул по тунике.

Дерек зарычал, сделал ещё один выпад. Попытался добраться до моей шеи, но я в последний момент встретил удар. Наши с воином мечи столкнулись с громким стуком. Казалось, что деревяшки рассыплются от удара. Но нет, оказались довольно крепкими.

Мечи были скрещены, никто не хотел уступать. Дерек напирал, но я держался. Силы-то во мне прибавилось. Я уже не прежний Ворон.

— Думаешь, подловил меня и радуешься? — оскалился воин, затем вновь ушёл на дистанцию. Он понимал, что я сильный боец, поэтому рисковать не стал.

— Не расслабляйся. Мы только начали, — добавил Дерек, покрутив в руке меч, и вновь бросился на меня.

Его клинок просвистел слева. Я с трудом, но ускользнул от удара, сместился и успел поднырнуть под руку воина, тыкнул мечом в его незащищённый бок.

— Ты быстрее, чем я думал, — Дерек отступил и сморщился, потирая ушиб. Затем он вновь отошёл на дистанцию. — Хорошо, уговорил. Буду драться с тобой в полную силу.

— Этого я и добивался, — улыбнулся я и принял очередную атаку Дерека.

Теперь он ускорился, и в этот раз я не успел уйти на безопасное расстояние. Деревяшка врезалась в моё бедро. Не так больно, как неприятно. Я ведь всё-таки удар пропустил.

— Что и требовалось доказать. Ты не воин, — хмыкнул Дерек. Хотя не сказать, что он был не удивлён моими навыками. Наоборот, он старался тщательно скрыть удивление.

— Ещё раз, — приготовился я.

Что я там делал, когда тренировался со Свеном? Да ничего и не делал. На пару секунд тело само вспомнило навыки и применило их.

Но как я достиг такого состояния — без понятия. Это меня и смущало.

— Ещё раз? — оскалился Дерек.

— Да, ещё раз. Я готов, — встал я в боевую стойку.

— Тебе одного синяка мало? Хочешь ещё? — хмыкнул Дерек и понял, что я не отступлю. — Ну ладно. Готовься, боец.

Я заметил Менелея. Старик вышел из таверны и наблюдал за нашим поединком. Как и его работяги. Ещё несколько прохожих замерли у конюшни. А в стороне застыли два ревендальца на полпути к таверне, забывая о своём обеде.

Зрители есть. Теперь тем более нельзя проигрывать.

В это время Дерек встал в другую стойку. Немного согнул колени, вытянул в мою сторону руку с мечом, держа клинок горизонтально.

Я вспомнил, что говорила Инга. Может быть, это поможет? Сделал глубокий вдох, задержал дыхание, сконцентрировался на биении сердца.

Дерек что-то бубнил на фоне, хохотал, но я его не слушал. Моя рука удобней перехватила рукоять деревянного меча. Я смотрел в глаза своего противника, ожидая атаки. Через десять секунд воздух медленно вышел из моих лёгких.

И что-то произошло. Память Ворона ожила, давая мне некоторые знания. Да, я понял, что будет делать Дерек, когда он бросился на меня.

Воин попытался достать меня сбоку, но я отбил удар. Затем последовал от него выпад в сердце. И этот удар был отбит.

Затем я совершил финт. Почти такой же, какой обычно делают фехтовальщики. Ударил по запястью руки воина, которая сжимала меч. Дерек охнул, попытался перекинуть меч в другую руку, затем наступил на камень под ногами и пошатнулся. А я воспользовался этим. Совершил очередной финт, отбрасывая меч Дерека и приставляя тупой конец деревяшки к кадыку противника.

— А парень-то красавец! Ха-ха! — воскликнул один из прохожих.

— Во даёт! Закрутил-то как! — прохрипел один из прохожих.

— Воина нагнул, ага! Видели⁈ Да⁈ — воскликнул ещё кто-то из зевак.

— Это же Ворон! — крикнул ещё один.

