Сколько стоит любовь

Глава 14.

Я проснулась оттого, что чья-то рука нежно касается моей щеки. В первый миг даже не решилась открыть глаза, но когда сильные пальцы скользнули ниже, задев, будто нечаянно, губы и подбородок, не выдержала и улыбнулась.

- Бенедикт! Мы так не договаривались, - а сама повернулась набок и посмотрела в темные глаза супруга, лежавшего рядом в нашей общей постели.

Теперь Бен вел себя как настоящий джентльмен и спать ложился в рубашке и легких штанах для сна, которые предпочитал длинной ночной сорочке, какую по обыкновению, носят мужчины. Но отчего-то именно то, что он был одет, вызывало во мне непривычное желание снова увидеть его волнующее тело. Насладиться видом сильной груди и длинных ног, и…

Я явно покраснела, потому что муж вопросительно изогнул бровь.

- Доброе утро, жена, - сказал он и тут же добавил, - ума не приложу, отчего ты так отчаянно краснеешь. Я ведь одет, как монах? Что может смущать тебя в этом простом наряде?

Не ответив, опустилась на подушку, понимая, что если расскажу ему о своих мыслях, то он непременно чем-то меня удивит.

Бен придвинулся ближе. Его рука уже наглее скользнула с моей шее по плечу и ниже, касаясь только руки.

Тело заметно напряглось. Я ощутила непонятное волнение, а бедное сердце так разволновалось, что я, кажется, снова покраснела, вызывая очередную улыбку Кэшема.

- Мне нравится, как ты реагируешь на мои прикосновения, - шепнул он и добавил голосом, полным желания, - если позволишь, я могу показать тебе, как много умею.

Это был вызов или приглашение?

Сглотнув, поняла, насколько сильно хотела бы попробовать что-то большее. Но что-то постоянно останавливало. Моя глупая гордость и толика недоверия.

Он сказал мне, что любит, а я все еще ищу подвох и трачу наше время на глупости? Наверное. Но мне хотелось быть совершенно уверенной в том, что будет после.

- Ну, если самую малость, - шепнули губы до того, как я сама поняла, что сказала.

- Малость? – он наигранно приподнял брови. – Интересно, насколько малую, - пошутил и наклонился ко мне, завладев моими губами.

Я прикрыла глаза, понимая, что мне нравится его поцелуй. Более того, сама обняла его за шею и Бен прижался ко мне всем телом, углубляя поцелуй.

Боги, что только вытворял его язык! Я прежде и понятия не имела, что эта часть моего тела предназначена для чего-то большего, чем речь или употребление пищи. Но Кэшем показал мне, насколько плохо я знаю свое собственное тело. А рядом с Беном оно жило своей, новой жизнью. И это одновременно радовало меня, потому что доставляло удовольствие, но и пугало, потому что было чем-то неизведанным и прежде запретным. Бен и его руки, его поцелуи, пробуждали во мне нечто новое, то, о чем я пока могла лишь мечтать, но еще боялась осуществить. И когда рука мужа накрыла грудь, невольно сжалась, хотя прикосновение было приятным.

- Нееет, Бенедикт, - проговорила невнятно.

Он тут же замер.

- Я пока не готова, - шепнула, чувствуя, что краснею.

- Ты все еще не веришь мне, - он не спрашивал, он констатировал свою мысль.

- Не совсем, но не хочу спешить, - сказала честно и Бен убрал руку кивнув. Затем, приподнявшись на локте, легко коснулся губами кончика моего носа и улыбнулся.

- Я согласен подождать, когда ты решишь довериться мне, - произнес муж. Его рука обхватила мой подбородок, заставив взглянуть глаза в глаза. – Не надо смущаться. Я все понимаю. Хотя, знаешь, прежде, - тут он выдержал паузу и тихо беззлобно рассмеялся, - никогда не думал, что буду проявлять подобную чуткость.

Я улыбнулась в ответ.

- Я ценю это, - сказала, и он снова поцеловал меня, но уже без прежней страсти, словно сдерживался и боялся напугать.

- Мы подождем, - проговорил муж и встал с кровати, а я, прижав к груди одеяло, проследила взглядом, как он одевается.

Спустя время в спальню вошла служанка. Постучав и получив утвердительный ответ, она прошла к окну и раскрыла шторы, впуская в комнату серый утренний свет.

Сегодня снова выдался пасмурный день, обещавший дождь. Погода откровенно испортилась, а океан, из спокойной синей бесконечности превратился в серую холодную массу воды, постоянно шумевшую штормом, отчего прогулки к берегу стали почти невозможными.

К завтраку спустились рука об руку. Бен нежно касался моих пальцев, а чета Астер, завидев нас, входящих в обеденный зал, искренне улыбнулись. А в тот момент, когда мы сели и приготовились завтракать, в зал вдруг поспешно вошел дворецкий.

- Милорд, - обратился он сразу к Бенедикту, как к хозяину замка.

- Да, Холтон, - положив на коленях салфетку, Кэшем взглянул на слугу.

- Только что слуги заметили экипаж, который едет в направлении замка, - спокойно сообщил Холтон.

- Вот как? – герцогиня обвела нас взглядом. – Вы ждете гостей?

- Нет, - пожал плечами Бенедикт. – Но, похоже, кто-то решил приехать без приглашения и без предупреждения.

Я сдвинула брови. Странное предчувствие охватило меня. Взглянув на мужа, встретила его взгляд и с невольной улыбкой сказала:

- Я, конечно, могу ошибаться, но что-то подсказывает мне, что это приехали мои родители.

Бен на мгновение застыл, затем сложил салфетку и встал.

- Возможно, так оно и есть, - произнес он. – В любом случае, давайте подождем и узнаем, кто это так спешит в Штормовой предел.

Мы с леди Вайолет переглянулись. Я сделала знак лакеям не спешить подавать завтрак и стала ждать, кто же решил посетить нас столь рано.

Впрочем, ждать оказалось недолго и, к своему удивлению, я не ошиблась в предположениях. А когда дом наполнился голосом одной моей матушки, поспешила выйти из обеденного зала, чтобы встретить ее и отца, заходивших в замок.

