Собеседование

11

В висках стучало. На шее выступил холодный липкий пот. Все шло не так. Отношение Джоэля ко мне изменилось. Или дело во мне? Он почувствовал, что мне не по себе, и стал вести себя иначе?

Всю жизнь мне будет тяжело говорить о работе в MarshJet, но я стараюсь как могу. Я не избегала его вопросов, но ясно дала понять, что не хочу обсуждать суд.

Конечно, я понимала, почему это могло заинтересовать: сплетни из первых рук.

Всю прошлую неделю в новостях шли репортажи о том, что семья бывшей стюардессы Мелани Тернер подала в суд на авиакомпанию, в которой она работала, и на MarshJet в придачу. Иск подали в Высокий суд Лондона, и, по расчету профсоюзов, представлявших пилотов и бортпроводников, он должен был составить прецедент.

Перед смертью Мелани страдала от острых болей в суставах, головных болей и дегенерации умственных способностей. Ее семья считала причиной отравленный воздух, который Мелани регулярно вдыхала в салоне самолета. Как и у других производителей самолетов, бортовые системы MarshJet использовали сжатый воздух, взятый из двигателей, чтобы поддерживать давление внутри салона. Семья Мелани вместе со стоящими за ней профсоюзами утверждала, что в переработанном воздухе содержались ядовитые испарения и что причина болезни Мелани, а также больших проблем со здоровьем сотен других пилотов и членов экипажа была в том, что те помногу и подолгу вдыхали его во время перелетов.

Подтвердятся эти обвинения в суде или нет, но личную трагедию семьи этой стюардессы (которой я от всей души сочувствовала) обсуждать я не собиралась. Мне не хотелось рассуждать на эту тему и вообще много о ней говорить. Особенно на собеседовании. Я очень надеялась, что у Джоэля достанет уважения. Я очень хотела сменить тему.

– Что вы скажете о блиц-опросе, Кейт? Еще несколько общих вопросов?

Я поерзала в кресле.

– Хорошо.

– Кем вы видите себя через пять лет?

В кровь брызнул эндорфин, и ненадолго я расслабилась. Для компании, сходящей с ума по новизне, это был на удивление заурядный вопрос. Но тут меня охватили сомнения. А не специально ли он его задал? Пусть Джоэль не спускал с меня пристального взгляда, но меня беспокоило ощущение, что его мысли витали не здесь, будто он был занят другим.

– Пока что я хочу повысить свой профессиональный уровень, наработать как можно больше контактов в СМИ и делиться лучшими практиками, руководя командой в перспективном, прогрессивном агентстве с международными связями. Через пять лет я надеюсь доказать, что я достойна профессионального роста и позиции директора по работе с клиентами.

И… вдох.

– Я рад, что вы не сказали мне, что хотели бы сидеть по другую сторону стола, Кейт. Как вы думаете, какое ваше самое сильное качество?

– Мое любопытство. Я люблю знакомиться с людьми, узнавать новое, переживать новое, справляться с непривычными сложностями. Это-то и привело меня к вам.

– Самое слабое?

– На сегодняшний день мой опыт в основном связан с туристической сферой, и несмотря на то, что я претендую на место менеджера по работе с ВИП-клиентами, впоследствии я была бы рада поработать также и в смежных сферах. На мой взгляд, новый опыт и новые трудности сделают меня лучше как профессионала, и я не могу представить себе места с бо́льшими возможностями для роста, чем Edge.

Не шевелясь, он смотрел на меня в упор.

– А что насчет ваших личных слабостей?

– Слишком много пью кофе, пожалуй.

Это казалось мне довольно безопасным ответом. Такой ответ, который на самом деле ни на что не отвечал. Такая шутка, на которые Джоэль вроде бы откликался. Но в этот раз он смотрел на меня так пронзительно, будто я на самом деле ответила на какой-то незаданный вопрос.

– И тем не менее вы отказались от чая и кофе, которые я вам предложил?

– Это потому, что я стремлюсь стать лучше.

Я протянула руку за стаканом и отпила воды в качестве наглядного доказательства. Мне хотелось отвлечь его, заставить сменить тактику, но вместо этого он соединил кончики пальцев, наклонился ко мне через стол и резко стал серьезным.

– Я буду откровенен с вами, Кейт, Edge в своем деле лучшие. Мы работаем с самыми крупными фирмами и самыми состоятельными клиентами мира. Я думаю, мы оба с вами согласны, что для вас это место стало бы большим карьерным шагом. Но ведь в этом нет ничего плохого? Чтобы быть лучшими, нам нужно работать с лучшими. Нанимать лучших. У нас есть свободное место, которое нужно заполнить. И мы ищем идеального кандидата. У вас есть шанс. Пора отбросить всю эту чушь в сторону и сосредоточиться на том единственном, что действительно важно: что есть особенного в вас?