— Точно! — ответили ему. — Это ж он отмудохал Бьорна!

Люди радовались моей победе. А Дерек уставился на меня непонимающим взглядом, затем посмотрел на свой деревянный меч, валяющийся в стороне.

— К-как ты это сделал? — выдавил он, мотая головой. — Да нет, бред какой-то. И вообще — воины точно так не дерутся.

— Факт есть факт, — улыбнулся я в ответ. — Я тебя уделал.

— Тебе просто повезло, — начал оправдываться брат Бейлы. — Если бы я не споткнулся, лежал бы ты давно и пыль глотал.

— Хочешь реванш? — прищурился я.

— А давай, — хмыкнул Дерек, отшвыривая ногой камень, об который споткнулся ранее, затем ещё парочку отправил в полёт и обратился к немногочисленным зрителям: — Смотрите, как ваш Ворон будет падать!

Мы вновь встали друг напротив друга. Два с лишним метра — не такая уж и большая дистанция для стремительной атаки. И, конечно, теперь атаковал уже я. Дерек с горем пополам успел встать в защитную стойку, когда я накинулся на него.

Хрен знает, откуда у Ворона такие навыки. Но несколько секунд я активно пользовался ими. Дерек пыхтел, кое-как успевая отбивать мои удары. Я знал, как глушить на корню контратаки. Знал, как перемещаться и выбирать выгодную позицию. Знал, насколько сильно бить и под каким углом поворачивать клинок, чтобы удар сложно было парировать.

В очередной момент Дерек решил контратаковать, отбивая мой удар в сторону. Ну а я отошёл и ударил ногой под колено воина. Он немного пошатнулся. В ту сторону, где как раз находился мой деревянный меч. Тупой конец деревяшки ткнул в его щёку, как раз возле глаза.

— Опять сжульничал, — недовольно скривился брат Бейлы, резко отпрянув.

— В бою все средства хороши, — улыбнулся я. — Тебе ли не знать об этом?

— Ладно, твоя взяла. Славно побились, — Дерек кинул мне тренировочный меч, который я поймал на лету. — Завтра ещё потренируемся. Надо возвращаться в дружину.

Он накинул на себя пояс с оружием, затем отвязал лошадь и легко запрыгнул в седло.

— Я не против ваших встреч с сестрой, Ворон. Но смотри. Если обидишь её — пеняй на себя, — сообщил он напоследок, покрутившись на лошади, а затем припустил рысью по улице.

— Ай, молодец, — подошёл ко мне Менелей. — Не знал, что так владеешь мечом.

— Случайно получилось, — произнёс я.

— Ладно, не прибедняйся, — хлопнул по моему плечу раздобревший хозяин таверны. — Пойдём, ужином угощу. За счёт заведения.

— Рано же ещё, — произнёс я, посмотрев на солнце. Оно уже перешло зенит и было на полпути к кромке леса. А это значит примерно часа четыре дня.

А я ещё переживал, что часов у меня нет. Вон как научился ориентироваться.

— Будет ранний ужин. Или поздний обед, — объяснил Менелей. — Какая разница? Пирожками вряд ли ты наелся.

Старик был прав. До этой тренировки с Дереком я был сытым, но сейчас вновь жутко хотел есть. Живот бурлил и требовал в него положить что-нибудь, желательно вкусное.

Явно ведь вся энергия ушла на медитацию от Инги. Другого не приходило на ум.

Зеваки между тем начали расходиться. Лишь работяги Менелея замерли у входа. Судя по их выпученным взглядам, они вообще не ожидали от меня такого.

— Ну что встали? Печь топите! — прикрикнул на них Менелей. — И баньку готовьте. Попариться надо.

— Так дров не хватит, — промычал седой работник.

— Так наколи, Хермунд. Руки вроде из плеч растут, и топор знаешь, где лежит, — резко ответил хозяин таверны, затем оглядел ещё двух работничков. — И вы тоже. Помогите ему. Нечего здесь прохлаждаться.