- Боги всемогущие! – Матушка сбросила на руки подоспевшего лакея тяжелый теплый плащ и поежившись, оглядела просторный холл.

Я на секунду застыла в дверях, глядя на нее, отца и маленькую Марго не совсем веря своим глазам.

Надо же, приехали. Наверное, мне стоило радоваться, ведь это мои родители, но мысль о том, что мама начнет везде командовать и любопытствовать в своей манере, отчего-то печалила.

Ну почему она не похожа на леди Вайолет? Нет, конечно, родителей не выбирают, и мой отец самый замечательный человек на свете, обладающий тактом, умом и прочими достоинствами, как присущими джентльмену, так и просто человеческими качествами, но матушка порой была излишне назойливой и эту ее черту я откровенно не любила.

- Какой высокий холл! – произнесла она. – Какая изысканная обстановка, но мало современных деталей. И здесь жутко холодно, что и не мудрено. Слишком близко противный океан и этот ветер…

Мой отец, протянувший слуге плащ, сразу заметил меня и улыбнулся, но прежде чем он успел сказать хотя бы слово, меня заметила и мама.

- Боги, Рори! – она всплеснула руками и шагнула вперед с таким скорбным лицом, что мне невольно сделалось смешно.

- Матушка, - сказала я, двинувшись к ней навстречу, - отец! Марго, - не обделила вниманием и сестрицу.

За моей спиной уже появились Бенедикт и чета Астер. Все они поспешили к гостям и пока я обнимала мать, поприветствовали лорда Роттенгейна и Маргарет.

- Боги, ну здесь и дороги! – произнесла мама, когда с приветствиями было покончено. – Я растрясла себе все, что только смогла на этих ухабах! – пожаловалась она.

- Боюсь, погода внесла коррективы в дороги, - заметил Бенедикт и улыбнулся.

- А погоде мы не советчики, - добавила леди Вайолет.

- Мама, почему вы не предупредили о том, что приедете? – спросила я и покосилась на отца. Тот лишь плечами пожал, из чего я сделала вывод: отец был настроен на том, чтобы отправить вперед человека, дабы предупредить нас о приезде, но матушка, что было в ее характере, уговорила его сделать приятный сюрприз.

Насколько он приятный, пока, правда, еще не ясно.

- Я немедленно распоряжусь, чтобы вам приготовили комнаты, - сказала, глядя на леди Джейн. – Вы отдохнете с дороги, а уже потом мы поговорим.

- Да, было бы просто чудесно освежиться и отдохнуть, тем более, что мы позавтракали в какой-то глухой деревне неподалеку от замка, - сказал отец.

- Лорд Кэшем, и зачем вы только увезли мою дорогую Аврору на этот север! – заявила матушка с важным видом, пока я попросила слуг передать мои распоряжения экономке. – Здесь жутко, причем во всех отношениях. Холодно, пустынно, повсюду грязь, да еще и этот океан! – она закатила глаза. – Сомневаюсь, что смогу выспаться! Он же постоянно шумит. И ветер!

Я бросила взгляд на Бенедикта, но муж и глазом не моргнул, оставаясь таким же сдержанным. Разве что уголки его губ невольно дрогнули, словно Кэшему пришлось сдерживать улыбку или смех.

А матушка была в своем репертуаре. Я поняла, что успела немного забыть о тонкостях ее характера. И вот теперь вспомнила вновь. Точнее, меня заставили вспомнить.

Как же спокойно было в Штормовом пределе до ее приезда.

Когда слуги вернулись вниз и заявили, что комнаты готовы, я решила проводить родителей лично, но успела услышать краем уха веселые слова леди Вайолет, шептавшей сыну:

- Ну вот, дорогой. Теперь осталось дождаться внезапного приезда твоих закадычных друзей, и в доме будет весело!

Удержавшись от того, чтобы оглянуться назад, подавила улыбку и, подхватив юбки, поспешила по лестнице за родителями, слушая высказывания матушки по поводу всего, что она видела вокруг. Я надеялась на невозможное, что родители Бена не слышат жалобы и стенания матушки. Надеялась и не верила в чудо. Да и матушка говорила, не понижая голос. Отец же только вздыхал, хотя по его виду было заметно, насколько он вне себя. Полагаю, когда родители останутся наедине, лорд Роттенгейн выскажет своей леди то, что он думает по поводу ее поведения и напомнит о манерах. Только сильно сомневаюсь, что слова отца смогут смутить невозмутимую леди Джейн, привыкшую говорить всегда то, что она думает.

Жаль только думала она мало. Я это осознавала даже несмотря на то, что уважала ее, являясь дочерью своей матери.

Но сейчас, ступая за родителями, испытывала стыд за те слова, которые произносили ее губы.

- Рори, тебе следует настоять, чтобы вы вернулись в столицу. Ума не приложу, что здесь может нравиться, - высказалась матушка, когда мы, поднявшись на третий этаж направились следом за слугой в сторону выделенных им покоев. Комната Марго находилась тут же, немного дальше.

- Шутка ли, увезти молодую девушку от развлечений столицы! Да ты тут зачахнешь от тоски, - продолжала леди Джейн.

- Мне здесь нравится, - сделала попытку убедить мать в том, что меня все устраивает.

- Боги, Рори, не надо этого самопожертвования! Думаешь, твой супруг оценит? Как бы не так. Поверь мне, милая, мужчины ценят только тех женщин, которые ценят себя. Делай ты им хоть сто раз хорошо, станешь обязана сделать подобное и в сто первый раз. А потому, думай сперва о себе. Да. – Не сказала, а припечатала. Матушка так умела. И я вдруг признала, что в ее словах есть толика смысла.

- Дорогая, мне кажется, тебе пора прекратить свои нравоучения, - тихо, но весомо, заметил отец. – Аврора - замужняя леди и, полагаю, она сама в состоянии сделать выводы, как ей жить с ее собственным супругом, - отец поймал недовольный взгляд матери, но тут же посмотрел на меня и лукаво подмигнул, как бывало прежде, когда мы дома противостояли нашей дражайшей леди Джейн.

- Я учу ее жизни. Потому что если не научу я, то научит сама жизнь. А она, увы, порой бывает намного суровее, - высказалась гневно матушка, явно недовольная замечанием отца.

- Ваша комната, миледи, милорд, - заявил лакей, распахивая перед нами услужливо дверь.

- О, - произнесла мама, едва мы вошли внутрь. – Какая прелесть! Несомненно, эта комната пока лучшее, что я успела увидеть в замке, - высказалась она и я даже выдохнула с облегчением. Но покои и вправду были довольно изысканными. Широкая кровать с балдахином, потолок, украшенный лепниной, изображавшей небо с облаками, мебель, обитая бархатом, огромный комод, в который даже матушка сумеет вместить все свои вещи. А я не сомневалась, что она привезла их бесчисленное множество. Мама была из тех людей, кто не мог позволить себе выйти в одной и той же одежде дважды и особенно в гостях.

Мои мысли подтвердились, стоило увидеть гору чемоданов и двух служанок в гардеробной комнате.

Горничные, завидев нас, поспешили поклониться и с распоряжения матери, продолжили свою работу.

- Мебель изысканная, как и камин и эти картины, - матушка прошлась по комнате, успев заглянуть в каждый уголок отведенных им помещений. Помимо спальни была небольшая гостиная, где можно было отдохнуть у камина, и ванная комната. Ее мама оценила по достоинству, заметив с некоторой долей удовольствия:

- Вот это настоящее чудо, найти на севере подобные удобства. Обычно только в столице вода льется из крана, - она обернулась к мужу и добавила, - все жду, дорогой, когда ты позволишь и нам провести в особняке такие вот блага.

- Обязательно, дорогая, - ответил отец.

- Мне нравится, - уже обращаясь непосредственно ко мне, матушка соизволила довольно улыбнуться. – Ах, Рори, я же не спросила главного, - она подошла ближе, взяла меня за руку и придвинувшись, прошептала так, чтобы не услышал никто, кроме меня, - ты еще не готова подарить своему супругу наследника?

Наверняка я покраснела, так как лицо опалило огнем. Отчего-то ярко вспомнилось утро и то, что муж делал со мной в постели. Подумала я и о том, что бы он мог делать, позволь я больше.

Матушка пытливо заглянула мне в глаза.

- Нет. Прошло слишком мало времени, как мне кажется.

- Не стоит ждать, милая, - посоветовала она и похлопала меня по руке.

Я неловко улыбнулась и попятилась к выходу.

- Наверное, мне стоит вас оставить. Отдыхайте. Я распоряжусь, чтобы вам доставили завтрак сюда, а к обеду уже ждем вас в обеденном зале. Когда же будете готовы и отдохнете после дороги, я, или кто-то из слуг, покажут вам замок. Поверьте, здесь есть на что посмотреть.

- С радостью, дорогая, - отец улыбнулся.

- Я пока пойду, проверю, как устроилась Марго, - сказала и вышла, понимая, что почти сбежала. Определенно, в обществе Астеров и Бена мне было намного спокойнее.

Заглянув к сестре и найдя ее крайне довольной уютной спаленкой, к которой прилегала комната для служанки, я поспешила оставить младшую сестрицу отдыхать, а сама вернулась вниз к супругу и его родителям.

Никто из Астеров не притронулся к завтраку. Ждали меня. Я оценила это и с милой улыбкой села на прежнее место.

- Какой сюрприз, - проговорила спустя минуту леди Вайолет. – Полагаю, мои дорогие, вы и сами не ждали приезда гостей? – она вопросительно изогнула тонкую бровь. В глубине глаз герцогини обитало веселье.

- О, да. В этом Роттенгейны мало отличаются от нас с тобой, дорогая. Обе наши семьи полны сюрпризов, - заметил мягко лорд Астер.

- Идеальный союз, - спокойно сказал муж, разрезая омлет и усмехнулся, а я поняла, что, даже если супруг и его родители недовольный появлением моих родных в Штормовом пределе, я никогда об этом не узнаю. Вели они себя сдержанно и, кажется, совсем не были огорчены приезду новых гостей.

Я выпила чаю с сырными гренками, когда в обеденный зал снова важным шагом вошел дворецкий.

Леди Вайолет, завидев в руках слуги поднос с посланием, не выдержала и тихо рассмеялась, нарушая всяческий этикет поведения за столом. Я уже не была удивлена ее поведением. Но оказалась заинтригована тем, что же за новости принес нам Холтон.

Слуга подал письмо Бенедикту и отошел, видимо, ожидая, что скажет милорд. Скорее всего, гонец, приславший это письмо, должен был получить ответ.

Бен, взглянув на имя на конверте, тут же вскрыл его и, прочитав короткие строки, поднял взгляд.

- Что там, дорогой? – спросила его мать. – Кто-то еще желает погостить в Штормовом пределе? Неужели, это послание от Тита и Грэма? – она рассмеялась собственной шутке, и я поддержала ее улыбкой.

- Нет. Это послание иного характера. – Бенедикт показался мне не очень довольным.

- Что же там? – я вопросительно изогнула бровь.

- Приглашение от семейства Фрейзер на званый ужин на завтра, - коротко ответил муж и протянул мне письмо, чтобы я могла ознакомиться с его содержанием.

- Надо же! – всплеснула руками герцогиня. – Как вовремя. Вот именно званого ужина нам и не хватало. Мы же поедем, не так ли? – она взглянула на сына. – Ты же не лишишь мать и жену развлечений, коих здесь крайне мало?

- Конечно же, не лишу, - ответил недовольно Бен и герцогиня взглянула на меня.

- Стоит отправить ответ и предупредить, что мы прибудем не одни, а с Роттенгейнами. Полагаю, леди Джейн очень обрадует новость о том, что мы приглашены в дом Фрейзеров.

- Но ей вряд ли понравится замок и тот факт, что он стоит на утесе, - отметил герцог. – Она явно не жалует океан.