— Будет сделано, — промычал Хермунд и махнул остальным. — Пойдём, чоли.

Пока работяги отправились во двор, мы со стариком прошли на кухню. Тир поставил перед нами глиняные горшки, из которых пахло бесподобно. Да и на вкус было изумительно. Куски мяса с овощами таяли во рту.

Поев, я поднялся в комнату, добрался до своей постели и даже слегка задремал.

Ну а когда проснулся, умыл лицо прохладной водой из большого ведра, привёл себя в чувство. И направился на задний двор, разбирать сарай.

Мельком я заметил двух городовых, которые направлялись к конюшне, вместе с бледным Менелеем. Старик их уверял, что новых постояльцев не было. Но стражи порядка не слушали его, продолжая свой путь.

— О, Ворон, — растянул улыбку встретивший меня Хермунд, отвлекая. — Ты там поаккуратней, на крыше-то, а то можно и упасть.

— Так вы ж меня ловить будете, — пошутил я.

— Эт да, поймаем, ага, — скривился работник, всерьёз принимая мои слова. — Главное, держись.

Забрался я по лестнице на чердак, выбил несколько звеньев рассыпавшейся на глиняные осколки черепицы, затем принялся разбирать остальные фрагменты. Те в основном уже потрескались и отваливались звеньями, по несколько штук.

Когда сорвал черепицу, схватился за конёк — самую верхнюю точку кровли. Тот предательски хрустнул и его бо́льшая часть осталась в моей руке. Если бы Менелей не надумал разбирать это строение, оно бы само упало. И, скорее всего, в ближайшее время.

А раз дерево уже почти сгнило, судя по характерному запаху, мне не нужно махать топором. Хотя опасное, конечно, занятие. Того и гляди под ногами провалится сгнивший потолок. Так и переломаться недолго.

Но вот я сбросил вниз последнюю деревяшку с кровли. Взглянул, как работнички внизу оттаскивают мусор в сторону. Затем увидел лаз на чердак и только нашёл ногами лестницу, как…

— Хр-руп! — вся бревенчатая основа, на которой я стоял ещё секунду назад, затрещала и обрушилась вниз.

Я в последний момент успел перенести свой вес на лестницу, аккуратно спустился. Забавно, но самой крепкой в сарае была именно лестница на чердак.

Теперь главное, на гвозди не напороться, которых здесь полным полно.

Внимательно смотря под ноги, я выкинул фрагменты трухлявых брёвен наружу. А разломать бревенчатые стены, которые уже кренились, было делом техники.

Управился я в общей сложности за час, может чуть больше. Зато вместо сарая — куча строительного мусора, который продолжали собирать в кучу у забора трудолюбивые работники Менелея. Ещё бы — хозяин таверны их не накормит, если не увидит, как они шевелятся.

А вот и он. Старик мелькнул в окне второго этажа. Он внимательно смотрел за работой и был удивлён, что сарая больше нет.

Я помог кряхтевшим работягам оттащить полусгнившее дерево в одну кучу.

Ну а затем была банька. Добротная, качественная. Напарился я на славу, окунувшись напоследок в прохладной купели. И после этого шикарного времяпрепровождения, распаренный, вернулся на кухню.

В этот раз ужин пришлось покупать. Менелей дал понять, что его поток щедрых жестов иссяк. Потребовал один серебряк.

Зато какой это был ужин. Я не пожалел денег, когда увидел на столе тарелку каши, а рядом на доске прожаренное филе из лосося. Огромный такой ломоть. Почти как стейки, которыми я обычно питался в ресторане на Смоленской.

Ну а после трапезы я поднялся по лестнице. Под шум кружек и гогот собравшейся в обеденном зале компании.

Оказавшись у себя в апартаментах, я умылся, почистил зубы перед сном. А потом развалился на матрасе, подумывая сменить его к чёртовой матери. Пуховый матрас в доме того торговца Лейфа намного уютнее будет. Вот и прикуплю себе такой.