- Дорогая, - обратился ко мне муж, - если желаешь, то можешь ответить лично.

Я немного удивленно посмотрела на Бенедикта, а затем кивнула.

- Скажите гонцу, чтобы подождал. Леди Кэшем даст свой ответ сразу после завтрака, - обратился Бенедикт к Холтону и дворецкий, получив распоряжение, с поклоном удалился.

**********

Письмо я написала сразу же после завершения трапезы. Поднялась в кабинет Бенедикта, устроившись на его стуле, взялась за перо. Муж лично подал мне чернила и бумагу с гербом рода Астер, а затем опустившись напротив и положив ногу на ногу, принялся следить за тем, как я вывожу аккуратные строки в своем ответе.

- Боги, Аврора, ты так долго пишешь, - усмехнулся он. – Не стоит излишне любезничать с Фрейзерами.

- Я пишу его сестре, - объяснила и лукаво посмотрела на Кэшема. – А ты почему так реагируешь? Неужели ревнуешь?

Бен на секунду застыл, превратившись в очень красивого мраморного бога, затем тихо рассмеялся. Но ответ его прозвучал немного неискренне.

- Ну что ты, дорогая. Я не опущусь до ревности.

- Неужели? – изогнув бровь, сложила письмо и, прежде чем запечатать его, вызвала с помощью колокольчика слугу.

К тому времени, когда лакей вошел в кабинет, письмо было готово отправиться к Фрейзерам.

- Передайте ответ слуге милорда Фрейзера, - сказала я лакею и он с поклоном выполнил мое поручение.

Едва за слугой закрылась дверь, как Бен тут же поднялся со стула и подошел ко мне. Привалившись бедром к столу, муж взглянул на меня сверху вниз и улыбнулся.

- Мне нравится видеть тебя за этим столом, - сообщил он.

- Вот как?

- Да. Теперь я вижу, насколько тебе идет быть моей леди. Мы просто созданы друг для друга.

Я встала, но Кэшем и не думал выпускать меня из-за стола.

- Прежде ты думал иначе, - не упустила возможности немного уколоть супруга.

- Да. Что доказывает, насколько слеп я был. Но теперь, когда прозрел, ты не уплывешь из моих рук, дорогая жена, - шепнул он и наклонившись, поймал пальцами мой подбородок, чтобы запрокинуть мое лицо навстречу своим губам.

Я прикрыла глаза, чувствуя, как нежно прикасаются к коже на щеке его губы, такие сильные и одновременно удивительно ласковые. Вот они скользнули по щеке и задержались на губах. Затем, совершенно потеряв всякий стыд, опустились ниже, по линии подбородка к шее и дальше…

Вздрогнув, поняла, что Бен уже стоит слишком близко. Его руки обнимали меня, прижимая к горячему и очень твердому мужскому телу.

Жар Бена, его сила, его страсть, сводили с ума. Но больше всего поразили те нежности, которые он вдруг прошептал мне на ухо, прекратив эту безумную пытку поцелуями: «Моя! Навсегда моя!».

Сердце бешено забилось в груди. Я потянулась навстречу Бену, когда он обхватил меня сильнее и поцеловал так, что ноги подогнулись и я непременно осела бы на пол, не подхвати меня муж на руки.

- Ты! – выдохнула в его губы. – Безумец!

- Есть немного, - он рассмеялся. – Влюбленный безумец безумен вдвойне! Бойся меня, - прорычал он шутливо и стал менее всего похож на джентльмена.

Я притворно прикусила губу и вдруг поняла, насколько мне нравится это безумие, столь далекое от привычного образа жизни, где все было чопорным и выдержанным, как старое вино.

Нет, в Кэшеме, да и в его матушке, бурлила жизнь. Бенедикт был слишком похож на свою мать леди-герцогиню. И я понимала, насколько мне нравятся оба. И она, и ее сын.

Эта открытость была подобна глотку свежего воздуха. Семья Астер не были развратными и излишне раскрепощенными. Нет, подобное отвернуло бы от них не только меня, но и общество в целом. Просто они были…

Я задумалась и вдруг поняла истину. Да! Они были настоящими! Искренними! Если они любили, то любили всей душой. Но я бы не хотела узнать на себе, как эти люди могут ненавидеть.

Бен нарушил ход моих мыслей, когда, усадив меня неприлично на стол, встал рядом, уткнувшись лбом в мой лоб и дыша при этом жадно и жарко.

- Рядом с тобой, Аврора, мне не страшны ни осень, ни зима, - пошутил муж.

Я понимала, почему он остановился. Наверное, стоило оценить этот поступок. Он обещал дождаться, когда я буду готова. А я, видимо, не хотела здесь и сейчас. Значит, несмотря на то, что испытывала к этому мужчине, ждала определенного момента? Или сила моих чувств была под вопросом?

- Кажется, я влюбился в тебя, как мальчишка. Взрослый, безумный мальчишка, - прошептал Бен. – И знаешь что? – спросил он шепотом.

- Что? – я даже затаила дыхание, понимая, что очень хочу услышать его ответ.

- Мне нравится то, что я чувствую. Прежде… - он выдержал паузу, прежде чем продолжил, - прежде у меня никогда не было подобных эмоций и чувств. Я всегда считал себя человеком опытным в любви, но только теперь осознал, насколько слеп и глуп был. У меня опыта, - тут он рассмеялся, - не более, чем у тебя, моя дорогая. Но только в вопросе чувств.

Он поднял голову и наши глаза встретились.

- Как мне нравится видеть тебя такой, - губы Кэшема тронула легкая улыбка опытного соблазнителя. – В своих руках. И нравится делать вот так, - он медленно наклонился и коснулся губами шеи там, где под кожей билась нежная жилка.

Кровь мгновенно прилила к лицу, застучала в висках, побежала быстрее, наполняя меня желанием.

- И вот так, - шепнул муж, оторвавшись от моей шеи и легко, почти невесомо, касаясь губ.

Сердце в груди пропустило удар и, кажется, я простонала его имя, позволив себе расслабиться и прикрыть глаза. Уплывая на волнах ощущений, пронизывавших насквозь, наполнявших тело новой силой и энергией, которой супруг делился со мной.