То ли откат после дебильного штрафа до сих пор давал о себе знать, то ли банька так расслабила. А будто и не дремал я недавно. Стоило мне закрыть глаза, как я сразу же провалился в сон.

На болотах, недалеко от Драконьего клыка, на рассвете следующего дня

— Лейдар, ты сам не знаешь, что говоришь! — воскликнула Хельга, не выдержав слов главы поселения. — А если бы твоего сына упекли в тюрьму?

Эрик в доме Инги, которая отпаивает их сына снадобьями. Хорошо, что он не присутствует на голосовании общины. Иначе бы сказал что-нибудь оскорбительное в адрес Лейдара. И тогда их бы точно изгнали. А так всё же есть хоть какой-то шанс.

— Я бы не нападал на городскую тюрьму, — процедил Лейдар. — Нашёл бы другой способ.

— Не было другого способа! Нашего сына бы забрали. Ты это знаешь, — не выдержал Ингвар. — И что это тюрьма Данмара, тоже в курсе. Он ненавидит таких, как мы.

— И он сын ярла Аркина, главы Ревендаля, — напомнил Лейдар.

— Они не должны уходить, Лейдар. Нам нужны маги, они защищают нас, — отозвался один из млечников, тощий Гарет.

— Верно сказал, — кивнул Мар, одобрительно хмыкнув в бороду. — К тому же у Эрика тоже есть дар.

— Я думал насчёт этого. Конечно же, думал, — проворчал Лейдар. — Но они, — он показал крючковатым пальцев в сторону Ингвара и Хельги, — поставили под удар наше поселение. Нас уже ищут. И могут найти.

— Ведь это ты Крома отправил на разведку. Если его не перехватили у дороги, нас не найдут, — выдавил Ингвар.

— Ты совершил ошибку, — прошипела в его сторону Хельга. — Инга тебя отговаривала.

— У вас нет права голоса. Молчите, — процедил глава поселения.

— Да, Лейдар, какого рожна он попёрся к дороге? Ты же сам сказал, что нас ищут! — воскликнул тощий Гарет.

Собрание млечников заволновалось. И Хельга понимала, что скоро может что-то произойти. Разведчик давно не возвращался. А на душе расползалась тревога, окутывая часто бьющееся сердце в свои тёмные клешни.

— Быстро, уходим! — Эрик выскочил из избы отшельницы, прихрамывая, и едва не упал на ровном месте. — Инга услышала, что разведчика взяли!

Млечники зашумели, и в этот момент прилетела первая стрела, которая вонзилась Хельге в плечо. Ингвар поставил барьер слишком поздно.

«Семья!» — промелькнула мысль у неё в голове. И потухла, вместе с сознанием.

— Эй, я тут ведьму нашёл! Ха, брыкается, сучья печёнка! — услышала Хельга, очнувшись.

У Ингвара руки за спиной стянуты верёвкой. Он лежит на спине, избитый, и его поднимает дружинник в кольчуге. Встряхивает, даёт пару пощёчин. Её муж очнулся, а рядом поднялся и Эрик, тоже связанный и с кляпом во рту. И ещё Лейдар с несколькими млечниками.

— Что же ты наделал? — выдохнула она главе поселения.

Лейдар лишь хлопал глазами, видно не мог поверить, что это происходит на самом деле.

Хельга посмотрела в сторону брёвен, на которых до нападения сидели млечники. Несколько изрубленных тел, в лужах крови. Рядом четыре мёртвых дружинника. У двух из них дыры в груди, Ингвар защищал млечников, как мог.

Надо освободить руки. Только так она может сплести заклинание. Надо спастись. Но как это сделать? Как?

— А ну, пшла, — толкнул её в спину один из воинов. — Вставай, мразь!

— Да это не ведьма! — слышалось в стороне, и Хельга, поднимаясь на ноги, увидела Ингу. Её тащил за волосы один из дружинников, и отшельница не сопротивлялась.