- А еще мне нравится делать так, - его голос уже хрипел от волнения и желания, а губы, такие твердые и горячие, опустились на обнаженное плечо. А я даже не успела заметить, когда он опустил ткань платья, открывая кожу.

- Я умею делать еще много приятных вещей, - пробормотал он, склонившись к моему уху и возвращая ткань на место. – Только позволь!

- Охотно верю, - ответила еле слышно и не узнала в этом хриплом шепоте собственный голос.

Несколько секунд Бен медлил, а затем поставил меня на ноги, сняв со стола.

Я взглянула на него несколько удивленно, не совсем понимая, почему он остановился в тот миг, когда я была готова позволить большее. Когда была готова испытать нечто более сильное, чем поцелуи. Но увидев его горящий взгляд и искорки в глазах, не удержавшись, сжала руку в кулак и шутливо ударила мужа по груди.

Он играл со мной.

Он соблазнял меня и мне это нравилось.

Наверное, отнеси сейчас Бенедикт меня в нашу спальню, я не стала бы противиться, но почему-то вдруг поняла, что такая игра намного интереснее.

Он добивается меня, соблазняет. Он хочет получить все и сразу. А я, кажется, готова подыграть. И мне нравится эта игра.

Безумно нравится.

**********

В небольшом городке, где располагалось поместье лорда Харбора, была всего лишь одна таверна. Она представляла собой тихое место с садиком, увитым поздними розами, которые спешили уронить увядающий цвет на сырую землю. Дом в два этажа, где все комнаты похожи друг на друга с одинаковыми обоями, мебелью, отличавшимися лишь видом из окна, увы, уже столь же унылым, как и погода.

На смену теплым дням пришла настоящая осень, с ее ветрами и дождями, отчего Флеггу показались неуютными окрестности и даже люди, населявшие ближайшие дома.

Основным обществом здесь считались Роттенгейны – самая богатая семья, владевшая большим количеством земель. Следом за ними шел лорд Харбор, купивший не так давно имение Рендгрив.

Насколько Флегг успел узнать со слов и сплетен местных жителей, поместье до недавних пор пустовало. Хотя общество надеялось получить в лице сэра Джеймса доброго соседа, которого можно было приглашать на ужин и балы. Но увы, хозяин Рендгрива пока редко радовал своим присутствием не только новые владения, но и соседей.

За те несколько дней, которые Флегг провел в городке, ему удалось узнать не так много информации о Харборе. Но самое главное, что знал следователь, это то, что в данный момент хозяин Рендгрива находился дома, но пока не наносил визиты, предпочитая жизнь отшельника и отвечая вежливым отказом на все приглашения местного общества, стремившегося завладеть вниманием нового жителя города.

Флегг гулял по городу, разговаривал с жителями, пытался ненавязчиво разведать хоть что-то ценное о поместье и новом владельце, но сам надеялся, что Харбор даст ему шанс забраться в дом и обыскать его. Для этого было необходимо, чтобы сэр Джеймс уехал и оставил дом на попечение слуг.

Как оказалось, ждать пришлось недолго. Нужный день наступил уже спустя неделю невольного отдыха следователя.

Он услышал новость от одного из слуг, когда вечером, спустившись в обеденный зал таверны и заказав ужин, увидел компанию из нескольких мужчин, занявших крайний столик и заказавших пиво.

- Что, Хиггинс, отдыхаешь? – спросил хозяин таверны у одного из клиентов, занявшего место во главе стола.

- Да, - последовал ответ. – Пользуюсь моментом, пока милорд отправился по делам в столицу.

- Вот как?

По залу прошелся шепоток.

- Ты доволен хозяином? – последовал вопрос и тут Флегг насторожился, услышав знакомое имя.

- Лорд Харбор, конечно, кажется совсем нелюдимым человеком и да, у него много странностей, но платит он исправно. А мне что надо? – названный Хиггинсом весело развел руки в стороны, удерживая в правой кружку, полную пенного напитка. От слишком резкого движения пиво расплескалось. Часть пролилась на пол, но никто из гостей таверны, как и сам хозяин, даже глазом не моргнули. – Меня все устраивает. Я не сую нос в дела милорда, да и он очень адекватный человек. Никогда не грубит, женщин наших не обижает. А что нелюдим, боги его знают. Меня все устраивает, - повторился мужчина, а Флегг перевел взгляд на компанию, правильно решив, что все эти люди – работники из Рендгрива.

Пока мужчины пили пиво, следователь незаметно пересел за столик ближе, надеясь услышать хоть какую-то информацию. Но ничего особенного никто из слуг не рассказал. Мужчины обсуждали все, кроме хозяина и его дома. Впрочем, самое главное для себя Флегг услышал: Рендгрив опустел и он вполне может забраться в дом. Слуги ему не помеха, как и охранные заклинания, если таковые есть на доме. С ними следователь справится без труда. Да и, признаться, Флегг сомневался, чтобы Харбор озаботился защитой, когда его дом полон прислуги.

Допив вино и закончив с ужином, мужчина расплатился с молодой подавальщицей и направился в свою комнату.

Сегодня, пока часть слуг из Рендгрива отдыхают, пользуясь отсутствием хозяина дома, он тоже использует эту возможность и проберется в имение, чтобы обыскать комнаты.

Кто знает, вдруг он найдет там то, чего не ожидает сам. В любом случае эту возможность следовало использовать. Вдруг другого такого шанса уже не будет?

Флегг кивнул хозяину таверны и поднялся к себе, усиленно зевая и делая вид, что очень устал и хочет спать. А оказавшись в своей комнате, мужчина быстро подошел к окну и выглянул наружу, мысленно прикидывая расстояние от окна до земли и понимая, что спуститься вниз не составит труда. И если он хочет обыскать Рендгрив, то стоит сделать это сегодня и сейчас.

**********

За ужином я порадовала матушку новостью о том, что уже завтра мы отправляемся на званый ужин.