— Ещё какая ведьма! Зелья всякие делала, тварина! Я там всё перевернул и поджёг, — злобно рассмеялся тот, кто её вёл.

Ублюдки. Скоты. Она запомнила это. Крепко запомнила. Если что-то случится с её семьёй — они покойники. Хельга не пощадит никого, кто встанет у неё на пути.

Но в то же время она понимала, что выбраться будет непросто. Так же как и знала, куда они отправятся. И уже скоро.

Хельга услышала треск дерева, обернулась. Горела изба Инги, словно большой погребальный костёр.

Ещё недавно, когда они были одни в той избе, Хельга спросила, поможет ли отшельница Ворону. И та ответила, что поможет. «Он хочет выжить и прекратить это. Как и я. Ты знаешь, почему», — такими были её слова.

Конечно, Хельга прекрасно понимала, почему. Тайна отшельницы, которую та разделила с ней, всё объясняла. Но больше никто не должен об этом знать.

Зелье не сварено, зато Ворон их может найти и вытащить. Инга позаботилась об этом. И только это давало Хельге надежду.

Перед ними вышел сухощавый старик в цветастой тунике. Ненавистным взглядом он осматривал выживших млечников. Хельга узнала его, видела раньше на площади, когда выбиралась в город. Это же конунг Хрольф, правитель Северных земель.

— Скоро вы все сгорите, сектанты чёртовы! — громко проскрежетал в их сторону конунг, показывая в сторону объятого пламенем дома. — Точно так же, как та изба! А я буду смотреть на это, и пить медовуху! За то, чтобы горело ярче!

— Будь ты проклят! — выплюнула в его сторону Линд, потерявшая мужа. Он остался там, вместе с остальными зарубленными млечниками.

— Закрой свою мерзкую пасть, сучья твоя душонка! — проскрипел конунг в лицо Линд, схватив её за подбородок. — Уведите их! Скоро отплываем!

/ВНИМАНИЕ!

Общая продолжительность жизни: 4 дня 13 часов 27 минут/

За окном разорались петухи. И я открыл глаза. Рассветало. Глубоко вздохнув, вытер со лба выступившую испарину. Мне вновь снился сон, который я помню, словно это было наяву.

Снова та комната, будто из моего мира. Мониторы, люди перед ними. Но их лиц, как и прежде, я не мог рассмотреть.

По сравнению с прошлым сном, в этом больше половины мониторов погасло. И вновь на одном из них я разглядел себя, дрыхнущего на своей шконке.

Надо обязательно подумать над этим. Если это лишь плод моего воспалённого воображения, то какого чёрта я помню каждую деталь⁈ Комната была точь-в-точь как та, из первого сна. И мониторы. И шкаф с цветными корешками папок, как в офисах. И даже золотые запонки на пиджаке одного из людей перед мониторами.

Что это за вещие сны, мать его?

Но я проснулся не только из-за криков чёртовых птиц. В груди странный холодок, непонятная тревожность.

Откуда это у меня? Что случилось?

Я вспомнил о спице, вспомнил пристальный взгляд Инги. И на интуитивном уровне понял: что-то произошло. Но объяснить я это не мог.

Умывшись, я спустился на первый этаж. С кухни уже раздавались голоса.

— Ворон, тебя дожидается Вигмар в зале. Он хотел переговорить с тобой, — встретил меня Менелей.

— В такую рань? — удивился я и протяжно зевнул. — Что хотел?

— Он везёт провизию на пристань Кельма, — сообщил старик, намекая мне на работу.

Я вернулся в обеденный зал. Вигмар, увидев меня, тут же вскочил из-за столика.

— Ворон, выручай. Мне поступил срочный заказ от конунга Хрольфа, — залепетал торгаш. — Надо доставить груз. Очень важный заказ.

— Сколько платишь? — сразу же поинтересовался я.