Отдохнувшая и посвежевшая, она сидела рядом с отцом и казалась почти довольной своим приездом. Возможно, нет, я почти надеялась на это, что дом и океан более не кажутся ей такими отталкивающими и холодными. Была надежда, что добрый прием и отдых сменили настроение леди Джейн на благоприятное.

- Ужин? О! – матушка улыбнулась. – Как приятно осознавать, что у вас здесь такие милые соседи. Мы, конечно же, с радостью присоединимся к вам, если приглашение лорда… - она выдержала паузу, кажется, забыв фамилию и я поспешно подсказала ей проговорив:

- Фрейзеры, мама!

- Ах, да! Так вот, мы присоединимся, если приглашение лорда Фрейзера распространяется и на нас с лордом Роттенгейном.

- Конечно же! – вдруг улыбнулся Бенедикт. – Линдон придет в полный восторг от новых знакомых. У нас здесь слишком тесный круг общения и новые лица внесут разнообразие в унылый ужин.

Я закусила губу, понимая тонкий намек мужа. И, кажется, его поняли и остальные, поскольку леди Вайолет вдруг спрятала улыбку, сделав вид, что никак не может разрезать говядину, а герцог просто отвел глаза, явно неспроста заинтересовавшись лепниной на стене напротив.

- Вот и чудесно! – матушка довольно улыбнулась. – Какие они, эти Фрейзеры?

- Они тебе понравятся, - поспешила заверить мою леди Роттенгейн.

- Если эти милые господа нравятся моей Авроре, значит, обязательно понравятся и мне, - согласилась мама и тут я решила сменить тему, спросив у нее о сестре. В итоге узнала, что Алиса довольна жизнью, живет обласканная своим дорогим супругом и что они оба, и Алиса, и Ричард, были чрезвычайно огорчены тем фактом, что она, леди Джейн, покинула их дом слишком рано.

- Бедный лорд Дэвайс едва не плакал, когда мы уезжали, - поведала нам всем леди Роттенгейн. – Конечно же, они с милой Алисой надеялись, что мы пробудем подольше, но обстоятельства распорядились иначе.

Я подавила улыбку, уже догадываясь, что если Ричард и плакал, то только от счастья. Не думаю, что он настолько сильно полюбил мою матушку. Хотя я могла и ошибаться.

- Но какие обстоятельства вынудили вас столь поспешно покинуть дочь в ее новом доме? – словно невзначай спросил герцог при этом взглянув не на леди Джейн, а на моего отца.

Тот промокнул губы салфеткой и подняв взгляд, произнес:

- Да, это был очень неприятный случай. Я, к слову, хотел рассказать о произошедшем вам, дорогой зять, - взгляд отца скользнул к Бенедикту. – Полагаю, что вас он может заинтересовать.

- Ох, такая неприятность, - вступила в разговор мама. Она, как всегда, не могла смолчать и позволить кому-то рассказать нечто важное за нее.

Отец тактично прокашлялся, прочищая горло, а матушка, воспользовавшись его замешательством, вдруг изложила историю о том, как они, будучи в гостях у Дэвайсов, получили сообщение о том, что в наш столичный дом забрались загадочные воры.

- Воры, которые ничего не украли, - произнес отец.

- Мы полагаем, что это были какие-то невоспитанные шутники. В любом случае, я очень рада, что мои наряды и драгоценности остались в целости! Как я боялась, что похитят мои милые туалеты! А ведь у меня есть наряды, в которых я еще ни разу не выходила в свет!

Она продолжала говорить, я же заметила, как с губ Бенедикта пропала его лукавая улыбка. Темные глаза вспыхнули и лицо мужа как-то сразу сделалось серьезным и сосредоточенным.

- Говорите, ничего не пропало? – спросил он, глядя только на одного лорда Роттенгейна. – Но куда именно забрался вор, или воры?

- В комнату Авроры! – выпалила матушка и я тоже перестала улыбаться.

Кэшем бросил на меня быстрый взгляд, но мгновение спустя его взор стал прежним, а из глаз исчезло напряжение.

- Ничего не пропало? – уточнил он небрежно.

- Ничего такого, что могли бы заметить слуги. По крайней мере, они проверили платья и драгоценности. Конечно, Аврора, покидая отчий дом, увезла с собой часть нарядов, поэтому проверить все досконально не было возможности. Но полагаю, ни один разумный вор не станет забираться в богатый дом, только ради какой-то дамской безделушки.

Бен кивнул, словно соглашаясь с родственником, но в его взгляде промелькнула настороженность, и я успела заметить это, ощутив легкое волнение.

Почему забрались именно в мою комнату? Или слуги успели спугнуть незадачливого грабителя?

- И что, кроме комнаты Авроры вор, или воры, нигде более не побывали? – спросила герцогиня.

- О, да! – довольно кивнула моя мама. – Я до сих пор не могу поверить этому счастью и все больше склоняюсь к тому, что в дом забрались по ошибке, или кто-то решил так глупо пошутить. Молодые люди порой бывают столь безрассудны! – она улыбнулась. – А как я была рада, когда все мои украшения оказались на своих местах! Какое облегчение. – Она сделала глубокий вдох и, прежде чем кто-то из присутствовавших за столом успел что-то сказать, быстро продолжила: - Но мой дорогой лорд Роттенгейн позаботился о том, чтобы в дом более никто не смог забраться. Мы наняли мага. Теперь все комнаты под защитой. Слуги могут беспрепятственно входить и выходить, но никто посторонний не имеет доступ в наши спальни и комнаты, где есть хоть что-то ценное.

- Кроме покоев Рори нигде не нашли следов проникновения, - дождавшись, когда супруга закончит свой монолог, добавил мой отец.

- Звучит благоразумно, - кивнул герцог Астер, отвечая леди Джейн на ее слова, а я поймала взгляд Бенедикта и невольно сдвинула брови, осознав, что мы подумали об одном и том же.

Лорд Харбор. Да. Именно о нем я подумала в первую очередь.

Неужели он до сих пор не успокоился? Но зачем ему я? Боги, как бы хотелось, чтобы все оказалось просто совпадением, ошибкой, нашим нелепым страхом. Но Кэшем смотрел так, что по спине пробежала невольная дрожь.