— Три золотых. Да, больше не могу, сам понимаешь, — пробормотал Вигмар. — Пристань Кельма.

Я примерно понимал, где это. Ворон уже там был, точнее, сошёл на берег именно там. Единственная пристань в округе. И Кельм находится за Скадаром ещё в пяти километрах. Я прикинул расстояние.

— Четыре — и я согласен, — кивнул я.

— Ворон, ты совсем не бережёшь моё старое больное сердце, — покраснел Вигмар. — Что за торги? Давай хотя бы за три золотых и четыре серебряка.

— Хорошо, но я должен позавтракать, — предупредил я.

— Мы спешим, — махнул мне торгаш. — У меня есть припасы, поешь в дороге.

— Аванс будет? — пристально взглянул я на Вигмара.

Он тяжело вздохнул, покопался у себя за пазухой и протянул мне золотую монету.

— Устроит? — произнёс он.

— Вот это другое дело, — кивнул я в ответ, пряча монету в карман.

Ну что ж, я собрался довольно быстро. Вернулся в свою комнатку, опоясался ремнём с ножнами, воткнул меч и взял с собой кинжал, закинув его в заплечную сумку. Туда же отправились кошелёк, зубная зольная паста, полотенце и небольшой нож. Чёрт его знает, что в дороге случится, и где я остановлюсь.

Всё своё ношу с собой, как говорится.

Покинул я таверну, запрыгнул на мешок сена, между большими бочками, в которых плескалась медовуха. В повозке пахло мясом и рыбой. И этот запах пробуждал аппетит.

Когда повозка тронулась, Вигмар кинул мне тугой кожаный свёрток.

— Держи, там еда, — объяснил он. — Только мне оставь половину. И где-то у бочек квас должен быть в бурдюке. Найдёшь, в общем.

Я принялся уплетать козий сыр. Затем переключился на куски говядины и ароматную лепёшку. Утолив голод, я вернул свёрток, нашёл бурдюк и хлебнул кваса. Терпкий, бодрящий, он окончательно привёл меня в чувство.

— А что за суета? Куда отплывает конунг? — спросил я у торгаша.

— Ты думаешь, я знаю, куда Хрольф собрался? Велика птица, чтоб мне кто-то такие вещи говорил! — хохотнул Вигмар, а затем начал рассказывать о вчерашней поездке в Скагар. Как его два охранника умудрились напиться в той деревне и намяли бока городовому.

— Вот и сидят теперь там за решёткой, олухи, ждут приговора, — пробурчал Вигмар. — А я их выкупать не буду. Сдались мне эти пьянчуги.

— И правильно, — улыбнулся я. — Почаще мне работу подкидывай. Желательно хорошо оплачиваемую и вот с таким питанием.

— Ты там не всё съел, надеюсь? — нахмурился Вигмар.

— Конечно оставил, — хмыкнул я. — Лепёшку.

— Я шутников обычно таких ссаживаю, — предупредил торгаш. — Так что лучше не шути.

— Те мародёры ведь могут вернуться, отомстить. А меня может рядом не оказаться, — нагнал я страху на него, и торгаш замолчал, посматривая по сторонам. — Ладно, я оставил ровно половину. Как ты и говорил.

— Ну вот так бы сразу и сказал. А то шуточки он шутит свои, — пробурчал Вигмар.

До Драконьего зуба мы ехали в тишине. А когда проезжали то место, где я встречался с родителями Эрика, вновь в груди похолодело.

Вот, опять. Что там могло произойти?

Вигмар вновь начал рассказывать свои байки, а в голове моей витали очень нехорошие мысли. Неужели млечников накрыли?

Да ну, никто не мог знать о пристанище Инги. Да и она явно подстраховалась, раз живёт, не боясь нападения. Тогда что случилось?