Он думает, что от Харбора стоит ждать беды.

А я надеюсь, что мы оба ошибаемся.

**********

Уже было немного за полночь, когда Эдвард Флегг подошел к Рендгриву.

Остановившись на вершине холма, с которого открывался вид на дом, залитый светом растущей луны, мужчина немного постоял, вслушиваясь в тишину и рассматривая спящий дом.

Окна верхних этажей спали и лишь внизу, на самом первом этаже, где, судя по соображениям Флегга, могла располагаться кухня, горел свет. Скорее всего, кто-то оставил лампу для тех слуг, что сейчас пропивают жалование в таверне, пользуясь отсутствием хозяина. Остальные слуги скорее всего спали. И все же, спускаясь вниз к дому, Флегг старался идти тем тише, чем ближе подбирался к зданию.

Имение Рендгрив представляло собой довольно живописный старый дом, северная часть которого была увита то ли розами, то ли плющом. В темноте Флегг пока не мог рассмотреть точно, да и менее всего следователя интересовала флора этого места.

Он старался не производить шум, а приблизившись к невысокому забору, с легкостью перепрыгнул через него, ухватившись за выступающий мыс калитки. Мягко опустившись на тропинку, ведущую к дому, Эдвард огляделся, прикидывая в уме, что вероятно оказался на дорожке, ведущей на задний двор. Вряд ли здесь ходил лорд Харбор, а вот прислуга – вполне.

Впрочем, мужчине было все равно как предстоит пробраться в дом. Главной задачей было остаться не обнаруженным и найти хоть какие-то улики, доказывающие темные намерения Харбора относительно юной леди, супруги человека, который нанял его для этой работы.

Сказать по правде, Флегг редко давал сразу оценку своему подозреваемому. Он понимал, что внешность порой бывает очень обманчива и что за неприятным лицом и взглядом порой может скрываться душевный и добрый человек. Как и улыбка не всегда означает радость и искренность.

Убийцы тоже умеют улыбаться.

Но вот в вопросе, касательно Харбора, Эдвард Флегг впервые ощутил тяжелую неприязнь.

Впервые он встретил сэра Джеймса на улицах столицы, когда только начал следить за мужчиной по приказу лорда Бенедикта Кэшема.

И уже при первой встрече Флегг почувствовал отторжение и страх, которые, казалось, волнами исходили от этого джентльмена.

Темный маг старательно прятал свою силу за приятными манерами и услужливой улыбкой. Скрывал чувства за вежливыми речами.

Флегг точно знал, что этот человек опасен и был готов остановить его, если только найдет необходимые доказательства.

Приблизившись к дому и скрываясь в тени здания, мужчина старательно избегал пятен лунного света, расчертившего двор.

Черная дверь, предназначавшаяся для прислуги, к удивлению следователя, оказалась незапертой. Видимо, в городке все друг друга знали, и никто не опасался грабителей. По мнению Флегга подобное было опрометчивым, но, тем не менее, этот факт помог ему беспрепятственно забраться в дом.

Осторожно прикрыв за собой дверь и опасаясь даже легкого скрипа, мужчина сказал себе, что ее, возможно, так же, как и свет, оставили для слуг, проводивших время в таверне.

Оглядевшись, мужчина увидел, что находится в кухне. Здесь все еще стоял густой запах тушеного мяса и выпечки. Дальше, за рядом скамеек и столов, располагалась дверь и именно к ней и направился следователь.

Немного проплутав по дому, он лишь спустя несколько минут выбрался в широкий холл, тонувший в полумраке. Здесь от мраморного пола на верхние этажи вела широкая лестница, застеленная ковром.

«Скорее всего, комнаты Харбора именно там!» - понял Флегг, но не стал спешить, решив скрыться из виду и проверить дом на наличие магической защиты.

Встав у стены, там, где пустовала ниша, видимо, предназначавшаяся для какой-то мраморной статуи или восточного сосуда, Эдвард извлек из кармана прозрачный шар и согрев его дыханием, раскрыл ладонь, неотрывно глядя на магический артефакт и ожидая, что же произойдет дальше.

Некоторое время шар был прозрачным, затем стал внезапно заполняться темнотой, словно кто-то вдохнул через невидимое отверстие черный дым.

- Плохо, - прошептал еле слышно Флегг и положив шар в карман, поспешил вверх по лестнице, поднимаясь так быстро и бесшумно, словно был не человеком, а тенью.

Впрочем, на втором этаже, где обнаружилась спальня Харбора, а затем и его кабинет, шар никак не отреагировал на наличие магии, став прозрачным, как и был. И все же, Флегг не поленился проверить выдвижные полки в письменном столе, но не найдя ничего интересного, кроме расходных книг, мужчина покинул этот этаж и поднялся выше. Но увы, там тоже было спокойно. Шар оставался прозрачным.

«Значит, то, что я ищу, находится внизу», - понял Эдвард и вернулся в холл, снова спрятавшись в темноте и извлекая из кармана шар.

Секунда, другая и полость внутри снова заполнилась тьмой.

«Здесь есть что-то ниже», - понял Флегг. Вероятнее всего, подвал. А вот что в подвале…

Отчего-то следователю совсем не хотелось знать о том, что же скрывает в Рендгриве Харбор. Но он никогда не считал себя трусом и не привык отступать от цели. К тому же, Флегг хотел использовать шанс – отсутствие Харбора. Кто знает, вдруг сэр Джеймс уже завтра вернется в поместье? И он вполне может после не покидать его.

Решившись, Флегг хотел было покинуть свое укрытие, когда услышал сперва голоса, а затем и шаги.

Быстрый взгляд в окно показал слуг, идущих по тропинке. Эдвард сразу узнал мужчин. Это были лакеи Харбора, с которыми он столкнулся в таверне. Итак, они возвращались.

«Придется подождать!» - велел себе следователь и достав из нагрудного кармана магическую сеть, присел, накрывшись ею с головой. Сеть обладала способностью отводить глаза. Нет, она не скрывала под собой человека и не делала его невидимым. Просто возникало желание отвернуться и посмотреть куда угодно, только не на того, кто прятался под магическим артефактом, одним из немногих, что находились в арсенале Эдварда Флегга.

Вот голоса стали громче, затем стихли – лакеи обошли дом и вошли с черного хода, как некогда вошел и сам Флегг.

Еще какое-то время он слышал отголоски их смеха, а затем все стихло. Никто не вошел в холл и выждав с несколько минут, Флегг сбросил с себя сеть, осторожно положив ее на место, после чего опустил на пол шар и толкнул, ожидая, куда покатится артефакт.

Шар с тихим шелестом поспешил вперед. Тьма в нем стала такой густой, что теперь он казался черным и почти исчез из виду. Но Флегг не отставал, пока артефакт не привел его к странной, невысокой двери, врезанной в стену. На первый взгляд она ничем не отличалась от стены, если бы не плоская ручка с кольцом.

- Нашел, - тихо прошептал мужчина и, подхватив с пола шар, сунул его в карман и протянув руку, осторожно взялся за кольцо.

Дверь поддалась, но не сразу. За ней открылся провал, дышавший сыростью и влагой.

Поморщившись, следователь достал третий артефакт из имеющихся в наличии. Это был кожаный кошель, полный мерцающего песка.

- Проверим, что за тайны хранятся за этой дверью, - прошептал Флегг и, взяв пригоршню песка, швырнул ее в темноту. Миг и тьма озарилась тонкими лучиками света, прорезавшими длинную лестницу, уводившую вниз.

- Хм, - произнес Флегг. – Защита и, судя по всему, недурственная.

Идти вниз почему-то совсем не хотелось. Но мужчина был уверен, что если где-то и есть ответ на его вопрос, то он находится там. Никто не станет устанавливать такую сложную защиту над местом, которое ничего не значит. И если в доме нет никаких зацепок, значит, все они находятся там. В подвале. Но идти придется крайне осторожно, чтобы не зацепить ни один из лучей, протянутых на лестнице.

Флегг стиснул зубы и пошел вниз.

На спуск ушло почти полчаса. Он успел взмокнуть и немного растерял свою выдержку, чувствуя себя каким-то королевским акробатом, запутавшимся в веревках. Но вот оказавшись внизу мужчина нашел очередную дверь. Рядом не было защиты. Брошенная пыль растворилась в воздухе, не показав ловушек. Видимо, решил Флегг, все они закончились на лестнице. Но терять бдительности он не стал.

Дверь оказалась самой обычной. И только в замочную скважину лился едва различимый свет.

Флегг достал отмычки. Справиться с замком, в особенности после магических ловушек, было для следователя как глоток свежего воздуха. Замок щелкнул, открываясь, и Эдвард вошел в помещение, освещенное мягким светом одинокой свечи, стоявшей на дальнем столе.

Помещение тонуло в полумраке. Самый дальний угол был завален какими-то ящиками и старой мебелью, но не это привлекло внимание Флегга, а длинный стол, на котором лежало нечто, слишком похожее на человека, укрытого с головой.

Не спеша к цели, Флегг проверил комнату на наличие магии, прежде чем подошел к столу и решительно откинул плотное покрывало, скрывавшее от взора того, кто лежал на столе.

Или точнее, ту, потому что это была женщина. Очень красивая, но неживая.

Флегг сдвинул брови, пытаясь понять, что здесь происходит, когда тишина зазвучала приятным низким голосом, от которого по спине у следователя пробежали мурашки.

- Ну вот вы и здесь, мистер Флегг. Жаль. Я так надеялся, что вы не сунете свой любопытный нос в мой дом. А теперь, уж не обессудьте…

Все это было сказано спокойным голосом, в котором не было ни толики страха или волнения.

Флегг резко обернулся. По крайней мере, ему казалось, что он движется быстро, но отчего-то руки проходили словно сквозь вязкую воду, а сам он чувствовал, что тело выходит из – под контроля.

- А я все думал, насколько вы безрассудны, - продолжил Харбор, выходя на свет из темноты подвала. – Решили обыскать мой дом, пока я отсутствую? Слуги сделали свое дело. Вы попались на мою уловку. Как же все удачно. Правда, не для вас.

Флегг сделал попытку выхватить оружие, но тело более ему не повиновалось. Он застыл, ощущая себя статуей. Это было так нелепо и жутко, не чувствовать своих рук и ног, быть не в силах сделать шаг. Все, что он мог, это дышать и то, едва. Да моргать, глядя, как Джеймс Харбор подходит ближе.

- Не стоило вам приходить сюда, сэр, - со вздохом сказал хозяин дома. – Не люблю людей, которые суют свои носы туда, куда их не просят. Хотя, - тут он улыбнулся. – Вас как раз попросили. Если не ошибаюсь, лорд Кэшем, не так ли? – мужчина рассмеялся. – Видите, я все знаю. А о чем не знаю, о том могу догадаться. И кстати, не советую делать попыток освободиться. Это особая магия. Очень темная. Чем больше вы пытаетесь оказать сопротивление, тем больше моя темная магия вытягивает из вас силы.

Харбор заложил руки за спину и склонившись к следователю, добавил:

- Я не желаю вам зла и не трону. Но и освобождать не стану. Вы для меня помеха, понимаете?

Флегг моргнул, силясь понять, как освободиться от темных пут, незримо связавших его тело, лишивших его власти над самим собой.

- Мне пора, - улыбнулся холодно Харбор. – Возможно, позже, я отпущу вас, сэр, но прежде поработаю с вашей памятью. Для этого нужно время, сами понимаете. А пока у меня его нет. Но я, право слово, не злодей. Просто есть некоторые обстоятельства…Мне и вправду надо отлучиться из дома. Путешествие будет долгим. И, право слово, я не очень люблю север. Но что поделаешь. Выбирать не приходится. А вы поспите, сэр. Так будет правильно, - Харбор сделал шаг вперед и вышел из подвала, не оглянувшись на застывшую фигуру Эдварда Флегга.