Так мы проехали Скадар и повернули к реке Вихле. Там и была пристань городка Кельм. Мы въехали на уже оживлённую улочку, копыта лошадок простучали по выложенной камнем мостовой площади, затем я увидел и пристань с причалившей к ней ладьёй. Здоровенное судно с изогнутым носом в виде дракона, да и на корме тоже был похожий изгиб, но с высеченным на дереве лицом.

Повозка подъехала почти к пристани, и я мог оценить размеры судна. И они впечатляли. В длину метров пятьдесят, не меньше. Пузатое брюхо ладьи намекало, что внутри хватит место не только дружине Хрольфа, которая суетилась у берега, перегружая большие вёсла на судно. Внутрь ещё столько же поместится.

Нас заметили, и воины принялись энергично разгружать повозку. Ну а я заметил на корме клетки. Большие, из того же чёрного дерева, что и в тюрьме Данмара.

Нехорошее чувство поселилось внутри. Слишком много совпадений, поэтому я решил наведаться к Инге. Спрыгну по пути и пройду по той же дороге. Хотя как я найду её избу — ума не приложу. Маршрут был своеобразным, мы много петляли, и в голове всё смешалось.

— Куда направляетесь? — спросил я одного из воинов, который забирал последнюю бочку с медовухой.

— А тебе какое дело, мать твою? — грубо выплюнул он и крякнул, взваливая груз себе на плечи.

— Всё, уезжай! — махнул нам усатый дружинник, передавая торгашу пару увесистых мешочков с монетами.

— Прыгай, Ворон, — махнул мне Вигмар. — В дружине Хрольфа опасные воины.

— Обычные воины, — хмыкнул я.

— Не скажи, были уже случаи, — побледнел Вигмар. — Второй раз повторять не будут.

— Ты чего замер⁈ — зарычал в мою сторону массивный бородач с топором. — Сваливай, кому говорят!

Я прыгнул в опустевшую повозку, устроился на сене. И мы отъехали, проезжая через город. Мы ещё не выехали из Кельма, как я решил достать торгаша. Начал выпытывать, что происходит, и Вигмар сдался.

— Я только могу примерно сказать. То, что слышал, — выдавил торгаш, выпучивая на меня глаза. — Только попробуй ещё кому-то сообщить — за это язык могут вырезать.

— Говори, — напряжённо произнёс я. — Всё, что слышал.

— Недавно у Драконьего клыка… опять же, как мне один хороший знакомый сообщил… накрыли секту млечников, — расстроенно выдавил Вигмар. — Ингу тоже забрали. И где я теперь живицу буду брать?

— Их собираются отправить на сожжение? — спросил я.

— Ну да. Ведь праздник огня скоро. Вот их всех и того, — пробормотал Вигмар, а я уже соскочил с повозки, затем схватил свой рюкзак и помчался назад. — Ворон! Ты сдурел⁈ Тебя на куски изрубят!

Торгаш ещё что-то кричал в мою сторону, но я не слушал его. Пульс стучал в висках, я бежал по пыльной улице, пугая мирных жителей.

Ножны меча лупили по ляшке, в бурдюке булькала вода. Через двести метров спринтерской дистанции в боку начало покалывать. Появилась одышка. Но я бежал изо всех сил, как только мог.

Надо успеть. Надо вытащить Ингу, Эрика и остальных. Хотя я понимал, что могу опоздать. Прошло минут двадцать, как мы отъехали от пристани.

Я бежал к причалу, замечая ладью, уже отплывшую от берега. Вёсла уже были спущены на воду, воины заработали ими, ускоряя ход судна.

В одной из клеток я заметил Ингу. На голове её запеклась кровь. Она опустила взгляд, смотрела себе под ноги.

А у самого края я увидел Эрика. Его покрытое синяками лицо буквально вжалось в решётку. Он смотрел на меня, прощаясь со мной взглядом, полным обречённости и отчаянья.

Всё будет хорошо, дружище. Да, я не успел. Но мы скоро увидимся. Я обязательно вытащу тебя вместе с остальными.

Даю слово. Слово Во́рона.